Сан-Паулу: серая громада, поглотившая футбол

Сан-Паулу с высоты птичьего полета. Фото REUTERS
Сан-Паулу с высоты птичьего полета. Фото REUTERS

ЧМ-2014. 1/8 финала. Сегодня. 20.00. АРГЕНТИНА – ШВЕЙЦАРИЯ

Зарисовки спецкора "СЭ" из Сан-Паулу, где сегодня сыграют Аргентина и Швейцария, а 9 июля состоится один из полуфиналов

О плюсах ЧМ в Бразилии: чемпионат мечты

Дмитрий ЗЕЛЕНОВ
из Сан-Паулу

Этим городом пугали. Название его – само по себе мелодичное, ассоциирующееся с пальмами и неоновыми вывесками – произносили брезгливо, будто выплевывали что-то неприятное. Знакомые, кому пришлось там прожить первые две недели чемпионата, а потом удалось добраться до Рио-де-Жанейро, делали все, лишь бы не возвращаться. Сан-Паулу воспринимали, как тюрьму – серую, душную и тоскливую.

Верить во все это очень не хотелось, но когда самолет оторвался от взлетно-посадочной полосы примостившегося у пляжа аэропорта Сантос-Дюмонт, сделал разворот над горой Корковаду и, оставив за хвостом океан, взял курс вглубь материка, тоска от предвкушения чего-то враждебного все-таки подхватила.

***

Сан-Паулу завораживает уже на подлете. Только что зеленевшие в иллюминаторе холмы с серыми нитками дорог и пестрыми пятнышками деревень внезапно сменяются грязно-желтым щербатым полотном пригородов, и пригороды эти сотнями тянутся к гигантской пасти, ощерившейся пыльными зубьями небоскребов. В какой-то момент пасть заглатывает и вас, и тогда серое городское месиво простирается уже во все стороны горизонта. Жуть.

Город так велик, что в аэропорту на стойке информации дают карту не всего Сан-Паулу, а какого-то конкретного района, нужного вам. Иначе понадобилась бы среднего размера простыня.

Чемпионат мира в Бразилии: всё хорошо? Нет, всё плохо!

С транспортом разобраться сходу невозможно – нужна помощь местных. У автобусов четырехзначные номера, да еще и с буквенным префиксом. Если не хотите сидеть в такси и грустно взирать на счетчик, бодро отсчитывающий километры бесконечных авенид и руа, то придется разобраться. А это не так просто.

Через одну остановку проходят 25-30 разных маршрутов. Цифры постоянно сменяют друг друга, повторяются, смешиваются, путаются, и все время кажется, что нужные тебе ты пропустил. В ожидании можно простоять и полчаса, но они не кажутся томительными. Из-за очень бойкого движения автобусы следуют один за одним нескончаемой вереницей, и каждый следующий дарит надежду.

***

Пробками здесь гордятся не меньше чем, москвичи – своими. Гордятся, потому что говорят о них день и ночь, грустят, если они есть (а есть они почти всегда), и радуются, когда их мало. Тема настолько же повсеместная и не иссякающая, как и футбол. С нее легко начать знакомство, ей можно спасти неловкое молчание, о ней думают, когда рядом никого нет.

Ну а когда есть, то любого паулисту хлебом не корми – дай только о пробках порассуждать:

"Бон джиа, сеньор! Как дела? Сегодня авенида ду Эстаду едет хорошо, а вот вчера ехала плохо. Надеюсь, завтра опять поедет хорошо. Чао, сеньор!".

Чему учит Бразилия

Так протекали беседы почти со всеми людьми, для которых общение со мной было оплачиваемой работой (менеджеры, портье, водители).

А со случайными прохожими вот так:

"О, вы из России! Как это далеко! А вам нравится наш город? Спасибо-спасибо! Только пробок у нас много, правда?".

И попробуй сказать, что неправда – обидятся.

***

Авенида Паулиста – проспект-картинка, он мог бы примирить с Сан-Паулу самых взыскательных неженок.

Таким, как выглядит эта широкая улица, на которую нанизаны помпезные, но как будто еще из прежней эпохи небоскребы я себе в детстве представлял Нью-Йорк, когда читал на даче старую энциклопедию "Что такое? Кто такой?" 1968 года выпуска.

"Посмотри вокруг себя: дома и заводы, прекрасные парки, железные дороги, магазины, поля, на которых гудят машины, принадлежат всему народу, всем трудящимся. Но в мире есть ещё немало стран, где на каждом шагу можно увидеть вывески: "Магазин Брауна", "Завод Смита". Там и железные дороги, и рудники, и земля принадлежат отдельным богачам – капиталистам".

