Выбрать дату:

01.10.2001
Поделиться на odnoklassniki.ru

СЕКРЕТНЫЙ АРХИВ Акселя ВАРТАНЯНА

ПОД КРАСНЫМ ЗНАМЕНЕМ СПОРТИНТЕРНА

В первые годы советской власти футбол в нашей стране едва не запретили. Но затем поняли, что победы наших команд на международной арене будут убедительно свидетельствовать о преимуществах нового строя по сравнению с капиталистическим.

Беспрерывное двухмесячное пребывание в высоких спортивных и партийных кабинетах здоровья не прибавило. Эскулапы, укоризненно покачав головами, прописали активный отдых на природе. Может, присоединитесь? Попинаем мяч на просторных наших полях-огородах, разомнем застывшие члены. И в загранке погуляем. Если конкретно, под старой рубрикой организуем новый курс - международные футбольные связи. Постараюсь хотя бы пунктирно обозначить их характер, особенности, рассказать о знаменательных матчах и трагических последствиях. Хронологические рамки - примерно тридцать лет: с начала двадцатых годов по 52-й включительно.

Сохранившаяся вывеска не освобождает от участия на ответственных физкультурных и партийных собраниях и заседаниях. Чтобы держать вас в курсе, придется подслушивать, подсматривать, вскрывать чужие письма...

Первые послереволюционные годы - время бурное, сумбурное. Зовущие в светлые дали плохо ориентировались в наступивших сумерках. В затянувшемся процессе переоценки ценностей наломали кубометры дров. В революционном угаре сносили на свалку истории все что ни попадя, включая Шекспира с Гете и Пушкина с Толстым. Вечно зеленый вопрос:

БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ?

не сходил с повестки дня.

В нашем случае касался он не столько футбольных контактов с иностранцами, сколько судьбы самой игры. Жаркие многолетние дискуссии, затеянные в высших партийных сферах, выплескивались время от времени и на газетные полосы. Плюрализм извели не сразу. До тех пор пока неудавшийся священник, занятый истреблением неверных, не построил население в колонны и не сформировал у шагающих в ногу единого мнения, удивительным образом совпадающего с его собственным, легкий флирт со свободой слова допускался. Мрачная перспектива закрытия полюбившейся народу игры, особенно после событий в северной столице, не казалась призрачной.

В середине 20-х в Ленинграде запретили бокс. "Во-первых, он опасен для занимающихся сам по себе; во-вторых, опасен социально, так как пробуждает нездоровые инстинкты", - объяснили непонятливым.

Один из них, скрывшийся под инициалами А.С., пытался вразумить душителей: "Сейчас злоба дня - подготовка отпора возможному нападению на нас со стороны империалистов. Вся обстановка диктует - готовь бойца.

Пусть над этим еще раз задумаются те, кто с такой поспешностью похоронил легальное существование смелого вида спорта. Может быть, они сами признают, что сделали ошибку, и исправят ее. Если же мои доводы окажутся неубедительными, то пусть эта заметка будет скромным венком на незаслуженно вбитый в фиктивную могилу бокса осиновый кол".

Ошибку в конце концов исправили, но какое-то время бокс находился на нелегальном положении. В любой момент могла затянуться петля и на шее футбола. Обеспокоенные трудящиеся неоднократно теребили издателей: "Правда ли, что хотят изжить футбол в СССР?". "Неправда, - успокаивали те встревоженных граждан. - Речь идет только об устранении или предупреждении отрицательных явлений, которые может вызвать футбол".

Одному из таких явлений "Красный спорт" (8 августа 1926 года) посвятил передовицу под заголовком: "Аппетиты футболистов должны быть урезаны!" В ней, в частности, говорилось: "Мы имеем целый ряд случаев, когда требования футболистов достигают крайних пределов, как напр., н-ская команда, прибывшая по приглашению на состязания в г. X... потребовала, кроме установленной нормы оплаты проезда и 2 с половиной р. суточных - увеличения нормы суточных до 5 р., предоставления вместо общежития чуть не отдельных комнат в гостинице с ванной и услугами, питания по "первому разряду" с бутылкой пива, папирос и пр...

Аппетиты футболистов принимают нездоровый характер в быту физкультурников, разрушая тем самым возможные планы иногородних и международных встреч.

