21:00 23 декабря 2015 | АВТО / МОТО — Ралли

Айрат Мардеев: "Каждая посторонняя мысль – ошибка"

17 января 2015 года. Буэнос-Айрес. Айрат МАРДЕЕВ (в центре), Айдар БЕЛЯЕВ и Дмитрий СВИСТУНОВ празднуют победу на "Дакаре"-2015. Фото AFP
17 января 2015 года. Буэнос-Айрес. Айрат МАРДЕЕВ (в центре), Айдар БЕЛЯЕВ и Дмитрий СВИСТУНОВ празднуют победу на "Дакаре"-2015. Фото AFP

Накануне отъезда в Южную Америку действующий чемпион "Дакара" рассказал "СЭ" о страхах, лишних мыслях и том, как он пережил смерть отца.

– Обычно в России, когда спортсмен выигрывает какой-то крутой турнир, его жизнь в финансовом плане очень здорово налаживается. Как дела обстоят у гонщиков "КАМАЗ-мастер"?

– У нас хорошие зарплаты, выше, чем в среднем у населения Набережных Челнов. А главное – получаем стабильно и без задержек. Но мы стараемся не думать о деньгах. Выиграв "Дакар", мы, конечно, порадовались, стоя на подиуме, но постарались сразу же об этой победе забыть. Если хочется заработать, гораздо проще сделать это где-то на стороне – например, открыть свой бизнес. Да, это тоже совсем непросто, зато гораздо лучше сохранишь здоровье и, скорее всего, заработаешь больше денег. В команду же идут люди, которые болеют этим делом. Вот взять нашего руководителя Владимира Чагина. С его достижениями, с его именем он мог найти себе любую работу, но после окончания карьеры команду не бросил. На самом деле, нам очень сильно повезло в жизни – наше хобби совпало с нашей работой. Мы делаем любимое дело, еще и деньги за это получаем.

– Вы заговорили про здоровье. У вас серьезные проблемы?

– На самом деле, у меня как раз с этим проблем нет и, к счастью, никогда не было. Нынешнему молодому поколению повезло намного больше, все тяготы в основном взяли на себя наши отцы – и сломанные позвоночники, и надорванные спины. А в нас они вбивали свой опыт с самого детства – что надо делать, чтобы подобного не произошло.

– И что надо делать?

– Самое важное для гонщика, как и для любого спортсмена, – это физическая подготовка. Мы вот сейчас иногда сажаем за руль наших механиков, и мало кто из них выдерживает, для них это шок. Когда ты готовишься с детства, занимаешься картингом, работаешь над выносливостью, тебе гораздо проще. Еще очень важно следить за весом. Я перед прошлым "Дакаром" сбросил 13 кг за три месяца. Весил 95, сейчас 82. Ехать с лишним весом такую гонку, как "Дакар", физически очень тяжело. А сейчас даже конкуренты признают наше превосходство в "физике". Раньше ведь как было? Все занимались подготовкой грузовика, и только потом постепенно пришло понимание того, насколько важно и физическое состояние.

– Над чем надо работать в первую очередь?

– Над спиной, да и вообще над всем мышечным корсетом. Еще ноги, они особенно важны для штурманов. Во время езды в одной руке у штурмана книга, второй он работает с приборами, так что ноги – главная опора. Также важна шея: большую часть дороги он едет, опустив голову. Поэтому у каждого – у штурмана, механика и пилота – своя программа физподготовки. С каждым годом "Дакар" становится все более и более профессиональным, конкуренция растет. Поэтому все стараются делать максимум для того, чтобы добиться результата.

"ОТЦА ОЧЕНЬ НЕ ХВАТАЕТ"

– Несколько лет назад у команды появился новый руководитель – семикратный чемпион "Дакара" Владимир Чагин. Он хороший начальник?

– Да, но я ведь его знаю с самого детства. Они с отцом постоянно общались, встречались по праздникам, приезжали на картинговые гонки, особенно когда соревновались сыновья сотрудников.

– И сыновья Владимира Геннадьевича тоже соревновались?

