ВЭБ хочет продать ЦСКА. Что это значит?

26 января 2020, 16:00

Статья опубликована в газете под заголовком: «ВЭБ хочет продать ЦСКА. Что это значит?»

№ 8122, от 27.01.2020

Арена ЦСКА (ВЭБ Арена). Фото Александр Федоров, "СЭ"
Первый заместитель председателя ВЭБ Максим Кузовлев в интервью РБК заявил, что корпорация начала поиск инвестора для ЦСКА.

Кредит на 240 миллионов

«Сейчас переговоры с инвесторами ведутся, в дальнейшем в ходе сделки будет предусмотрено акционерное соглашение», — сказал Кузовлев.

Напомним предысторию. В 2013 году ВЭБ открыл для ЦСКА кредитную линию на 280 миллионов долларов с процентной ставкой 6,5% и сроком погашения в 2023 году для финансирования расходов, связанных со строительством стадиона. В качестве залога клуб внес свои имущество и оборудование, а компания Bluecastle Enterprises Limited (конечный бенефициар — Евгений Гинер), владеющая 76,44% акций ЦСКА и, собственно, управляющая клубом, заложила их. Остальные 23,56% акций ЦСКА находятся у ООО «АВО-Капитал», конечным бенефициаром которого является все тот же Bluecastle, и они тоже пошли в залог ВЭБ.

ЦСКА в итоге потратил 240 миллионов долларов из этой кредитной линии — остальные средства на возведение арены Гинеру и его партнерам удалось найти самим. Стадион был введен в строй осенью 2016 года.

Однако кредит лег на клуб непосильным бременем. Поскольку Bluecastle зарегистрирована в Великобритании, то ежегодно публикует финансовые отчеты, находящиеся в публичном доступе — следить за положением дел довольно просто и в этом отношении ЦСКА является самым прозрачным российским клубом. Так вот, согласно этим отчетам долговая нагрузка только росла.

Так, согласно отчету за 2018 год (вышел в свет в августе 2019-го) задолженность Bluecastle (а де-факто — ЦСКА) со сроком погашения от года до пяти лет — 341,3 миллиона долларов (согласно отчетности-2017 эта сумма была равна 354,6 миллиона долларов). То есть вроде бы долгосрочные долги уменьшаются.

Однако при этом кредитные риски только растут. Среди долгосрочных обязательств заметно выросла доля кредитов и займов (именно под эту строку подпадает и кредит ВЭБ). В 2018 году она, согласно отчету, составила 322,4 миллиона, тогда как в 2017 была 272 миллиона.

Растет и общая задолженность Bluecastle. Если в 2017-м она была равна 384,3 миллиона долларов, то в 2018-м — уже 411,4 миллиона.

Да, в 2018 году компания (считай — ЦСКА) показала прибыль в размере 25,9 миллиона долларов. Главным образом за счет продажи Александра Головина в «Монако». С текущей операционной деятельностью все не так плохо, и даже есть рост доходов. В 2016-м — 57,7 миллиона долларов, в 2017-м — 76,3 миллиона, в 2018-м — 100,3 миллиона. Но это, повторимся — только текущая жизнь, а в ближайшие пять лет, как раз к 2023-му, согласно отчету, нужно было закрыть 322,4 миллиона долларов кредитов и займов.

Евгений Гинер: «С помощью ВЭБ мы построим суперклуб»

Очевидно, что сделать это ЦСКА при нынешнем положении дел был не в состоянии. Вот несколько цитат из аудиторского заключения, прилагаемого к финансовому отчету Bluecastle за 2018-й год.

«Мы обращаем внимание, что по состоянию на 31 декабря 2018 года совокупные обязательства превысили совокупные активы на 8 816 000 долларов. Эти условия, наряду с другими вопросами, указывают на наличие существенной неопределенности, которая может вызвать серьезные сомнения в способности группы продолжать свою деятельность».

«В то время как группа ожидает получения средств от операционной деятельности, корпоративных спонсоров и долгосрочных и краткосрочных заимствований, ее деятельность зависит от продолжения финансовой поддержки контролирующего лица и связанных с ним компаний. Директор пришел к выводу, что эти обстоятельства представляют собой существенную неопределенность, которая ставит под серьезное сомнение способность группы реализовать свои активы и выполнить свои обязательства. Однако контролирующая сторона и связанные с ней компании продолжали предоставлять финансирование группы и выразили готовность продолжать поддержку еще не менее 12 месяцев с даты утверждения финансовой отчетности»

Другими словами, без финансовой поддержки ЦСКА существовать не может. Надо ведь гасить 300 с лишним миллионов долгов.

