07:00 26 декабря 2014 | Разговор по пятницам

Ринат Билялетдинов: "Позвонил президент "Рубина".
Я подумал - пранкер"

Ринат БИЛЯЛЕТДИНОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"
Ринат БИЛЯЛЕТДИНОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Встречу главный тренер "Рубина" назначил в манеже ЦСКА – он даже в отпуске не отключается от футбола. Интервью перемежал беседой с тренером по физподготовке.

На беговой дорожке мелькнул Игорь Тер-Ованесян, легенда из легенд. Раскланялись. Ринат Саярович пока не легенда – но еще год назад мало кто представлял, что это за тренер. Сегодня же и "Рубин" его играет разумно, и самому Билялетдинову почет и узнавание на всяком шагу.

***

Пришел он с мешочком. Словно Дед Мороз.

– Был у Гершковича в Объединении тренеров, попросил пакет, а он туда книжек наложил.

– Мы встревожены. Каких?

– Сан Саныч Кузнецов о тренировках юных футболистов. Итальянский сборник – автор, кажется, Саски…

– Сакки?

– Что я, Арриго Сакки не знаю?! Нет, другой. Еще книга Марка Туниса. В Канаде нынче живет.

– Вот вы и подсказали нам тему. Какая книжка за последнее время сильно помогла в работе?

– Шведа Эрикссона, который тренировал сборную Англии. Довольно откровенно рассказывает – как строить команду, как общаться со звездами. Читаю и карандашиком подчеркиваю важные места. Возьму с собой на сборы. Но сейчас мало что помню – в голове каша.

– Это почему?

– Агенты, игроки, диски, контракты, доллар, евро… Нам сбор пришлось перекраивать! Вместо Германии летим в Турцию. Только на перевозке багажа экономим 20 тысяч евро.

– Мы подслушали кусочек вашего телефонного разговора – ни с российскими, ни с украинским клубами на сборах играть не желаете. Отчего же?

– С украинскими – понятно. Береженого Бог бережет. Выйдет "западэнец" с чубом, что-нибудь вякнет – драка вспыхнет.

– В наших командах никого "с чубом" нет.

– Зачем на сборах надоедать друг другу? Да еще секреты раскрывать? Нам же играть с этими командами во второй части чемпионата.

– Знаменитая оперная певица Мария Гулегина выступала по всему миру. А в Большом дебютировала в 55 лет. Сказав: "Для меня Господь это оставил на сладкое". Вы свой приход в "Рубин" рассматриваете так же?

– Точно! Хоть про меня нельзя сказать – "пел везде". Честно говоря, когда впервые позвонил человек и представился Сорокиным, президентом "Рубина", я решил, что это пранкер. Вторая мысль – что офицер безопасности РФС. В трубке усмехнулись: "Нет, я другой Сорокин. Настоящий президент". Давайте проверим, отвечаю.

– Проверили?

– Договорились, что мне перезвонят, а встретимся в ресторане неподалеку от РФС. В тот момент я не верил. Но когда время спустя раздался звонок, уже знал: это действительно "Рубин". Не разводилово.

– Чувствуем, сталкивались вы с мошенниками.

– Желтые газеты научили – несколько лет пытались из меня что-то вытащить. Однажды их отшил, так стали звонить девичьи голоса. Представляться солидными изданиями: "Это моя первая работа, расскажите, пожалуйста…" Одной такой специально запустил полную чушь. Наутро всё появляется в самой желтой газетенке!

Вскоре опять звонит. Отвечаю – смените пластинку, мне с вами все ясно. Пискнула: "Ой!" – и повесила трубку. Дальше – веселее. Я приехал к Динияру в сборную, сели в холле. Вижу – какой-то рядом трется. Микрофон подбросил на спинку кресла. А я к фокусам готов: "Юноша, микрофон не вы потеряли?"

И в "Локомотиве" насмотрелся. В Баковке один на забор залез, фотографировал тренировку. Рахимов подошел: "Что вы мучаетесь? Спускайтесь, снимайте 15 минут" – "Нет, мне надо всю тренировку, задание". Позвали охрану, стряхнули его оттуда. Так в газете расписали, будто и руки ему заламывали, и машину блокировали. Какой-то Рамазан комментирует: "Да, теперича не то, что давеча…" Динияра полоскали.

– В Казань вас приглашали еще года три назад?

