13:00 5 февраля 2018 | Хоккей — НХЛ

"Я потратил миллионы на таблетки". Он выигрывал Кубки Стэнли с Лемье, а через 15 лет был арестован ФБР

Кевин СТИВЕНС (справа). Фото REUTERS Кевин СТИВЕНС (в черном). Фото REUTERS Кевин СТИВЕНС (слева). Фото REUTERS
Кевин СТИВЕНС (справа). Фото REUTERS
Sportsnet рассказывает трагичную историю Кевина Стивенса, который некогда был одной из главных звезд НХЛ, но потом сам своими же руками разрушил свою карьеру и жизнь.

Кевин Стивенс сидел в одиночестве, уставившись на запертую дверь. Его сердце неистово колотилось, а пот катилсяручьем по лицу. Издалека до него доносились крики, ободрительные возгласы и ругательства, которые сопровождали карточную игру в какой-то одной из соседних камер. От этого смеха внутри все у него сжалось. Это были голоса людей, которые смирились со своей участью. Которых устраивает такая жизнь. И это было самое страшное.

Почти два десятилетия он опускался все ниже и ниже. Но Стивенс все равно и подумать не мог, что падет так низко. Прошлой ночью его вынули из теплой, домашней постели, оторвали от любимой женщины, от новорожденного сына. Посреди ночи его разбудил громкий стук в дверь и грубые голоса агентов ФБР. Из дома его уже выводили в наручниках. Через несколько часов его везли в окружную тюрьму Массачусетса. Ему были предъявлены серьезные обвинения – это уже не шутки.

Смех продолжал давить на него. Прожженные преступники, которые приняли этот образ жизни. Кевин Стивенс, который всегда отличался богатырским телосложением, мало чего боялся за 50 лет своей жизни. И уж точно он не боялся потенциальных сокамерников. Но это чувство было очень похоже на страх. Хотя, скорее, на смесь стыда, паники и чувства одиночества. Он и раньше испытывал подобные ощущения, но с таким не сталкивался никогда. Стивенс так долго и упорно падал вниз, что уже перестал обращать на это внимание. Но теперь, смотря на бетонный пол свой камеры, он почувствовал, что, наконец, достиг дна. Он думал о своих детях-подростках, которые вновь увидят постыдные фотографии отца в СМИ и прочтут очередные осуждающие статьи. Он думал о новорожденном сыне, которогоон уже оставил без отца. Он думал о матери и сестрах, которых вновь заставил волноваться. Которые вновь бессильны ему помочь. Он думал об отце, который верил в Кевина до своего последнего вздоха. И он думал о горах таблеток и зависимости длинной в четверть века.

"Как я докатился до этого?" – продолжал он спрашивать себя.

Будучи молодым человеком, Стивенс смог исполнить "американскую мечту": сын-спортсмен из рабочей семьи, которая жила в Пемброуке (чуть южнее Бостона). Капитан любой команды, в которую попадал. Приглашение в элитный колледж, попадание в состав сборной США, выступление на Олимпиаде, звездный статус в НХЛ. В начале 90-х Стивенс дважды завоевывал Кубок Стэнли в составе "Питтсбурга", играя рядом с Марио Лемье. Крупный и мощный нападающий, который умел забивать и ассистировать партнерам. Стивенс быстро вошел в число элитных силовых форвардов лиги. Недаром ему выписали одну из самых крупных зарплат в НХЛ на то время.

Но страшная травма черепа поставила крест на этой сказке. Лоб Стивенса был просто раздавлен, что привело к повреждению лобной доли мозга. С тех пор Кевин так и не смог выйти на прежний уровень. Закат его карьеры сопровождали пристрастия к наркотикам: кокаину, крэку и опиоидам. Два десятилетия Стивенс вел образ жизни, который лишил его практически всего. Весной 2016 года его арестовали за попытку сбыть партию таблеток оксикодона.Но в этом позоре была и светлая сторона. Оказавшись за решеткой, он решил предпринять последнюю попытку спасти свою жизнь.

