29 декабря 2008

29 декабря 2008 | Хроника

ХРОНИКА

МЕЖДУ НАМИ, РЕПОРТЕРАМИ...

Владимир КОНСТАНТИНОВ

О ВРАТАРЕ ЛОБОСЕ

Вообще-то человек я неазартный - на тотализаторе не играю, в карты - очень редко, да и то не на деньги. Спорю тоже нечасто, в основном когда меня провоцируют. Другое дело - на футбольном поле: там ни одного сомнительного, на мой взгляд, штрафного, углового или даже аута сопернику не уступлю. Впрочем, история, которую хочу вам рассказать, произошла не на зеленом газоне, хотя к футболу имеет непосредственное отношение.

Перед началом сезона-2008 вратарь "Крыльев Советов" Эдуардо Лобос, с которым мы дружим уже почти четыре года, предложил мне пари: если он сыграет в чемпионате 15 матчей (то есть половину) "на ноль", то я веду его на ужин в лучший аргентинский ресторан в Москве, если нет, то он - меня.

Тогда, в марте, этот спор казался мне почти беспроигрышным. Судите сами: 15 сухих матчей из 30 - очень достойный результат для лучших вратарей страны, к которым, признаться, Лобоса я до этого сезона не относил. К тому же команда в Самаре в начале этого года обновилась едва ли не полностью - какая уж тут надежность в обороне?! В конце концов, отыграть от свистка до свистка весь чемпионат без травм и дисквалификации - большая редкость даже для голкиперов, что, согласитесь, гипотетически тоже повышало мои шансы на успех.

Специально подымать статистику по этому случаю я не стал: прекрасно помнил, что сухой рекорд в чемпионатах России (20 матчей) принадлежал Сергею Овчинникову с почти непробиваемыми, как танковая броня, защитниками "Локо" начала XXI века и что даже такому таланту, как Игорь Акинфеев, побить это достижение никак не удается. Короче говоря, еще по весне я стал потирать руки в предвкушении таящей во рту нежнейшей аргентинской телятинки под чилийское красное.

Едва чемпионат взял старт, про наш с Лобосом спор узнал мой коллега по отделу футбола "СЭ" Александр Мартанов - пожалуй, самый азартный человек в редакции. "У чилийца нет шансов!" - вслух рассудил он. И... бросил свой, куда более рисковый вызов самарскому голкиперу. "Веду вас обоих в тот же ресторан если Лобос сыграет "на ноль" хотя бы десять раз!" - заявил Мартанов. Вратарь с радостью согласился.

К середине лета, а точнее - за тур до экватора чемпионата, мы с Мартановым испытывали олимпийское спокойствие: чилиец провел всего четыре сухих матча! Потом, правда, Лобос совершил впечатляющий рывок: сначала выдал четыре игры подряд "на ноль", в том числе против ЦСКА и "Локо", а вскоре и еще две. В итоге мой товарищ-горемыка вынужден был сойти с дистанции и начать копить денежки на проспоренный ужин. При этом Лобосу, чтобы выиграть у меня, оставалось не пропустить в пяти из девяти матчей.

Развязка, будто в классном детективе, наступила в самом конце. Перед последним - 30-м - туром на счету у Лобоса оказалось 14 сухих матчей, при том, что впереди была домашняя игра с "Тереком", которому, в отличие от "Крыльев", ничего в ней по большому счету уже не было нужно. В общем, меня, как и героев известной советской комедии, могла спасти только кража. И я на нее едва не пошел: собирался уже по старой дружбе звонить знакомым футболистам в Самару, чтобы кто-то из них при удачном для команды раскладе подсобил мне с пенальти в ворота Лобоса.

К счастью, до этого дело не дошло, а заключительный матч на "Металлурге" превратился в голевую феерию - 4:3. После финального свистка я искренне порадовался за самарцев, к которым уже несколько лет испытываю симпатии. Но не менее дорогим, как и успех хозяев, стал для меня, как вы понимаете, и первый гол в ворота Лобоса, забитый румыном Панку. После него, кстати, мне позвонили с поздравлениями сразу несколько коллег, в том числе и оказавшийся менее удачливым Саша Мартанов.

Тут уже схитрил и Лобос - рванул к себе домой в Сантьяго едва ли не на следующий день по окончании чемпионата. Но обещал "проставиться" сразу по возвращении в Москву, в начале января. Что ж, ждем-с!

Ефим ШАИНСКИЙ

ОБ ОЛИМПИЙСКОМ ЧЕМПИОНЕ

В спорт я влюблен с детства, но, увы, выше первого разряда по теннису не поднялся. Крест на мечтах о медалях и пьедесталах поставил давным-давно и, поверьте, никак не ожидал, что в уходящем году стану... олимпийским чемпионом. Да еще каким! Среди штангистов-супертяжеловесов! Причем в составе немецкой сборной. Во всяком случае, именно в такой ранг возвел вашего покорного слугу один очень известный российский интернетовский сайт.