– Президентом клуба был Самаренкин. Предложил возглавить департамент молодежного развития "Рубина". Тогда все клубные решения в Казани проходили через главного тренера. Я сказал: "Вы должны согласовать мою кандидатуру с Бердыевым. У меня сомнения, что он одобрит".

– Почему?

– А вы не догадываетесь? Зачем в тылу потенциальный конкурент? Может, у самого Бердыева этих мыслей и не было – но кто-то со стороны непременно их бы подкидывал. Я знаю, как это происходит.

– Вы угадали – Курбан Бекиевич не согласился?

– Вопрос не дошел до обсуждения. Как раз начались открытые письма президенту республики, заявления агентов Торе, что из них вытягивают деньги… И Самаренкин покинул "Рубин".

***

– В чем стали сильнее за 2014-й?

– В плане уроков – год уникальный. Листаю свои старые конспекты – некоторые упражнения перечеркиваю крест на крест. Малоэффективны, требуют доработки. На бумаге расписано красиво. А на практике – хаос и бессмысленная беготня.

Тренировочный процесс выстраиваю теперь совсем иначе. Важный для меня момент – развитие силовых качеств. Перебор чреват потерей скорости. Если недоделал – считай, все впустую. Здесь тонкая грань – чтобы был ощутимый прирост силы, нужно всей командой на какой-то период забыть про мяч. Сейчас с Бондаренко, тренером по физподготовке, распишем сборы, кто с каким весом будет работать, а кто вообще обойдется без отягощений.

– По-человечески этот год вас изменил?

– Нет. Новых друзей не приобрел, зато старые живы. Каким был упрямым, таким и остался. Не подстраиваюсь. Где-то написали – мол, жестко критикую собственных игроков…

– Разве нет?

– Люди порой не улавливают шутливую интонацию. Ну неужели я мог говорить про устриц на полном серьезе? Заметку из наших газет перепечатали французы – там тем более шутку не поняли. М’Вила прочел, обиделся. А когда я рассказал, как было, – хохотал громче всех.

– Руководство ваш темперамент пыталось корректировать?

– Ни разу. Закрываться не собираюсь. Могу ронять казенные фразы – "нет", "без комментариев", "поживем – увидим". Кому это надо? Клубу? Вряд ли.

– По Девичу и Бурлаку резковато прошлись.

– После хотел кое-что убрать – но махнул рукой: оставляйте как есть! Я ведь правду сказал? Правду. Через прессу дал им последний шанс встрепенуться. А то даже в "Рубине-2" ничем не выделяются! Бегают для здоровья, зарплата капает. Тишь да гладь.

Пусть посмотрят на себя со стороны. Обидятся, закусят губу. Мне и не нужна их любовь. Нужен результат! Я использую все рычаги, чтоб до футболиста достучаться! Кто-то играет из любви к деньгам. Кто-то – из благодарности к тренеру, кто-то – из ненависти. Если их заведут мои слова – через пару лет спасибо скажут.

– Вы говорили – когда возглавили "Рубин", бросилось в глаза чемоданное настроение многих игроков. А еще что?

– Люди без эмоций, абсолютная апатия. Вялая походка – то ли из кровати в туалет, то ли из туалета в кровать. Это и не скрывалось.

– Откуда такое?

– Начитались в интернете. Наслушались разговоров. Любое упражнение поначалу воспринимали в штыки: "Зачем столько бегаем? Мы это не делали!" Не все, конечно, но процент немалый. Если таких "скрипящих" выгнать невозможно – надо отодвигать.

– Остались в "Рубине" те, кто тогда "скрипел"?

– Мне кажется, нет. Но я со стаканом не хожу, к двери не прикладываю, не подслушиваю…

– Роман Еременко входил в группу недовольных?

– Он был на своей волне. Дурака не валял, однако уже нацелился на уход из клуба – и доигрывал. Что работа вне поля с ним проводилась серьезная, я уверен.

– Агентом?

– Ну да. Рома старался, носился. Но не было вишенки на торте в его игре. За полгода – ни одного гола. А в ЦСКА забивает регулярно.

***

– В своем бывшем ассистенте Владимире Маминове разочаровались?

– Да нет… Может, у Маминова ко мне отношение поменялось? Желания его объяснимы – претендует на что-то высокое. Право на творчество есть всегда. Но не забывайте о субординации – если каждый будет делать свой мазок, получится не картина, а мазня. Команда тонко чувствует многоначалие. Расхолаживается в секунду. Дискуссии должны заканчиваться до поля. Если родилось желание спорить – дождись, когда останемся тет-а-тет. Или шепни на ухо.