Кевин СТИВЕНС (в черном). Фото REUTERS
Кевин СТИВЕНС (в черном). Фото REUTERS

АМЕРИКАНСКАЯ МЕЧТА

Первые шаги по льду маленький Кевин Стивенс делал на заднем дворе отчего дома. Глава семейства, Артур, сам смастерил для любимого сына самодельный каток. "Арти", как знали его все в округе, был крупным малым, чьи завидные габариты могли поспорить лишь с его задорным нравом. Где бы он ни появлялся, с собой он приносил радость и веселье. Некогда талантливый спортсмен, Арти подавал определенные надежды в бейсболе и даже попал в систему "Цинциннати". Он женился на давней школьной подруге – Патриции. У них родилось трое детей: двое дочерей и, наконец, столь долгожданный сын.

Арти каждый день заливал и чистил лед, зачастую не выпуская из зубов любимую сигару. Он даже смастерил подобие хоккейных ворот, так что на его площадке всегда резвилась детвора. Игры затягивались до поздней ночи, так что матери приходилось разгонять маленьких спортсменов по домам.

Арти любил двоих дочерей – Келли и Ким, – но к младшему сыну он испытывал особые чувства. К тому моменту, как Стивенс-младший научился твердо стоять на ногах, отец уже успел обучить его технике броска и ловли мяча. Мальчик проявлял талант в любом виде спорта, за который брался. И хотя сам Арти не умел кататься на коньках, он знал, насколько популярен этот вид спорта в Новой Англии. И будь он проклят, если его сын не будет иметь возможности играть в хоккей. Кевин быстро обучился азам катания, а вратарем на время тренировок зачастую оказывался отец. Сын становился старше, его броски – все сильнее, так что на теле отца появлялись синяки все ярче. Но он был готов пожертвовать своим телом ради сына.

Согласно местному фольклору, в первом сезоне 6-летний Стивенс забил 175 голов. Ему нравился бейсбол, и он долго не мог остановиться на чем-то одном. Даже Бостонский колледж предложил ему стипендию, одновременно приглашая в бейсбольную и хоккейную команды. Его позвали на просмотр и в "Торонто БлюДжейз" и в "Филадельфию Филлиз", а перед дебютом в университетской команде Стивенс был выбран в шестом раунде драфта "Лос-Анджелесом".

Появилась реальная возможность пробиться в профессиональный спорт, так что Кевин выбрал более надежный вариант и все же остановился на хоккее. Получив диплом экономиста и набрав в последнем сезоне в колледже 70 очков в 39 матчах, Стивенс был приглашен в состав сборной США на чемпионат мира-1987 и Олимпиаду-88. В Пемброуке даже был устроен парад в честь любимого сына города перед его отъездом на Игры в Калгари. Его провожали баннерами: "Удачи, Кевин".

Сборная США неудачно выступила на Олимпиаде, но Стивенс поиграл рядом с такими будущими звездами, как Тони Грэнато, Брайан Лич и Майк Рихтер. Перед 22-летним нападающим открывались большие перспективы, так как "Питтсбург", который выменял права на него у "Кингз", активно звал форварда в состав. "Пингвины" видели в нем человека, который поможет им пробиться в плей-офф из сложного дивизиона Патрика. Кевин отличился в первом же матче, а потом забил еще 4 гола за следующие 15 игр. Для попадания в плей-офф "Пингвинз" не хватило одного очка.

Первый полноценный сезон в НХЛ Кевин провел через два года – в звене с Джоном Калленом и Марком Рекки он набрал 70 очков. Также мощный нападающий отметился 171 минутой штрафа. Но в раздевалке он совсем не был похож на того всесокрушающего монстра, которого видели на льду. Наоборот, он был душой коллектива. Полюбился команде и Арти, и все подмечали, как схожи характеры отца и сына. "Кевин был абсолютной копией своего отца. Ходячее счастье и веселье", – говорит Каллен.

Вскоре Кевин также получил прозвище "Арти", так он был похож на отца. И вот уже вся НХЛ знала его именно под этим именем. Арти-младший был не менее важен для команды в раздевалке, чем на льду: "Он был сердцем команды. Он дарил радость любому, кто приходил на арену", – говорит Марио Лемье.

Оглядываясь назад, Стивенс признает, что этот период – лучший отрезок в его жизни. В 1990 году он женился на своей школьной подруге, Сюзанне. В то время он зарабатывал по 150 тысяч долларов за сезон – настоящее состояние для простого паренька из Пемброука. Он обрел близких друзей в "Питтсбурге". Первое попадание в плей-офф – тоже сказка. В 1991 году "Пингвины" выбили в играх на вылет "Нью-Джерси", "Вашингтон" и "Бостон". В финале Кубка Стэнли предстояло сразиться с "Миннесотой". "Пингвинз" победили за шесть матчей. "Это был первый подобный успех для большинства игроков нашей команды и первый для города. Для спортсмена, хоккеиста... достичь своей цели, понять, что все старания прошли не зря – это пик карьеры".

