11 ноября 2000

11 ноября 2000 | Баскетбол - Россия

БАСКЕТБОЛ

Руслан АВЛЕЕВ: "ВСПОМИНАЮ - И САМ СЕБЯ БОЮСЬ"

Четыре дня назад он избил человека. Не в подворотне и не после бурного застолья в ресторане, а на баскетбольной площадке - во время официального международного матча. Это была жуткая картина: на глазах 4000 зрителей, прежде считавших его своим кумиром, Авлеев наносил удар за ударом лежавшему на паркете югославскому судье Миливое Йовчичу.

Наказание последовало немедленно: двухлетняя дисквалификация и разрыв контракта с УНИКСом. Кроме того, Авлеев оплатит штраф в 20 000 немецких марок, наложенный на его клуб ФИБА, и, возможно, лечение арбитра, которому он выбил зуб. Лечиться придется и самому "герою": во время первого удара Авлеев сломал палец на руке и повредил сухожилие.

Человек, который на протяжении последних трех лет был кумиром Казани и любимцем местных политиков, в одночасье превратился в изгоя. "Руслан Авлеев был не только символом баскетбола в республике, но и "лицом" Национального банка Татарстана. Теперь и банку, и УНИКСу придется искать новых героев", - такие слова прозвучали на следующее утро в эфире крупнейшего казанского телеканала. В начале этого сюжета, открывавшего выпуск новостей, Авлеев извинялся перед народом Татарии. Впрочем, у меня создалось впечатление, что пока эти извинения не приняты.

Вся карьера талантливого форварда, успевшего в 24 года стать одним из ключевых игроков сборной России, оказалась под угрозой. И виноват только он сам. Трудно представить, что творилось в душе Авлеева после злосчастного матча с "Бешикташем". Тем не менее в четверг он согласился ответить на вопросы корреспондента "СЭ". Руслан не стал искать себе оправданий типа "с кем не бывает" или "во всем виноваты судьи" (тренеры, журналисты - на выбор). Он полностью признает свою вину, оценивает ситуацию достаточно реалистично и надеется лишь на то, что у него еще есть шанс начать все сначала и вернуть себе доброе имя.

ОСТАНОВИЛСЯ, КОГДА ЗАМЕТИЛ, ЧТО ИЗ РУКИ ПОШЛА КРОВЬ

- Меня все спрашивают: зачем, Руслан, зачем?! Если честно, не могу объяснить, что на меня в тот момент нашло. Вот сейчас вспоминаю - и сам себя боюсь. Хорошо еще, что кровь из разбитой руки пошла. Именно это и вернуло меня к реальности. А так, боюсь, еще пару раз стукнул бы. Контроль над собой потерял совершенно - ярость была какая-то безумная.

- На кого и за что?

- Югослав тут вообще ни при чем. Копилось постепенно, да на него и выплеснулось. Хотя конфликты с судьями у меня случались и раньше. Умеют арбитры сделать так, что команда за 5 минут очков 15 проиграть может. Вот, к примеру, когда в прошлом году мы играли на выезде с "Локомотивом", я с судьей Охрименко поругался и схлопотал дисквалификацию на один матч.

- Но ведь это давно было.

- Полторы недели назад в тех же Минеральных Водах мне за 7 секунд до конца дали умышленный фол и "+2" для УНИКСа превратились в "-2". А потом была игра с "Бешикташем"... Дурак я, конечно, что руками стал махать. Но так уж воспитали.

- Как?

- Раз чувствуешь несправедливость, то должен доказывать свою правоту. Если надо, то и подраться... Может быть, иногда мне стоило быть похитрее, погибче. Например, сказать тому же Охрименко все, что я о нем думаю, не на площадке, а в более уединенном месте. В общем, дипломат из меня неважный.

- Это что - попытка оправдаться?

- Нет. Я отдаю себе отчет в том, что натворил. Причем осознал это почти сразу - когда сел на скамейку и доктор начал заниматься моей рукой. Уже вечером после игры я был готов к самым суровым санкциям.

- А утром поехали к Йовчичу извиняться. Думаете, он вас понял?

