14 февраля 2005

14 февраля 2005 | Олимпиада

ОЛИМПИЗМ

ГОСТЬ "СЭ"

Сегодня у первого вице-президента Международного олимпийского комитета, почетного президента ОКР юбилей - ему исполняется 70 лет. А на прошлой неделе он был гостем нашей редакции и в течение двух часов отвечал на вопросы журналистов "СЭ".

Виталий СМИРНОВ: "ОДНАЖДЫ В МОИХ РУКАХ БЫЛА СУДЬБА ПРЕЗИДЕНТА МОК"

ЖИЗНЬ УДАЛАСЬ

-Поскольку эта встреча проходит накануне вашего юбилея, то первый вопрос будет несколько провокационным. Скажите, Виталий Георгиевич, жизнь удалась?

- Вполне, грех жаловаться. Я стал свидетелем и участником многих важных событий. А самые яркие воспоминания - о подготовке и проведении московской Олимпиады-80. Причем началась эта эпопея в 1970 году, когда Москва, впервые выдвинув свою кандидатуру, проиграла в конкурсе городов Монреалю, а закончилась в мае 1981-го, когда мы трудоустроили последних из тех, кто работал на Олимпиаду.

Это действительно были прекрасные годы, и потому меня возмущают те, кто позволяет себе уничижительно называть Игры 1980 года "ущербными". Ущербной была политика тех, кто развязал бойкот в ответ на бездумную войну в Афганистане. А вот сама Олимпиада была блестяще организована и прошла успешно: достаточно вспомнить 36 мировых рекордов, установленных в Москве.

Недавно вышла книга знаменитого английского журналиста Дэвида Миллера "От Афин до Афин", в которой подробно рассказано обо всех Олимпиадах. Речь там идет и о московских Играх, которые Миллер называет "блестящими". Мнение такого авторитета в олимпизме, согласитесь, дорогого стоит.

Да, в Москву не приехали делегации целого ряда стран. Но вот один характерный штрих. Когда некоторое время назад у МОК возникли трения с властями США (а эта страна - один из главных финансовых спонсоров Международного олимпийского комитета), президент МОК Жак Рогге в сердцах заметил: "Не стоит шантажировать МОК, угрожать ему финансовыми и прочими санкциями. Однажды мы уже провели Олимпийские игры без США. И если придется - проведем еще раз".

Еще один чрезвычайно интересный период - это конец 80-х - начало 90-х, когда был создан настоящий, сильный и независимый Олимпийский комитет России. Прекрасно помню, как мы, группа единомышленников, сидели до глубокой ночи и планировали работу этого комитета, составляли штатное расписание. Шли путем проб и ошибок, но до сих пор ОКР работает в соответствии с принципами, которые были заложены более 15 лет назад.

Тогда было очень многое придумано. К примеру, в 1992 году мы решили открыть в олимпийской Барселоне "Русский дом". В то время это казалось чем-то абсолютно необычным, а сегодня практически все делегации открывают в столицах Игр свои "дома". Получается, что Россия оказалась законодательницей мод. А идея олимпийских балов? До сих пор помню первый такой бал, на который прыгунья в длину Вера Крепкина, олимпийская чемпионка Рима-60, пришла чуть ли не в валенках. И в какое великолепие эти балы превратились сейчас!

СЧАСТЛИВЫЙ БИЛЕТ

-Удивительно, что, выделив два эти периода своей жизни, вы даже не упомянули о многолетней работе в МОК.

- Потому что это даже не период, а целая жизнь длиной в 33 с лишним года. Счастливый лотерейный билет, выпавший мне во многом случайно.

-Можно ли подробнее об этом лотерейном билете? Как он вам достался?

- Думаю, все началось с того памятного поражения Москвы в 1970 году. Знаете, как раньше было принято: стоило нам где-то проиграть - и сразу находили козла отпущения, которого немедленно со всех постов изгоняли, наказывали по полной программе. В данном случае таким человеком оказался Алексей Романов, который был членом МОК для СССР с 1952 года. Это был очень тихий пожилой человек. К тому же он уже был давно болен и сам собирался покидать Международный олимпийский комитет. На заседаниях он действительно вел себя чрезвычайно тихо, был незаметен, так что президент МОК американец Эвери Брэндедж, когда прощался с ним, не без ехидства заметил: "В первый раз слышу, как говорит член МОК для СССР!"