В том походе за Кубком Стивенс отметился 17 голами и 33 очками, заняв третье место в списке лучших бомбардиров команды, уступив только будущим членам Зала славы – Марио Лемье и Марку Рекки. "Это был один из лучших, если просто не лучший силовой форвард лиги, – настаивает Марио. – Настоящий монстр на коньках, который умел забивать, играть в пас и мог пробить соперником борт. У него не было слабых мест. На протяжении нескольких лет Кевин был лучшим левым вингером в НХЛ".

В следующем сезоне Лемье пропустил 16 матчей из-за травмы спины, и Стивенс стал ключевым игроком команды. Он стал лучшим снайпером "Пингвинов" с 54 голами и со 123 очками занял второе место в списке бомбардиров по итогам регулярного сезона (обогнав Уэйна Гретцки и уступив лишь Лемье, который после травмы успел наколотить 131 очко). "Пингвинз" вновь попали в плей-офф, а Стивенс опять был неудержим. Недаром он вошел в число претендентов на "ХартТрофи", который, правда, в итоге, достался Лемье. Попал на Матч всех звезд. Также нападающий заключил контракт с ежегодным окладом в 1,3 миллиона долларов. "У меня было все, о чем только можно было мечтать. Если хотите представить идеальную жизнь, то это был именно мой случай", – говорит Стивенс.

Всего за три сезона в НХЛ Кевин воплотил в жизнь "американскую мечту". Но то, что пришло так быстро, ушло еще скорее.

ТРАВМА

Стивенс не помнит тот силовой прием, во всяком случае, воспоминания обрывчатые. Выбив в первом раунде плей-офф-93 "Девилз", Пингвинз" получили в соперники "Айлендерс". Команда из Нью-Йорка считалась темной лошадкой, но под предводительством Пьерра Тюржона смогла затянуть выяснение сильнейшего до седьмого матча, который должен был пройти в Питтсбурге.

Стивен помнит, как заработал удаление в начале первого периода и вернулся на лед, отсидев штраф на скамейке. Помнит, как помчался за шайбу в зоне "Островитян". Он поймал на сокрушительный силовой прием Рича Пилона, когда тот пытался завладеть шайбой. Но Стивенс слишком сильно нагнулся, и они столкнулись с Пилоном головами. Рич отлетел в сторону. Стивенс же потерял сознание, он не мог контролировать свое огромное тело. "Его лицо разбилось об лед, как яичная скорлупа, – вспоминает ГленнХили, бывший вратарь "Айлендерс", который отчетливо помнит этот эпизод. – Будто кто-то взял кувалду и разбил череп".

У Стивенса был сломан и вывернут нос. Разбита скуловая кость. Разрушен лоб. Его немедленно доставили в госпиталь. Там хирургам пришлось использовать девять металлических пластин, чтобы собрать его лицо. С носом пришлось повозиться отдельно.

Кости срастутся, но еще оставалось повреждение мозга. Было очевидно, что Стивенс повредил лобную долю, но никто не мог предсказать последствий этой травмы. Доктора на полном серьезе предполагали, что эта ситуация может повлиять на когнитивные способности Кевина.

Когда партнеры пришли через пару дней навестить его в больнице, Стивенс все еще был подключен к различным аппаратам и утыкан трубками. В таком состоянии он пробыл почти месяц, все это время принимая убойные дозы болеутоляющих. "Увы, после той травмы в игре с "Айлендерс" его жизнь повернула в неправильном направлении. Через несколько месяцев он смог возобновить карьеру, но уже никогда не был прежним", – сокрушается Лемье.

КОНЕЦ КАРЬЕРЫ

Стивенс подскочил от громкого стука в дверь. Он запаниковал. Быстро сунул свою трубку для курения крэка под подушку. На часах было 7 утра, но он и так не спал всю ночь.

Стук раздался вновь, и на этот раз сопровождался грубым голосом: "Полицейский департамент Коллинсвилля".

"Кто это?" – уточнил Кевин.

"Полицейский департамент Коллинсвилля", – голос стал еще громче и грубее.

Стивенс приоткрыл дверь и выглянул в щелку. "Полицейский департамент Коллинсвилля", – повторил офицер в третий раз. Наконец, Кевин открыл дверь.

