Роналду рассказал всю правду. Полное заявление португальца и просьба ставить его в один ряд с Пеле и Марадоной
Сага вокруг Криштиану Роналду сопровождала нас всю эту длинную международную паузу. Казалось, без клубного футбола будет намного меньше инфоповодов, но португальская суперзвезда не дала нам скучать. Не будем в очередной раз пересказывать всю историю. Напомним лишь, что после отъезда из сборной Криштиану пообещал однажды рассказать всю правду. Этот день настал.
Роналду опубликовал большое заявление о событиях в национальной команде и причинах отъезда. Начал с разговора с Жорже Жезушем, обещаний тренера и того, что произошло потом.
Самое интересное — какую речь Криштиану просил наставника произнести на пресс-конференции после матча с Норвегией, в котором форвард остался на скамейке. По словам Роналду, пункты были согласованы. В том числе Жезуш должен был сказать, что Криш — игрок уровня Пеле и Марадоны и с ним так нельзя обращаться.
В общем, приятного чтения. Пишите в комментариях, что вы об этом думаете. Ну и самое главное — легенда футбола будет доступна для ноябрьский матчей сборной.
Полный текст заявления Роналду
Как я и обещал, я решил лично и напрямую рассказать об обстоятельствах последнего сбора национальной команды.
После чемпионата мира 2026 года я подготовил письмо португальцам. Оно до сих пор у меня. В нем те слова, с которыми я хочу обратиться к ним, когда окончательно завершу выступления за нашу команду.
По окончании турнира, еще в самолете на обратном пути из США, президент федерации настойчиво просил меня пересмотреть решение об уходе, потому что в федерации хотели, чтобы я остался.
Сразу после этого он спросил мое мнение о нынешнем главном тренере, чью кандидатуру рассматривал наряду с другими. Их имен он мне не назвал.
Я ответил президенту федерации, что, на мой взгляд, это был бы правильный выбор.
Именно поэтому в день представления нынешнего главного тренера я искренне радовался этому решению. Выбор был правильным, что подтверждают результаты.
Спустя несколько дней новый наставник сборной впервые связался со мной и сказал, что хотел бы встретиться лично. Я согласился, и мы договорились увидеться после моего отпуска.
Мы встретились в «Сидаде ду Футебол», где мой клуб проводил предсезонный сбор. В тот день тренер сказал, что рассчитывает на меня и что мое присутствие принципиально важно для его проекта. Тогда же он представил план моего участия в матчах. Он сказал, что я сыграю в первом и последнем матчах, а для распределения физической нагрузки он будет каждый раз делать по три-четыре изменения в составе.
Тогда он предложил мне не ехать со сборной в Норвегию и Данию. Я мог сыграть в первом матче, остаться в Португалии, а затем вновь присоединиться к команде перед встречей на «Драгау».
Я сразу отказался. Мне казалось очевидным, что принять такое предложение нельзя. То, что я не сыграю в выездных матчах, не означает, что я перестану выполнять обязанности капитана. Такая привилегия, как возможность остаться в Португалии, стала бы плохим примером.
В итоге тренер согласился с моими доводами.
При этом разговоре присутствовал спортивный директор «Аль-Насра» Симау Коутинью. Нынешний наставник сборной подчинялся ему на протяжении всего прошлого сезона. Кроме того, Симау был одним из тех, кто отвечал за приглашение тренера в клуб в 2025 году.
Накануне начала сбора тренер попросил еще об одном разговоре и приехал ко мне домой в Лиссабоне. Беседа прошла спокойно. Все договоренности, достигнутые в августе, остались в силе.
Я сыграл на «Алваладе» и, хотя меня заменили, никаких проблем не создавал. Сам надел капитанскую повязку на Бруну Фернандеша, даже не предполагая, что мои выступления за сборную в качестве игрока и капитана могут подходить к концу. В тот день для меня была важна наша победа. Побеждать всегда приятно, а в Португалии и за мою страну еще приятнее.
В день матча в Норвегии во время обеда один из помощников тренера подошел к нашему столу и сообщил, что наставник хочет со мной поговорить.
К моему огромному удивлению, тренер спросил, готов ли я физически сыграть 30 минут. Я был полностью сосредоточен на восстановлении, как всегда, находился вместе с партнерами и исходил из того, что в этот день не сыграю. Меня это совершенно не беспокоило.
Такой вариант не входил в мой план восстановления и тренировок, ведь я должен был сыграть только 4 октября на «Драгау». Но, конечно, я согласился. Он ответил, чтобы я готовился, потому что сыграю 30 минут.
Остальное всем известно. Я разминался с перерыва, смотрел, как идут минуты, но меня так и не выпустили.
Тренер не сдержал данное мне слово.
В конце матча я хотел только, чтобы все закончилось нашей победой и я мог остаться один. Я не подошел поблагодарить болельщиков. Это моя ошибка, за которую отвечаю только я и которой не должно было случиться. Прошу прощения у португальцев, которые так горячо поддерживали нас там. Прошу прощения у болельщиков. Прошу прощения у тех, кто, не будучи португальцем, мог приехать туда ради встречи со мной и кого я мог разочаровать.
Через 48 часов состоялся разговор между мной, тренером и Симау Коутинью, поскольку именно он присутствовал на наших августовских встречах. Это был серьезный, предельно откровенный разговор, без каких-либо недомолвок.
Мы согласились, что закрыть это «дело» можно только одним способом. Тренер должен был в зале для пресс-конференций повторить то, что только что сказал мне лично в присутствии Симау Коутинью.
Договоренность была простой. Тренер начнет пресс-конференцию с этой темы и постарается закрыть вопрос, рассказав правду. Скажет, что я никогда не требовал игрового времени. Что именно он и никто другой предложил мне план на этот сбор. Что отправить меня разминаться, а затем не выпустить на поле было ошибкой и что впредь он так не поступит.