Появившиеся нездоровые настроения среди футболистов должны быть изжиты в самой среде физкультурников, не ожидая разрешения этого вопроса в высших инстанциях".

Прокуроры инкриминировали футболу еще и вовлечение молодежи во вредное занятие (молодым людям запрещалось участвовать в соревнованиях до достижения 18-летнего возраста), членовредительство, нарушение общественного порядка: к возникающим на поле потасовкам нередко подключались и зрители. Состоялось несколько судебных процессов над известными футболистами, членами сборной Союза, привлеченными за избиение судей и... зрителей.

ИГРА БЕЗ "ГОЛЕЙ"

Грубость процветала. Благополучно пережившую двадцатое столетие болячку не могли не заметить и адвокаты. Обнаружив, откуда ноги растут, один из них предложил весьма оригинальный способ прикрыть срамное место.

"Футбол до настоящего времени продолжает занимать в практике нашей физической культуры одно из первых мест по своей распространенности и по тому интересу, который проявляется к нему членами физкультячеек; вместе с этим до сего времени у нас слабо поставлена борьба с теми ненормальностями и искажениями, которые существуют в этой спортивной игре и которые часто приводят к результатам, совершенно обратным физическому оздоровлению.

Главными такими ненормальностями являются: грубость игры, чрезмерный "патриотизм" кружков, переходящий в рекордсменство, игра в слишком раннем возрасте и т.д. Но вместо правильно поставленной планомерной борьбы с этими ненормальностями мы часто наблюдаем борьбу с самим футболом, стремлением вычеркнуть футбол из списков советской физической культуры, причем такое стремление иногда поддерживается очень авторитетными работниками в области физкультуры. И вопрос о том, можно ли изжить все вредные уклоны в футболе без ликвидации самой игры, надо считать злободневным и требующим срочного разрешения...

Футбол является игрой коллективной, командной, игрой на свежем воздухе, игрой, воспитывающей товарищескую спайку, решимость, быстроту соображения, стремительность, ловкость и, безусловно, не простой ошибкой, а всеми перечисленными качествами мы обязаны тому, что эта игра введена в Красной Армии приказом как обязательная. Все эти качества необходимы бойцу Красной Армии, а отсюда и каждому гражданину, который каждую минуту должен быть готов с оружием в руках встать на защиту своих завоеваний.

Некоторые толчки, ушибы, ссадины (конечно, нечаянные) в футболе неизбежны, и наша задача - стремиться к тому, чтобы количество их как можно понизить; но до сих пор, пока существует возможность вооруженного отражения врагов Советских Республик, переходить на спорт-игры крайне "вегетарианского" содержания (да и существуют ли такие?), по-нашему, не следует.

Чем объясняется наиболее восстанавливающая против себя ненормальность футбола - грубость игры? Мы до сего времени результаты этой игры учитываем по количеству забитых голей, отводя очень скромное место красоте и ловкости игры и совершенно не учитывая их в конечном результате.

Такая постановка мешает нам изжить все еще имеющееся в кружках стремление побить рекорд, и в результате мы видим, что часто кружки, не брезгуя никакими средствами, превращая игру в побоище, стремятся к установлению определенного рекорда путем забития большего количества голей. В результате такой постановки и массы, являющиеся зрителями этой игры, привыкают к той мысли, что весь смысл игры заключается лишь в том, чтобы загнать мяч в ворота противника. И мы видим, что футбол все более и более превращается из вида физической культуры просто в массовое зрелище - типа кулачных боев прежних времен (стенка на стенку), где непосредственные участники активно подбадриваются зрителями, готовыми каждый момент также принять непосредственное участие путем травли, выкриков несимпатизируемой каждым из них команде, путем выкриков и оскорблений по адресу судьи и так далее.

Как же бороться с этим?

Прежде всего необходимо признать, что футбол занял в области физкультуры не совсем подобающее ему место, резко выдвинувшись на первый план. Многие из видов физкультуры далеко не уступают ему по качествам, несущим оздоровление организму... А, безусловно, даже его превосходят (легкая атлетика, плавание и др.). А потому задачей органов физкультуры является укреплять ряды этих видов физической культуры за счет отвода футбола с занимаемой им позиции доминирующего вида на уровень подсобной этому развитию спортивной игры. Этим сразу сильно понизится процент грубости в футболе..."

