8 февраля 2002

8 февраля 2002 | Прыжки с трамплина

SALT LAKE2002

Больше тридцати лет назад в Гренобле Владимир Белоусов стал нашим первым олимпийским чемпионом в прыжках с трамплина. Первым - и на сегодняшний день последним.

Владимир БЕЛОУСОВ

ВЫИГРАЛ ЗОЛОТО, ПОТОМУ ЧТО БЫЛ ВЛЮБЛЕН

Петербург - Всеволожск. Полчаса на электричке. В этом крошечном городке, который тогда считался еще поселком, Белоусов появился на свет спустя год после окончания войны. Здесь он живет и сейчас. О переезде в Питер он никогда не мечтал. Родной Всеволожск, по его словам, милее и дороже.

РАДИ ЛЮБВИ

Какие стимулы бывают у спортсменов? Личные амбиции. Деньги. Слава. Белоусова же к решению во что бы то ни стало выиграть Олимпиаду подтолкнула любовь.

В детстве он занимался гимнастикой, позже переключился на прыжки с трамплина, но всерьез о спортивной карьере не помышлял. И вот однажды Белоусов влюбился. Девушка взаимностью не отвечала. Тогда он ей заявил: "Ради тебя я попаду в сборную и выиграю Олимпийские игры!"

После этого его будто подменили. Белоусов тренировался как одержимый и сутки напролет готов был проводить на трамплине.

Успехи пришли не сразу. За год до Игр, на чемпионате СССР-67, он занял лишь 15-е место. Но чем-то приглянулся Александру Григасу, возглавлявшему сборную, и тот пригласил его в команду.

Первую зарплату в сборной Владимир получил уже в звании олимпийского чемпиона. А до этого выдавали только талоны на питание и 3.80 в месяц - как рядовому Советской армии. Впрочем, деньги в тот момент его волновали меньше всего.

Путевка на Олимпиаду - вот что было главным. Хотя, по признанию Белоусова, попасть в Гренобль он особо не надеялся. Считал, что реально пробиться только на следующие Игры - в Саппоро. Да и тренеры его в расчет не брали. Но в предолимпийском сезоне начались чудеса. Белоусов побеждал на всех соревнованиях - что за рубежом, что в Союзе! И больше его место в составе сомнению не подвергалось.

Незадолго до отъезда в столицу Белой Олимпиады-68 возникла другая проблема: командир спортроты, где служил Белоусов, отказался подписать ему характеристику, без которой в те годы за границу не выпускали. Какая Олимпиада, если у солдата три "самоволки"! Но увольнительных-то для посещения тренировок Белоусову не давали - вот и приходилось убегать. За что получал наряды - по 10 суток дежурства на кухне.

Участь спортсмена решала комиссия Ленинградского военного округа во главе с генералом. Выяснив причину отлучек, генерал все же отпустил Белоусова в Гренобль.

В прыжках с трамплина наши до этого на Олимпиадах не то что к золоту - близко к пьедесталу не могли подступиться. Белоусова, которому шел 22-й год, это ничуть не смущало.

- Я же обещал девушке, что выиграю, поэтому иного места, кроме первого, для меня не существовало, - рассказывает он. - Немного нервничал разве что из-за отсутствия своего тренера Аркадия Воробьева. Его почему-то не включили в делегацию. В Гренобль он прилетел туристом за свои деньги и ко мне прорвался лишь перед стартом с 90-метрового трамплина. У меня в комнате в Олимпийской деревне мы спали на одной кровати. Зато всяких чиновников со сборной понаехало море. И каждый постоянно лез с одним вопросом: "Ты готов прославить Родину?"

"Летающие лыжники" разыгрывали два комплекта медалей. На 70-метровом трамплине после первого прыжка Белоусов был 20-м, но в итоге финишировал 8-м - отменный результат для новичка. А победил Иржи Рашка из Чехословакии. Он же считался фаворитом 90-метрового трамплина.

Однако лучше всех первая попытка удалась Белоусову. Он и стал лидером. Опасаясь, что может перегореть, тренеры посоветовали ему не смотреть за выступлениями соперников: "Отвлекись, прогуляйся по лесу. Будет твоя очередь - позовем".

