Кандидат в президенты ИИХФ рассказал, что думает о России. Интервью возможного преемника Фазеля

23 сентября, 21:30
Франц Райндль. Фото Getty Images Франц Райндль. Фото Getty Images
Франц Райндль — о том, что нужно изменить в мировом хоккее.

Франц Райндль, пожалуй, главный претендент на то, чтобы заменить на посту президента ИИХФ (Международной федерации хоккея) Рене Фазеля. После гала-матча в честь последнего в Санкт-Петербурге Райндль ответил на вопросы журналистов, среди которых был и корреспондент «СЭ».

Франц Райндль. Фото Getty Images
Франц Райндль. Фото Getty Images

— Будете ли вы любить Россию так, как любил ее Рене Фазель?

— От всего сердца могу сказать, что люблю Россию как хоккейную страну. В те времена, когда я играл, я знал всех хоккеистов сборной России. Но, к сожалению, только со спины, потому что они были слишком быстрыми. Тогда сборная России была невероятным героем для всех нас. Я люблю Россию, потому что это хоккейная страна. Мне нравится, как здесь развивают молодых игроков.

— Русский язык уже начали учить?

— Я знаю несколько слов: «поехали», «пожалуйста» и так далее. Сейчас я нахожусь в России и стараюсь читать вывески. Знаю, что Рене Фазель хорошо говорит на русском. Обучение языку занимает время.

— Какие три вещи нужно изменить в мировом хоккее?

— Это сложный вопрос, и он задан слишком рано. Сначала мы должны проделать большую работу. Шайба должна пересечь линию — пока это не сделано.

— Олимпиада в Пекине пройдет без зрителей. Насколько это тяжело для мирового хоккея?

— Пока я ничего об этом не знаю. Если Олимпиада на самом деле пройдет без зрителей, то это очевидно вредит игре. Но самое важное, что приедут лучшие хоккеисты и Олимпиаду покажут по телевидению.

— Чего вы ожидаете от конгресса ИИХФ?

— Из-за коронавируса это были очень необычные выборы. Подготовка к ним продлилась дольше обычного. Сейчас можно сказать, что мы находимся в этом процессе полтора года — это непросто. На конгрессе мы обсуждаем много вещей, и у нас у всех разные взгляды на ситуацию. Здорово, что у нас было время — мы получили много идей о том, как нужно изменить и улучшить игру. В то же время мы должны быть осторожны: мы должны что-то изменить, но нам не следует менять многое.

— При Рене Фазеле наибольшего прогресса достигли прежде всего сборные Германии и Швейцарии. За счет чего этого прогресса добилась сборная Германии?

— Когда я стал президентом Федерации хоккея Германии, мы приняли план сразу на десять лет. Мы назвали его «Powerplay-2026». Было сделано очень многое. Самое главное — мы собрали за одним столом все профессиональные лиги страны, потому что мы — одна семья. Наш прогресс — это наш общий прогресс. Конечно, мнения были разные, и нам приходилось много разговаривать. Но в конечном счете нам удалось объединиться — и вот результат.

— Под вашим руководством сборная Европы вышла в финал Кубка мира 2016 года. Если вы станете президентом, реально ли увидеть больше турниров с участием всех сильнейших и чтобы НХЛ играла в Европе?

— Да, конечно. Всегда должны играть лучшие против лучших. Если быть точным, то в 2016-м я был президентом сборной Европы, а Мирослав Шатан — ее генеральным менеджером. Это был невероятный опыт. Было очень здорово находиться в команде, где собрались представители восьми национальностей. У нас были быстрые и молодые игроки. Если сначала нам было непривычно находиться всем вместе в раздевалке, то потом нам удалось развить нужную атмосферу.

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

9