Изложенная с небольшими сокращениями статья ("Красный спорт" от 2 ноября 1924 года) принадлежит перу В.Лебединского. Имеются серьезные основания заподозрить автора в плагиате: в начале 20-х игру "без голей" пропагандировал

КСИ

Образованный летом 1921 года Красный Спортивный Интернационал был призван подключить к мировому революционному движению занимающихся спортом пролетариев. Основатели КСИ категорически запрещали контакты рабочих команд с буржуазными, осуждали профессионализм в спорте, тщательно следили за "чистотой крови" - классовым составом играющих. Соревноваться должны были только рабочие с себе подобными. Главная цель формулировалась примерно так: пропаганда социализма - все, спортивный результат - ничто.

Пролетарии всех стран свято блюли провозглашенные Спортинтерном заповеди. Исключение составили... освободившиеся от капиталистических пут русские рабочие.

Основополагающую заповедь ("Не забий") в советских физкультверхах трактовали диалектически: "Мы должны помнить, что всякое выступление, в особенности за границей, должно быть рассматриваемо, в первую очередь, под углом успеха этого выступления. В данном случае успех в первую очередь учитывается спортивный, а из него легко сделать успех политический", - уверял участников пленума Высшего Совета Физической Культуры (ВСФК) оратор.

Такая интерпретация пришлась российской сборной по вкусу. Пышным цветом расцвел политический успех на братской могиле трижды погребенных немецких пролетариев (сборная РСФСР обыграла их с суммарной разностью мячей 26-1).

Руководство КСИ было во гневе. В связи с тем, что спортивная делегация Страны Советов грубо попирала и прочие его предписания, Красный Спортинтерн предъявил высшему физкультруководству СССР ноту протеста.

"11 ноября 1924 г.
ВСФК РСФСР

Регулярный обмен представительными командами отдельных секций для устройства международных товарищеских соревнований имеет весьма важное политическое, агитационное, воспитательное и организационное значение, что доказывается, между прочим, и тем, что на прошедшем III Конгрессе КСИ была вынесена даже особая резолюция по этому вопросу, которая, конечно, небезызвестна и русской секции.

Практика командировок ВСФК за границу русских спортивных групп показала нам, что далеко не всегда эти команды стояли на высоте тех, прежде всего политических, требований, которые им предъявляла наша пролетарская заграница, обращаясь особенно требовательно и щепетильно именно к представителям революционной России.

Невыдержанность в классовом отношении социального состава команд, отсутствие какой-либо цели у команд, кроме одной - вырвать техническую победу во что бы то ни стало, отсутствие авторитетных и политически выдержанных сопроводителей команд в качестве официальных представителей СССР, - все это вместе взятое вызывает острый протест заграничных рабочих спорторганизаций.

Благодаря вышеизложенному, а также плохой организации поездки русских команд вместо пользы приносили политический вред как СССР, так и советскому союзному спортдвижению в частности, так и Спортинтерну в целом, как, например, прошлогодняя поездка футбольной команды в Германию, что вызвало острый взрыв негодования в пролетарских спортивных массах Германии и других стран.

В настоящий момент организуется большая поездка русской футбольной команды в Германию, Францию и по дороге в другие страны.

Состав русской команды вынуждает Президиум Спортинтерна констатировать, что и на этот раз, к сожалению, ВСФК при подборе команды не выдерживается классовый принцип в отношении социального состава представительной команды. Подобранный состав команды отнюдь не является рабочей командой, она состоит из советских служащих и учащихся - полупрофессионалов в области отдельных видов спорта.

Президиум ЦК КСИ считает своим долгом еще раз напомнить, что при обмене представительными спортивными командами разных секций, КСИ преследует исключительно боевые, классовые, политические цели, агитацию в пользу развития революционного движения, а также классово-воспитательные цели, но ни в коем случае не материальные и не техническую победу во что бы то ни стало рабочей команды одной страны над командой другой страны.

В частности, касаясь поездок за границу спортгруппы Советского Союза, мы считаем необходимым подчеркнуть, что главной целью этих поездок мы считаем:

1. Установление политической товарищеской смычки между рабочим спортивно-гимнастическим движением буржуазных стран с таким же движением в социалистическом Советском Союзе.

