1 октября, 15:00

«Люди думают, что мой гол дал старт боевым действиям». История «футбольной войны» Сальвадора и Гондураса

«Люди думают, что мой гол дал старт боевым действиям»: «футбольная война» Сальвадора и Гондураса
Читать «СЭ» в Telegram Дзен
Когда игра может стать предвестником конфликта.

Часто говорят, что футбол — больше, чем игра. К месту и нет вспоминают цитату знаменитого тренера «Ливерпуля» Билла Шенкли: «Некоторые полагают, что футбол — это вопрос жизни и смерти. Я весьма разочарован таким отношением. Могу вас заверить, что он намного важнее».

Иногда подобные фразы приобретают чуть ли не буквальное значение. Считается, что один из таких примеров — так называемая футбольная война между Сальвадором и Гондурасом, поводом к которой якобы стал отборочный матч ЧМ-1970 между национальными командами этих стран. Такая трактовка широко распространена в Сети и в той же «Википедии». На самом деле это — очередной околоспортивный миф. Реальная же история куда проще и циничнее.

Футбольный матч

Чемпионат мира 1970 года, хозяином которого была Мексика, — первый, который должен был пройти в Латинской Америке. Поскольку страна-организатор автоматически получала место в финальном турнире, ФИФА выделила командам из зоны КОНКАКАФ еще одну путевку, дав тем самым шанс странам, которые до того находились в тени.

В итоге было принято 12 заявок. По регламенту отборочного турнира сборные разбили на четыре группы по три команды в каждой. По итогам двухкругового турнира победители групп выходили в полуфинальную стадию. Там было два матча — дома и в гостях. В случае если каждая команда одерживала по победе, назначался третий, решающий матч на нейтральном поле. Его победитель выходил в финал, где действовала такая же схема.

В итоге в одном из полуфиналов встретились Сальвадор и Гондурас. Первый матч состоялся 8 июня 1969 года в столице Гондураса — Тегусигальпе. Хозяева победили — 1:0, забив на 89-й минуте. Неделю спустя, 15 июня, Сальвадор на своем поле взял убедительный реванш — 3:0, отгрузив сопернику все мячи еще в первом тайме.

Так что по регламенту командам предстоял третий, решающий матч на нейтральном поле — в Мехико. 15 тысяч зрителей, собравшихся на трибунах нового стадиона «Ацтека» 27 июня 1969 года, увидели настоящую драму, да еще и под проливным дождем, который превратил газон то ли в каток, то ли в болото.

Основное время закончилось вничью — 2:2. Причем Гондурас лишился своей главной звезды — нападающего Хосе Энрике Кардоны по прозвищу Кролик, который выступал в Испании за «Атлетико» и по своему уровню заметно выделялся среди всех игроков, находившихся на поле. На 75-й минуте Кардона не смог встать с газона после жесткого подката — его, скорчившегося от боли, унесли с поля на носилках.

А на 101-й минуте Сальвадор забил исторический гол. Маурисио Пипе Родригес откликнулся на подачу с фланга и переправил мяч в ворота.

«Когда я забил, то подумал, что в оставшееся время они точно не успеют сравнять счет. Я был уверен, что этот гол окажется победным», — вспоминал Родригес в интервью ВВС.

Так и произошло. Сальвадор выиграл со счетом 3:2 и прошел в следующий раунд.

Через две с половиной недели между двумя странами началась война.

Драка болельщиков. Фото TeleSur
Драка болельщиков.
TeleSur

Что предвещало вооруженный конфликт

Сальвадор — крохотное государство в Центральной Америке, зажатое между Гватемалой, Гондурасом и Тихим океаном. При этом в 1969 году его население составляло около трех миллионов человек. Власть в стране контролировали крупные землевладельцы.

Ситуация в соседнем Гондурасе была аналогичной — всем заправляли такие же крупные землевладельцы и военные. Разница в том, что территория Гондураса в пять с половиной раз больше, а население меньше — всего 2,3 миллиона человек. Поэтому многие сальвадорцы ехали в соседнюю страну и занимались там фермерством либо устраивались на работу в крупные американские сельскохозяйственные компании, которые занимались бизнесом. В 1969 году в Гондурасе проживало примерно 300 тысяч сальвадорцев — так называемых кампесино. Сальвадорские элиты такое положение дел вполне устраивало, поскольку отъезд населения снижал риск социальной напряженности.

Однако в какой-то момент это перестало нравиться Гондурасу, где постепенно росло недовольство местного населения — фермерам стало не хватать земли, уровень жизни падал. В итоге президент Освальдо Лопес Арельяно в 1967 году подписал закон о земельной реформе. Однако она никак не затрагивала местных крупных землевладельцев и американские компании — главными ее жертвами были «кампесино»: закон, по сути, требовал от них оставить свои участки и уехать обратно в Сальвадор. Но те возвращаться не спешили. Все это накаляло градус отношений двух стран.

Кроме того, обострились споры о принадлежности нескольких островов в заливе Фонсека в Тихом океане, хотя это и были крохотные и малозначимые клочки земли.