– Владимир спорил прилюдно?

– Да, выражал несогласие с тем, что делал, к примеру, Бондаренко. Мне приходилось останавливать тренировку. Иногда Маминова не перебивал – но его разъяснения не совпадали с тем, что я за сутки до этого говорил на теоретическом занятии.

– В какой момент поняли, что пора прощаться?

– На тренировке позволил себе с доктором громко обсуждать то, чем они недовольны в рабочем процессе. Ребята слышали. Я повысил голос: "Делали, делаем и будем делать!" Тогда и подумал: зачем людей мучить?

– И доктора поменяли, и ассистента?

– Разумеется. Едва появилась информация, что Маминов из "Рубина" ушел, мне посыпались звонки, эсэмэски.

– Народ сам себя предлагал?

– Как правило. Либо просили за кого-то. А у меня сразу всплыли две кандидатуры – Дима Кузнецов и Коля Савичев. Но Коля – в "Торпедо". Для порядка записал фамилии всех, аргументировал, отдал список начальству. Вскоре его вернули – была подчеркнута фамилия Кузнецова.

– Почему?

– Клуб оставлял за собой право не объяснять причин: "Этот – нет!" Служба информирования в "Рубине" работает отлично. Выходит, что-то знали. Про меня была сказана фраза: "Вы доработали в футболе до такого возраста – и не замешаны ни в одном…" Как бы сформулировать… Коррупционном скандале, что ли? Не запятнал себя.

– Изумились, у скольких коллег неоднозначное прошлое?

– Забраковывая потенциальных ассистентов, кое-какие реплики случались: "А вот этого рассматривали на пост главного тренера…"

– По Кузнецову вопросов не было?

– Ни единого. Как и по Клейменову, тренеру вратарей.

– Бывший президент "Локомотива" Николай Наумов рассказывал нам, как впечатлился, когда ему впервые предложили "распилить". Помните свой "первый раз"?

– Это в дубле "Локомотива". Подкатили двое. Но "распил" – громко сказано. И на сучок не тянет.

– Тем занимательнее подробности.

– Просят: "Возьмите наших футболистов на сбор в Хосту. За каждого вам лично по 500 долларов". Если поедут на следующий сбор – столько же. Если с кем-то подписывается контракт хотя бы на год, мне платят 5 тысяч.

– Ну свозили бы в Хосту…

– Противно!

– Деньги вам не нужны?

– Я привык зарабатывать, а не воровать. Если б согласился – ко мне потянулась бы вереница таких же. У агентов это отлажено четко. Соберутся на футболе, поделятся друг с другом информацией. Еще кто-то и посредником выступит: "Я договорюсь, знаю цену вопроса".

– В Казани чем агенты удивляли?

– Пригласили игрока, тренируется. Внезапно звонок: "Мой футболист!" Парня до этого спрашивали: "Агент есть?" – "Нет", – "Вспомни, с кем-то бумаги подписывал?" – "Точно нет!" Как доходит до первых выплат – обязательно всплывет "человек ниоткуда". Посредник.

– Как быть?

– Отправляю к генеральному директору. Тот выясняет. Я ни трансферами, ни комиссионными не занимаюсь.

***

– У Бердыева расставание с "Рубином" было долгое и мучительное. Говорят, после увольнения какое-то время запирался в кабинете на базе, сидел один.

– Вполне возможно. Но я на базе не появлялся. Приехал на турецкий сбор. Когда в конце февраля прилетели в Казань, Бердыева уже не было. Впервые увиделись в Москве после чемпионата мира на встрече тренеров с Капелло.

– Обижен Бердыев?

– По-моему, нет. Поздоровались вежливо. А что обижаться? Знает же, что дело не во мне.

– Хуанде Рамос доброжелательно советовал что-то Слуцкому, передавая ЦСКА. Допустим, вам предложил бы помощь Бердыев – какие вопросы ему задали бы?

– Попросил бы успокоить ребят. Объявить, что массовых репрессий не будет, ничего подковерного, никаких интриг. Футболистов за собой группой не вожу.

– Вы заняли кабинет Бердыева?

– Другого там нет.

– Портрет Арсена Венгера он унес с собой?

– Наверное. Кабинет пустовал – лишь много-много гвоздиков на стенах. "А чего? Удобно! – усмехнулся администратор. – Если захотите что-нибудь повесить, молоток не нужен". Пока воздерживаюсь.