2. Перенесение за границу идей подчинения спортивно-гимнастического движения революционно-классовым, воспитательным и боевым задачам пролетариата.

3. Демонстрацию ПОСЛЕОКТЯБРЬСКОГО движения русского рабочего спорта в целях косвенной живой пропаганды и агитации за Октябрь в капиталистических странах.

На основе вышеизложенного Президиум ЦК КСИ не может согласиться с НЫНЕШНИМ составом намеченной ВСФК представительной футбольной команды, ибо этот состав не соответствует вышеизложенным принципам и Президиум КСИ на ее заграничную командировку своей санкции НЕ ДАЕТ.

Одновременно с этим Президиум ЦК КСИ просит сообщить ему и договориться с Секретариатом относительно нового состава РАБОЧЕЙ команды, которая во всех отношениях соответствовала бы требованиям КСИ.

Секретариат КСИ".
(РГАСПИ. Фонд 537, опись 2, дело 93).

Жесткая позиция КСИ предотвратила наметившуюся поездку российской сборной в Германию и Францию: одиннадцати рабочих, знающих толк в футболе, в России не нашлось. Не нашлось и во всем Союзе. Залатав (в нарушение инструкции) бреши учащимися и служащими, сборная СССР в последующие два года немецких друзей все же навестила.

ДРУЖБА ДРУЖБОЙ, МЯЧИ ВРОЗЬ

Встречи советских футболистов сопровождались многолюдными демонстрациями, пламенными речами с заверениями в искренней дружбе и тесном сотрудничестве в достижении конечной цели.

Как-то во время уличного шествия наши ребята увидели направленные в их сторону огромные кулаки. Некоторые горячие головы, ничуть не смущаясь подавляющим численным превосходством демонстрантов, ответили тем же. Рукопашную предотвратили бурные рукоплескания вперемешку с радостными выкриками. Чуть позже озадаченным советским делегатам объяснили: поднятый кулак означает приветствие красных фронтовиков - Рот Фронт.

2 июля 1927 года, несмотря на проливной дождь, огромная толпа пролетариев встречала сборную СССР на лейпцигском вокзале. С приветственной речью обратился к гостям председатель футбольной секции Германского рабочего союза Ридель, с ответным словом выступил представитель ВСФК Шардаков. Встреча вылилась в шумную манифестацию. На следующий день, согласно рекомендациям КСИ, ее должны были продолжить на лейпцигском стадионе участники футбольного матча, полностью игнорируя результат. Как технически решить столь необычную задачу, спортинтерновская инструкция умалчивала, да и команды понятия не имели. При виде соперника, туго накачанного мяча и аппетитной мишени в футболистах проснулся заложенный природой спортивный инстинкт, как у хищника, учуявшего запах крови. В результате строгие предписания Красного Интернационала нарушили обе стороны: немцы, как люди пунктуальные, дисциплинированные, всего пару раз, наши - в четыре раза чаще. Итог - 8:2.

Каждый последующий проигрыш воспалял в хозяевах реваншистские настроения, и после третьего они обещали дать русским бой в Дрездене. В том, что это не пустые слова, первым убедился Василий Лапшин, покинувший поле с разбитой головой. Наши в долгу не остались и, похоже, чуточку переусердствовали, превзойдя немцев и в жестких мужских единоборствах, и в счете - 3:0.

На другой день немецкие газеты утверждали, что советские футболисты выиграли матч "только благодаря могучему сложению и грубости". А Шардаков в корреспонденции из Германии не скрывал своего раздражения по поводу прохладного отношения трибун к советской команде. "Нашу победу публика встретила гробовым молчанием", - писал он из Дрездена.

Общий итог встреч с западными пролетариями: +9=0-1, 61-14. Дружба дружбой, а мячи врозь.

Единственный матч был проигран рабочим Австрии - 1:3. Игра с австрийцами планировалась на их территории. Но местные власти во избежание подъема революционного движения "красных агитаторов" в страну не пустили. Встреча состоялась в Дрездене. Ошарашенные ее итогом, наши потребовали матч-реванша. Через день он состоялся - 6:1.