Так вот Алексей Осипович сам предложил мою кандидатуру в качестве своего сменщика. А вообще, видимо, идея такая витала в воздухе. Меня ведь дважды вызывали в ЦК и предлагали взяться за эту работу.

-В свои 36 лет вы, наверное, оказались самым молодым членом МОК?

- Представьте, нет. Самым молодым был тогда греческий король Константин, олимпийский чемпион 1960 года в парусном спорте. Кстати, он довольно холодно меня принял в качестве своего коллеги в МОК. Позже подошел и признался, что сперва так недружески ко мне отнесся, потому что подумал, будто я самый молодой в комитете. А как узнал, что я лет на шесть его старше, так немедленно сменил гнев на милость.

А вообще, процедура избрания меня в члены МОК оказалась забавной. В августе 1971 года в Мюнхене состоялась встреча национальных олимпийских комитетов. Причем проходила она вопреки воле главы МОК Брэндеджа. Он кричал, кулаками махал, грозил всем участникам встречи жуткими карами, но она все же состоялась. И именно там я впервые встретился с Брэндеджем, который устроил мне что-то вроде собеседования. И чем-то, видимо, я ему понравился, потому что он сказал: "Ладно, поезжайте в Люксембург, на сессию". Речь шла, естественно, о сессии МОК.

Ну я и поехал. Помню, сидел в отеле и ждал вызова на заседание. Наконец, 2 сентября - дату до сих пор помню - долгожданный звонок.

Одновременно со мной в МОК принимали и представителя Эфиопии - Тессему. Когда мы вошли в зал, то, глядя на нас, все заулыбались. Позже мне рассказали, что Брэндедж сказал перед этим: "Сегодня мы будем принимать двух выдающихся людей! У Тессемы рекордное количество детей - кажется, 11. А Смирнов будет первым русским, который говорит по-английски!"

Интересно, что согласно тогдашним неписаным принципам МОК новоизбранные члены должны были первые два года сидеть и помалкивать, слушая, что говорят аксакалы. А я уже на первой своей сессии по какому-то очень важному вопросу поднял руку и стал высказываться. Чем шокировал всех присутствующих.

КОРЗИНКИ ДЛЯ БУМАГИ

-Итак, 33 года работы в МОК. Какие моменты памятны более других?

- В 1972 году предстояли выборы нового президента МОК. Кандидатов было двое - лорд Килланин из Ирландии и французский граф де Бомон. А в МОК существовала традиция: подсчетом голосов занимались старейшие. И вдруг король Константин поднял руку: "А не кажется ли вам, г-н Брэндедж, что настал момент, когда эту честь можно оказать самым молодым членам МОК?"

Брэндеджу эта идея неожиданно понравилась. А самыми молодыми были я и тот же Константин. Так мы с ним вошли в историю.

-И как же проходило само голосование?

- Это только с недавних пор при выборах нового главы МОК используют электронную систему. А тогда все было куда неказистее. 72 члена МОК сидели за широким четырехугольным столом. В центре поставили обыкновенный канцелярский столик и стулья. Мы взяли две корзинки для бумаг и обошли стол: каждый кидал листочки с написанными фамилиями кандидатов. Нам предстояло подсчитать, кто получил большинство, и сообщить Брэндеджу.

-А где были сами кандидаты?

- Они не голосовали и ждали итогов в буфете. Мы с Константином пересчитали бюллетени и сложили их в одну стопку. Брэндедж спросил короля Константина: "Ваше величество, избран ли новый президент МОК?" "Да, г-н президент", - ответил тот. "Как его имя?" - "Лорд Килланин".

Затем мы взяли бюллетени, порвали их, пошли в туалет, подожгли обрывки, бросили в унитаз и спустили воду. После чего пожали друг другу руки, пообещав, что никому итогов этого голосования мы не сообщим. Вот такое было доверие. Формально в моих руках была судьба президента МОК! (Смеется.)

-Неужто никто никогда у вас не спрашивал о том, кто сколько голосов набрал?

- Еще один наш представитель в МОК, Константин Андрианов, поинтересовался этим, но я ему ответил, как, впрочем, отвечал и более высоким чинам в Москве: "Врать вам не хочу, но и правды сказать не могу. Да и какая разница? Ведь все равно ничего не изменишь". И в ЦК меня поняли. Не настаивали.

ОРДЕН ИЗ РУК КОРОЛЯ

-Когда-то вы были одним из самых молодых членов МОК. А сегодня, наверное, стали дуайеном?