Чисто теоретически, в этой ситуации у ВЭБ было несколько вариантов:

1) как-то реструктурировать задолженность ЦСКА или закрыть на нее глаза, как это нередко бывает в России;

2) самый простой и понятный — конвертировать долги в акции клуба. То есть, иными словами, забрать залог, под который выдавался кредит, себе;

3) запустить процедуру банкротства за долги.

В итоге 13 декабря 2019 года наблюдательный совет ВЭБ, который на тот момент возглавлял Дмитрий Медведев (по уставу должность закреплена за премьер-министром и сейчас ее занимает Михаил Мишустин), принял решение реализовать второй вариант — то есть забрать себе заложенные акции (76,44%).

От идеи банкротства в ВЭБ отказались. «Развивать футбольный клуб — дело очень специфичное и часто затратное. Управлять профессиональным клубом в банкротстве — это очень большая авантюра. При процедуре банкротства все игроки сразу же становятся свободными агентами и капитализация сразу падает до нуля. Так что мы приняли ответственное решение помочь клубу и конвертировать долг в акции», — сказал все в том же интервью РБК Кузовлев.

Непрофильный актив

Слова Кузовлева, что ВЭБ начал поиск инвесторов для ЦСКА, вызвали довольно широкий резонанс. Почему-то многие после объявления о переходе акций подумали, что теперь банк возьмет клуб под свое крыло, будет патронировать, вкладываться, выделять деньги на трансферы и так далее. В общем, делать все то же самое, что и остальные крупные корпорации, связанные в России с футболом.

Однако Шувалов сразу же, еще в декабре, объявил, что видит ситуацию иначе.

«Мы рассчитываем, что будем в состоянии привлечь инвестора в период от года до трех. Это не должно быть дольше трех лет. Вместе с клубом ЦСКА и Российским фондом прямых инвестиций уже работаем для того, чтобы привлечь новых стратегических инвесторов. Данная мера позволит не сдерживать обычную деятельность клуба — например, по приобретению новых игроков, — чтобы клуб развивался. Будучи просто кредитором, мы ограничивали их деятельность, поскольку были вынуждены концентрировать финансовые ресурсы для оплаты долга. Сегодня ситуация таким образом меняется», — сказал он.

По большому счету, сейчас, месяц с небольшим спустя, Кузовлев просто еще раз повторил слова Шувалова.

Для справки, что же вообще такое ВЭБ. Это — государственная корпорация развития. «Основная задача — способствовать долгосрочному экономическому развитию России. В партнерстве с коммерческими банками ВЭБ.РФ занимается финансированием масштабных проектов, направленных на развитие инфраструктуры, промышленности, социальной сферы, укрепление технологического потенциала и повышение качества жизни людей. ВЭБ.РФ участвует в реализации национальных проектов. В числе принципов деятельности — отсутствие конкуренции с коммерческими банками, открытость, безубыточность при финансировании проектов», — говорится на официальном сайте организации.

В числе уже реализованных проектов — Богучанская ГЭС, Западный скоростной диаметр, реконструкция Нижнетуринской ГРЭС, новый пассажирский терминал аэропорта в Хабаровске. Сейчас в работе — газохимический комплекс в Усть-Луге, строительство танкера-челнока нового поколения. То есть, как видим, все очень масштабно. По сути, ВЭБ — это инвестиционно-управляющая компания (внутри ВЭБ есть ГУК — государственная управляющая компания, которая, например, работает с накоплениями 39 миллионов клиентов ПФР).

В конце 2018 года наблюдательный совет ВЭБ одобрил бизнес-модель корпорации до 2024 года. В ней указаны отраслевые приоритеты — это инфраструктура (транспорт, энергетика), промышленность с высокой добавленной стоимостью и городская экономика.

