"Давай, Тесак, давай…"

СОГАЗ – ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 5-й тур.
"ТОРПЕДО" – "КРАСНОДАР" – 0:3

Ностальгические заметки корреспондента "СЭ" о некогда футбольном городе, куда вернулась премьер-лига

Как же забить Синицыну? "Торпедо" не знает

Юрий ГОЛЫШАК
из Раменского

Так получилось, что на футболе я не был несколько лет. Погрузился в хоккей так, что чуть в нем не утонул. По ночам стали мучить давние футбольные воспоминания.

В редакционном отделе футбола посмотрели на меня с сочувствием. И отправили в Раменское. Как будто знали, что я на это и надеюсь. Не командировка, а сказка.

***

В Раменское возвращаешься, словно в собственный вчерашний день: каждая мелочь, каждый уголок напоминает о былом.

К примеру, подъехал я к забору стадиона, а он расписан картинами, напрямую отправляющими зрителя на границу веков. Во времена "Сатурна". Изображены былые герои футбольного Подмосковья.

Правда, сходство с оригиналами картины имеют весьма условное. Чтоб приезжий не путался, всякий подписан. Вот "Кински А.". Вот Гаврилин и Рогачев. Конечно же, вы помните эти фамилии. Как помните доллар по 6 рублей, чудом схваченный в киоске последний экземпляр любимой газеты и состав "Спартака"-95 пофамильно.

А вот особенно уважаемый Раменским "Ляпкин Д.В.". Будь моя воля – дорисовал бы на эту же стену начальника тогдашнего "Сатурна", бывшего капитана команды Тряпкина. Держалось на нем многое. Я уж и примерился было, отыскав на стене чистый уголок. Замер, вспоминая, как рисовали окурком черную кошку.

– Проходим, проходим, – одернул меня кто-то. Народ съезжался к стадиону довольно энергично. Или рисуй уже – или прочь с дороги.

Мимо проплыл автозак. Стало понятно: у кого как, а у полиции намерения серьезные. "Будет горячо?" – спросил я глазами. Полицейские коллективно ответили взглядом холодным, оценивающим.

***

Чахлый свой автомобиль загнал я от греха на самую дальнюю стоянку. К сосенкам. Где проступают сквозь рощицу очертания пансионата для старых большевиков – там некогда квартировал "Сатурн". Это туда после Испании привезли великого Онопко – и вид на первых порах Виктор Савельевич имел несколько растерянный. Но вскоре подъехал Канчельскис, и стало веселее. Помнится, смущал Канчельскис старух-горничных просьбами разбавить чай молоком, желтыми британскими ботинками и рубахами с высоким воротничком. Ручаюсь, в Раменском носил такие он один.

Сейчас там живет Александр Горшков, тренирующий "Сатурн", и еще три футболиста. Пожелания их, полагаю, скромнее.

А вокруг – афиши: "Пришло время "Сатурна". Оказалось, этот анонс уже сыгранного матча с Костромой. Я, кстати, видел в интернете отрывки пресс-конференции. Вот у микрофона герой 90-х Горшков – а кто же рядом? Дмитрий Парфенов!

***

– Мужики, вам чего? Билеты? – выглянул опасливо из-за забора дед, помнящий не только Ляпкина Д.В., но, уверен, и орехово-зуевское "Знамя труда" в финале Кубка СССР.

Я огляделся – кроме меня не было никого. Но разговор поддержал:

– Нам аккредитацию.

– Ага, – внезапно обрадовался дед. Видимо, некто больше к нему по этому поводу не обращался. Принялся отколупывать прикипевшее за тяжелые годы окошко. Некоторые время раздавались глухие удары по раме откуда-то изнутри.

– Помочь? – участливо предложил я.

В этот момент окно едва не вывалилось – прямо на меня. Удержавшись на единственном шурупе.

Вот это была бы кончина, подумал я. Нелепая и героическая. Под уважаемые в Раменском ретро-напевы – от Демиса Руссоса до Вики Цыгановой. Впрочем, я предпочел бы под Руссоса. И не смерть, а инвалидность.

