«Стать черным поясом по БЖЖ сложнее, чем выучиться на врача». Самые яркие реплики Мирко Кро Копа
Мирко Кро Коп — пожалуй, лучший рассказчик в ММА. Всегда даст деталь и эмоцию, проведет неожиданную параллель, выскажется по любой теме.
Мы сделали из этого подборку, в которой будет все: врачи, страшная любовь к собакам, татуировки, истории из бара, UFC, деньги.
Как проучил парня, который крикнул ему в баре: «Кро Коп, подойди!»
«Воскресенье, у меня в баре «биток». Иду, и из угла, с одного столика, мне кричат: «Кро Коп! Кро Коп! Подойди!» У меня давление сразу подскочило до 900. Это ведь некультурно, так не делается.
Он опять кричит: «Кро Коп! Кро Коп! На секунду!» Зовет меня, как пса. Я подхожу, он такой: «Давай я тебе что-нибудь...» - «Послушай, парень. Сейчас ты усвоишь важный урок. Все в жизни имеет свою цену». Он такой: «А?»
«Все в жизни имеет свою цену. У мангупства (дерзости, хулиганства, озорства - слово, заимствованное у османов. - Прим. «СЭ») своя цена. Тебе захотелось показать себя мангупом перед друзьями. Сейчас я возьму тебя за волосы и распахну тебе пол-лица [дам пощечину]. Понимаешь? Я этого делать не буду, потому что это не мой уровень. Но такая цена мангупства. Как тебе не стыдно так обращаться ко мне?»
«Стать черным поясом по джиу-джитсу сложнее, чем выучиться на врача»
«Я подумал и пришел к выводу: закончить мединститут легче, чем стать мастером джиу-джитсу. Я не шучу. Путь к настоящему черному поясу занимает по меньшей мере 7 лет беззаветных тренировок. И дело не только во времени. Дело в том, что, когда видишь настоящего черного пояса, понимаешь, что с ним лучше не связываться. Человек в совершенстве владеет своим ремеслом. Ты понимаешь, насколько он опасен. Стать настоящим мастером джиу-джитсу сложнее, чем выучиться на врача».
«Тату — это антиреклама ММА. В Японии с тату в бассейн не пускают»
«К сожалению, многие бойцы сами способствуют тому, что ММА остаются маргинальным спортом. Вот когда я вижу брата Федора: человек весь в татуировках, у человека на спине через всю спину вытатуирована смерть, которая держит ребенка на руках. Из-за этого у него всегда были проблемы в Японии. В Японии татуировка — это что-то позорное. Тату были признаком мафии, японской якудзы, всегда так было...
Я знаю, потому что пару раз мы ходили в гостиничный бассейн — у Владе Бошича на плече вытатуирована маленькая бабочка, и ему не давали зайти в бассейн. Нет, нет. Ему заклеивали плечо тейпом, бинтовали, чтобы не было видно этой бабочки на плече. Так что в Японии это что-то совсем другое. У них это знак принадлежности к какому-то криминальному миру и так далее.
А когда у тебя через всю спину смерть, которая держит ребенка на руках, и это только на спине, не говоря уже о плечах, руках, груди, ногах — это ужас. Я думаю, что это антиреклама, антиреклама для этого спорта».
Через день после страшного нокаута от Рэндлемана сделал 1,5 часовую пробежку
«В 2004-м я проиграл Рэндлеману тяжким нокаутом, тяжким. Сейчас бы после такого отстранили на полгода, это еще минимум. Пять раз он меня добил, просто пригвоздил. Все, я мертвое тело, убитый человек. В понедельник вечером прилетаем домой, в 21-30, Клаудия забирала меня из аэропорта. Приезжаю домой, все плачут, как будто кто-то умер.
Я надеваю олимпийку... клянусь тебе жизнью, Марко, надеваю олимпийку, мама такая смотрит на меня: «Ты куда?..» Два дня назад был тяжкий нокаут, тяжкий! А я на набережную, иду делать пробежку, полтора часа бегаю. Возвращаюсь домой, они опять все плачут. Мама хватается за голову: «Может, тебе в больницу?» — «Нет, все нормально».