ЛЮБОВНАЯ ЛОДКА РАЗБИЛАСЬ О БЫТ

Дома руководитель советской делегации отчитывался о результатах поездки. Он объяснил проигрыш пресыщенной легкими победами сборной недооценкой соперника, утомительным 150-километровым автомобильным путешествием из Лейпцига в Дрезден, трехчасовым ожиданием начала игры и прочими разностями, не сходящими с репертуара тренеров-неудачников и по сей день. Вскоре вы услышите иную версию на сей счет.

Шардаков не без удовольствия рассказывал о массовых демонстрациях во всех местах пребывания советских футболистов: "В этих демонстрациях мы чувствовали теплоту братской солидарности, исходящей от величайших симпатий немецких рабочих к рабочим единственного в мире пролетарского государства".

При знакомстве с отчетом, однако, не покидало ощущение, что он тщательно подбирает слова, дабы ненароком не наговорить лишнего. Его, мягко говоря, удивило "нервное поведение" во время матчей зрителей и немецких футболистов и тон местных газет, обвинивших нашу команду в "подлости, черствости и грубости". Докладывая о доброжелательном отношении к нам некоторых руководителей рабочего спортдвижения, Шардаков писал: "Но вместе с этим хочется указать и обратное - другие товарищи, как, например, Отт, очень немного делают для единства, а, наоборот, иногда проводят вредную работу для обеих организаций". Заключительная его фраза: "Несмотря ни на что мы уверены, что наша связь с немецкими рабочими спортсменами будет крепнуть и расти", - дает основание полагать, что не все было благополучно в интернациональном рабочем семействе. Хранящиеся в РГАСПИ документы тревожных сомнений не рассеяли.

"Секретариату ЦК
Дорогие товарищи.

Ваше письмо от 3 августа по поводу взаимоотношений между русской футбольной командой и тов. Цоттером мы получили. Если бы вы и не писали нам об этом деле, то мы сами вынуждены были бы по этому поводу пожаловаться вам на русскую братскую партию.

Мы, к сожалению, не можем дать хороший отзыв о русской футбольной команде, а также о ее руководителе и консультанте-враче. Русская футбольная команда своим поведением, своей неаккуратностью во всех отношениях, своей грубой, в Германии наблюдающейся только у буржуазных футбольных клубов, игрой, своими претензиями и т.д. и т.д. отнюдь не послужила идее международного единства, международного спортдвижения.

Руководитель команды отказался говорить с представителями партии. Так как они в таком же духе вели себя и в других местах, то саботаж Центрального Комитета Союза вполне удался, и русским игрокам при прибытии в Дрезден не был подготовлен достойный прием. Когда наш оргсекретарь просил передать руководителю русской команды, что он желает с ним поговорить, то тот коротко и ясно ответил, что мы, мол, с коммунистической партией ничего общего не имеем...

Несмотря на то, что им был предоставлен безусловно хороший стол, врач совершенно несправедливо раскритиковал его. Хотя ему была дана возможность определять, что именно должно подаваться, он всегда выражал свою критику после того, когда еда была уже подана...

Ночью, в 12 1/2, часть команды с врачом приехала в нетрезвом виде... В гостинице "Золотого льва" члены команды много пили и далеко небезупречно себя вели. Ночью и днем они влезали и вылезали через окно. Наши товарищи жалуются на совершенно беспримерную неаккуратность русских игроков.

Когда руководитель и врач русской команды жаловались на помещение, на еду и т.д., как будто они были отпрыски русских князей, а не русские рабочие-футболисты, то тов. Цоттер указал им на то, что германские футболисты в России были устроены далеко не идеально и несколько ночей спали на голых досках без одеяла. Таким образом, разгорелся спор между русским руководителем и тов. Цоттером, дело кончилось тем, что русский руководитель дал пощечину тов. Цоттеру.

После состязания с австрийской командой врач ответил на вопрос, почему они проиграли игру: "У нас сегодня плохой день". Но рабочий, член Союза, присутствовавший при этом разговоре, понял в то же время из их слов, что они прошлой ночью сильно кутили.

Так как русские играли очень жестко, то "Арбайтер Штимме" в своем отчете должна была упомянуть об этом, не известном в спортивном рабочем движении способе игры.

Эта игра русских в Дрездене и к тому же их небезупречное поведение, их непонятные для германских рабочих притязания принесли больше вреда, чем пользы идее международного единства.