Тревожились напрасно. Дебютант был спокоен и невозмутим, как почетный караул у мавзолея. Второй прыжок он тоже исполнил безупречно. Победа! На следующий день одна из местных газет выйдет с огромной фотографией Белоусова на первой полосе и подписью: "Олимпийский Икар покоряет Гренобль!"

Когда он скинул лыжи, первыми его подхватили на руки и начали качать серебряный и бронзовый призеры - тот же Рашка с норвежцем Грини. Но сам новоиспеченный чемпион в эту минуту мыслями находился далеко от Гренобля. Он думал о той, ради которой все и затеял, успев за два года проделать путь от безвестного юниора до победителя Олимпийских игр.

Белоусов так и не назвал мне имя таинственной незнакомки, которая на второй день после его триумфа решила расписаться с другим...

ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ

На Олимпиаде-68 сборная СССР впервые уступила в командном зачете Норвегии, что в нашей стране расценили как трагедию. И даже тех, кто вернулся из Гренобля с золотой медалью, встречали без фанфар.

- В этом смысле мне, конечно, не очень повезло, - говорит Белоусов. - Если бы не общекомандный провал, нас ожидал бы совершенно иной прием. А так все прошло тихо и буднично. Ни в Москве, ни в Ленинграде меня никак не отметили. Только во Всеволожске собрали в местном ДК народ, вручили охотничье ружье и небольшую премию, которой не хватило даже на машину...

Еще пару лет он был вне конкуренции. В 69-м выиграл чемпионат СССР. Потом в Норвегии стал двукратным победителем престижных Холменколленских игр. Норвежский король лично вручил ему роскошный приз - золотые часы и запонки. Часы Белоусов бережно хранит до сих пор, а вот запонки в начале 90-х украли воры, взломавшие дверь его квартиры. Вместе с олимпийской медалью и сорока с лишним наградами...

Это был далеко не единственный случай, когда судьба проверяла его на прочность. Словно выписав Белоусову вексель за ошеломляющий успех, она начала жестокий отсчет в обратную сторону.

Первая крупная неприятность подстерегла в 70-м на чемпионате мира в Чехословакии. Как принимали там наших после "пражской весны", догадаться, думаю, нетрудно. Белоусов, ко всему прочему, был еще и основным соперником кумира Чехословакии - Рашки. В отель, где обитала советская делегация, ему подбрасывали письма приблизительно такого содержания: "Убирайся обратно, проклятый оккупант! И не вздумай выиграть!"

Угрозы он пропустил мимо ушей и сохранял прекрасный шанс на победу. Но во время решающей попытки зрители забросали его снежками. В итоге он не смог нормально оттолкнуться и сорвал прыжок.

Любопытно, что, несмотря на козни хозяев, чемпионат все равно выиграл наш прыгун - Гарий Напалков. Он угодил в слабейшую группу, внимания на него никто не обращал, а когда спохватились, было уже поздно. Большинство лидеров, в том числе Рашка, выступили слабо, и нежданно-негаданно Напалков оказался первым.

А через год грянул гром - Белоусова отцепили от поездки на Олимпиаду в Саппоро. Предпочли ему 38-летнего Кобу Цакадзе, прыгуна известного, но за полтора десятка сезонов на международной арене так ничего и не выигравшего.

Заключительные отборочные соревнования перед Саппоро должны были состояться на Сахалине, но в последний момент их перенесли в Бакуриани - родной город Цакадзе.

Белоусов уверен, что сделано это было не случайно:

- Чтобы отправиться на Олимпиаду, Кобе необходимо было меня опередить. На сахалинском трамплине это вряд ли у него получилось бы. В Бакуриани же он тренировался почти круглый год! А мы, другие сборники, наведывались туда редко. Местный трамплин здорово отличается от остальных, да и расположен в высокогорье. Я к тому же и без тренера приехал: Воробьев работал с двоеборцами, у которых в эти сроки тоже проходил олимпийский отбор, но на Сахалине. В общем, все было против меня. Цакадзе я проиграл и в Саппоро не поехал.

- Что же за могущественные силы стояли за грузинским прыгуном?

