«Лидеры «Магнитки» в хоккее дольше, чем я живу на свете». Он дебютировал в КХЛ в 16 лет, а сейчас рубится на ЮЧМ за сборную

1 мая 2021, 16:00
Нападающий юниорской сборной России Данила Юров празднует заброшенную шайбу. Фото IIHF Нападающий юниорской сборной России Данила Юров (слева). Фото IIHF Нападающий юниорской сборной России Данила Юров (слева). Фото IIHF
Интервью с одной из главных надежд российского хоккея Данилой Юровым, который мог уехать в Америку, но остался и не прогадал.

Сумасшедший матч с США

— Некоторые болельщики до сих пор не отошли от сумасшедшего камбэка с США. Уступали 1:5, выиграли 7:6 в овертайме. Есть логическое объяснение такому ходу матча?

— Мы проявили волю и настоящий русский характер. Но после матча тренеры сказали, чтобы мы сразу его забыли. На следующий день была не менее тяжелая и важная игра с финнами. Поэтому от матча с США быстро отошли.

— То есть быстро уснули?

— Да. Пришел в гостиницу, поел, поговорил с родителями и лег спать.

— Как получилось, что американцы повели в четыре шайбы в начале второго периода?

— Это был первый матч на турнире. У многих перехлестнули эмоции, пошли невынужденные ошибки. Надо было играть с более холодной головой, больше шайб ловить на себя. Тогда, думаю, не было бы такого счета.

— Вернемся чуть назад — к товарищескому матчу с Белоруссией. Некоторых насторожила победа по буллитам. Почему не получилось выиграть увереннее?

— На юниорском чемпионате мира нет слабых команд. На белорусов настраивались так же, как и на американцев. Понимали, что мы Россия и всем хочется нас обыграть. И белорусы, конечно, горели желанием сделать это. Хоть они и наши друзья, все равно для них это был принципиальный матч. Немного сказалась пауза без игр — первый период дался тяжело. Когда уже вошли в игровой ритм, получилось вырвать победу.

— Если сравнить матчи с финнами и американцами, против кого было труднее играть?

— Наверное, против финнов. Они были свежее американцев, бежали вперед. С ними было тяжело, особенно в третьем периоде, когда у них осталось больше сил. В плане защиты у финнов тоже более организованная команда.

— То есть причина такого пассивного третьего периода с финнами — в нехватке сил и свежести соперника?

— Я бы не сказал, что мы потеряли игровой тонус или что-то в этом роде. Финнам хотелось совершить то, что мы сделали с американцами. Свои ошибки загубили нашу игру. Думаю, если бы мы сыграли проще, удержали бы эту победу.

За нами следят 150 миллионов

— Ваш финт перед голом Свечкова понравился всем. Тренеры одобряют такие нестандартные и рискованные решения?

— Если бы пас получился неточным или после этого финта пошла бы контратака на наши ворота, мне бы все равно прилетело. Если я уверен в своих силах и понимаю, что от финта не будет плохих последствий, конечно, это разрешается.

— После первых матчей кто-то из соперников удивил своим индивидуальным мастерством?

— У финнов — Брэд Ламберт. Работа с шайбой, катание, его руки — это что-то невероятное.

— Чувствуете повышенное внимание к себе на площадке со стороны соперников?

— Нет, мне не важно, следят за мной или нет. Стараюсь прежде всего играть на команду, за страну. За нами 150 миллионов человек — нужно защищать честь России. Совершенно не важно, как за кем индивидуально следят.

— В двух первых матчах у нас сыграли три вратаря. Чехарда голкиперов как-то влияет на игру команды?

— Не скажу, что это как-то влияет. Мы много тренировались и в Новогорске, и здесь. Уже привыкли друг к другу. Ротация вратарей — нормальный процесс. Кого поставят, с тем и будем играть и стараться победить.

— Почему было не так много осознанных входов в зону соперника? Входу через пас вы предпочитали простой вброс, особенно с американцами.

— Если мы забрасываем шайбу в зону и бежим за ней, защитники все равно будут ошибаться — они не роботы. Мы своей скоростью старались вынудить их ошибаться или удаляться. С американцами это получалось.

— Вы, как один из лидеров команды, чувствуете особую ответственность за результат? Все-таки у нас более атакующая сборная, и от того, сколько голов вы забьете, во многом и зависит исход.

— Нет, не чувствую. Если у меня не пойдет игра в атаке, буду отрабатывать в обороне. У нас есть еще три хорошие тройки, которые могут что-то создать и придумать. Я концентрируюсь только на командном результате.

— По трансляции заметил, что лед был не самого лучшего качество.

— Вода застывала слишком долго — за воротами ее было много. В остальном лед нормальный, играть можно. Списывать поражение на него — удел слабых.

Нападающий юниорской сборной России Данила Юров (слева). Фото IIHF
Нападающий юниорской сборной России Данила Юров (слева). Фото IIHF

В "пузыре" не разрешено ничего

— Вы в этом сезоне играли в основе «Металлурга», помогали «Стальным Лисам» в МХЛ, сейчас, в конце апреля, защищаете честь страны на юниорском чемпионате мира. Нет усталости от хоккея?