– Нет, они выбрали другие направления. Хотя младший Игорь пробовал себя в картинге, но потом ушел в творчество, сейчас он художник. А старший сын Вадим занимается музыкой, поет, сочиняет, играет на инструментах. Отец не настаивал, наоборот, поддержал их выбор. Я тоже хочу воспитывать своих детей в таком ключе.

– Сколько у вас детей?

– Пока ни одного, мы с супругой не торопимся. Как будет – так будет. Хотя, конечно, уже хочу. Еще бы дома бывать... Пока я бы скорее удивился, если бы у меня ребенок появился, учитывая то, как часто я бываю дома! Но вообще, когда у меня будет мальчик, я бы его хотел отдать в картинг.

– Как ваш отец приучал вас к автоспорту?

– Первый раз он привел меня на картодром в девять лет. Я прокатился – и что-то меня не вдохновило. Два года не занимался. А потом в 11 лет поучаствовал в гонке. Один из картов оказался свободным, отдали его мне. И понеслось... С того момента ни о чем кроме картинга и думать не мог. Только гонки-гонки-гонки. Сразу начала страдать учеба. Я приходил из школы, сбрасывал портфель и шел гоняться. Все лето тоже проходило на картодроме. Не только у меня у одного, у всех наших пилотов – Шибалова, Сотникова, Каргинова, Николаева. Сейчас в команде очень много людей из картклуба. Росли вместе, поэтому и понимаем друг друга лучше, и команда у нас даже больше, чем просто команда – семья.

– Но в августе 2014-го семья потеряла очень важного человека.

– Да, отца (Ильгизара Мардеева, гонщика и одного из руководителей "КАМАЗ-мастер". – Прим. "СЭ") очень не хватает. Первое время не мог даже в кабинет к нему зайти. Потом понял, что ничего изменить нельзя, можно только смириться. Хотя отца не хватает не только мне, всей команде. То, что делал он один, сейчас делает пять человек. Но я знаю, что он нам сверху помогает. Мы вот последний "Дакар" ехали... И очень сильно везло всей команде, особенно нашему экипажу! Ни одного колеса не пробили, вернее, пробили два, но доехали на подкачке. Андрей Каргинов перевернулся, но встал на колеса. В итоге потеряли всего десять минут. Эдик (Николаев. – Прим. "СЭ") залетел в канаву в первый день, но машину восстановили, и больше проблем не было. В предпоследний день мы стартовали в пыли, ехали практически на ощупь. Потом пыль рассеялась, и я увидел, что тупик – и налево, и направо. А мы въехали прямо в лес. Обычно когда так вслепую залетаешь, натыкаешься на канаву или булыжники. А в этот раз мы хоть и прорубили целую просеку, но серьезных повреждений избежали. Так что мы на все это смотрели, дивились и решили, что папа нас оберегает.

– Какие же там были деревья, что машина осталась цела?

– Сухие, не крупные. Понятно, что в наш тополь войдешь – там и останешься. А в Южной Америке деревья суховатые, разлетаются. Опасность в другом – они очень острые, легко можно проколоть колеса. Но я же говорю, что нам везло. Потому что отрыв от Эдика тогда был небольшой, около десяти минут. Любая поломка могла бы лишить победы. Хотя такого, что надо обязательно выиграть самому, в нашей команде нет. Главное – чтобы на подиуме оказались российские экипажи.

– Лукавите ведь? Каждому хочется побеждать.

– Естественно, хочется. Но бороться надо, включив голову, а не безбашенно нестись, не думая о последствиях. Руководство нам сразу сказало: неважно, кто именно выиграет, главное, чтобы первые три места были наши. Хотя сейчас, конечно, конкуренция очень сильно обострилась. Раньше было немного проще. Но и условия работы у нас были другие.

– Какие?

– Когда я только начинал работать, у нас был один маленький закуток в Научно-техническом центре. Максимум туда влезало три машины, работать над "техничками" приходилось на улице. Это сейчас у нас все есть – и свой спортзал, и банька, и столовая. Но в придачу к этому – бешенная конкуренция.