– Чей портрет вам хотелось бы иметь в своем кабинете?

– Тарасова. Смотрел "Легенду №17" – и узнавал Анатолия Владимировича. Жесты, интонации. Помню – тренировка в ЦСКА, кувырки. Кто-то тянется за резиновым ковриком – чтоб позвонки по полу не трещали. И голос Тарасова: "Молодой человек, вы испортили мне настроение!"

– Где ж вы пересеклись?

– В 1975-м его назначили главным тренером футбольного ЦСКА, а я в дубле был. Когда Тарасова представляли команде, всех собрали в актовом зале. Он шел как ледокол, за ним свита из полковников. Взлетел на трибуну. Пауза. Обвел глазами: "Ну что, мальчишки?! Нас ждут великие дела! Прорыв! Задача на сезон – тройка призеров и полуфинал Кубка!" Мы притихли. Не слабо, думаю, год назад ЦСКА финишировал 13-м. Тарасов спросил: "Где капитан команды?" Подошел Юра Чесноков. Тот приобнял: "Сынок, будем трудиться во славу армейского спорта! Вперед! К новым достижениям!"

Зимой дубль и основа провели несколько совместных тренировок. Тарасов повторял: "Хочу увидеть в деле полуфабрикатов". Человек сорок набивались в зал тяжелой атлетики. Теснота – не продохнуть!

А в сентябре мы выиграли юношеский чемпионат СССР. В решающем матче на выезде победили – 1:0 – киевское "Динамо". Утром вернулись в Москву. На вокзале говорят: "К 15.00 – на Песчанку. Игровую форму захватите. Будете фотографироваться с Анатолием Владимировичем".

Сидим, ждем. Вдруг ветерок пронесся – Тарасова еще нет, но мы понимаем: приехал! Заходит: "Встаньте, герои вчерашнего матча! Молодцы! Чувствуете, какое это сладкое слово – чемпион?!" Заканчивает неожиданно: "Теперь посмотрим в деле молодых чемпионов! Через полчаса – на поле!"

– Поворот.

– Да уж. Накануне отыграли тяжелейший матч, ночь в поезде. Шок усилился, когда увидели, что ждет круговая тренировка. Без мячей. Все поле заставлено блинами от штанги, барьерами, стойками. В центральном круге два стула для Тарасова. И рупор. Правда, после второй "станции" сжалился: "Достаточно!" До раздевалки доползли с трудом.

– Борис Копейкин и Владимир Федотов с ужасом отзывались о тренировках Тарасова.

– Перегруз действительно был приличный. Многие не выдерживали. Кто-то сердце посадил, кто-то спину сорвал, травм хватало. В футболе у Тарасова не получилось.

Но я о другом. Тарасов – это невероятная жажда победы! Аура! Ничего, кроме первого места! За Можай загонит, с потрохами сожрет, если не отдашь все до последней кап-ли ради победы!

– Позже встречались?

– Нет, к сожалению. Была б возможность – о многом бы его расспросил. Чем старше, тем чаще Тарасова вспоминаю.

***

– В конце 90-х вы тренировали команду МИФИ, за которую играл 15-летний Артем Ребров. Он как-то вскользь упомянул про побоище с мексиканцами. Где это было?

– На турнире в Харлеме. Пятьдесят с лишним команд, мы в группе с фаворитом – шведами, которых тащат в финал. Эти викинги здоровенные, всем назабивали столько, что в личной встрече нас устраивает исключительно победа.

Ведем 1:0, шведы прессуют. Ребров как идет на верховой мяч, ему непременно кто-то в спину воткнется. Но дотерпели, выиграли. Тут новость: "А шведы-то прошли". Оказалось, выкинули из параллельной группы другую шведскую команду – впихнули эту. Я взял слово: "Теперь наша задача – дойти до финала и еще раз их грохнуть. Дело чести!"

Ребята завелись. Обыграли – 6:0 Англию, на пути Мексика. По регламенту футболиста можно было удалять на пять минут – так мы в этом матче вообще в полном составе не играли. Один выходит – судья тут же другого выщелкивает.

– Проиграли?

– 0:2. У пацанов злые слезы, кулаки сжимают. А мексиканский вратарь не понял, что у нас за публика. Ударил кого-то со спины после матча. Издалека вижу – понеслось!

– Так-так.