Операции смогли восстановить черты лица Стивенса. Но они не могли исправить скрытые повреждения. Он умудрился идти по графику очко за игру в сезоне-1993/94, его возвращение в состав "Питтсбурга" преподносилось как эпичный камбэк, но на самом деле это было началом заката карьеры.

Впервые Стивенс познакомился с наркотиками за пару месяцев до травмы, когда попробовал кокаин в одном из баров Манхэттена. Он настаивает, что именно с того момента берет начало его борьба с зависимостью, но друзья и члены семьи считают, что это та самая злосчастная травма и пристрастие к болеутоляющим сломали ему карьеру. В любом случае, причины будущего печального исхода схожи. Кевин пытался бороться со своими зависимостями, но они неизменно брали верх. "Это нарастает, как снежный ком. И в какой-то момент он обрушивается на тебя лавиной. Если у тебя нет возможности исправить ситуацию, то она погребет тебя. В этом суть зависимости. Это не веселая тема", – говорит Стивенс.

Кевин пытался скрыть свои проблемы от партнеров. На выездах он откалывался от коллектива и шатался по городу в поисках наркотиков. "Я зависал в самых жутких местах, – вспоминает он то время. – Если ты хочешь найти что-то нелегальное, то должен отправляться в соответствующие места".

Иногда он мог отсутствовать всю ночь и появляться на следующий день, так и не сомкнув глаз. Он выглядел все хуже, играл все паршивее. Наконец, партнеры не могли больше это игнорировать. Они пытались выяснить, что происходит, но он отрицал все их сомнения. В представлении Кевина, все было хорошо. Он просто получал удовольствие, наслаждался жизнью. Он отказывался признавать, что впал в зависимость.

Для партнеров он перестал быть "Арти" – весельчаком-здоровяком из Новой Англии. Он был постоянно усталым и угрюмым. Начал сдавать и физически. Атлет, который некогда наводил ужас своей силой на соперников, превратился в тихохода из любительской лиги. Друзья и члены семьи заметили, что он отдалился от них, стал вести затворнический образ жизни. Когда они узнали, что Кевин пропускает тренировки, то поняли, что происходит что-то нехорошее, но признаются, что они и представить не могли всего ужаса того, что творится на самом деле.

Перед началом сезона-1994/95 Стивенс заключил контракт с "Бостоном". Казалось, вот он – новый шанс. Возможность перезапустить карьеру в родном городе, стать местной звездой. Но Кевин продержался всего 40 матчей, после чего был отдан в "Лос-Анджелес". Там его зависимость никуда не делась. Следующие полтора сезона он провел в Калифорнии, держась только не былой славе. Именно "Кингз" первыми определили его на программу реабилитации, но сделано это был втайне от общественности – в то время это удалось скрыть.

После двух посредственных сезонов в составе "Лос-Анджелеса" в 1997-м Стивенс перебрался в "Рейнджерс". Ему было уже 32 года, на льду пользы он практически не приносил, даже в статусе ролевика, а внутри него жил монстр, который постоянно требовал удовлетворить свои потребности. Так что летом 1998 года клуб из Нью-Йорка вновь отправил Кевина на реабилитацию. По сообщениям, там его часто навещал Уэйн Гретцки. "Думаю, люди пытались подержать Кевина, потому что знали, что для них он готов пожертвовать всем, – говорил Гретцки в интервью журналу SportsIllustrated в 2000 году. – Куда-то подвезти? С кем-то поговорить? Кевин всегда приходил на помощь. Он одинаково тепло общался с капитаном команды, ветераном или новичком. Сложно найти человека, который бы плохо к нему относился".

Следующим летом Кевин вновь угодил на реабилитацию. В заведении, которое располагалось в городе Даксбери, штат Массачусетс, он признался доктору Диане Икеде, психологу, которая работала с игроками НХЛ, страдавшими от наркотической зависимости, что принимает таблетки перкоцета, викодина и оксикодона, которые выписывали ему врачи с середины 90-х.

Когда представители полицейского департамента Коллинсвилля постучались в дверь его квартиры 22 января 2000 года, они сразу были ошарашены габаритами Стивенса. На вызов прибыли три офицера. Но даже в таком составе, если бы начались какие-то неприятности, со Стивенсом было бы непросто справиться. Так что его попросили присесть на диван. На это он ответил: "Я не причиню вам вреда. Я не такой человек".