– В некоторых видах спорта сделать пакость своему конкуренту – стандартная практика. У вас что-то подобное случалось?

– Нет, я вообще не помню таких случаев. Это ведь совсем некрасиво. У нас все в команде считают так: отношения надо выяснять на трассе. Нам нужны чистые победы, и мы всегда рады сильному сопернику.

"ЭДИК КУПИЛ МОТОЦИКЛ И ПРОДАЛ ЕГО ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ"

– Вы себя видите вне команды?

– Пока нет. Вне автомобильного спорта не вижу себя вообще. У меня была возможность начать свой бизнес с друзьями, я отказался. Сейчас смотрю на этот бизнес – процветает! Но я не жалею. Скучно там. Удовольствие от работы важнее денег. Я бы не стал заниматься работой, которая не доставляет радости. Я что, мазохист?!

– А как люди в Набережных Челнах проводят время вне работы?

– В кино ходят, в театр, хотя он у нас один на весь город. Репертуар небольшой, но после того, как театр отремонтировали, люди приходят. Больше ничего особо и нет. Нам проще в этом плане, мы бываем дома редко. И когда есть возможность уехать отдохнуть, уезжаем. Правда, ничего не делать я могу дня три, потом пытаюсь найти себе занятие. Жена со мной ездит – вешается. Ей нравится лежать на пляже, загорать, читать книжки. А я начинаю искать мотоциклы, квадроциклы, гидроциклы, то, на чем можно поездить, поноситься.

– Скорость – как наркотик?

– Точно. Но надо чувствовать грань, когда уже перебор, не забывать, что тебя ждут дома. На примере отца мы все начали еще лучше это понимать (Ильгизар Мардеев разбился в ДТП на квадроцикле. – Прим. "СЭ"). Очень жаль, что задуматься по-настоящему заставляют только такие тяжелые потери. После того, что случилось, Андрей Каргинов, который очень любит спортивные мотоциклы, долгое время не мог на них ездить. Эдик Николаев купил кроссовый мотоцикл, прозанимался на нем месяц, но потом почувствовал, что прибавить не может. Его тренер сказал: если в голове есть сомнения, то обязательно упадешь и что-нибудь сломаешь. Через месяц Эдик мотоцикл продал.

– А у вас после гибели отца не появилось страха перед скоростью?

– Нет. Я боялся, что у меня появится страх после того, как мы в 2014 году перевернулись. Но появилась, скорее, обида на себя и бешеное желание доказать, что мы можем ехать быстро. Первые соревнования после "Дакара" были в Астрахани. Мы их выиграли. Потом Чагин подошел и сказал: "Я переживал, что у тебя появится страх. Но раз проехал сейчас так, все нормально". Самое главное, когда ты ошибаешься, влетаешь в яму или другие опасные места, сразу об этом забыть. Иначе мысли будут сильно напрягать. Когда Эдик поехал после перелома руки, первый день везде сбрасывал скорость. Но постепенно страх ушел.

– Какие мысли у вас вертятся в голове, когда вы едете по трассе?

– В идеале не должно быть вообще никаких мыслей. Но такого, естественно, не бывает, все мы люди. Поэтому можно о доме вспомнить, о семье. Но каждая посторонняя мысль – это ошибка.

– И как от таких мыслей избавляться?

– Концентрироваться на работе. Вот к нам недавно приезжала психолог из Олимпийского комитета России, дала нам несколько упражнений на развитие концентрации. Например, на протяжении минуты надо смотреть на секундную стрелку на часах, ни о чем при этом не думая.

– Вы делаете это упражнение?

– Стараюсь. Когда вспоминая о том, что его надо сделать! (Смеется) Но сейчас перед "Дакаром" голова забита совсем другими вещами. У нас как всегда – не хватает одного дня, чтобы подготовиться, но для спортсменов это нормальное явление.

Материалы других СМИ
Материалы других СМИ
Some Text
КОММЕНТАРИИ