– Он бежит, петляет – за ним один наш, второй, третий наперерез. Кто-то догнал – ка-а-к зарядил ему! Свара! Ору: "Назад!" Вроде успокоились – вратарь ситуацию недо-оценил, раньше времени вскочил. Опять ему навернули. От толпы удрал в закуток возле судейской, там спрятался. Кое-как я своих оттащил от дверей. Начальник делегации в панике: "Нас оштрафуют!" – "Что штрафовать – мы уже вылетели".

К вечеру являются парламентеры от Мексики – мол, ожидается дискотека: "Очень вас просим, без эксцессов". Я пообещал. Слышу шепот кого-то из наших: "На дискотеке не будет. А после дискотеки – будет!" Команда у нас была – палец в рот не клади. Мальчишки из Солнцева, Кожухова, Тушина…

– Кроме Реброва, кто-то в футбольные люди вышел?

– Динияр мой.

– Тоже участвовал в мордобое?

– Еще как! Младше на год, но несся в драку со всеми!

– Главное, викинги Реброву спину не сломали. Прекрасный вырос вратарь.

– Спину Реброву могли в Чертанове сломать. Шансов было больше. Получил цепью!

– От кого?

– 1998-й, чемпионат Москвы. В Чертанове обыграли местных. А у них мода была – футболистов гостей караулить на трамвайной остановке. Особенные счеты с "Красногвардейцем", но и "Спартак" отлупили. Я протокол подписываю в вагончике, мои пошли к манежу переодеваться. Вижу – махач! Реброву уже цепью по спине удружили!

Я чертановских ребят знал как облупленных, жил там. Подскочил: "Вы куда полезли?! Завтра всех к директору!" врассыпную...

– Последняя драка в вашей жизни?

– Лет 15 назад. Проводил младшего сына в школу и решил прогуляться в Битцевском парке. Ранняя весна, солнышко греет, настроение чудесное. На мостике через речку Чертановка сзади голос: "Дорогу!" Бежит бугай в спортивном костюме. Я посторонился, но он все равно поддал плечом. "Эй, осторожнее!" – "Чего?" Развернулся – и на меня с кулаками. Что дальше, трудно объяснить.

– ???

– Внутренний голос подсказал, как поступить. Я не боксер – рукой бить не стал. Двинул ногой в грудь. Помню четко, как в замедленной съемке: человек перед носом – и вдруг удаляется. Оседает, с мостка переваливается через перила и падает в Чертановку. Сам не ожидал, что удар будет такой силы. Я спустился, мокнул еще разок. Бугай выдавил: "Откуда ты на мою голову?" Еле поднялся.

***

– Какой историей Динияр в детстве вас поразил?

– Неподалеку от нас был долгострой, пацаны там постоянно тусовались. Динияр с приятелями ванну сбросили с верхнего этажа. Всем скопом толкали. Одно слово – Чертаново.

– Никого не зашибли?

– А не надо под окнами ходить… После этой ванны петарду девочке в ноги кинет – так, мелочь. Что он, что братья искали приключения. А я потом на "скорой" возил их в травмпункт. Нас там уже как родных привечали. Динияру то руку зашивали, когда с качелей упал, то голову – на арматуру напоролся.

– Кошмар.

– Больше всего испугались за него в три годика – приступ ложного крупа. Мог задохнуться, если б жена не сориентировалась. Пока "скорую" ждали, засунула Динияру в рот палец, вытаскивала слизь. В больнице ему дали кислородную маску. Когда выписали, Аля еще не один год вскакивала ночью, прислушивалась, как дышит во сне. Чуть захрипит – сразу будила, процедуры. Слава богу, в бронхиальную астму не переросло.

– Что в "Спартаке" у сына пошло не так?

– Болезненная тема. Если коротко – всему виной тренировочный процесс. По разным причинам три предсезонки потерял. Сейчас у Петракова на сборах "физику" наберет. Нагрузки будут тяжеленные, но это Динияру на пользу.

Из "Эвертона" он сорвался ради чемпионата Европы-2012, хотя я советовал не торопиться: "Euro приходит и уходит. А в английскую лигу уже не позовут". Я был против любого российского клуба. В том числе "Локомотива". Изначально сын туда мечтал вернуться, но я знал, что Смородская его не возьмет.

– Почему?

– Потому что он из команды Семина. Динияр выбрал "Спартак". В итоге и на Euro не попал, и Англии себя лишил, и вообще без практики остался.

– Недавно он сказал в интервью, что главная проблема Валерия Карпина – заставлял себя бояться. И добавил: – "Считает, все должны перед ним лебезить…"

– Я с Карпиным не работал, но у меня нет оснований не верить сыну.