Мы ждем, что вы сделаете представление Высшему Совету Физкультуры в Москве относительно его команды и в особенности относительно врача и руководителя и что в будущих поездках русских спортсменов в качестве руководителя будет назначен товарищ, который прежде всего будет коммунистом, а затем уже футболистом.

С коммунистическим приветом,
окружком КПГ.
Фост. Саксония".
(РГАСПИ. Фонд 537, опись 2, дело 43).

Без комментария не обойтись. Руководитель - наш знакомый Шардаков. Удивляет, если не сказать больше, нежелание ответственного работника высшего советского физкультурного органа разговаривать с коммунистами. Потерпевший - товарищ Цоттер - сопровождал советскую делегацию во время ее пребывания в Германии.

Не стал излагать содержание письма от 3 августа из-за схожести упреков. Общей картины оно не изменило, разве что добавило еще один мрачный мазок.

Перед визитом советской команды в Германию были оговорены условия. Мы просили хозяев оплатить проезд, предоставить бесплатное трехразовое питание, гостиницу и выделить каждому члену делегации суточные в трехрублевом эквиваленте. Немцы определяли график: где играть, с кем и когда. Договорились полюбовно. Но уже в ходе турне наши стали импровизировать: меняли по своему усмотрению маршрут, выбирали соперников. В результате сыграли несколько внеплановых матчей в сверхурочное время, существенно облегчив кошельки прижимистых немцев. Зато хлопот добавили. "В Берлине мы узнали о намерении советской команды сыграть там матч всего за пять дней. Времени очень мало для подготовки. Буржуазный футбол, более популярный, тоже нуждался в рекламе, обычно двухнедельной. Нужно время для того, чтобы найти место для игры, жилья, заказать плакаты и листовки..." - жаловался берлинский коммунист Гутман старшим товарищам по партии.

Заверения в лучших чувствах, сотрясавшие воздух немецких городов, быстро развеяли легкие порывы серых осенних будней. Еще одна любовная лодка разбилась о быт. С тех пор (вплоть до начала 50-х) нога советского футболиста не ступала на немецкую землю.

Два визита сборной СССР в Германию вызвали немало нареканий и в немецкой прессе. Наши как могли защищались. Когда же, в связи с отсутствием подходящих словес, становилось невмоготу, переходили в лобовую атаку, извлекая из-за пазухи пусть и примитивное, но верное, проверенное в классовых битвах оружие - булыжник, типа "Сам - дурак".

Русская эмигрантская газета "Дни" (№ 893 за 1926 год) писала: "Команде, составленной из первокласснейших русских футболистов, старых профессионалов спорта, среди которых нет ни одного рабочего от станка и крестьянина от сохи, немецкие коммунисты противопоставляют подлинно рабочие команды". "Дезинформаторам" ответили: "Команда, выступающая за границей, состояла на 75 % из "рабочих от станка", имея в своих рядах несколько коммунистов и комсомольцев". Фраза после последней запятой возникла от недостатка аргументов и покрыть 25-процентную недостачу (от и без того раздутой цифры) была не в силах, да и значения не имела: оппоненты упирали на классовый состав, а не политическую ориентацию футболистов.

В ноябре 1927 года пришлось провести разъяснительную работу с редактором "Шпорт-Вохе", членом правления Германского рабочего спортивного союза Коппишем, усомнившимся в любительском статусе советских футболистов. Восполнив очевидные пробелы в образовании редактора ("В СССР 8-часовый рабочий день для рабочих и 6-часовый - для служащих. На производстве и в учреждениях осуществляется строгий контроль над приходом и уходом. Прогулы преследуются вплоть до увольнения со службы. Все трудящиеся - члены профсоюза"), недопонимающему германскому товарищу объяснили, что свободного времени у немецкого рабочего даже побольше: "Если же добавить, что большинство из указанных товарищей ведет работу по самообразованию, то времени на спорт у них остается весьма немного". И наконец: "Не вступая в пререкания о том, чьи игроки являются более "пролетариями", ни один мало-мальски сознательный рабочий не может мыслить о том, что в полумонархической Германии рабочим живется лучше, нежели в государстве рабочей диктатуры - в СССР!"

