16:30 9 декабря 2015 | Волейбол — Россия

Вадим Хамутцких: "Я готов играть. Только приготовьте форму"

Вадим ХАМУТЦКИХ. Фото Юрий БОГРАД
Вадим ХАМУТЦКИХ. Фото Юрий БОГРАД

Старший тренер "Белогорья" – о назначении, нервотрепке и игровом азарте.

Начало нынешнего сезона для действующего вице-чемпиона суперлиги "Белогорья" получилось не слишком удачным – три поражения в четырех матчах чемпионата России. Еще до старта турнира главный тренер команды Геннадий Шипулин из-за проблем со здоровьем оказался в больнице. Стать старшим тренером "Белогорья" пригласили Бориса Колчинса, который до этого уже много лет проработал в команде. Но в этот раз не сложилось. После очередного поражения на место Колчинса назначали Вадима Хамутцких – легенду клуба, трехкратного олимпийского призера, одного из лучших связующих в российском волейболе. Под его руководством "Белогорье" вышло в финал Кубка России и одержало еще одну победу в суперлиге.

– Какими были две недели, которые прошли после вашего назначения?

– Самое главное – есть результаты, и все идет по плану. От этого можно отталкиваться. Хочу сказать спасибо руководству за высокое доверие. Теперь надо его оправдать.

– Насколько неожиданным для вас стало предложение?

– Конечно, было неожиданно. Мне позвонили, сказали приехать к руководству, я приехал и получил такое назначение. Все произошло быстро.

– Звонил Геннадий Шипулин?

– Да. Он сейчас занимается восстановительными процедурами, вроде бы неплохо себя чувствует. Выглядит хорошо. Так что, будем надеяться, что то, что произошло, это было просто недоразумение.

– Сейчас вы с ним постоянно находитесь на связи?

– Он полностью доверил мне руководство команды, но общаемся мы все равно регулярно. Иногда Геннадий Яковлевич приходит на тренировки и смотрит за тем, как мы работаем. Потом обсуждаем разные моменты, где можно "подчистить", что можно добавить. У нас постоянный диалог.

– Что вы в первую очередь сделали на новом посту?

– Не зря говорят: от добра добра не ищут. Я решил так: зачем ломать уже установившийся рабочий процесс? Так что кардинальных изменений не было, только небольшие корректировки.

– Символично, что свою первую победу в суперлиге вы одержали над "Газпром-Югрой", в которой и начинали свою тренерскую карьеру?

– Как сошлось. Для меня самое главное – это результат, а кто на другой стороне сетки мне совершенно неважно. Самое главное – что после этой победы ребята немного спокойнее вздохнули. Это было важно для того, чтобы процесс дальше шел планомерно и без всяких нервотрепок.

– Почему ваша тренерская карьера в "Газпром-Югре" ограничилась всего одним сезоном?

– Решение принимало руководство. Я считаю, что все было неплохо. Но вообще давайте так: лучше о результатах судить со стороны. Я старался выполнять свою работу.

– После ухода из клуба легко смогли найти новое место?

– Я особо не искал. Было пару предложений, но без конкретики. А потом Геннадий Яковлевич позвонил, спросил, где я нахожусь. Сказал, что сижу дома с семьей. Он меня и позвал во вторую команду – помогать Павлу Иванову. В этом году начинал тоже со второй командой, а потом перевели в первую.

"НЕ СКАЗАТЬ, ЧТО Я ОЧЕНЬ РВАЛСЯ В ТРЕНЕРЫ"

– Как сказался на ребятах не самый удачный старт сезона?

– Приятного, конечно, мало. Особенно это касается тех игр, которые просто нельзя было проигрывать. Но это спорт, мы решили, что надо поменьше нервничать и просто сконцентрироваться на работе. Естественно, я не мог не пропускать через себя неудачи, но старался на них не зацикливаться. Я понимал, что были моменты, где надо было просто сыграть по-другому.

– Насколько гармоничным у вас получился переход от игровой карьеры к тренерской?

