26 ноября 2010

26 ноября 2010 | Экстремальные

ЭКСТРЕМАЛЬНЫЕ

ДЕВУШКА С КРЫЛЬЯМИ

Все больше и больше людей увлекаются экстремальными видами спорта. Сложился даже образ экстремала: серьга в ухе, нестандартная прическа, майка или толстовка, шорты или джинсы... Такими они и в редакцию заявлялись. А тут приезжает на джипе "Лексус" ухоженная, одетая по последнему писку неформальной моды молодая женщина. И что главное, не опоздав ни на минуту! Вот что значит бизнесвумен.

В экстриме Ирина Синицина связала свою жизнь с парашютным спортом: многократная рекордсменка страны, двукратная - мира и Европы. Организатор рекорда женских больших формаций (построение фигуры из большого числа парашютистов и удержание ее в свободном падении. - Прим. Е.Р.) в России, капитан российского сектора больших формаций в международных соревнованиях. Поскольку в интернете я о Синициной ничего найти не сумела, то сразу постаралась поставить все точки над i.

- Ваше пристрастие, как я понимаю, большие формации?

- Сейчас начинаю осваивать новую дисциплину - построение формаций в вингсьютах (костюме-крыле).

- А как это?

- Когда я это увидела, у меня было ощущение, что прилетели инопланетяне и пытаются нам что-то показать. Дисциплина пока всем непонятная, но очень красивая! В 2009 году был установлен рекорд мира - 68-way. То есть в нем все 68 человек должны попасть в определенный квадратик, лететь на определенном месте в трех метрах друг от друга по всем параметрам. Это очень сложно. Если в большой формации ты прилетел на свое место, взял захват и этим свое дело сделал, то тут ты летишь и всю дорогу думаешь: а правильно ли я все делаю?

- Недавно в Америке прыгали в вингсьютах 200-way, насколько мне известно, это - мировой рекорд. Россияне там были?

- Да, конечно, возглавлял нашу группу Валерий Розов. Было 6 россиян, среди них я - одна женщина. До этого я сделала 10 прыжков в вингсьюте, было ужасно страшно. А когда узнала, что будут устанавливать мировой рекорд, спросила у Розова, есть ли у меня шанс попасть в состав. Он ответил, что я прыгаю много формаций, мне надо лишь освоить вингсьют, остальное я умею. С сентября сделала прыжков 50 и поехала. Думала, меня не возьмут, люди и по 3000 прыжков имеют. Я, конечно, никому об этом не сказала, но количество прыжков себе приписала…

- Два нолика сзади?

- Что-то вроде… Думала, ну, не возьмут, похожу в Америке по магазинам…

- Судя по всему, вас все-таки взяли?

- Ужас заключался в том, что когда я увидела списки, где стою в этой фигуре, то свою фамилию нашла в базе - это самое тяжелое место. Там стоят 16 человек, и я с Валерой Розовым. Кто я, и кто Розов?!

- Не хотели отказаться?

- Нет, что вы! Только сказала Валере: давай попросим, чтобы меня перевели… Я во всех формациях крайняя, а тут - в базе. Должна "лежать", как каменная, на сантиметр нельзя сдвинуться. Если я буду плавать по горизонту, за мной человек будет плавать еще больше, за ним - еще, и так далее. На все мои страхи Валера ответил: "Да ладно, справишься".

- Волновались?

- 10 лет прыгаю, а тут так волновалась, боялась всех подвести, я же очень ответственная. Когда мне потом сказали, что я молодец, супер, лежала, как каменная, была очень горда!

* * *

- Свой первый экстремальный опыт помните?

- В третьем классе прочитала книжку "Высота", о разведчице, которая прыгала с парашютом. Захотелось быть такой же смелой. Когда пошла записываться в секцию, меня сначала не взяли. Вес был маленький - 48 кг, а надо 50. Потом догадалась, положила грузики в карманы, получилось 53.