Новый Русский дом:
как бразильцам преподносят Россию

Самый роскошный и безопасный район Сан-Паулу как раз и принадлежит отдельным богачам – капиталистам.

Сплошные банки под известными всему миру вывесками, многоэтажные офисные здания с корпоративными гербами над широкими стеклянными дверьми, рестораны с вышколенными официантами, высотки с дорогими апартаментами.

Немногим жителям Сан-Паулу посчастливилось здесь работать. Лишь избранным довелось жить.

***

Достаточно свернуть в одну из боковых улиц и миновать пару кварталов, как окружающие пейзажи начинают меняться.

Здания все больше становятся похожими на бетонные башни с щелочками вместо окон, дороги покрываются трещинами, попадаются какие-то странные ограждения и покосившиеся лачуги, невесть как втиснувшиеся между многоэтажками. Стены изрисованы граффити, где-то даже умело, но чаще всего – не очень.

А еще, на каждом шагу – автосервис. Машин в Сан-Паулу много, чинить их нужно часто.

***

В одном расположенных не так далеко от оживленной части города переулков я натыкаюсь на странное зрелище. За забором с неизменным граффити неожиданно возвышается полуразвалившийся особняк. Старый, двухэтажный, кирпичный, с осыпавшейся облицовкой, обвалившимся балконами и зияющими черной пустотой глазницами. Ни намека на реставрацию.

Внезапно в проеме на втором этаже появляются две темнокожие фигуры – мужская и женская. Издалека разглядеть сложно, но на вид – не больше 18 лет.

– Эй! – агрессивно кричит парень. – Что надо? Чего уставился?

Изображаю руками что-то похожее на фотоаппарат, нажимаю на невидимую кнопку и вопросительно киваю: можно, мол, сделать картинку?

Футбол в обмен на рис

– Сейчас, погоди! Не уходи-ка!

Парень исчезает, и у подоконника остается лишь его подруга, которая начинает активно жестикулировать: то ли прогоняет, то ли наоборот призывает дождаться ее друга. Или друзей?

Замечаю в заборе брешь с протоптанной к ней тропинкой. Быстро все обдумав, все-таки решаю не искушать судьбу и, не дожидаясь, пока из дырки кто-то вылезет, перехожу дорогу и сворачиваю на соседнюю улицу. Знакомство с жителями фавелы Павлинчик в Рио получилось куда более миролюбивым. Обитатели особняка, как подсказала интуиция, играть в футбол не позовут.

В Сан-Паулу в трущобах живет около двух миллионов человек.

***

Рио, еще недавно поражавший своим шиком, теперь кажется провинцией. Шумной, красочной, разнообразной, но все-таки провинцией. И метро там меньше, и улицы уже, и пробки какие-то несерьезные. Представить, чтобы кто-то, кроме сферы обслуживания или полиции, работал после пяти вечера, невозможно.

В Сан-Паулу это разгар рабочего дня.

Что делать русскому в Рио

Единственное, чего у Рио явно больше, так это туристов. Чемпионат мира не стал исключением. Тех же болельщиков в Сан-Паулу я видел только на стадионе и в метро на пути на стадион в день матчей. Изредка кто-то, в футбольных майках, сидел в кафе неподалеку от авенида Паулиста. А так, они просто растворялись в многомиллионном мегаполисе. Стадион, к слову, расположен на далеком отшибе – километрах в двадцати от центра.

Может, поэтому в Сан-Паулу, как принято говорить, гораздо больше настоящей Бразилии? Повседневной, работящей, сконцентрированный на себе, а не на том, как угодить иностранцам. И это неоспоримый плюс этого места, который, на мой взгляд, компенсирует все минусы. Как говорят знающие люди, и карнавал в Сан-Паулу более душевный и аутентичный, чем в Рио.

***

В этой заметке о футболе сказано совсем немного. Как раз столько, сколько и удалось за несколько дней увидеть на улицах Сан-Паулу. Если бы можно было собрать крупицы праздника со всех районов и пригородов и устроить большой фестиваль в каком-то одном месте, то Копакабана, возможно, позавидовала бы. Но в Сан-Паулу нет океана и нет длиннющей набережной, куда бы стекались все потоки болельщиков. Есть только бесконечная серая громада, в которой рано или поздно находишь очарование. Даже несмотря на то, что громада эта поглотила футбол.

Материалы других СМИ