— Нет. Хоккей — мое любимое дело, я занимаюсь им с четырех лет. Как от него можно устать, если я получаю кайф? Все нормально.

— Сильно волновались перед стартом ЮЧМ?

— Да, волнение было. Выходили на первую игру против американцев как на принципиальное противостояние. В номере лежал, все прокручивал, как и что может пойти. Но перед матчем отбросил все эти мысли и играл спокойно.

— Как устроена жизнь в «пузыре»?

— Запрещено практически все. Ходим только от арены до гостиницы. По другим номерам ходить нельзя, все отслеживается. Просто сидим по комнатам, питаемся и обратно.

— С едой-то проблем нет?

— Кстати, с питанием никаких проблем нет. Думал, что будет хуже, но все нормально.

— В номерах живете по одному?

— Нет, по двое. Я живу со Всеволодом Гайдамаком.

— Поздравили его с чемпионством «Авангарда»?

— Да.

— Он празднует победу в Кубке Гагарина?

— Он-то нет (улыбается).

— Морально обстановка в «пузыре» не давит?

— Мне как-то без разницы. Думаю, если бы не было этого «пузыря», я бы так же сидел в номере. У нас внизу отеля есть магазин. Можно спуститься и там что-то купить. На улицу, думаю, даже и не выходил бы. Сидел бы спокойно в номере и готовился к матчам.

— Как проводите свободное время?

— Играю в телефон, смотрю телевизор. Если становится скучно, могу книгу почитать — «Менялы» Артура Хейли.

- Знаю, что некоторые игроки на прошлом молодежном чемпионате мира специально удаляли социальные сети, чтобы не отвлекаться на них. Вы так не делали?

— Нет, а зачем? Если ты профессионал, это тебя не будет волновать. Ты спокойно откладываешь телефон и настраиваешься на игру. Не вижу смысла удалять страницы. Не обращаю внимание на то, что пишут в социальных сетях.

— Неужели не читаете и не смотрите комментарии про себя?

— А зачем? У меня есть родители, которые скажут мне все как есть. Смысл мне обращать на это внимание?

— Приз лучшего игрока матча в виде сапога — самый необычный, который вы получали?

— Один из. В Уфе вручали шапку — их национальный головной убор. А здесь я не понял, почему именно сапог.

— Техас, ковбои.

— Думаю, можно было придумать что-то поменьше и полегче.

— Сапог тяжелый?

— Да. Под него дали даже коробку. Сапог внутри тоже заполнен.

— Уже решили, как повезете его домой?

— Пока нет (улыбается). Наверное, положу в баул или как-нибудь разберу. Сапог снимается с деревянной подставки. Можно так провезти будет.

Переход из Челябинска в «Магнитку»

— Вы начали заниматься хоккеем в челябинской школе Макарова, затем переехали вместе с семьей в Магнитогорск. Что подтолкнуло к смене школы?

— На тот момент мы посовещались с родителями и решили, что в Магнитке будет лучше для моего развития. Был интерес со стороны школы «Металлурга», был мой интерес перейти туда. Поэтому решили переехать в Магнитогорск.

— То есть «Металлург» на вас вышел или вы с родителями изучали этот вариант?

— Стечение обстоятельств. И мы хотели, и «Магнитка» тоже.

— Другие школы не рассматривали?

— Нет, в «Трактор» как-то не особо хотелось. В «Металлурге» созданы хорошие условия, можно было жить на базе. Решили поехать в Магнитогорск, но родители не захотели, чтобы я жил один. Поэтому со мной переехал папа.

— «Трактор» не пытался вас перехватить?

— Они, мне кажется, и не знали, что я перехожу. Не было серьезного интереса с их стороны. Уже потом, года через три, они пытались вернуть меня, но было уже поздно. Я не собирался туда возвращаться — не хотелось менять команду и предавать пацанов.

— В плане развития что вам дал переход в школу «Металлурга»?

— У меня были очень опытные тренеры, которые давали много советов. И Сергей Владимиров Кавунов, и Дмитрий Сергеевич Беленов сыграли большую роль в моем развитии. Их опыт очень мне помог. Прислушивался ко всем их советам. Благодаря им я и стал тем, кем являюсь сейчас.

— Когда только-только переехали в Магнитогорск, как вас приняли в команде? Косых взглядов не было?

— Нет, конечно. Нам было по 11—12 лет — совершенно не до этого было. Посмеяться и после школы пойти мячик попинать — все, что нужно в таком возрасте.

— Слышал, что после 11 класса вы хотели поступить в УралГУФК на тренера, но не сдали какой-то один предмет.

— Обществознание.

— Пробовать еще раз будете?

— Да, в конце июня буду пересдавать ЕГЭ.

— Поступление в вуз на тренера — страховка на будущее?

— Да, конечно. Никто не знает, что ждет меня завтра. Образование важно для каждого человека, чтобы не остаться в один день у разбитого корыта и потом заново не идти учиться. С образованием в любой момент можно подать заявление на работу. Это важная часть моей жизни — образование нужно получить сейчас.