На следующий день звоню в Японию: «Мне нужен бой». — «Мирко, а почему бы тебе...» — «Мне нужен бой! Прямо сейчас». Через 25 дней они дают мне Канехару. Думаю, дали мне самого слабого, кто у них был. Я обязан был побеждать, и я победил. Потом у меня было еще несколько боев (Ояма, Александр Емельяненко, Барнетт — с июля по октябрь. - Прим. «СЭ»), и потом опять говорю: «Дайте мне Рэндлемана. Немедленно». Под Новый год они мне его дали (Мирко победил самбишеном. — Прим. «СЭ»). Молодежь любит слово «талант»... В 2004-м я провел 8 боев и выиграл 7. Вот это талант».
Был в ужасе от количества медиаобязательств в UFC
«В Америке все строится на PR, на продвижении. Это меня всегда раздражало. В Японии у меня был особый статус, я никогда не ходил на пресс-конференции, никогда не ходил на взвешивания, никто меня никуда не таскал.
Способ ведения бизнеса UFC... я как профессионал это уважаю, но меня это страшно раздражало, страшно. Сначала я приехал в отель — после 27 часов дороги. Было два перелета с пересадками, с долгими ожиданиями и так далее. И первое, что меня ждало, — какая-то бумажная волокита, которая длилась... я засек, 55 минут. Бесконечные бумаги, которые я должен был заполнить: это страхование, то страхование, этот контракт, тот контракт, я все это подписывал. После этого мне принесли 120 постеров — это их традиция, и это мне было, наверное, самым отвратительным. 120 раз написать Mirko Filipovic Cro Cop. После 50 подписей уже было десять вечера. Первые 50 еще как-то были читаемы, после этого у меня рука онемела, я больше не мог.
На следующий день я проснулся и, вместо того чтобы отдыхать, должен был идти на съемку fight interview, официального интервью для них — эти классические глупые вопросы, которые всем задают: что ты думаешь, что ты ему сделаешь, что он тебе сделает, как ты готовился, насколько готовился и так далее.
После этого у меня была фотосессия, потом видеосессия, меня три раза гримировали. Все это длилось примерно три часа. После этого пришла очередь интервью, штук пятнадцать. Это отняло у меня еще два часа. Потом открытая тренировка, все это заняло у меня весь день. Я после этого просто взбесился. На следующий день была пресс-конференция, это тоже заняло час-полтора. Меня это раздражало. Я к этому не привык.
Потом было взвешивание, и это, наверное, было для меня самым тяжелым. Я не знаю, делать цирк из взвешивания... приходят две-три тысячи человек. Я знаю, людям это нравится смотреть, но меня это лично раздражало. Нас привозят буквально на два с половиной часа раньше, я сижу там на трибунах, кондиционеры работают, люди мерзнут, все сидят в спортивных костюмах, в шуршащих куртках, и это меня убивало».
Зарядка Кро Копа в 2012 году — по 50 хай-киков с утяжелителями, час качки и бега
«Доброе утро для меня — это пойти на дорожку, побегать, я делаю спринты, убиваюсь на дорожке. Потом делаю хорошую растяжку, шпагат влево-вправо. Отрабатываю хай-кик обеими ногами по 50 раз, делаю это и с утяжелителями: креплю их на каждую ногу, чтобы выполнение было труднее. После этого делаю примерно от 300 до 400 упражнений на пресс, хорошенько так все. Эта тренировка занимает у меня где-то 1 час 15 минут».
Я большой любитель собак. Я настолько слаб на собак, что это ужас. У меня их шестеро своих, а всего их было восемь.
Одного пекинеса я взял... из Винковцев. Там нет приюта как приюта, там просто одна женщина: у нее дома примерно 30 собак, она буквально жертвует собой, как и я любит животных.
Я услышал, что у нее есть пекинес: молодой, примерно год. Ему кто-то вырвал глаз и хвост отрубил, наверно, топором. Никто его не хотел брать. Люди бы его взяли, но проблема в том, что пекинес крутится, крутится и ловит свой хвост. Может, 22 часа из 24 он крутится по кругу и ловит хвост. Это что-то невыносимое. Рядом с ним невозможно находиться, это ужас. Вообще не знаю, спал ли он ночами. Ужас.