- Нет. Ситуация с возрастом не такая однозначная. Когда меня принимали, существовали две категории членов МОК: пожизненные (те, кто был избран до 1965 года) и те, кто работает до 72 лет. Ныне пожизненных членов МОК осталось всего трое. Так что по возрасту и опыту работы в этой организации я четвертый.

-Наверное, и комичных ситуаций за время вашей работы в МОК было немало?

- Всякое случалось. Вот одна история. 1977 год. Приезжаю в Барселону, дело было в субботу. И узнаю, что король Испании тем же вечером намерен наградить орденами всех членов исполкома МОК. Все бы хорошо, но в СССР тогда существовал порядок, по которому принять иностранный орден можно было только с санкции ЦК КПСС. И куда, скажите на милость, я позвоню в субботу вечером? Принять орден - навлечешь гнев начальства, не принять - оскорбишь короля.

-И как вы поступили?

- Пошел получать орден.

-Получается, не испугались возможных санкций?

- А если всего бояться, ничего не добьешься. Нужно брать ответственность на себя. Это нормально. Другое дело, что многое в той, прежней нашей жизни было далеким от нормального. Просто диким. К примеру, мне не раз приходилось поручаться, что знаменитые наши спортсмены и тренеры за границей не изменят родине, не напьются, не опозорят гордое имя советского человека. Помню, как писал такое поручительство за Станислава Жука. И за яхтсмена Манкина, олимпийского чемпиона, я тоже просил ЦК КПСС. Его бывшая возлюбленная в отместку написала на него донос: мол, Манкин собирается в Израиль сбежать.

"МОСКОВСКАЯ САГА" - ЭТО ПРО НАШУ СЕМЬЮ

-Да уж, странные были времена.

- Бывали и похуже. Я вот недавно "Московскую сагу" посмотрел - и поймал себя на мысли: так это же про нашу семью! У меня ведь отец в середине тридцатых служил в штабе Блюхера. И мы жили в военном доме. И каждый вечер вся семья прислушивалась к шагам на лестнице: к нам или не к нам? Однажды остановились на нашем этаже, и мама от страха в обморок упала. Потом выяснилось - с арестом явились к соседям по площадке.

-Если бы у вас был цветик-семицветик, что пожелали бы, отрывая последний лепесток?

- Вернул бы в Россию нашего четырехкратного олимпийского чемпиона Александра Тихонова. Это жуткий позор, что великий биатлонист, наша спортивная гордость, патриот до мозга костей вынужден скрываться за границей. Тихонов жить не может без России! Звонит мне каждый день и признается, что мечтает вернуться. И ведь он все равно работает во имя Родины, прославляет ее. Да, есть закон, но закон этот должен быть милосерден!

О ПОДАРКАХ И ВЗЯТКАХ

-Давайте вернемся к проблемам МОК. Насколько соответствовали действительности публикации, обвинявшие некоторых ваших коллег в коррупции? Действительно ли за дорогие подарки можно было купить голоса при определении столиц будущих Олимпиад?

- Весь этот скандал был затеян с целью скомпрометировать Хуана Антонио Самаранча в преддверии выборов главы МОК. Напомню вам, что в 1998 году в Москве проходили Всемирные юношеские игры. И вот на пресс-конференции в ИТАР-ТАСС, отвечая на вопрос о проблемах олимпийского движения, Самаранч произнес знаменитую фразу: "У олимпийского движения одна проблема - у него нет проблем!"

На самом деле на президента оказывалось мощное давление, чтобы заставить его уйти в отставку. И чтобы скомпрометировать маркиза, вся эта свистопляска с подарками-взятками и была устроена. Официально вам заявляю: членам МОК никогда не дарили ни самолетов, ни паровозов, ни дорогих скакунов, ни слитков золота. Да, подарки были, но скромные. Могли подарить фотоаппарат, красивую ручку, тирольский свитер, бинокль с олимпийской символикой. Все это, сами понимаете, сувениры - на такое голоса не купишь.

В общем, каких-то массовых подкупов, конечно же, не было. И быть не могло. В то же время были выявлены случаи, когда с отдельными членами МОК действительно работали "индивидуально". Все эти случаи известны, и виновные понесли наказание.

-За те годы, что вы работаете в МОК, организация сильно изменилась?