Нападающий юниорской сборной России Данила Юров (слева). Фото IIHF
Нападающий юниорской сборной России Данила Юров (слева). Фото IIHF

Дебют в КХЛ

— Главный тренер «Металлурга» Илья Воробьев говорил, что перед этим сезоном вы рассматривали вариант отъезда в Америку, но вас отговорили.

— Да, это правда. Ко мне был предметный интерес из Северной Америки.

— Почему решили остаться в «Металлурге»?

— Из-за ситуации с вирусом понял, что туда нет смысла ехать. Незнакомая страна, поселят к каким-то незнакомым людям. Толком не знаю языка. Как показала практика, сезон в той лиге, куда меня приглашали, даже не собираются начинать. Вместе с родителями решили, что в Магнитогорске есть все условия для моего развития.

— Что почувствовали, когда вас пригласили в основу «Металлурга»?

— Сначала даже не поверил. Я прошел сборы со взрослой командой, потом меня отдали обратно в молодежку. После первых двух игр начальник «Стальных Лисов» сказал, что я полечу с первой командой в Москву. Я ему не поверил. Захожу в самолет, а там такие мастера сидят. Потерялся немного.

— Автограф ни у кого не просили?

— Нет (улыбается).

— Как вас приняли в коллективе? Дедовщины не было?

— Только если в шутку первое время, а так все нормально.

— Часто получалось, что вас заявляли на матч, но выпускали буквально на несколько смен. Не расстраивались, когда не получалось сыграть?

— Немного расстраивался. Все-таки очень хотелось сыграть, но в то же время понимал, что в 16 лет еще никто не играет по 15—17 минут. Относился к этому с пониманием. Когда получал шансы, приходило облегчение, что выхожу на лед.

— Илья Воробьев говорил, что вас специально берегли от травм, поэтому редко выпускали в основе.

— Да, я понимаю, что кто-то весит 100 килограммов, а кто-то — еще больше. Меня, такого пацана, страшно выпускать.

— Но ведь у вас неплохие габариты.

— Все равно мужики есть мужики. Они в хоккее дольше, чем я живу. Надо с пониманием относиться к этому — ничего страшного нет.

— В одном из матчей за «Стальных Лисов» вы получили травму после столкновения с бортом. На видео все выглядело очень страшно. Что чувствовали в тот момент?

— Как только случился удар, я захотел встать, но не чувствовал ног. Потом уже в больнице более-менее встал на ноги. Но все равно получил ушиб, дня два-три была неприятная боль. Как только она прошла, вышел в зал, начал восстанавливаться. Приближался плей-офф, и я понимал, что, если я сейчас не сыграю, тяжело будет попасть в состав сборной.

— Вы готовы в будущем сезоне больше играть в основе «Металлурга» и держать уровень КХЛ? На взрослом уровне важна стабильность.

— Да, понимаю, что на таком уровне нужно держать планку. Как только закончится чемпионат мира, немного отдохну и буду готовиться к сезону. Нужно обрасти мясом, чтобы не было таких моментов, как в этом сезоне, когда меня отодвигали корпусом или рукой.

— То есть прежде всего нужно добавлять в габаритах?

— Да. Как бы я ни катался, какие бы ни были руки, если я буду легким и не смогу вести борьбу, грош цена такому хоккеисту. Такие хоккеисты сейчас никому не нужны.

— Одно время вас выпускали в тройке с Тэйлором Беком и Андреем Нестрашилом. С легионерами быстро нашли общий язык?

— Да, это два веселых парня, которые больше всех надо мной шутили. Не знаю позитивнее человека, чем Нестрашил. Все время улыбается, шутит. Тем более он еще по-русски разговаривает. Так что никаких проблем не было.

— Заметил, что сколько бы вы ни играли — одну смену или десять, — волнения на льду не было. Откуда черпали уверенность?

— Наверное, от того, что в начале января меня отдали в молодежку. Входил в ритм немного тяжело — все-таки давно не играл по 15—17 минут за матч. Как вошел в форму, понял, что могу играть вне зависимости от того, кто против меня. Выходил и делал то, что от меня просили.

— Считаю, что серию «Металлурга» и «Авангарда» нужно переиграть. С вами «Магнитка» победила 7:1, а без вас проиграла два матча. Вам хватило минуты и 33 секунд, чтобы забить будущему обладателю Кубка Гагарина.

— Сам не ожидал, что забью. Даже представить не мог, что все так произойдет.

— В чем все-таки сложность играть против «Авангарда»?

— Они много блокируют бросков. В шестом матче с ЦСКА их было 39. Они хорошо ведут борьбу, забивают трудовые голы и играют до конца вне зависимости от счета. Команда выполняет установку тренера — в этом их секрет успеха. Это, наверное, ключевое в хоккее. Кто выигрывает по заблокированным броскам, кто выигрывает единоборства, тот и забирает кубки.

— То есть вы не удивлены их победой?

— Немного удивлен. Думал, что ЦСКА победит — он три года был машиной. Не ожидал, что шестой матч финала так и закончится — 1:0.

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
1
Офсайд