- Эта история началась еще с Гренобля. Тогда в спорткомитете я честно написал, что мои тренеры - Воробьев и Григас. А надо было, оказывается, из конъюнктурных соображений назвать и председателя федерации Химичева, и его зама Андреева. Они на меня сильно обиделись. Я не придал этому значения, но в 69-м внезапно сняли Григаса, а вместо него Андреева-то и назначили. К тому же он числился одним из тренеров Кобы. И когда подняли вопрос, кого посылать в Саппоро - Белоусова или Цакадзе, - выбор, естественно, пал не на меня. Хотя на всех отборочных стартах я неизменно входил в "тройку"... Много лет спустя, незадолго до смерти, мне позвонил Андреев и попросил прощения. Я ни на кого зла не держу. Бог им судья.

СТО ГРАММ ВМЕСТО ДОПИНГА

В сборную Белоусова больше не вызывали, но зачехлять лыжи он не спешил. Участвовал в различных соревнованиях и как-то в Инсбруке, на одном из этапов "Турне четырех трамплинов", установил личный рекорд дальности полета. Причем при весьма забавных обстоятельствах.

- Было очень холодно, и я приболел. В перерыве между попытками подходит немец Квек, тоже слегка простуженный: "Пойдем в буфет, согреемся". Предложил взять по сто граммов коньяка. Я к спиртному равнодушен и поначалу отказывался, но Квек убедил, что сразу полегчает. Махнули и пошли обратно на трамплин, где я и поставил свой рекорд. Кстати, немец тоже хорошо выступил. Не зря, выходит, к "допингу" прибегли. Но это был единственный случай, когда я прыгал под хмельком.

В последний раз Белоусов вышел на старт в чемпионате СССР 1976 года в Красноярске. Два дня уверенно лидировал, а на третий погода испортилась. Обычно в такой ситуации трамплин закрывают и призеров объявляют по итогам состоявшихся ранее прыжков. Но в Красноярске поступили иначе.

- В тот день продали много билетов, поэтому отменить соревнования побоялись. Здоровье спортсменов всем было до лампочки. А погода жуткая - сильный ветер, метель. Кто же станет рисковать свернуть себе шею? Однако трех добровольцев все-таки нашли. Чем-то они провинились в сборной, и им пригрозили, что исключат из состава. Кое-как скатившись вниз и показав смешные результаты, они поделили между собой комплект медалей. А я остался четвертым. Потом приятель говорит: "Да бросай ты к черту этот трамплин! Видишь, что творится..." Действительно, думаю, сколько можно биться головой об стенку? И там же, в Красноярске, подарил свои лыжи кому-то из молодых.

ЗАБЫТАЯ ЛЕГЕНДА

Белоусов уехал тренером на Сахалин. Трудился в Амурской области, Мурманске, три года возглавлял сборную Вооруженных сил. А в 90-м, дослужившись до майора, уволился из армии. Пенсия военного обещала безбедное будущее, но тут протрубили реформы, и выяснилось, что на нее прожить нельзя. Пошел искать работу. Кем только не был - и сторожем, и приемщиком посуды, и лесником, и егерем.

- Охотился, рыбачил - места-то у нас во Всеволожске потрясающие. Это и спасало от тоски. Как говорится, в гармонии с природой обретал душевное спокойствие... Охоту я с детства люблю. Еще пацаненком дед начал брать меня с собой в лес. Взрослым и на лося ходил, и на кабана, и на медведя. Раза два топтыгин меня чуть не разорвал. Едва успел его завалить. Жаль, давненько на охоту не выбирался. Что-то с позвоночником, и в ногу сильно отдает - видимо, последствия травмы. Тяжело ходить. Теперь на участке пчел развожу.

На прыжках с трамплина Белоусов не был уже лет семь. Говорит, что не тянет. А на вопрос, когда же наконец кто-нибудь из наших прыгунов снова увидит блеск олимпийского золота, со вздохом отвечает:

- Я и сам об этом мечтаю, но, боюсь, не доживу. Талантливые ребята не перевелись, а вот с тренерами беда. Второго Григаса среди них, увы, нет.

Из коллег-олимпийцев он почти ни с кем не общается. В Питере спортивный совет ветеранов иногда устраивает различные мероприятия, но Белоусова на них давно не приглашают. Не вспоминают о нем и в Москве. Владимир Павлович, впрочем, не в обиде - привык.

Главная его отрада нынче - трехлетний внук и полугодовалая внучка. Когда подрастут, узнают, что их дед - легенда прыжков с трамплина. Забытая, но разве от этого менее великая?

Александр КРУЖКОВ

Всеволожск - Санкт-Петербург - Москва

Прямой эфир
Прямой эфир