Понятно, что у таких огромных компаний всегда есть непрофильные активы, попадающие к ним разными путями, и ВЭБ — не исключение. Например, на балансе корпорации находятся торгово-деловой центр «Новинский пассаж» и универмаг «Цветной» в Москве, доставшиеся ей при санации банка «Глобэкс». По большому счету, таким же непрофильным активом стал и ЦСКА — резона содержать клуб у ВЭБ нет никакого, это совершенно не вписывается в принятый бизнес-план, тем более что в России шансов заработать на этом практически нет. Примечательная деталь — как пишет РБК, Кузовлев в правлении ВЭБ курирует как раз непрофильные активы.

Тут может возникнуть вопрос: зачем ВЭБ вообще открывал эту кредитную линию в 2013 году? Это видится помощью со стороны государства в реализации значимых спортивных проектов. Издание «Ведомости» писало, что в случае с ВЭБ и кредитом на стадион ЦСКА не последнюю роль сыграл Сергей Иванов, занимавший в 2013-м должность главы администрации президента.

Цена вопроса — 200 миллионов долларов?

Но это все дела прошлые. А в настоящий момент в уже упоминавшемся интервью Кузовлева было еще несколько интересных моментов. Так, по его словам, после завершения конвертации акций у ЦСКА не останется долгов перед ВЭБ.

«Мы конвертируем в акции весь долг ЦСКА, в результате долга не будет. Решение о конвертации было оптимальным в сложившихся условиях. Это улучшает финансовые показатели самого клуба, делает возможным привлечение в этот актив инвесторов. До этого инвесторы не хотели идти в актив с такой большой долговой нагрузкой», — сказал он.

Вполне объяснимо. Все-таки ЦСКА — не английский «Челси», который Роман Абрамович купил за 140 миллионов фунтов (233 миллиона долларов на тот момент) при долгах клуба в 100 миллионов фунтов (166 миллионов долларов). Приобрести контрольный пакет акций и получить в нагрузку 322,4 миллиона долларов долга перед ВЭБ — сомнительная затея.

По словам Кузовлева, ВЭБ планирует в будущем продать весь свой пакет акций ЦСКА по цене, которая будет не ниже цены приобретения. А сейчас, как он отметил, решение по конвертации акций позволило ВЭБ высвободить 14 миллиардов рублей (226,5 миллиона долларов США по нынешнему курсу). Согласно финансовому отчету Bluecastle за 2018-й год, стоимость акций компании составляет 202,5 миллиона долларов. То есть суммы примерно сходятся.

А теперь вопрос — готов ли кто-то отдать порядка 200 миллионов долларов за 75% акций ЦСКА и что он за эти деньги получит? Даже при том что Кузовлев говорит, что в ходе сделки будет предусмотрено акционерное соглашение (заключается между всеми или несколькими акционерами и регулирует широкий спектр вопросов, связанных с управлением обществом, обращением акций, решением конфликтных ситуаций и другим). Владение футбольным клубом в нашей стране — это все еще престижное потребление. Дорогая игрушка. Да, инвестируя в ЦСКА, можно получить определенные преференции и завязки с тем же ВЭБ и его партнерами, но вопросов все равно много.

Для сравнения — в субботу на The Wall Street Journal появилась новость, что фонд из Саудовской Аравии готов купить «Ньюкасл» у британского миллиардера Майкла Эшли за 445 миллионов долларов. Это в два раза больше, чем ВЭБ, судя по всему, хотел бы выручить за ЦСКА. Но и потенциал для дальнейшего развития куда больше — широкая фанатская база, огромный телеконтракт, возможности выхода на азиатские и американские рынки.

Сумеет ли ЦСКА за ближайшие пару лет стать таким же привлекательным для инвесторов?

Другой вопрос, который наверняка волнует болельщиков: как новый владелец сработается с командой Евгения Гинера? Новая метла обычно метет по-новому, а распоряжаться собственными деньгами люди предпочитатают по своему усмотрению.

А может Евгений Леннорович сам сумеет выкупить акции? Теперь, когда сумма долга не будет расти из-за процентов, это будет сделать проще. Естественно, не сразу, а в рассрочку, скажем, лет на десять-двадцать. Если с поиском инвестора дело застопорится, то для ВЭБ это видится оптимальным выходом из ситуации. Да и для будущего ЦСКА, пожалуй, тоже.

Чемпионат России: турнирная таблица, расписание и результаты матчей, новости и обзоры

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
136
Офсайд
Предыдущая статья Следующая статья




Прямой эфир
Прямой эфир
Прямой эфир
Прямой эфир