– Вас в "Рубине" тоже боятся?

– Может, и побаиваются. Но даже в кипящем состоянии не теряю контроля над собой. Ребята знают – по пустякам не придираюсь. Говорят, тихий голос лучше усваивается. Так это в задушевной беседе при свечах. А в коллективе – попробуй пошепчи. Получишь сброд анархистов. Оздоеву, Канунникову, Портнягину, Набиуллину от меня тоже крепко доставалось. Но, в отличие от Бурлака и Девича, выводы они сделали. Поэтому играют.

– Приходилось у собственного игрока просить прощения?

– Было. За гол от "Амкара" спустил полкана на Набиуллина. Посмотрев видеозапись, убедился – действовал он правильно. Тут же при команде извинился.

– Летом вы обмолвились, что в центре поля "Рубину" необходим игрок с бульдожьей хваткой. Через пару недель появился болгарин Георгиев. Справляется с ролью?

– Частично. Вот Камболов в последнем туре с "Мордовией" сыграл на этой позиции феноменально! Исполнение, движение, отбор, передачи – на высочайшем уровне. Рубка была лютая, его по ногам нещадно били, он кому-то воткнул, дали желтую. 90 минут для соперника – как кость в горле!

– Зато матч первого круга с "Мордовией" пропустил Владимир Дядюн. Вы произнесли загадочную фразу: "Травма бытовая, интересная. В моей практике таких не было…"

– Вова неудачно позавтракал. Потянул на себя горячую чашку кофе и… Сами додумайте, какое место ошпарил.

– Гекденизу в январе 35, Навасу – в феврале. Долго еще протянут?

– Многое от них зависит. Тут не угадаешь. Вон, Клозе в 36 стал чемпионом мира. Но рубеж – 33. С этого возраста организм способен сдать в одно мгновение. То всплеск, то два-три матча – никакой. Плюс травмы. Чем старше, тем сложнее восстанавливаться даже после мелких ушибов. Вижу это на примере и Наваса, и Гекдениза.

***

– Хоть раз почувствовали, что в "Рубине" на грани отставки?

– В прошлом сезоне были такие мысли после трех поражений подряд. Сначала с "Ростовом" зевнули две контратаки – 1:2. В Питере Рондон выдал матч жизни. Ни до ни после такой игры у него не видел. 2:6. Затем дома с "Кубанью" – 0:2, хотя установили рекорд сезона по количеству ударов.

– Сколько?

– 29, из них 15 в створ. Каждые три минуты удар. Беленов тащил все! Самое удивительное, именно тогда меня впервые поддержали болельщики "Рубина". На стадионе попросили подойти поговорить. "Видим, команда бьется, играет…" И в следующем туре победили "Спартак".

– До "Кубани" наслушались всякого?

– "Рубин" при мне еще ни минуты не сыграл, а кучка фанатов уже скандировала: "Убирайся!" Причем срежиссировано было, как у нищих в метро.

– То есть?

– Замечали, что никогда два нищих одновременно в вагон не зайдут? Все расписано. И здесь – не кричали в разнобой, строго по очереди. В интернете тоже вал негатива. Ползает какой-то ник, поливает меня, руководство: "Когда из цирка выгонят клоуна?" Все в таком духе.

– Зачем это читаете?

– Как-то принесли, ознакомился. Больше не читал. А про автора подумал: "Боже, сколько желчи, злобы! Это же съедает изнутри. Заработаешь онкологию и будешь удивляться – откуда?" Она в каждом сидит, а такие вещи ее только ускоряют.

– После неудачных попыток в "Анжи" и "Тереке" вашему другу Юрию Красножану от футболистов достается: "Тренировки архаичные… Система подготовки устарела…" Найдется, что возразить?

– Подобные фразы – признак убогого воспитания. Вспомнилась история. Рассказал переводчик, который сопровождал на Балканах группу специалистов из бывшей союзной республики. Лицензирование, для них устроили показательную тренировку. Проводил ее с местными футболистами в проливной дождь человек в капюшоне. Целый час тренеры на трибуне друг перед другом сыпали терминами: "Что за нагрузки? Какая направленность? Где процентовка? Коэффициент специализации? Режим невнятный. Да это не тренер, а клоун! Кого нам подсунули?!" Когда занятие завершилось, человек скинул капюшон. Все обомлели – это ж Моуринью!