В полицейском участке Кевин признался, что употребляет крэк последние восемь лет. Вот что было записано в качестве его показаний: "Когда вы пришли прошлой ночью, то мое тело онемело. У меня были проблемы с наркотиками в прошлом. Я проходил курсы лечения. Если об этом узнают в клубе, то я потеряю свою работу… Я прекрасно отдаю отчет в том, в какой ситуации оказался".

Стивенсу были предъявлены обвинения в незаконном хранении принадлежностей для употребления наркотиков, и он провел три дня в тюрьме. Тем временем, в СМИ просочились новости о его аресте. Секрет, который он скрывал почти 10 лет, стал достоянием общественности. Кевин понял, что прежней жизни пришел конец. Дома, где его ждала беременная жена и двое маленьких детей, также обо всем узнали. Он испытывал стыд за то, на что он обрекает свою семью. "Вот я и на дне", – думал он про себя. Тогда Кевин дал себе слово обратиться за помощью.

После ареста Стивенс покинул "Рейнджерс" и вновь лег на реабилитацию на несколько месяцев. Выйдя в мир, он заключил контракт с "Филадельфией", но через 23 матча его обменяли в "Питтсбург", которым теперь уже владел его хороший друг – Марио Лемье. Пусть форвард вернулся в город, где так ярко начиналась его карьера, но вернуться на былой уровень ему было уже не суждено. За 32 матча он сумел отличиться лишь раз и добавить к этому 4 голевых передачи.

До того как его лицо столкнулось со льдом, Стивенс в среднем забивал 45 голов и набирал 98 очков за сезон. За следующие 10 сезонов эти цифры упали до 9 шайб и 23 баллов за результативность.

"Зависимость разрушила мою карьеру. Не просто повлияла, а именно разрушила", – не скрывает Кевин.

НОВАЯ ПОПЫТКА

После завершения карьеры Стивенс осел в своем доме в Даксбери. Он постарался посвятить все свое время детям, стать достойным отцом, но зависимость все еще не отпускала его. "Я держался, потому что был обязан. Но от этого моя жизнь была жалкой, – пытается объяснить Кевин. – Я не пил, не принимал наркотики… Потому что не мог. В моей жизни не было радости или счастья, ведь я не представлял ее без наркотиков. И хотя я не принимал их, но он все еще контролировали меня". Он отдает должное Сюзанне, которая пыталась сохранить семью (они разошлись в 2004 году, а официально развелись в 2010-м).

Где-то через год после завершения профессиональной карьеры, Стивенс повредил шею в тренажерном зале. Знакомый дал ему перкоцет, чтобы унять боль. Несмотря на богатый опыт употребления обезболивающих, Кевин настаивает, что основной причиной его проблем были стимуляторы, вроде крэка. Но, вновь распробовав перкоцет, Стивенс быстро подсел на опиоиды.

Теперь он пытался достать их любыми способами. Он ходил от одного врача к другому, рассказывая сказки о своих болях и пытаясь выбить заветный рецептик. Если он находил нужного доктора, то пыталась "выдоить это корову до последней капли". Если же не было возможности достать лекарства легально, то он обращался к уличным барыгам. Стивенс говорит, что тогда ему нужно было лекарств на 500 долларов в день, чтобы протянуть одни сутки. По его подсчетам, он потратил миллионы на таблетки. И он заложил в ломбард все, что только было возможно. В том числе и два чемпионских перстня. "Если это можно было оторвать от пола или сорвать со стены, то он продавал это", – говорит Келли.

Несмотря на все эти проблемы, Стивенс умудрился найти работу – в 2006 году "Питтсбург" взял его на должность скаута, который должен был искать таланты на Восточном побережье. Он с радостью принял это предложение и с гордостью вернулся в столь дорогой его сердцу клуб. Стивенс понимал, что, если о нем и помнят что-то хорошее, то это связано с периодом его выступления за "Пингвинз". Именно поэтому он всегда считал себя "Пингвином". Но, как и раньше, его работе вновь стали мешать пагубные пристрастия.

Пока его подрастающие дети делали первые успешные шаги в спорте, родной отец держался на расстоянии от них. "Детям было непросто, потому что они не представляли, какой Кевин появится в очередной раз. Сердце кровью обливается от этих слов", – рассказывает Келли.

