19 апреля 2016, 23:30

Борис Михайлов: "Верю, что Знарок не пойдет по пути предшественника"

Корреспондент

ЧМ-2016. ВКУС ЗОЛОТА

За его плечами 11 чемпионатов мира, три Олимпиады, эпохальная суперсерия-72, а также суперсерии-74, 76 и Кубок вызова-79. Знаменитый капитан Красной машины – сборной СССР – после завершения карьеры добился успехов и на тренерском поприще.

Я ПОБЫВАЛ В ШКУРЕ КОВАЛЬЧУКА

– Какая из побед для вас особенно дорога?

– Дороги все. За каждой волнующая история. Поэтому не могу выделять какую-то одну. Вспоминаю свой первый чемпионат мира в Стокгольме. Там дебютировала наша тройка – с Валерой Харламовым и Володей Петровым, а еще Саша Мальцев, Володя Лутченко.

– Которого вы зовете Прима. Почему?

– Владимир Яковлевич – человек видный, статный, любимец женщин. И сейчас он в полном порядке. Работает скаутом, разъезжает по миру…

– Московские чемпионаты мира стоят особняком?

– Для меня – нет. На обоих домашних чемпионатах в моей карьере наша сборная побеждала за явным преимуществом. Сейчас, судя по всему, ситуация другая. От тренеров требуют золота, а конкуренция возросла. Знарку не позавидуешь. Тем более что в декабре проиграли домашний турнир.

– Ныне в сборную пригласили много энхаэловцев, а Ковальчука оставили за бортом…

– Тренер имеет полное право на такое решение, сколь бы спорным оно ни казалось со стороны. Ведь Знарок в первую очередь отвечает за результат. Потом будет видно, прав он или нет.

– В вашей карьере что-то подобное случалось?

– Да. В 1976-м Петрова не взяли на чемпионат мира в Катовице. Старший тренер Борис Палыч Кулагин был убежден, что обойдется и без него. В первом же матче мы проиграли хозяевам полякам – 4:6. А чемпионами стали чехи. Выводы делайте сами. Став тренером сборной, я всегда принимал решения в интересах дела. Если игрок из НХЛ не желал подчинить личные амбиции командным, он становился для меня неинтересен.

– Почему ваш штаб отказался от услуг Ковальчука на чемпионате мира-2006 в Риге?

– Не забывайте, штаб тогда возглавлял не я. Решение принимал главный тренер. Посчитал, что Ковальчук нарушал игровую дисциплину в двух последних матчах Олимпиады в Турине. После того урока Ковальчук стал лидером сборной, ее капитаном, забивал решающие шайбы.

Я ведь тоже побывал в его нынешней шкуре. После поражения от американцев в Лейк-Плэсиде старший тренер сборной предложил мне закончить с хоккеем.

– Закончили вы через восемь месяцев, в декабре 1980. Как-то внезапно…

– Вы правы. Еще в сентябре на "Руде Право" забил две шайбы чехам, а через три месяца повесил коньки на гвоздь. Сидели, разговаривали с чиновником Валентином Сычом на трибуне, он предложил: "Борис, тебе надо уйти, так будет лучше для команды".

ЖЕЛЕЗНОГО ДЗУРИЛЛУ УТЕШАЛИ ВОДКОЙ

– Вы – главный бомбардир сборной на официальных турнирах. Не-удобные вратари были?

– Для меня – нет. Забивал всем. И не раз. Расскажу один случай. На Олимпиаде-1972 в Саппоро повредил боковую связку. Стоять было больно, не то что играть. Пропустил один матч. Тарасов ставит меня на следующий, с поляками. Выхожу, опираясь на клюшку. Два периода кое-как откатал, даже забить умудрился. Дальше играть невмоготу. Тарасов настаивает, это видит Чернышев и отправляет меня в раздевалку. Впереди последняя игра с чехами. Нас устраивает ничья. Меня ставят в состав. И в первом периоде забиваю железному Дзурилле с центра поля, хотя, даже будучи здоровым, я еле добросывал шайбу с синей линии до ворот. Побеждаем – 5:2, убитый горем вратарь приходит к нам, едва не плачет: "Меня обвинили в поражении". – "Не плачь, Владо, лучше выпей с нами водки". И налили бедолаге стакан.

– Неужели тренеры разрешали пить водку?