А первый прыжок был таким. Выпрыгнула, лечу, внизу вижу лес, высоковольтную линию. Вспоминаю инструкцию, что же они мне там говорили? А парашют десантный, почти неуправляемый. Чтобы не сесть на провода, выбрала для приземления самое высокое дерево. Все сделала по правилам. Сижу на вершине высоченной сосны, как в мультфильме "Ну, погоди!", боюсь пошевелиться. Но быстренько сообразила, расстегнула подвесную систему, спустилась (в детстве я хорошо лазала по деревьям). А там же еще парашют остался, государственное имущество! Пришлось потом эту сосну пилить. Когда стала учиться прыгать на крыле, тоже приземлялась на деревья, на дома - так как вес маленький, постоянно попадала в какие-то веселые истории.

- В детстве, видать, были сорвиголовой?

- Не носила юбок лет до 15, ноги всегда в синяках. Падала с деревьев, с тарзанок, разбивала лицо, мама со мной наплакалась…

- Парашют для вас экзотика, романтика, профессия?..

- Я всегда считала, что это спорт. Отношусь к прыжкам очень дисциплинированно. Все знают, что Синицина зациклена на правилах, четком выполнении задания, никакой безалаберности.

- На грани были?

- Начнем с того, что я всегда боюсь… Раньше было совсем страшно, теперь - волнительно. Как-то приземлилась на край березки, купол уже загасился, и тут березку ломает ветром, и я с 10 метров лечу вниз... Пыталась затормозить руками, ногами, цеплялась за любые ветки и молила бога, чтобы не было пенька внизу. Сгруппировалась и… сломала ребро, получила сотрясение мозга, порвала всю систему, но осталась жива.

- После таких случаев еще прыгать хочется?

- Пришла: лицо в крови, ребро сломано, шлем вдребезги. Утерла нос и сказала: "Пойду прыгать прямо сейчас. А то потом будет еще страшнее!"

- Сколько у вас прыжков?

- По нашим меркам - не много, 1500. Но мои прыжки все осмысленные. Я всегда что-то отрабатываю, тренирую. Всегда к чему-то стремлюсь.

* * *

- Вы ведь и бейс ( прыжки с неподвижных объектов. - Прим. Е.Р.) прыгали?

- Это очень страшно и ответственно, в бейсе нет права на ошибку. Для себя 10 раз прыгнула, добилась, чего хотела. У меня маленький сын, рисковать собою больше нет смысла.

- Самый культивируемый вид в парашютном спорте - групповая акробатика, четверки, этим не тянет заняться?

- Очень интересная дисциплина, но это уже профессиональный спорт. Я перфекционистка, если что-то делаю, то должна достичь вершины. А чтобы здесь стать чемпионкой мира, нужно потратить четыре, а то и все шесть лет и около полумиллиона долларов. При этом - ни работы, ни детей, никаких увлечений… Только прыжки. И тогда, может быть, ты достигнешь цели. Это слишком высокая для меня цена.

- А в больших формациях какие амбиции?

- Там у меня цель такая: установить рекорд мира 500-way. Лучшие парашютисты планеты будут собирать тяжелую фигуру, грандиозно! И я в этом принимаю участие, даже помогаю в организации. Это та вершина, которой я хочу достичь.

- В скольких больших формациях вы участвовали?

- Их у меня за плечами десятки. Сейчас начала подготовку к рекорду России - 100 девушек со всей страны. Уже два года девчонки тренируются. В 2006 году спонтанно сделали с девушками рекорд 38-way, назвали "38 попугаев". На следующий год сделали 50, потом 70 - мировое достижение.

- С кем соревнуетесь?

- Заочно - с немками и англичанками, они нам на пятки наступают. Вот мы и готовимся показать 100-way.

- Трудно управлять таким количеством дам?

- Тут есть один нюанс. Мы убрали объект, из-за которого мы, женщины, деремся: мужчин нет, завоевывать некого! Девчонки без мужчин сплачиваются, все мягкие, нежные. Аккуратненько так, раз - и фигура построена. Все так плавненько, а фигурка лежит 10 - 15 секунд.

- Кстати, сколько нужно продержаться в зацепе?

- Чтобы все захваты были зафиксированы, достаточно одной секунды.

- Какое вознаграждение получаете за такие прыжки?

- Никакого. Три года я организовывала рекорды за свои деньги, в этом году участникам придется заплатить взносы. Мне очень понравился американский подход: проводить спортивные мероприятия в благотворительных целях. Мы решили, что будем собирать деньги в фонд детей паралимпийцев. У меня сын болен ДЦП, и я вижу этих детей постоянно. У них огромная сила воли, несмотря ни на что, они хотят быть чемпионами!