В конце встречи тренер попросил меня обняться и пообещал, что на пресс-конференции скажет то же самое, что только что сказал мне. После этого вопрос будет закрыт. Я не сыграю в Дании, но сыграю на «Драгау». Все это происходило в присутствии Симау Коутинью.
Затем по просьбе тренера состоялась видеоконференция с его участием, Симау Коутинью и Тьягу Кравейру. На ней подвели итоги нашего разговора.
Был подготовлен небольшой документ, который я лично согласовал и который с моего ведома передали тренеру, как он и просил.
Что произошло на пресс-конференции, всем известно. Его поведение не имело ничего общего с нашей встречей. Я услышал выражения и агрессию, которых, как мне кажется, не заслуживал. Увидел позицию «хочу, могу и командую», которую он даже близко не демонстрировал в личном разговоре накануне.
Вот тезисы, которые я согласовал.
Считаю важным, в том числе потому, что это правда, прояснить несколько моментов, прежде чем говорить о Дании.
1. Я сам и никто другой предложил Криштиану план его участия в матчах сборной в этом сезоне. Это был долгий и очень хороший разговор.
2. Я знаю, как много для него значит сборная и как он ее любит. Знаю, какое значение он имеет во всем мире, а тем более для национальной команды, на которую он положительно влияет уже 24 года подряд.
3. Криштиану принял предложенный мной план.
4. Он никогда не ставил под сомнение мои решения. Вел себя образцово, был предан делу и сохранял профессионализм.
5. Матч в Норвегии не входил в разработанный для него план. Однако я почувствовал, что он успел физически восстановиться после первой игры, и предупредил, что мне может понадобиться выпустить его на поле. Криштиану согласился.
6. Я ошибся, отправив игрока масштаба Пеле или Марадоны разминаться, а затем не выпустив его на поле. Сейчас я бы так не поступил.
7. Чтобы закрыть тему, скажу, что хочу видеть Криштиану в сборной. Причем не просто хочу, а очень хочу. К счастью, он тоже верит в меня. Верил в «Аль-Насре» и верит здесь.
8. Что касается того, что он не поблагодарил болельщиков, мы уже поговорили об этом. Человеку, сыгравшему за сборную более 230 матчей, я не буду преподавать уроки любви к Португалии. Это был момент разочарования, который ничего не перечеркивает. Он чаще всех раздает автографы, фотографируется с болельщиками и проявляет к ним внимание. Не будем придумывать проблемы там, где их нет. Когда мы недовольны, то реагируем. Вот и все.
Таким образом, ни в одном из этих пунктов даже не говорилось, что тренер должен попросить у меня прощения.
Он во второй раз не сдержал данное мне слово.
Я решил покинуть сбор, не дожидаясь очередного нарушения обещаний. Для меня правда по-прежнему важнее всего в отношениях между людьми. Какой бы болезненной она ни была, пусть мне говорят правду.
Более того, утром в день той пресс-конференции я разговаривал с президентом федерации и тренером. Они наверняка могут это подтвердить. Я вновь сказал, что если меня не хотят видеть в команде, то пусть так и скажут. Достаточно быть со мной откровенными. Я бы это принял и пообещал, что мы подготовим красивое прощание, о котором я мечтаю, и никто ни на кого не будет сердиться.
Помню это так, будто разговор состоялся сегодня. Они в один голос ответили, что нет. Что мое место в сборной.
Никогда, ни в один момент за почти 25 лет карьеры я не вмешивался в решения тренеров клубов и сборной по составу или тактике.
Я могу лучше или хуже воспринимать то, что мне предлагают делать. Я уважаю решения, но когда люди не держат данное мне слово, то чувствую, что мне там не место.
Я также должен извиниться перед партнерами по сборной за то, что покинул команду.
Несмотря на то что я полностью утратил доверие к словам тренера, что могут подтвердить свидетели этих разговоров, я не должен был так поступать. Ответственность лежит исключительно на мне.
Еще раз прошу прощения у португальцев. Но нарушение данного слова имеет для меня принципиальное значение. Я почувствовал, что мое дальнейшее присутствие будет только вредить команде, и поступил так, как всегда обещал поступить, если перестану чувствовать себя полезным. Собрал вещи и ушел.
Федерация футбола Португалии должна дать оценку моему поступку и наказать меня. Считаю, что при определении наказания не должно быть смягчающих обстоятельств. Я не просто игрок, я капитан команды, и это отягчающее обстоятельство.
Я уже извинился, но знаю, что поступки должны иметь последствия. Любой, кто находится в футболе так долго, как я, знает, что независимо от статуса каждого правила одинаковы для всех.
В связи с этим я слышал много разговоров о прощальных матчах. О том, что у меня должно быть достойное прощание и что федерация хочет дать мне такую возможность.
Я часто голодал, потому что мне нечего было есть. Жизнь научила меня, что никто никому ничего не дает просто так.
Могу пообещать всем моим болельщикам, прежде всего португальцам, что мы проведем один или несколько прощальных матчей. Для этого еще будет время.
Но когда я думаю о сборной, то прежде всего думаю о том, чтобы соревноваться. Именно об этом я думал в день, когда мне сообщили о смерти отца.
Я находился на сборе национальной команды и решил остаться до окончания матча, который должен был состояться на следующий день. Ради страны я сделал то, чего никогда не сделал бы ни для одного клуба.
Поэтому, если я буду в порядке физически, буду играть за клуб и, надеюсь, забивать, то после дисквалификации, которую могут мне назначить, буду готов, как был готов всегда, бороться и побеждать за нашу сборную.
Это, поверьте, чистейшая правда.
Криштиану Роналду
Судейство
RSS