– Помню, когда нас только позвали в сборную, мы решили угостить тренеров. Купили бутылку вина. Тарасов возмутился: "Что это за компот? Если пить, то только водку, – и велел принести бутылку беленькой". Я стоял на разливе. Но это было исключение. Тарасов каленым железом выжигал пьянство. Нещадно отчислял за это из ЦСКА и сборной лидеров.

– Аркадий Чернышев был другим?

– Он мягкий, с ним можно было поговорить по душам. Тарасов жесткий, к нему так просто не подойдешь. Хотя Владимир Петров спорил и с ним, поэтому тренировался больше всех и вырос в лучшего центрального нападающего.

Скажу вам, тандем Тарасов – Чернышев почти идеальный. Тренеры прекрасно дополняли друг друга.

– Но именно они впервые разлучили вас с Харламовым.

– Да, на Олимпиаде в Саппоро Харламова поставили к Фирсову и Викулову, а к нам с Петровым – Юрия Блинова. Потом Бобров продолжил эксперимент – на чемпионате мира в Праге и в Суперсерии-72. Чем это закончилось – известно. Мы были особенно сильны, когда играли вместе.

– Но Харламов не смог выйти на решающий матч Кубка Вызова-79, в котором вы разгромили сборную НХЛ 6:0.

– Он заболел. К нам поставили Александра Голикова.

У ЗОЛОТА ВСЕГДА МНОГО ОТЦОВ

– После победы вы в микрофоны завили: "Теперь номер один в мире – сборная СССР".

– Так и было. В НХЛ стали перестраиваться. Там быстро извлекают уроки из поражений. Теперь перестраиваться надо нам. Все лучшее в советском хоккее они приняли на вооружение. Это показал финал последнего чемпионата мира в Праге.

– Знарок это понимает?

– Думаю, да.

– Последние поражения его не надломили? Не повторит ли он путь своего предшественника в сборной?

– Хочется надеяться, что нет. Впрочем, время покажет.

– Как вам удалось мобилизовать команду на чемпионате мира 2002 года в Швеции? Наши ведь пробились в четвертьфинал благодаря лучшей, чем у сборной Украины, разнице шайб?

– Ситуация была жуткая. В Гетеборге мы проиграли шведам, спаслись с Украиной, уступили финнам и словакам. У нас не было выходного, предстоял переезд в Йенчепинг, где нас в четвертьфинале поджидали отдохнувшие чехи с Ягром. Но ребята собрались и победили – 3:1. Решили играть, как в суперлиге, – от обороны, а не искать счастья у чужих ворот. Тактика простая, но она принесла результат.

– А что случилось в финале со словаками?

– Недотерпели. Проигрывали – 0:2, 1:3, сравняли счет и полетели забивать четвертую. А надо было успокоиться. Тогда бы точно победили.

– Спустя 15 лет после победы на чемпионате мира-1993 в Мюнхене, где вы возглавляли сборную, довелось слышать, что главными творцами того успеха стали ваш помощник Петр Воробьев и Игорь Захаркин, работавший в научно-комплексной бригаде.

– У победы всегда много отцов. А за поражения отвечает один главный тренер. В Мюнхене никто в нас не верил. Но мы победили канадцев с Линдросом – 7:4, хотя по ходу матча уступали 1:3. И в финале – шведов, считавшихся фаворитами. Могу, конечно, выделить Быкова, Хомутова, вратаря Трефилова, защитника Юшкевича, молодого Николишина. Они тащили за собой команду. В которой не было туристов. Перед финалом у защитника Димы Фролова обнаружили трещину в ступне. "Борис Петрович, обязательно выйду, если смогу ботинок на ногу натянуть". И вышел!

– Осталось в вашей богатой карьере недосказанное?

– Мечтал руководить сборной на Олимпийских играх. Но не довелось. В Турине входил в тренерский штаб, в четвертьфинале мы победили канадцев – 2:0 и начали сверлить дырки для орденов. Как в Лейк-Плэсиде-1980. Как же мы заблуждались…

– В вашей коллекции наград есть орден Ленина.

– Дали сразу после победы в Праге. В решающем матче нам предстояло победить хозяев с разницей не меньше, чем в две шайбы. Задача невыполнимая. Но мы ее решили. Хотя третий период заканчивали в три защитника. У Валеры Васильева прихватило сердце, Лутченко шайба прилетела в глаз, травму получил Гена Цыганков.

Если бы проиграли, возможно, Тихонова бы сняли. Так что мы сыграли не только за ордена и медали, но и за тренера.

Реклама
Прогнозы на спорт
Канал Спорт-Экспресс на YouTube
Новости