* * *

- Можете сравнить ощущения от всех дисциплин, которыми занимались?

- Про бейс я уже говорила, лишь повторю, что везде волнительно. Когда приземляешься в больших формациях, тебя переполняют невероятные чувства - эйфория, экстаз, оргазм - называй, как хочешь. В вингсьюте паришь, как птица. Видишь красивые облака, можешь подлететь к ним, облететь и даже залететь в облако.

- Но ведь это запрещено?!

- Действительно, оно может быть прекрасным белым снаружи, а на самом деле - грозовым. Помню, в 2000 году стояла золотая осень, сижу на аэродроме, меня переполняют возвышенные чувства… Вдруг слышу объявление: "Есть место на сансете". Это значит, будешь прыгать на закате солнца - невероятно красиво, за эти места в самолете просто драка идет! Я тогда еще зеленая была, всего 20 прыжков, но меня взяли. В самолете пыталась узнать, что же мне делать... Меня успокаивают, мол, такая красота, лети и наслаждайся! И я первый раз без какого-либо задания выпрыгиваю. И такое облако, аж слезы от счастья! Падаю в это облако, и тут…(словами нельзя передать то, что изобразила Ирина руками и ногами, показывая, как ее трепало. - Прим. Е.Р.) Так, еще на заре занятий парашютом, четко поняла, что такое рай и что такое ад!

* * *

- А как вы расцениваете ситуацию, когда в большой формации, где прыгают более ста человек, только один не зацепился?

- Я в своей жизни, когда формация лежала, не подошла всего один раз. Не подошла потому, что в небе потеряла сознание. И тем не менее помню это ощущение. Приземляюсь, боль, кровь из носа (прыгала с насморком). Рыдаю не от боли, а потому, что подвела команду… Для того, кто не зацепился, это огромный психологический стресс.

- Как организатор формации, что предпримите в такой ситуации?

- На рекордах я очень жесткая, многие меня осуждают. Когда иду к цели, меня не волнует, какой ценой я ее достигну. Никогда не даю никому второго шанса - однажды вывела на первом прыжке свою лучшую подругу... Все это знают, все стараются.

- Насколько опасна большая формация и в чем?

- Девяносто процентов действий отрабатывается на земле, из всех разговоров, что там ведутся, 80 процентов времени говорим о безопасности. Чего я боюсь больше всего, так это приземления. 90 процентов всех смертных случаев происходит под открытым куполом при приземлении.

- Чего нельзя делать при построении большой формации ни в коем случае?

- Думать о чем-либо, кроме построения. Нужно четко шаг за шагом представлять себе, что ты будешь делать.

* * *

- Поделитесь, что за бизнес у вас?

- Уже много лет работаю в ресторанном бизнесе. Сейчас - генеральный директор в ресторанном синдикате, возглавляю 15 ресторанов высокой кухни.

- Любите поесть?

- Я гурман, никогда не стану есть то, что не нравится. Люблю красивую еду.

- Дома сами готовите?

- К сожалению, дома не готовлю, приезжаю в 12 ночи. Кушаю в ресторанах, даже в выходные. Но если надо, могу с листа приготовить немало блюд! Когда была в Америке, приготовила борщ - позавидуешь. Правда, по скайпу позвонила шеф-повару: в каких пропорциях что класть. Никогда никого не допускаю к приготовлению шашлыка, прекрасно мариную мясо.

- Дайте-ка ваш рецептик шашлыка.

- В приготовленное мясо порезать лук, чесночок, поперчить и залить оливковым маслом. Перемешать и дать постоять час. Соль добавить, когда разожгли огонь, и еще раз перемешать. Объясняю: перец усиливает вкус мяса, масло дает моментальную корочку и внутри остается сок. Специи подать отдельно.

- Чего в вас больше - экстремала или бизнесвумен?

- Мне кажется, я больше экстремал, даже работа у меня экстремальная! Вечные стройки, разговоры с прорабами... 10 лет я не была в отпуске на море, максимум могу отвезти сына и побыть там с ним три дня, дальше неинтересно. Все мои поездки за последние годы - только в Америку на прыжки.

Елена РЕРИХ