А у Красножана я многому научился. Поразила дотошность при подборе футболистов во вторую сборную. Мы сутками просматривали диски, изучали статистические данные, составляли шкалу оценок, которую разработал сам Красножан. Там не три стандартных компонента – удар левой, правой, головой. Скрупулезно разбиралось все – количество проникающих передач, из какой зоны… Считать замучаешься! После игры каждому футболисту готовил домашнее задание. С указанием минут, на которые следует обратить внимание. Рассылал по электронной почте либо вручал диск.

эти задания кто-то выполнял?

– Игроки, которые уже работали с Красножаном, – сто процентов. Файзулин, Васин… Насчет остальных – сомневаюсь.

– Миодраг Божович рассказывал про самое чудовищное ЧП в своей команде – игрок пришел пьяным на установку. Он его специально выпустил на поле. Какие ЧП бывали у вас?

– С дублем "Локомотива" сели в поезд до Питера. Перед отправлением обнаружил – одно купе закрыто. Ребята всячески отвлекали мое внимание, вели себя подозрительно. Я сделал вид, что купился. Когда же проводница проверяла билеты, нырнул в то самое купе. Увидел спящего игрока. Пил он не чай.

– Наказали?

– Посадил на самый дальний край лавки, чтоб перегаром в сторону дышал. Даже не разминался. Но матч тяжелейший, жара. При ничейном счете за 15 минут до конца выпустил его на замену. И он перевернул игру, организовал победный гол. В раздевалке я руками развел: "Вот это пьяный мастер!" Сейчас в премьер-лиге играет.

– Кто из футболистов выпил особенно много вашей крови?

– В "Рубине" – никто. В школе "Локомотива" были ребята, из-за которых вызывали на ковер к директору. Упрекали, что слишком строг, помягче надо. А я пытался втолковать, что если гладить по головке, ни черта из них не выйдет. В ответ: "Ты не понимаешь, они же талантливые, наши надежды…"

– Кто оказался прав?

– Я. Из тех – ни один не заиграл! Помешал характер. А в дубле был такой Андрей Вавилченков. Ой, какое будущее прочили! Но совершенно неуправляемый, надменный. Хам, мат через слово. Мне рассказывали, что в турецкой гостинице заплевал номер семечками, а когда туда пытался зайти врач, выставил ногу, как шлагбаум – и не пускал.

– Пропал игрок?

– В ЛФЛ бегает. Когда он в основе "Урала" мелькнул, президент "Локомотива" Наумов всполошился: "Зачем отдали парня? Вдруг заиграет?" Я ответил: "Если заиграет – положу вам на стол заявление!" В "Урале" Вавилченков не задержался.

– Кокорин в школе "Локомотива" считался звездой?

– Да, много забивал. Был на особом контроле у Филатова. Тот повторял тренерам, которые вели команду 1991 года рождения: "Берегите Кокорина! Пестуйте талант!"

– Ушел Филатов, а Наумов не уберег.

– Наумов не виноват. В "Локомотиве" одну из руководящих должностей тогда занимал пришлый человек. Его задача была заработать на трансферах. Не клубу – себе.

– Как полагаете, сколько нагрел на продаже Кокорина?

– На дорогой джип хватило. Из "Локомотива" этого деятеля давно убрали.

– Как относитесь к слухам, что Кокорин "деланный", два года приписали?

– В нашем футболе это до сих пор явление распространенное. Конкретно по Кокорину я не в курсе. В школе "Локомотива" никогда таких разговоров не возникало. Ближе к выпуску внимательно следил за командой Кокорина. Саша выделялся движением, ловкостью, координацией. Чутьишко у него было всегда. Может, поэтому родилось мнение, что не случайно созрел раньше всех?

– Влад Радимов поражался: "В "Зените-2" есть футболисты, которые пишут "сомалет", "железнодорожный" через запятую". Вам грамотеи встречались?

– Полно. Читаю, например, в графе "дата рождения" – 21.13.1992. "Назови-ка мне тринадцатый месяц?" – "Декабрь!" Или анкета на шенгенскую визу, графа "семейное положение". Один пишет: "Все сложно", второй: "В поиске".

***

– Были экзотические предложения о работе?

– В 1994-м звали в Бангладеш. С нами за ветеранов мужик поигрывал, шмотками торговал. У него там какие-то связи. Отвечаю: "С ума сошел? Малярии мне не хватало!" – "Надо же где-то начинать. Загляни ко мне в офис, расскажу про Бангладеш".

– А вы?