– Все произошло довольно спокойно, без нервотрепок. Тренер – значит тренер. Хотя руки и тело по-прежнему рвутся в бой, от этого никуда не денешься. Но не всегда все можно объяснить словами, иногда проще показать один раз. И люди сразу понимают, о чем идет речь. Посмотрим, что будет дальше. Я все-таки только второй раз взошел на это поприще.

– Вы ведь начинали с работы играющим тренером.

– Да, сначала в "Белогорье", затем в Сургуте.

– Хорошо помните свою первую тренировку в статусе главного тренера?

– Это было на сборах с командой Сургута... Ничего особенного и сверхъестественного не было. Все прошло нормально, в спокойной обстановке.

– Насколько непростым для вас получился тот сезон?

– Это было что-то новенькое. Было интересно послушать и мнение со стороны, получается у меня или нет. С другой стороны, никаких сверхъестественных эмоций не было. Очередной этап в жизни.

– К кому обращались за оценкой – получается или нет?

– Да особо ни к кому и не обращался. У меня много друзей, которые еще играют или закончили играть, вот они звонили и говорили: "Да, неплохо выглядишь в плане ведения игры". Мнение со стороны всегда полезно послушать.

– Именно с того момента вас и начали называть по имени-отчеству?

– Да, пришлось привыкать к этому... Но для своих друзей я как и был "Борода", так и остался "Бородой". Но в команде соблюдают субординацию. "Вадим Анатольевич" значит "Вадим Анатольевич"... Ну, что поделаешь. Не мы такие, жизнь такая!

– Многие действующие спортсмены говорят, что не хотят быть тренерами. Вы, скажем, лет в 25, тоже не хотели?

– Если честно, то я никогда на эту тему особо не задумывался, хотя у меня периодически спрашивали, собираюсь ли я тренировать. Решил для себя так: сложится – буду, нет – ну и ладно. Получилось как получилось. Значит теперь я тренер.

– Но если бы сложилось иначе, вы особо не расстроились бы?

– Думаю, да. Не сказать, что я прямо очень рвался в тренеры.

– На ваш взгляд, что нужно для того, чтобы стать хорошим тренером?

– В первую очередь, терпение. Также нужно уметь находить взаимопонимание с коллективом. Если между тренерами и игроками большие разногласия, мне кажется, мало что может получиться. В принципе с коммуникабельностью у меня никогда проблем не было. И общаться спокойно я могу с людьми разного круга и разных характеров.

"ПРОВЕЛ В ИГРЕ 38 ЛЕТ"

– Вы говорите "руки и ноги" по-прежнему рвутся в бой. За счет чего вам удавалось так долго оставаться в игре?

– За счет желания. За счет азарта, который у меня постоянно есть. И спасибо родителям за здоровьем – оно в нашем виде спорта значит очень много. Кто-то из-за травм заканчивает, не доиграв и до 30. Мне повезло. И я смог доиграть почти до 45.

– Что значит играть в 45 и играть в 25? Насколько существенна разница?

– Эмоции у меня всегда были примерно одинаковые, что в 25, что в 45. Но в 25 ты еще совсем молод, ты еще только развиваешься как игрок, ты толком ничего не выиграл. А в 45… Уже начинают называть по имени-отчеству. Но победам и наградам ты все равно радуешься одинаково.

– Сколько лет вы, получается, провели на площадке?

– В волейбол я пришел в 7. Получается, около 38.

– И сколько раз за этот период хотели завершить карьеру?

– Да дело в том, что я и сейчас не могу сказать, что закончил карьеру. В любое время я готов выйти. Только приготовьте игровую форму.

– И форма физическая вам это позволяет?

– У меня нет проблем с лишним весом, так что если позовут – в любое время. Но в "Белогорье" я себя в качестве игрока не вижу. Здесь надо заниматься либо одной работой, либо другой. Но поиграть еще я бы не отказался.

1
Материалы других СМИ
Some Text
КОММЕНТАРИИ (1)

nick red

на вид Хамуц. похож на алкаша)), а играл то действительно прилично долго. Удачи на тренерском мостике, должно получиться, все же не плохой связующий

12:15 10 декабря 2015