- Несомненно! Во-первых, появились женщины. А во-вторых, МОК стал профессиональнее: сыграл свою роль массовый приход бывших спортсменов.

ОЛИМПИЙСКОЕ ДВИЖЕНИЕ - ХРУПКАЯ СТРУКТУРА

-Как вы себе представляете Олимпийские игры через 20, 30, 50 лет?

- А вы хорошо представляете, что будет лично с вами через час, назавтра, через месяц? То-то! После 11 сентября 2001 года мир столь сильно изменился, что делать какие-либо прогнозы невозможно.

-Неужели вы всерьез готовы предположить, что через 20 лет Олимпийских игр вообще не будет?

- Ну, при определенном стечении обстоятельств они и раньше могут приказать долго жить. Несмотря на кажущуюся солидность, олимпийское движение - весьма и весьма хрупкая структура. И лишиться его - вполне реальная перспектива. Хотя мне, естественно, хочется верить, что, как часть мировой культуры, Игры выживут.

-Каковы же препятствия, стоящие перед олимпизмом?

- Порой даже не знаешь, откуда может прийти удар - и жесткий. Приведу пример: в преддверии Игр в Афинах некоторые СМИ всячески живописали промахи и неудачи греческого оргкомитета, выпячивали ошибки службы безопасности, злорадствовали по поводу недостроенных объектов. Критика, конечно, вещь полезная, но что мы получили в итоге? Летом 2004 года МОК столкнулся с парадоксальной ситуацией: билеты на соревнования проданы, а людей на трибунах нет! Оказывается, СМИ так настроили людей, что у большинства сложилось ощущение, будто в Афинах будет небезопасно, на стадионах нет элементарных удобств и вообще будет царить полная неразбериха.

А возьмите ситуацию с допингом. Я был на всех летних Олимпиадах с 1960 года и на зимних с 1972-го. Жил, как правило, в Олимпийской деревне. Прекрасно помню, как некоторые наши спортсмены просто-таки сползали по стенке из-за принятого препарата. Да, это не носило такого массового характера, как в ГДР, но тем не менее это было!

Конечно, бороться с допингом нужно. Но ведь во всем должна быть мера. Считаю, что необходимо оставить в силе положение, в соответствии с которым по истечении четырех лет допинг-пробы атлетов ревизии не подлежат. Иначе даже через десятилетия можно будет поставить под сомнение любое достижение, любую медаль! А вы представьте, что будет, если допинг начнут разрабатывать на генетическом уровне? Это ведь может вообще убить олимпизм. Люди просто скажут: зачем нам такой спорт?

Есть еще одна опасность - финансовая. На Олимпийских играх зарабатываются огромные деньги. Эти средства МОК передает международным федерациям, национальным олимпийским комитетам, да и оргкомитеты получают большие суммы. Себе МОК оставляет всего 7 процентов. Но что будет, если спортсмены потребуют и себе значительную долю?

И таких явных и скрытых проблем у олимпийского движения много. Политические коллизии в любой момент могут все перевернуть с ног на голову - ведь так уже было: трижды - в 1916-м, 1940-м и 1944-м - Игры не проводились из-за мировых войн. Да и терроризм - злейший враг. А природные катаклизмы? Вы только представьте, в каком положении оказался бы МОК, если бы декабрьский цунами случился, к примеру, накануне проведения Олимпиады в Тихоокеанском регионе?

650 МИЛЛИОНОВ ЗА ПРАВО БЫТЬ СПОНСОРОМ

-По-вашему, коммерциализация Игр, начатая Самаранчем, пошла олимпийскому движению во благо?

- Без сомнения! Во-первых, организация Олимпиады - мероприятие дорогущее. Обходится примерно в два миллиарда долларов США. А бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.

Кроме того, многие виды спорта без спонсорских вливаний просто умерли бы. Если какой-нибудь вид исключат из олимпийской программы, то, уверяю вас, спонсоры немедленно разорвут контракты с соответствующей международной федерацией, и спортсмены будут обречены на жалкое существование. Возьмем, например, современное пятиборье, над которым сейчас сгустились тучи. Президент международной федерации Шорманн так и заявил мне: лишить его вид спорта олимпийской лицензии - значит приговорить всех пятиборцев к голодной смерти.

На спонсорские деньги живут не только федерации, но и национальные олимпийские комитеты. Знаете ли вы, что в 1992 году государство не дало ОКР ни копейки? В этой ситуации мы сами нашли спонсора, чтобы, в частности, одеть олимпийскую команду, отправлявшуюся в Барселону. А это ведь тоже коммерциализация.