- Нет. Я бы на его месте тоже себя не понял. Ехать в гостиницу к югославу и смотреть ему в глаза было тяжело. Но это помогло мне остаться человеком - хотя бы для самого себя.

ГОТОВ КО ВСЕМУ

- Многие считают, что Авлеева в Казани просто избаловали и вспышка ярости - следствие "звездной болезни".

- Примерно то же самое мне сказал президент клуба Евгений Богачев: "Слишком мы тебя баловали". Что ж, со стороны виднее.

- Вы не согласны с этой точкой зрения?

- Не думаю, что давал повод для таких оценок. Интервью, которые я раздавал? Так это же часть моей профессии. Если бы я "посылал" журналистов, говорил, что занят, было бы только хуже. Хотя по складу характера я человек не публичный, скорее наоборот. Некоторым слава нравится, а мне больше по душе сидеть в сторонке и помалкивать. В прошлом году, когда другие игроки УНИКСа - Юдин, Гуторов, Петренко - оказывались в центре внимания, я этому только радовался: мне же проще. А то ведь иногда бывало: так устанешь, что вообще ничего не хочется, а все равно надо - звезда.

- Зачем вы публично просили прощения у народа Татарстана?

- Это было сделано искренне. Я же прекрасно понимал, какие заголовки будут в некоторых газетах. "Татары избили судью. Ногами".

- Вы готовы к тому, что придется уехать из Казани? Не на несколько месяцев, а вообще - продавать эту отремонтированную и обставленную квартиру, терять знакомых, друзей...

- Готов. Я сейчас ко всему готов. Иллюзий нет. Полностью отдаю себе отчет в том, что вряд ли когда-нибудь смогу вновь выйти на площадку в форме УНИКСа. Ощущение гадливое - не только сам "вляпался", но и потащил с собой людей, которые все последние годы были рядом. Особенно стыдно перед мэром Казани Камилем Исхаковым. Он ко мне относился, почти как отец, а я...

ТЮРЕМНЫЕ СНЫ - В РУКУ

- Что собираетесь делать дальше?

- Сначала - лечить руку. Минимум пять недель я не смогу даже тренироваться... Вообще, может это и к лучшему, что так все вышло. Меня в последнее время преследовали сны, в которых я видел себя сидящим взаперти. Утром просыпался и радовался тому, что это не наяву. Наверное, эти сны появились из-за того, что бывших одноклассников, с которыми я рос в родном Сарапуле, в последнее время стали сажать в тюрьму. Я ведь вырос в непростой среде. Пару раз подходил к той опасной черте, за которой человек становится вне закона. Сейчас я эту черту перешел - по крайней мере с точки зрения законов спорта. И это уж точно не сон... В общем, урок на всю жизнь. Надеюсь, мне удастся вернуться в баскетбол.

- Если бы вы не сломали палец, то могли бы играть и дальше. Благо альтернатива турнирам ФИБА существует - та же Евролига ULEB.

- Я уже думал об этом, обсуждал свои перспективы с агентом. Наверное, не будь перелома, я бы вскоре оказался в одной из команд этой лиги. Впрочем, теперь это неактуально. Быстро вылечить руку и набрать хорошую форму вряд ли удастся, так что этот сезон для меня, похоже, потерян. Разве что РФБ смягчится, и ее санкции будут не столь суровыми, как дисквалификация ФИБА.

- Вы на это всерьез надеетесь?

- Да. Я уже написал письма с просьбой о "помиловании" в РФБ, в ФИБА, пострадавшему арбитру. Не знаю, учтут их или нет, но очень надеюсь поиграть уже в этом сезоне.

К СУДЬЯМ БОЛЬШЕ НЕ ПОДОЙДУ

- Предположим, вам разрешат это сделать и к марту вы залечите травму. Но ведь для того, чтобы вернуться, нужно еще набрать форму. Вы уверены, что Станислав Еремин захочет снова видеть вас на тренировках УНИКСа?