Иногда он мог забыть забрать их из школы или с тренировки, потому что вновь рыскал по городу в поисках наркотиков. Иногда он приходил на их соревнования в обдолбанном состоянии. Его не раз просили покинуть арену. "Я всегда хотел быть хорошим отцом, быть примером для подражания. Но, сейчас, оглядываясь назад, я с ужасом понимаю, что был плохим отцом, плохим мужем, плохим сыном и плохим братом. Эта та цена, которую ты платишь за любовь к наркотикам".

В "Питтсбурге" были довольны работой Стивенса. Он умел найти талантливого игрока, разглядеть в нем что-то, что было сокрыто от взоров окружающих. Кевин мог бы стать отличным скаутом, говорит РэйШеро, тогдашний генеральный менеджер "Пингвинз". Но бывали случаи, когда Кевин просто пропадал. И они становились все чаще и чаще.

18 марта 2010 года Стивенс был приглашен в офис Шеро. Кевин не понимал, зачем его зовут, но, войдя в кабинет, все сразу стало ясно. Рядом с генеральным менеджером стояли два хорошо знакомых лица – Дэн Кронин и доктор Брайан Шоу, которые работали в программе по реабилитации разработанной НХЛ и Ассоциацией игроков НХЛ. Стивенс разразился хохотом: "О Боже, только не вы, парни. Что вы здесь забыли?"

"Кевин, ты прекрасно понимаешь, почему они здесь", – спокойно ответил Шеро. Лемье предоставил свой личный самолет, чтобы Стивенса могли отвезти в реабилитационный центр во Флориде. Каллен и Рекки пытались вразумить его по телефону. Они не собирались бросать старого друга. Туда прилетели также отец и сестра Стивенса. "Он воспринял это на удивление спокойно, – вспоминает Шеро. – Его реакция была похожа на: "Ух, вы меня вновь поймали…"

Кевин признался в разговоре с семьей и друзьями, что у него есть проблема, и согласился вновь лечь в лечебный центр. Но во Флориде он провел меньше месяца, так как был выгнан из лечебницы после того, как завел роман с одной из пациенток. Вскоре "Питтсбург" уволил его.

Оказавшись без дела, Стивенс продолжил падать вниз. Как вспоминают его друзья, он часто был недоступен, постоянно меня номера телефонов. Он постоянно клянчил деньги, обещая вскоре вернуть долг. Каллен, как и многие бывшие знакомые Кевина, решил, что лучше будет оборвать отношения со Стивенсом. Долгие годы они не общались: "Наступает момент, когда человек может все осознать только сам, – объясняет Каллен, чей брат также страдал от зависимости. – Я перестал искать с ним встречи". Хотя Каллен продолжал справляться о делах Кевина через его сестру, Келли.

"Нам пришлось отступить, – подхватывает Рекки, который даже обращался за советом к Тео Флери. – Как для друга, это самый сложный шаг… Каждый день ты представляешь, что с ним случилось что-то непоправимое".

В ноябре 2011 года Артуру Стивенсу был поставлен страшный диагноз: рак поджелудочной железы. На глазах отца его любимый сын погружался все глубже и глубже в бездну, а он никак не мог его спасти. Это разбивало ему сердце.

Но, несмотря на то что Кевин отдалился от семьи, в самый тяжелый период он хотел быть рядом с отцом и поддержать его во время болезни. Он предложил Арти отвозить того в больницу на процедуры. Но иногда он засыпал за рулем и чуть не попадал в аварии. В конце концов, Арти попросил сына больше не приезжать.

Через пять месяцев после оглашения диагноза, стало ясно, что Арти не выкарабкается. Последняя его просьба была обращена к дочери: "Обещай мне, что не бросишь Кевина. Помоги ему спастись. Обещая мне". Он дала слово.

Арти скончался в мае.

НА ДНЕ

16 декабря 2014 года, находясь под воздействием опиоидов и снотворного, Стивенс заснул за рулем и столкнулся лоб в лоб со встречной машиной. Он не был пристегнут. Его голова врезалась в лобовое стекло. Он был немедленно доставлен в госпиталь, где ему провели срочную операцию. Перелом нескольких вертебральных дисков позвоночника, перелом ключицы, а также очередная тяжелая травма головы.

Удивительно, но другой водитель отделался легкими повреждениями. Позже врач, проводивший операцию, заявил, что Стивенсу повезло, что он не остался парализованным до конца своих дней. Следующие три месяца Кевин провел в отделении интенсивной терапии, а затем два месяца – на реабилитации.

