Януш Гол: "Гол "Спартаку" вспоминаю до сих пор"

СОГАЗ – ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 12-й тур

Первый польский легионер в "Амкаре" за два месяца выступлений в Перми успел стать своим, похоже, незаменимым на поле. Возможно, потому что прибыл на Урал во всеоружии: из заднего кармана его брюк торчал польско-русский разговорник. Тем не менее недостаточное знание русского языка полузащитник сборной Польши считает своей главной и единственной проблемой в России.

– Впервые оказавшись в зарубежном клубе, я не ожидал, что почувствую Пермь своим вторым домом, – признается 27-летний футболист. – Никаких бытовых проблем не испытывал бы, если бы мог объясняться по-русски. А то вызываю, например, такси, выхожу, а его нет. Звоню в фирму, вроде бы доходит: машина подана, но с трудом догадываюсь, что она ждет меня с другой стороны дома. Так же и в магазинах. Но русский учу, многое уже понимаю, надеюсь, что к Новому году и заговорю более-менее нормально.

– Ознакомившись с российской спортивной прессой, вы наверняка поняли бы, что ваша игра в "Амкаре" получает позитивные оценки.

– Для меня главная оценка – тренерская, но приятно слышать, что и журналисты положительно отзываются о моей игре, хотя уверен, что на сто процентов в "Амкаре" себя еще не показал. Это лишний стимул к изучению русского языка.

– А как ваш отъезд в Пермь из команды-чемпиона варшавской "Легии" восприняла польская пресса?

– Никаких комментариев своих соотечественников на этот счет не видел и не слышал, может быть, их и не было. Я же не Роберт Левандовски. Полузащитники попадают в поле зрения прессы гораздо реже нападающих.

– Ваши бывшие партнеры по "Легии" Коморовски и Рыбус играют в "Тереке", если к ним добавились бы вы и перешедший в "Краснодар" Енджейчик, в Грозном сложился бы неплохой филиал "Легии" и вместе вам легче было бы штурмовать вершины чемпионата России. Почему вы не в "Тереке"?

– Может быть, я и оказался бы в "Тереке", если бы там продолжал работать Станислав Черчесов, хорошо изучивший наш польский менталитет. Но он в "Амкаре", и я тоже. (Смеется.)

– Другие варианты продолжения карьеры у вас были?

– Одновременно с "Амкаром" приглашал еще один российский клуб и один турецкий.

– Российский, наверное, "Спартак", турецкий "Галатасарай"...

– Шутите, если бы!

– Но для "Спартака" вы старый знакомый. Знаете, что в августе 2011 года ваша "Легия" стала первым польским клубом в истории, обыгравшим его?

– Не знал, хотя тот матч Лиги Европы, гол "Спартаку" часто вспоминаю до сих пор. В Варшаве мы сыграли вничью 2:2, а в первые полчаса московского матча спартаковцы забили нам два гола и, видимо, решили, что они уже в групповом турнире. Но к перерыву мы сделали 2:2, а в добавленные минуты я вышел на подачу Вавжиняка, головой переправил мяч в дальний угол, и дальше в турнире пошли мы. Это был мой первый гол за "Легию" и сразу такой важный, в чемпионате забил позднее. Удачный был сезон. В групповом турнире мы тогда заняли 2-е место и только в плей-офф уступили один мяч португальскому "Спортингу", которому я тоже забил в ничейном 2:2 первом матче.

– То есть, вы отвечаете своей стопроцентно футбольной фамилии, кажется, необычной для Польши?

– Насчет результативности не сказал бы. В "Белхатуве" забил три гола, за "Легию" семь – немного. Хотя для центрального, или, как у вас называют, опорного полузащитника, считаю, и это неплохо. Начинал я нападающим и тогда забивал побольше, но постепенно переквалифицировался в правого полузащитника, потом играл "под нападающими", такими известными в Польше, как Марек Сагановски, грузин Владимир Двалишвили, серб Даниел Любоя. Теперь вот опорник. А с моей фамилией в Свиднице, небольшом городке, где я родился и все друг друга знают, никого больше не встречал, происхождения ее не знает даже отец.

– Отец привел вас в футбольную школу?

– Он привел в волейбольную. Вообще-то отец по профессии строитель, играл в волейбол на любительском уровне, а мама даже за команду второй лиги. Но однажды я с друзьями попал на просмотр к тренеру местной футбольной "Спарты" по фамилии Шчибев (как неудобно, имя его я забыл), и он взял меня в свою команду. С тех пор в волейбол играю только на досуге.

– Вокруг центрального полузащитника на поле обычно выжженная земля, а в протоколах матчей карточка на карточке. Как вы ухитряетесь справляться со своими задачами, не привлекая внимания арбитров?

– Начинал я нападающим, получал от обороны соперников все, что форварду положено, в 18 лет заработал сложный перелом, долго восстанавливался, потому и дебютировал в профессиональном футболе, в "Белхатуве" только в 23 года. Можно сказать, теперь жалею нападающих. Или просто уже сложился как игрок, и изменить что-то поздно.

– Прежде чем принять предложение "Амкара" советовались со своими бывшими одноклубниками по "Легии", играющими в России?

– Скажем так, консультировался, но решение принимал сам. Потому что все вокруг были "за": агент, родители, невеста. (Смеется.)

– Вся эта компания теперь, когда вы познакомились с российскими реалиями, не жалеет, что отправила вас в Пермь?

– Нисколько. Например, моя невеста Дорота, с которой мы через год поженимся, студентка, сейчас взяла акдемический отпуск, чтобы скрасить мне пермское одиночество, и вполне довольна условиями жизни здесь.

– На одном из интернет-сайтов показана ваша зарплата за 2010 год в "Легии" – 90 тысяч евро. Это реальные цифры, столько получают игроки лучшего польского клуба?

– Примерно так, по польским меркам это была высокая зарплата, но все зависит от амплуа. У нападающих, как правило, контракты лучше, чем у остальных. Конечно, эти суммы не сравнимы даже с зарплатами в средних клубах российской премьер-лиги. Но и уровень футбола в ней заметно выше во всех отношениях – играют быстрее, техничнее. В польской экстра-лиге нет таких классных бразильцев, аргентинцев, португальцев.

– Переезд в Россию не повлиял на ваши шансы играть за сборную Польши?

– Мне кажется, что выступления в более сильной лиге должны повысить мои шансы. Но это – как тренер сборной решит.

– Многие легионеры считают российские клубы стартовой площадкой для последующего отъезда в именитый западный клуб. Вы не подумываете о "Реале" или "Баварии" по окончании пермского контракта?

– Я реально оцениваю себя, буду доволен, если после "Амкара" в моей карьере... снова будет "Амкар".