В итоге в 1969-м Арельяно решил начать выселять не желавших уезжать сальвадорцев насильно. По всему Гондурасу были расклеены листовки следующего содержания:

«Гуанако (презрительное прозвище сальвадорцев. — Прим. «СЭ»): если вы считаете себя порядочными, то покажите свою порядочность и убирайтесь из Гондураса. Если вы, как и большинство, воры, пьяницы, развратники, мошенники или хулиганы, вам нечего тут делать. Проваливайте или ждите наказания».

2 июня, за шесть дней до первого матча, была депортирована первая партия «кампесино» — 500 семей насильно вывезли через границу. А уже после игры стадион в Тегусигальпе превратился в подобие фильтрационного лагеря, куда свозили подлежащих депортации сальвадорцев.

Ситуация стремительно ухудшалась. Лагеря для беженцев в Сальвадоре быстро оказались переполненными. И утром 27 июня — в день третьего матча в Мехико — власти страны объявили о разрыве дипломатических отношений с Гондурасом, обвинив соседей «в чудовищных преступлениях и геноциде».

При этом сальвадорские элиты, опасаясь наплыва людей, требовали от президента Фиделя Санчеса Эрнандеса эскалации конфликта. Того же хотели и в Гондурасе.

Нагнетали истерию и СМИ в обеих странах. По словам американского историка Томаса Андерсона, выпустившего в 1981 году об этом конфликте книгу «Война обездоленных», после ответного матча, состоявшегося в Сальвадоре, по радио в Гондурасе рассказывали об «уничтоженных автомобилях, избиениях мужчин и насилии в отношении женщин». А в газете El Cronista и вовсе писали, что «голодным гондурасцам вместо еды подавали мочу и навоз, а толпы сальвадорских мужчин на улицах раздевали и насиловали гондурасских женщин».

При этом никаких объективных свидетельств и доказательств таких рассказов нет — но в конкретной ситуации это не имеет никакого значения.

В итоге 14 июля, после нескольких недель мелких стычек и минометных обстрелов с обеих сторон, правительство Сальвадора отдало приказ своим войскам вторгнуться в Гондурас, а авиация, в основном состоявшая из американских самолетов времен Второй мировой, начала бомбить соседей. Но уже 18 июля стороны объявили о договоренности о прекращении огня, а в августе Сальвадор вывел свои войска из Гондураса. Правда, мирный договор был подписан только в 1980-м.

Так при чем тут футбол?

Хороший вопрос. Просто «футбольная война» — яркий, сочный и привлекательный образ. История о том, как две страны начали войну из-за результата матча, — она же невероятно красивая. В такое хочется верить. А дальше это просто начинает ходить из одного источника в другой, множась в Сети методом копипаста.

Откуда тогда это взялось? Журнал Sports Illustrated дает следующее объяснение:

1) 24 июня, за три дня до решающего матча, парламент Сальвадора принял резолюцию, где говорилось, что Гондурас ведет себя неправомерно по отношению к сальвадорцам, мстя им таким образом за «результат недавних международных футбольных игр». Такое поведение называлось «прискорбным». Налицо очевидная попытка привязать футбол к долгой социально-политической истории;

2) уже 28 июня американское новостное агентство UPI выпустило отчет о матче в Мехико. Там говорилось о напряженности между двумя странами, но никак не объяснялись причины. А заголовок был таким: «3:2. Сальвадор выиграл «футбольную войну». Отчет перепечатали многие газеты — и легенда была запущена.

О том, что эти матчи просто использовались политиками в своих целях, говорят и сами участники тех игр.

«Для меня мой гол всегда будет источником спортивной гордости. Никто из нашей команды и из сборной Гондураса не воспринимал матчи как битву врагов, для нас это было просто спортивное соперничество. Люди думают, что тот гол дал старт войне. Но она бы все равно началась — с моим голом или без него», — вспоминал потом Родригес.

«Думаю, нас просто использовали. Правительство сделало нас своим голосом. То же самое было и в Гондурасе», — еще одна цитата Родригеса.

«Война не началась из-за наших матчей. У нее были чисто политические мотивы. Просто это все совпало по времени с играми отбора», — говорил еще один футболист сборной Сальвадора Марио Монге.

«На поле мы уважали друг друга. Даже сейчас, спустя полвека, те, кто жив, поддерживают дружеские отношения», — вспоминал капитан сальвадорцев Сальвадор Мариона.

Итоги

В финальном раунде квалификации Сальвадор победил Гаити (2:1, 0:3, 1:0) и пробился на ЧМ-1970. Там команда попала в одну группу с СССР, Бельгией и Мексикой и проиграла все три матча.

Жертвами «футбольной войны» стали около трех тысяч человек. Кроме того, этот конфликт в итоге привел к гражданской войне в Сальвадоре, которая шла с 1979 по 1992 год. В ходе нее погибло около 70 тысяч человек.

Пограничные споры между Сальвадором и Гондурасом продолжаются и по сей день.

Реклама
Прогнозы на спорт
Онлайн-игры
Новости