Жизнь подарила Стивенсу второй шанс. Поддержало эту идею и то, что через несколько месяцев после аварии подруга Кевина, Фэллон, забеременела. Но даже это не заставило Стивенса вернуться на праведный путь.

В ноябре, когда Фэллон была уже на пятом месяце беременности, Стивенс отправился на покупку незаконной партии таблеток оксикодона. Тогда Северную Америку как раз сразила эпидемия смертей от употребления этих веществ – в одном только Массачусетсе было зафиксировано 1574 смертей в 2015 году. Власти прикладывали все силы, чтобы справиться с этой бедой. Стивенс планировал продать партию таблеток по более дорогой цене, а также продать таблетки, которые получал по своим рецептам. Детали сделки Кевин обсуждал с Кристофером Алонардо, который был информатором ФБР.

Оценив, что Стивенс является видной фигурой, особенно в местных масштабах, ФБР установила слежку за бывшим спортсменом. Так что, когда он пришел на встречу с дилером 5 ноября 2015 года, его участь была предрешена. Торговец передал ему пакет с 175 таблетками оксикодона. После этого он сел в свою машину и уехал прочь. Через пару кварталов его задержала полиция.

Стивенсу позволили выйти на свободу, но следующие четыре месяца агенты постоянно пытались заставить его сотрудничать. Кевин согласился, но никакой пользы расследованию не принес. Вместо этого он вывел агентов на ложный след. Кевин говорит, что тогда не понимал, что ему за это может быть.

В марте 2016 года Фэллон легла в родильное отделение. Стивенс пришел не сразу. Первыми приехали Келли и их мама. Когда, наконец, появился Стивенс, то семья сразу заметила, что он находится под воздействием веществ. Келли не могла поверить своим глазам. Даже рождение ребенка не могла заставить Кевина изменить свои привычки. Если и оставалась какая-то минимальная надежда спасти брата, то она таяла с каждым днем.

СУД

Из своей камеры Стивенс мог слышать смех других заключенных. Люди, которые приговорены на жизнь в аду. Долгие годы он избегал наказаний за свои пристрастия, но теперь он столкнулся с жесткой реальностью. То, что не могло не испугать его: более года тюремного заключения. Он понимал, что фотографии, как он закованный в наручники ходит в тюремной робе, облетят все газеты. Его вновь увидят его дети. Он вновь унизил их. И теперь у него нет возможности позвонить им и постараться хоть как-то объясниться. Вновь он поклялся себе: "У меня осталось только два пути. И я не имею права выбрать неверный".

Когда его выпустили под залог, Стивенс сразу отправился на собрание группы Анонимных Алкоголиков. Там он нашел человека, который много раз пытался ему помочь, Фила Барриню. Но в это раз, как говорит сам Стивенс, он искренне искал помощи. Суд был назначен через год после ареста. Но любой проступок вернул бы его за решетку.

Из дома Кевин первым делом позвонил Рону Хэйсу, другу, которого он встретил в 2003 году на одном из собраний АА. Хэйс не интересовался хоккеем, но они сошлись, даже какое-то время жили вместе. Они поддерживали друг друга. Но, в конце концов, их пути разошлись – Хэйс выбрал нормальную жизнь, а Стивенс… "Мне нужна помощь, – признался Кевин в разговоре с другом. – Я хочу обрести такую же жизнь, как и у тебя".

И хотя Хэйс жил в 30 милях пути от дома Стивенса, на протяжении следующего года он каждый раз забирал его и отвозил к 7 утра на собрание в ближайшей церкви. Затем они отправлялись домой к Рону, где разговаривали о жизни, о семье, о своем прошлом и обсуждали планы на будущее.

Благодаря поддержке Хэйса и других знакомых, Стивенс вел трезвый образ жизни на протяжении года в ожидании суда. Прежде у него были шансы вернуться на правильный путь, но перед майскими слушаниями друзья и члены семьи засыпали суд просьбами дать ему еще одну возможность исправиться. В каждом письме рассказывалось о совсем другом человеке, а не о той бледной тени, которая готова была торговать оксикодоном, чтобы заработать деньги. Они рассказывали историю Арти – веселого здоровяка с громогласным смехом. Историю человека, который был готов на все, ради друзей. Историю хоккеиста, который когда-то считался лучшим силовым форвардом в НХЛ. В письмах отмечалась взаимосвязь между травмой головой и пристрастием к обезболивающим. Эта тема, которой сам Стивенс никогда не хотел касаться: его разбитый череп и поврежденный мозг могли стать главной причиной того, что его жизнь чуть не разрушилась. "Кевин признает, что допустил множество ошибок, – писал Лемье. – Но все его хоккейные друзья знают, что это хороший человек, который встал на путь исправления".

