9 февраля 2010

9 февраля 2010 | Олимпиада

ОЛИМПИЗМ

НА ЧЕМОДАНАХ

БУТЫЛКА ВИСКИ - КАК ТРУБКА МИРА

Игорь РАБИНЕР

"Да все то, что вы писали отсюда о хоккее, не стоит одного сегодняшнего материала в "Коммерсанте"!

Эта фраза прозвучала для нас, освещавших на Олимпиаде в Турине хоккей, как удар хлыста. Дело было вечером накануне вылета из Италии, когда мы всей нашей спорт-экспрессовской бригадой на прощание присели в уютном миланском ресторанчике. И произнесла ее не кто-нибудь, а Елена Сергеевна Вайцеховская. От олимпийской чемпионки, блистательного журналиста и просто очень уважаемого нами человека слышать подобное было вдвойне обидно.

Суть вот в чем. Ночь после матча за третье место, столь же безнадежно проигранного чехам, как и полуфинал - финнам, мы с коллегой вообще не спали: на двоих написали в гостиничном номере столько, что этого хватило чуть ли не на три газетные полосы. А в это время Андрей Колесников из "Коммерсанта", обладавший согласно контракту с Bosco "правом первой ночи" на общение в Русском доме со всеми нашими олимпийцами, уже за полночь подловил в этом самом доме капитана российских хоккеистов Алексея Ковалева. И тот так словесно "отметелил" главного тренера Владимира Крикунова, что через день, когда газета вышла в свет, в шоке оказались все. Ведь по ходу турнира и близко ничего подобного из уст игроков не звучало.

Разговоры ходили разные: по одним данным, Ковалев долго сдерживался, а после окончания турнира его просто прорвало, по другим - непередаваемая атмосфера Русского дома этому откровению немало поспособствовала... Не знаю. Зато знаю другое: быть там в ту ночь мы физически не могли, а у Колесникова в Русском доме был постоянный "боевой пост", и, получается, плоды сами упали в его руки. В журналистике тоже зачастую нужно оказаться в нужное время в нужном месте.

К концу Олимпиады нервы у каждого члена бригады "СЭ" - с нашими-то объемами работы и запредельными требованиями начальства - всегда как натянутые до предела струны, оборвать которые ничего не стоит. Как позже выяснится, это сказалось и на словах самой Вайцеховской, с которой мы всегда относились друг к другу с большой человеческой симпатией и профессиональным уважением.

А тогда я вдруг неожиданно даже для себя встал из-за стола, оглушительно хлопнул дверью и ушел в отель. Обиделся на всех и вся и даже на следующий день, когда мы улетали из Турина, ни с кем из бригады не разговаривал. Сейчас понимаю, насколько неадекватно все это смотрелось со стороны, - и вспоминаю ту историю с иронией, как часть олимпийского колорита. Но в тот момент мне было не до шуток.

Рассказываю вам об этом, тем самым приоткрывая дверь на редакционную кухню, чтобы вы, читатель, поняли, как каждому из нас дается работа на олимпийской передовой. Конечно, Игры - это удовольствие и кайф, но не только. Это еще и самоистязание. Олимпиада не допускает работы вполнакала - это я твердо усвоил еще в Нагано, на своих первых Играх. Это работа на износ. И все же без тяжелого пятиколечного наркотика каждый, кто хоть раз освещал Олимпиаду, себя уже не мыслит. Это неизлечимо.

Как-то раз, около года назад, мне самому довелось выступать в роли интервьюируемого, и последний вопрос был о профессиональной мечте. Погрузившись в раздумья (заранее готового ответа у меня не было), я вдруг понял: мечта номер один - написать репортаж о победном для сборной России финале либо олимпийского хоккейного турнира, либо чемпионата мира или Европы по футболу.

Хоть новый президент РФС Сергей Фурсенко и ставит амбициозную задачу выиграть ЧМ-2018, в реальность ее осуществления верится все же куда меньше, чем в триумф хоккеистов. Особенно после полутора недель, проведенных в Америке за активным просмотром всевозможного энхаэловского хоккея.

В минувшее воскресенье играли "Вашингтон" с "Питтсбургом", чья эпическая битва подается в Америке как противостояние Александра Овечкина и Сидни Кросби. Канадец был бесподобен и забросил в первом периоде две классные шайбы - 0:2. Слово было за Овечкиным, и он ответил хет-триком, а вдобавок и броском в штангу в овертайме, после которого Кнубл сделал победное добивание. 0:2 и 1:4 превратились в 5:4.

В эти волшебные часы я буквально физически ощутил: когда Саша Овечкин чего-то по-настоящему хочет, остановить его невозможно.

А он - очень хочет. В одном из перерывов показали небольшие предолимпийские интервью Кросби и Овечкина. Александр по-английски, без намека на улыбку, сказал: "Нет в спорте турнира важнее, чем Олимпиада. Я очень жду ее матчей. И нашей победы".

Ждем и мы. Не требуем и не уверены - просто верим и ждем.

Болеть за наших я, не скрою, буду - но только в свободное от работы время. Писать стану лишь то, что вижу собственными глазами, а не то, что нужно "партии и правительству". Так же как писал в Солт-Лейк-Сити-2002, где пытался по мере сил противостоять истерии по поводу незасчитанного гола-фантома Самсонова в полуфинале с американцами. Потому что ни одна камера этот гол так и не зафиксировала, а побеждать, по-настоящему играя 20 минут из 60, несправедливо.

...В самолете из Милана вскоре после взлета откуда-то спереди мне передали бутылочку виски. Это была "трубка мира" от Вайцеховской. Стоит ли говорить, что бутылочка эта была всей бригадой "СЭ" незамедлительно и с облегчением распита.

Прямой эфир
Прямой эфир