Моя фамилия скромно упоминается уже в заголовке: "Шаинский: если хочешь добиться успеха, важно быть позитивным". Ничего против не имею. Тем более, не будем лукавить, любому журналисту всегда приятно увидеть свою фамилию в СМИ. Но главная изюминка в тексте, который начинается такими словами: "Олимпийский чемпион 2008 года немец Ефим Шаинский, который запомнился всем..." После чего - развитие темы: "Также Шаинский рассказал, что для него значит штанга". Ну и так далее.

Конечно, я сразу понял, откуда ноги растут. Заметка появилась после того, как "СЭ" опубликовал мое интервью с подлинным олимпийским чемпионом-супертяжеловесом и настоящим немцем Маттиасом Штайнером. Похоже, редактор сайта несколько перебрал и потому перепутал автора интервью с его героем.

На следующий день у меня не было отбоя от поздравлений. Причем почти все заканчивали свои телефонные звонки вопросом: "А не мог бы ты завтра помочь нам перенести шкаф?" Но больше всего запомнились слова жены моего друга Тамары: "Все могу представить. И то, что ты олимпийский чемпион, и что немец. Но что штангист..."

С этой замечательной женщиной я не раз вел задушевные беседы о своем радикулите. Из-за чего даже к кофру с фотоаппаратурой приделал колеса.

Юрий ЮРИС

О БИЛЕТИКЕ ОТ БУБКИ

Желающих наблюдать на стадионе за церемонией открытия пекинской Олимпиады в бригаде "СЭ" оказалось девять человек, а билетов - только восемь. Выходило, что один из нас был обречен пролететь мимо "Птичьего гнезда", где организаторы Игр обещали совершенно небывалое зрелище.

Приоритетное право тех, кому поручили писать отчет об этом событии, разумеется, не обсуждалось. Остальные тянули спички, зажатые в правой руке Павла Стрижевского. В конце концов, вопреки заповеди именно "рука дающего" и оскудела: единственная сломанная спичка, как знак прощания с мечтой попасть на открытие Олимпиады, осталась у Паши, никем другим не востребованная. Поскольку мне выпало тянуть жребий последним, всю глубину горя молодого коллеги я ощутил особенно остро.

Не скажу, что провел бессонную ночь, мучаясь угрызениями совести, однако осадок остался. Рецепт, как его растворить, утром придумал шеф нашей бригады Владимир Гескин.

- А что, если позвонить Сергею Бубке, - у члена исполкома МОК и президента НОК Украины вполне может найтись лишний билет на открытие? - вслух задумался Володя.

- Да как-то не очень удобно, у Бубки своих дел сейчас, наверное, невпроворот, - засомневался я.

- Если тебе неудобно, позвоню сам. Все-таки мы знакомы уже четверть века - Бубка не обидит. Диктуй номер. - Гескин решительно взял со стола мобильник.

Звонок застал Бубку на одной из центральных пекинских улиц, где выдающийся атлет в этот момент готовился пробежать свой этап эстафеты олимпийского огня. Сергей Назарович с пониманием отнесся к возникшей проблеме, сразу выразил готовность помочь и попросил перезвонить через час.

- Билет передам Лиле, свяжитесь с ней и договоритесь, где и как она вам его передаст, - через час сообщил мне Бубка.

Созвонившись с супругой великого шестовика, я помчался ловить такси - времени до открытия Игр оставалось в обрез, а отель, где разместились руководители МОК, находился в другом конце Пекина. Наивно думал: вот подъеду к гостинице, выскочу на минуту, возьму билет - и на той же машине вернусь назад. Да не тут-то было...

Все попытки таксиста остановиться были решительно пресечены китайскими гаишниками, которые живым частоколом огородили все подъезды к отелю. Выскакивать из машины пришлось почти на ходу, понимая при этом, что придется искать новое такси, чтобы успеть обернуться. Впрочем, принципиального значения это не имело. Главное - через несколько минут желанный билет на открытие Игр был у меня в руках.

На обратном пути позвонил Бубке, чтобы поблагодарить за оказанную любезность, а заодно уточнил на всякий случай: нужно ли при входе на стадион предъявлять журналистскую аккредитацию - или достаточно только билета?

Сергей Назарович рассмеялся:

- Посмотрите на цену, что стоит на билете, - и вопросов больше не возникнет - ни у службы безопасности, ни у вас.

Посмотрел и ахнул: 3000 юаней! Почти 500 долларов. Это гораздо больше, чем месячное жалованье среднестатистического китайца.

В итоге я оказался единственным в бригаде "СЭ", кто наблюдал за сказочной церемонией в "Птичьем гнезде" не из ложи прессы, а с верхнего яруса стадиона-красавца. В окружении счастливых людей, не пожалевших ради олимпийского праздника выложить по 3000 юаней. Ну не могли же все они, в самом деле, позвонить Бубке!