Обвинители, правда, не верили в эти истории. В последнем обращении к судье Джорджу О’Тули федеральный обвинитель Тимоти Моран настаивал, что преступления, на которые пошел Стивенс, не являются следствием его пагубных пристрастий. Это было желание заработать деньги и сбывать вещества, которые приводили к пугающей смертности населения.

Адвокат Стивенса, Пол Келли, бывший глава Ассоциации игроков НХЛ, в страстной речи призвал к снисходительности. А затем слово взял сам Стивенс. Он попросил прощения за свои преступления, за всю ту боль, что он причинил своим семье и друзьям. "Я могу только мечтать, чтобы моя жизнь и карьера сложились иначе. Но все вышло иначе. Это навредило моей семье, моим детям, моим родителям – затронуло всех и всем принесло боль. И за это я заплатил дорогую цену".

Судья О’Тули оштрафовал Стивенса на 10 тысяч долларов и приговорил к трем годам испытательного срока при условии, что он будет участвовать в общественной деятельности и поддерживать программы, ведущие борьбу с наркотиками. Тем вечером Кевин Стивенс вышел из здания суда свободным человеком. Ему дали новый шанс подняться со дна. Последний шанс. И в этот раз он не упустит его.

Кевин СТИВЕНС (слева). Фото REUTERS
Кевин СТИВЕНС (слева). Фото REUTERS

НАСТОЯЩЕЕ

Кевин Стивенс откидывается на диване и с удовольствием наблюдает матч-открытие сезона-2017/18 для "Питтсбурга". Фэллон, которая мало интересуется хоккеем, находится рядом, читая книгу по психологии. Она изучает этот предмет в колледже. Хантер, которому уже два годика, спит в своей кроватке.

По телевизору транслируют, как под своды домашней арены "Пингвинов" поднимают чемпионский баннер. Второй год подряд. Сам Стивенс вот уже как пару месяцев вернулся на должность скаута в клубе. Он также присутствовал в тренировочном лагере, где ему даже вручили новые коньки, чтобы он мог выйти на лед.

Каждый день он посещает как минимум одно собранием Анонимных Алкоголиков. Также он ходит в тренажерный зал – всерьез вознамерился вернуть себя в форму. Он уже сбросил несколько килограмм, но говорит, что работа в этом направлении только началась. Кроме того, он обязан отмечаться в полицейском участке и проходить тесты на наркотики.

Если у него выдается свободное время, то он берется за подработку, помогая знакомому электрику. Кевин старается наладить контакт с тремя старшими детьми – двое уже учатся в колледже, младший – в старших классах. Старший сын, Люк, играет в нападении команды Йеля, в 2015 году на драфте его выбрала "Каролина". Идея о том, что дети могут пойти по его пути – в хороших местах, местах об исполнении "американской мечты"– греет ему душу.

Вот уже 16 месяцев, как Стивенс держит себя в руках. И хотя он уже проделал большой путь, но не готов утверждать, что все опасности позади. Каждый день – это новое испытание. На собраниях он часто рассказывает свою историю. Выступает в местных школах, появляется в эфирах местных радиостанций. Он даже создал свой фонд, направленный на борьбу с зависимостями. "Долгое время я не видел смысла в своей жизни. Но теперь, кажется, я обрел его. Этот фонд заставляет меня думать о завтрашнем дне".

Баннер уже поднялся под самые своды домашней арены "Пингвинз". Камера находит одного человека и берет крупным планом его улыбающееся лицо. Это старый друг Стивенса, Марио Лемье. "Ему до сих пор достаются самые громкие овации, – смеется Кевин. – Даже не нужно объявлять его имя".

"Питтсбург" вновь выиграл чемпионства два года подряд. Стивенс берет паузу, мыслями уносясь в уже далекое прошлое, когда он сам стоял на этом льду и праздновал победу со своими партнерами. Он улыбается. Те славные годы давно минули. Но сейчас, пусть и шаг за шагом, он постепенно возвращается к нормальной жизни.

Загрузка...
Материалы других СМИ