***

– Сейчас торпедовские фанаты подъедут, – вздохнув сообщил коллега, когда мы заняли места на трибуне. – Будут Тукманова поливать.

– Беда, – огорчился я за немолодого человека.

– Ничего. Его поливают во всех лигах и одними и теми же словами. Он адаптирован.

Торпедовского президента действительно хаять начали минуты с десятой матча. Выглядело довольно театрально – в барабанном сопровождении.

– Тукманов!

Пауза.

– Ты нас слышишь?

Конечно же, Александр Вячеславович всё слышал. Тут бы и тугой на ухо Циолковский разобрал. Кто-то по фанатской версии всё видит – Тукманов же всё слышит. Хоть молчит.

– Ответьте уже, – произнес я в пустоту.

Но секунду спустя раздался в тишине голос вовсе не Тукманова – а тех же фанатов. Продолжение последовало:

– Иди на!

Вот вам и подмосковные вечера. В следующей частушке очередь дошла до начальника команды Кузьмина. Получил ряд наказов и добрейший Николай Иванович.

***

Я сидел, слушал торпедовский хор и думал о своем. Как прекрасно возвращаться в футбольную журналистику. Снова приходить в ложу прессы, где такие милые соседи: один достает подзорную трубу, словно адмирал Нахимов, другой раскладывает у казенной розетки набор электроприборов. От бритвы до диктофона. Застенчиво заряжает всё разом:

– Проводка дома перегорела.

Откуда-то потянуло сигарами. На хоккее такими запахами корреспондент обделен.

– Леша Морозов объявил о завершении карьеры, – долетела до меня новость как раз хоккейная.

Нам есть чем ответить, подумал я. Перед матчем встретил в буфете Бориса Игнатьева. И он объявил о завершении тренерской карьеры. Прямо в мой диктофон.

Впрочем, о многом другом тоже объявил. Например, о том, что в нынешней роли вице-президента "Торпедо" ему комфортно.

– Я не ушел от любимого дела. В душе остаюсь тренером. Но прислушался к организму. Точно так же, внезапно, когда-то закончил играть. Теперь Коле Савичеву помогаю, чем могу.

– Помните число, когда решили закончить тренерскую карьеру?

– Нет. Как раз завершился прошлый сезон. Вместо того, чтоб искать варианты, честно сказал самому себе: пора подводить черту. Это не самое простое решение.

– Когда команда пропускает восемь мячей – что ей надо говорить?

– Ничего. Лучше промолчать. Важно понять для себя, что делать дальше.

– Вы же в футболе знаете цену любому человеку и клубу. Объективное место нынешнего "Торпедо"?

– Зацепиться в премьер-лиге должны. Здорово отыграли два последних матча в смысле результата. А в плане игры мне особенно понравился первый – против ЦСКА. 35 минут вообще ни в чем не уступали. Ни в атлетизме, ни в работе с мячом.

– Сейчас много говорят: мол, Савичев – не тренер для премьер-лиги… Почему он тренер?

– Он был не просто хорошим футболистом, он – "игровик"! Понимает футбол досконально. Знает, где тонко, где будет рваться. В этом у него уже преимущество перед некоторыми тренерами. Да и "Торпедо" для него – не только набор букв. Явно не хватает опыта. Но скажу от имени руководства: время у Николая есть.

– "Торпедо" могло договориться с Зыряновым?

– Вполне. Костя сказал: "Посоветуюсь с женой". У него только родился ребенок. Выбрал семью, решил остаться в Питере.

– Миллионы Смолова и Комбарова потянете?

– Нет, конечно. У нас команда не богатая. Этим ребятам дадим игровую практику – и возьмем на себя часть зарплаты. Остальное будут платить их прежние клубы.

***

Колоритнейший торпедовец Тесак – про такого же персонажа недавно Роман Карцев мне сказал: "Носит лысину", – внезапно пустился в обводку в собственной штрафной. И удачно!

– Давай, Тесак, давай… – поддержали трибуны.

Тесак зашвырнул мяч подальше, обернулся и похлопал самым горячим. Тем, которые при барабане.

Всем было хорошо.