Козырь убийственный - джокер! Крыть его ни Коппишу, ни ему подобным нечем. Тут, как говорится, полный капут. С этого и надо бы начать, и тогда все сомнения испустили бы дух еще в утробе злопыхателей.

Попросили слова и обвиняемые. В середине сентября игроки советской сборной обратились непосредственно к немецким коллегам по профессии и увлечениям в нерабочее время: "Немецкие товарищи, которые имели возможность поближе познакомиться с нашими футболистами и увидеть их истинные физиономии, знают, что это чистейшая ложь. Команда, посетившая Германию, не является даже сильнейшей футбольной командой СССР (кто может быть сильнее национальной сборной? - А.В.). Высокие результаты ее игр с немецкими рабочими-футболистами следует отнести главным образом за счет того, что наша сборная команда СССР встречалась со сборными меньших объединений (городов, округов)". Если бы результаты футбольных матчей напрямую зависели от территории государства и населяющих его жителей, то Советский Союз и Индия с Китаем не сходили бы с мирового пьедестала. Партиец, диктовавший письмо футболистам, в вопросах классовой борьбы наверняка разбирался лучше, чем в футболе. Вот и следовало бы растолковать немецким товарищам, что разорвавшим цепи передвигаться по полю значительно легче, чем с оковами на ногах, а крупные победы представителей Страны Советов отражают преимущество вольно дышащего пролетариата над угнетенным.

Наши постоянно уводили дискуссию в сторону. Вообще-то советскую сборную упрекали не в силе и мощи, а исключительно в неоднородности ее классового состава. На публике мы отпирались, но в документах для внутреннего пользования признавали, что командируем за рубеж команды не чистых рабочих кровей: "Сейчас, не имея еще достаточного количества высококвалифицированных физкультурников в тех или иных областях непосредственно из рабочей среды, мы должны посылать служащих и учащихся".

"МЫ - МАРКСИСТЫ, А НЕ МЕТАФИЗИКИ"

В 20-е годы, в отличие от более поздних, крупные победы футболистов не вводили руководителей в состояние эйфории. Относились к ним трезво, сдержанно и даже критически. Подводя итоги встреч сборной СССР с немецкими рабочими в 1926 году (все семь матчей были выиграны с общим счетом 61:11), "Красный спорт" писал: "Зарубежные рабочие клубы образовались не так давно, они не сильны, тем более что им запрещены встречи с буржуазными командами. А СССР тем не менее ни разу не выиграл всухую. Достаточно было одного удара по воротам - и наш вратарь эффектно пропускал мяч под собой". А после проигрыша сборной РСФСР в Москве рабочим Нижней Австрии (3:4) и натужной победы над пролетариями Саксонии (4:3) специалисты всерьез утверждали о понижении класса футбола в стране. "До тех пор, пока не пригласим крупного тренера-иностранца, пока не будем играть с действительно классным противником, мы вперед не двинемся, и одиннадцать лучших РСФСРовских игроков будут проигрывать австриям и серьезно бороться с саксонцами, весьма слабыми по международному классу командами", - писал в октябре 27-го "Красный спорт".

Необходимость встреч с сильными буржуазными командами во благо советского футбола сомнений не вызывала. Реализации идеи всерьез препятствовали брачные узы с Красным Спортинтерном. Но коль скоро мы неоднократно пренебрегали его священными заповедями, нарушение еще одной значения не имело. Тем более что теоретическую базу для этого подготовил Николай Семашко, видный партиец, первый советский нарком здравоохранения, он же первый председатель главного физкультурного органа. Выступая на собрании ВСФК, Семашко сказал: "Мы - марксисты, а не метафизики. Все вопросы мы решаем применительно к конкретной обстановке... Если от встречи с буржуазными командами будет польза Советской России, мы должны встречаться. В Китае и Турции нет рабочих спортивных организаций, а есть национальные. В интересах развития рабочего спорта мы должны с ними встречаться... В будущем мы должны придерживаться только этой линии".

В Китай ездить не стоило. Футбол там был никакой, даже слабее коминтерновского. А с турецкой сборной мы подружились всерьез и надолго. Через неделю мы большую часть времени проведем на свежем воздухе - встретимся с турками и на их каменистых полях, и на наших заснеженных, свежемороженных. Советую запастись теплой одеждой.

Код для блога
Предпросмотр
 







Loading...