- Мы разговаривали со Станиславом Георгиевичем - он позвонил ночью после матча. Я, кстати, во вторник не спал вообще - до часу ночи меня оперировали, потом дома говорил с близкими, а под утро и Еремин с Щербаковым (вице-президент УНИКСа. - А.А.) позвонили. Не уверен, что тренер УНИКСа сейчас горит желанием видеть в своей команде баскетболиста Авлеева. Но надеюсь, что приходить в зал, где тренируется УНИКС, мне не запретят. Обязательно попрошу Станислава Георгиевича помочь мне с составлением программы индивидуальной подготовки.

- А в Казани гуляет версия, что Авлеев не нашел общего языка с Ереминым, который однажды не взял его в ЦСКА. Дескать, отсюда и нервозность, которая в конце концов обернулась дракой.

- Полная чепуха. Как игрок сборной России, я постоянно общался с Ереминым, у нас был прекрасный контакт. Скажу больше: в свое время я решил продлить контракт с УНИКСом во многом из-за того, что в команду пришел Еремин.

- Еще говорят, что, мол, Авлеев отвык от конкуренции - вот появление в Казани большой группы сильных новичков и вывело его из равновесия.

- Конкуренции я не боялся. Наоборот, всегда хотел, чтобы в команде было много классных баскетболистов. Да, игра у меня в этом сезоне не шла, но причина срыва не в этом. К счастью, партнеры стараются меня поддержать - многие звонят, а Микс, с которым мы живем в одном доме, уже два раза заходил в гости. Что говорят? Утешают как могут.

- Жизнь не закончилась?

- Нет. Я оступился, но ведь, надеюсь, есть время, чтобы все исправить. К судьям теперь уже точно никогда не подойду - какие бы решения они ни принимали.

- Этим летом вас звали в греческий "Панатинаикос". Переход казался делом почти решенным, но в итоге вы остались в Казани.

- Во-первых, когда узнал, что тренировать команду будет Еремин и в Казань приедут Пашутин-старший, Уисби, другие хорошие игроки, сразу подумал: "Мы можем стать первыми". Все-таки Казань для меня не просто место работы - тут я собирался жить, строил планы на будущее после окончания карьеры. Так что помочь команде стать чемпионом страны было не просто заманчивым вариантом, но и делом принципа. А в Греции я бы играл только в еврокубках. Агент посчитал, что в моем возрасте этого недостаточно для настоящего прогресса. Сейчас жалею, что не уехал. Сами видите, какой получился "прогресс"...

НАЧИНАТЬ ВСЕ ЗАНОВО ЛУЧШЕ ЗА ГРАНИЦЕЙ

- Вы понимаете, что независимо от того, когда вы опять начнете играть, суммы контрактов будут уже не те, что прежде?

- Я не думал об этом. К счастью, рука отвлекает - не будь процедур и врачей, пришлось бы сложнее. Кстати, перелом - лучшее доказательство того, что в тот момент я ничего не соображал. Как говорится, "заклинило". Если бы бил осознанно, сейчас был бы здоров как бык. Что же касается денег, то я и в "Панатинаикос" не из-за них хотел перейти. Греки действительно предлагали больше всех, но прежде всего меня привлекала возможность поработать с таким тренером, как Обрадович. То же самое относится и к итоговому выбору в пользу УНИКСа.

- Вы были готовы к тому, что клуб разорвет с вами контракт?

- Да.

- Говорят, в соглашении был пункт, предусматривавший санкции на случай ваших проступков.

- Был. Поэтому я сразу понял: все, отыгрался.

- На ближайшее время вы лишились солидного заработка. У вас есть на что жить?

- Есть.

- Что вы будете делать, если срок дисквалификации сократят - к примеру, до одного года.

- Я в любом случае должен уехать. Из Казани, из России. Начинать все заново лучше за границей. Летом обязательно поеду в Америку, в тренировочные лагеря НБА. Давно туда собирался, но не хватало смелости, да и смысла особого не было.

- Теперь есть?

- Конечно. Я совершил очень плохой поступок, здесь обсуждать нечего. Другое дело что для меня это, возможно, к лучшему - и как для баскетболиста, и как для человека. Есть шанс все переосмыслить. А уж мотивация у меня теперь - будь здоров.

Андрей АНФИНОГЕНТОВ

Казань - Москва

Прямой эфир
Прямой эфир