Но я все равно его взял — мне было его жалко, ему реально грозила смерть: женщина уже не могла, она сходила с ума. Я отвез его в ветеринарку: сделали операцию, укоротили хвост еще на полсантиметра, потому что на конце хвоста что-то загноилось, укоротили на один позвонок. В итоге пес как будто переродился. Я отдал его тестю. Он с ним спит в кровати, ему два раза в день готовят, три раза в день выгуливают, у них двор. Ну прекрасно.
И еще одну пекинеску... Я вообще на пекинесов особенно слаб, это в нашей семье традиция. Я нашел ее в Привлаке, прямо в мусорке. Щенок, может, месяца два. Кто-то бросил ее в мусорный контейнер. Мне сказали, что вот собака в мусорке валяется. Я сразу туда, это у леска, рядом с футбольным полем. Вытащил ее: у нее пол-уха было съедено, блохи поели. Сразу ее искупал, потом к врачу, и, конечно, отдал маме приказ, ну или просьбу. В итоге мама уже 10 лет с ней неразлучна. Она спит с ней в кровати, мама без нее никуда.
Мне каждый раз страшно идти в Pet Centar за кормом. Потому что там на входе висит большая доска: «спаси меня, спаси меня». И как только я это вижу... в итоге я так забрал двух сук. Как только вижу, что через два дня эвтаназия — сразу слезы, сразу телефон, звони: «Не надо, что вы делаете, я сейчас приеду за ними». Вот так и тут было. Я на собак очень слаб».
Запрашивал за интервью 50 000 долларов, а за семинар — 1 000 долларов с ученика
Ведущий Lytes Out Podcast Майк Дэвис рассказывал, как Кро Коп просил у него 50 000 долларов за интервью.
«У нас с Кро Копом есть общий друг, Непо. Я вышел через него на Мирко по поводу интервью, и он сказал, что согласен сделать интервью по «Зуму» за 50 000 американских долларов. Часовое интервью. Поэтому парни, если вы мне накидаете на карту, интервью появится (смеется)».
Сам Мирко в интервью хорватскому ТВ в 2011 году рассказал, как его пригласили на семинар в Израиль и он выставил огромный ценник.
«У меня были недавно приглашения на семинар из Израиля и Македонии. Я сказал: мой семинар должен состоять из пяти тренировок по два часа, то есть это два с половиной дня. Я понимаю, что полно семинаров, когда люди приходят на полтора часа, «окей, ха-ха, how are you guys», покажут прямой, апперкот, пофотографируются, возьмут по 50 евро с человека и разойдутся. Меня же интересовало качество. Я сказал, что в группе максимум 30 человек, не больше, потому что я не могу качественно обучить слишком много людей. Я за свои знания заплатил потом, кровью, поломанными костями, бесконечными поездками, обучением и так далее. Я не прочитал две книги и не купил диплом в переходе.
И они спрашивают: сколько это стоит? Говорю: Тель-Авив, нет проблем. 1000 долларов с человека за 10 часов семинара, то есть пять тренировок по два часа. 1000 долларов берет психиатр за два часа. Ты лежишь у него на кушетке, он сидит рядом, ты ему жалуешься, а он говорит: «Ага, ну не волнуйтесь, будет лучше, знаете, надо немножко сконцентрироваться». Я сейчас, конечно, утрирую, даже к стоматологу идешь, меняешь два зуба, и это стоит только же.
А они чуть в обморок не упали от этой 1000 долларов. Это, значит, на 30 человек — 30 тысяч долларов. При том что я сам себе покупаю авиабилет, сам оплачиваю отель, то есть у людей нет вообще никаких расходов, кроме того, что они должны обеспечить зал. А они в обморок. Говорят: «Ой, ну пожалуйста, ну к нам уже приезжали из Америки некоторые за 100 долларов». Я говорю: «Отлично, отлично, тогда снова зовите его за 100 долларов и еще раз 900 сэкономите».
Если вы хотите, чтобы я приехал к вам туда... я не хочу никого унижать, но я должен получать визу, носить бронежилет, ждать, не подорвет ли меня какой-нибудь смертник в Тель-Авиве. Я немного утрирую, конечно, но хочу сказать: я еду на Ближний Восток и вы хотите, чтобы это стоило гроши? Я за знания заплатил шестью операциями».
Истории выбраны из интервью Кро Копа хорватскому ТВ и подкасту Inkubator
RSS