– Приезжаю. Арендует комнатку в детском саду. Все завалено одежкой, тюки с джинсами торчат. Ясно, думаю. Да и видел я Бангладеш. Как-то летел из Таиланда через Дакку. Аэропорт полуразрушенный, грязь, нищета.

– Самая жуткая точка, где побывали?

– Река в Бангкоке возле плавучего рынка. Мутная, вонючая помойка. Хуже только туалет на автовокзале в Переславле-Залесском.

– Чудеса через край?

– Не знаю, как сегодня, а в 1980-е – нечто! Автобус "Шинника" всегда там останавливался. Вокзал – одноэтажное здание, сбоку туалет без окон и дверей. Смрад, никаких принадлежностей, вместо унитазов – дыры в полу. И сплошные мины – очень уж не меткие люди пользовались… Кстати, однажды зимой в том районе автобус "Шинника" попал в аварию.

– Что произошло?

– Спускаясь с горки, водитель увидел, что внизу заглох трактор с прицепом. По тормозам. Но дорога скользкая, понесло. С трактором разминулись в последнюю секунду. Наш "Икарус" проскочил мимо, брюхом порвал ограждение, улетел в кювет и застрял в снегу.

– Жертвы были?

– Лишь вареная колбаса, которую везли с собой. Лежала в багажном отделении. Хорошо туда, а не в салон вошел кусок металлического ограждения. Колбасу нанизал, как шампур.

– Легко отделались.

– Еще бы! Сидел на втором ряду справа – именно этой стороной мы бы уткнулись в трактор, если б водитель не успел вырулить. После другой аварии нефартовый "Икарус" заменили.

– Была и другая?

– Недалеко от базы в Белкино чудак на грузовике со встречной полосы свернул налево. Сам проскочил, прицеп с кирпичом остался на дороге. В него и врезались. Чудом никто не пострадал. На заднем ряду посередке сидел фанат "Шинника" по прозвищу Башка. Ноги больные, еле-еле передвигался с палочкой. А тут после резкого торможения он по инерции пробежал весь салон, пока не уперся руками в лобовое стекло. Когда из автобуса вылезли, подкалывали: "Башка, чего народ дуришь? Ты ж ходячий!"

– У футболистов регулярно берут в долг и не возвращают. Обжигались?

– Полгода назад товарищ слезно просил на три дня сто с лишним тысяч. Рублей, к счастью. Дал – с тех пор ни слуху, ни духу.

– Может, объявится?

– Едва ли. Утешаю себя фразой из фильма "Бронкская история": "Радуйся! За умеренные деньги избавился от общения с нехорошим человеком".

– В Казани были интересные знакомства?

– На экскурсии по казанскому кремлю в мечети Кул-Шариф меня представили молодому имаму. Пригласил послушать пятничную молитву. Я был потрясен чистотой голоса, самозабвенным пением, которое усиливала великолепная акустика. Потом разговорились. Он учился в Саудовской Аравии, прекрасно образован. На каждый жизненный случай – цитата из Корана.

– Вы Коран читали?

– Все откладываю. Не для галочки же читаешь. Чтоб докопаться до сути, нужна концентрация, особое состояние души.

– После болезни в чем-то себя ограничиваете?

– Диета. Меньше жареного, соленого, мучного. Сосуды надо очистить от атеросклеротических бляшек. В памятке написали: "Если снова будут проблемы с давлением – сразу под язык таблетку". Вообще-то у меня второй раз в жизни давление подскочило.

– Когда был первый?

– В 2008-м. Внутрисемейная причина. Я был дома, вызвали "скорую". Укол сделали – отпустило.

– Как здоровье жены?

– Аля – стойкий солдат. На болезни не зацикливается, по-прежнему старается всем помогать. После операции и курсов химиотерапии наступила ремиссия. Хотелось бы вместе к морю рвануть, но на солнце ей теперь нельзя. Без Али не поеду. Ничего, на даче отдохнем.

– Наверное, уже подзабытое ощущение: "Поскорее бы отпуск закончился!"?

– Да нет, передышка точно не помешает. Чуть-чуть не дотянул, вот и загремел с давлением в больницу. Сейчас мечтаю зарыться хотя бы на недельку. Гулять на свежем воздухе, с внуками возиться. Отключить телефон, компьютер, интернет. Никакого футбола, даже по телевизору. Подзаряжу батарейки – и с 10 января за работу.

Материалы других СМИ
Материалы других СМИ
Загрузка...