Не забудьте и о том, что для каждого города Олимпиада - прекрасный шанс провести модернизацию. Возьмем Нью-Йорк. Его извечная проблема - старые доки и пакгаузы, которые давно пора снести. Вот во многом для того, чтобы найти средства для реконструкции этого гигантского района, Нью-Йорк и вступил в нынешнюю олимпийскую гонку.

-Деньги в олимпийском движении действительно крутятся гигантские. Откуда они берутся?

- Прежде всего - от продажи телевизионных прав и билетов на соревнования, лицензирования, торговли атрибутикой Игр. Американцы умеют на этом зарабатывать как никто. Но когда они выступили с требованием "верстать" олимпийскую программу под нужды своего телевидения, Самаранч, чтобы избежать прямого диктата, создал специальную группу по поиску новых средств финансирования. Возглавлял ее нынешний глава ВАДА Дик Паунд. Тогда же был создан институт генеральных олимпийских спонсоров. Сейчас этот пул составляют 10-11 компаний. Право вступить в их "клуб" дает взнос в 650 миллионов долларов.

МОСКВА В КОМПАНИИ ВЕЛИКИХ ГОРОДОВ

-Интересно, как часто наши руководители, в том числе и спортивные, обращаются к вам за советом?

- С того момента, как я покинул кресло президента Олимпийского комитета России, хозяева "больших кабинетов" о моем существовании забыли. Разве что дважды приглашал к себе глава президентской администрации Александр Волошин. Я с ним обстоятельно обсуждал проблемы спорта. Но его вскоре уволили. Увы, сейчас я никому не нужен.

-Кем же вы должны быть, чтобы к вам прислушивались в верхах? Генсеком ООН? Ведь с таким сумасшедшим опытом работы и знанием подводных течений в международном спорте вам, первому вице-президенту МОК, просто цены нет в дни, когда Москва борется за Игры-2012!

- Выдвижение Москвы - все-таки другой случай. Я часто встречаюсь с мэром Москвы Юрием Лужковым.

-Насколько высоки шансы нашей столицы?

- Драматизм ситуации в том, что из пяти величайших городов Европы (имею в виду Мадрид, Лондон, Париж, Москву и Рим) четыре участвуют в нынешней олимпийской гонке. И для каждого из них поражение сродни трагедии. Я, конечно, не знаю, кто победит. Но уже тот факт, что мы попали в финальную пульку, - серьезное признание со стороны мирового сообщества. При этом у каждого кандидата весомые козыри. Возьмите Париж - город, который провел великолепные чемпионаты мира по футболу и легкой атлетике. А как не вспомнить о прекрасном теннисном турнире "Ролан Гаррос"? И вот этот город не принимал Олимпиад с 1924 года! Причем уступал в выборах столицы Игр уже дважды.

Что же касается Москвы, то все в наших руках. МОК сделал нам ряд замечаний. Они, в частности, касаются экологии, числа мест в недорогих отелях. В марте приедет оценочная комиссия, и нужно продемонстрировать ее членам, что все замечания учтены, что недостатки исправлены. Если Москва хочет получить Олимпиаду, нужно очень серьезно поработать.

ХОЧЕШЬ НА ЮБИЛЕЙ - ПОЛУЧИ РАЗРЕШЕНИЕ

-Пригласили ли вы на свой юбилей кого-либо из членов МОК?

- Хотелось пригласить многих. Но Москва участвует в олимпийской гонке за право принять Игры, а комиссия МОК по этике строго-настрого запретила лицам, принимающим решения, посещать города-кандидаты с любыми визитами. Хорошо уже то, что президент Жак Рогге не голосует - поэтому он заранее объявил, что обязательно посетит мой день рождения. При этом визит Рогге в Москву будет носить исключительно частный характер. Он прилетит на обычном рейсовом самолете, я лично его встречу, поселю в отеле как частное лицо. И даже в Большой театр он сходит на билет, который я приобрету на свои деньги. И никаких пресс-конференций!

Жду я и Сергея Бубку, который специально получил разрешение приехать в Москву на мой юбилей. Кроме того, приедет и почетный президент МОК Хуан Антонио Самаранч.

Ровшан АСКЕРОВ

Прямой эфир
Прямой эфир