Вице-президент "Монако" – о монастырях, восстановленных Рыболовлевым и Федуном, вере и наградах

Вице-президент и генеральный директор "Монако" Олег Петров в интервью "СЭ" рассказал о том, как отнесся его духовник к предложению возглавить клуб, и православных наградах.

– Бытует мнение, что богатые люди тратят деньги только на свою комфортную жизнь, увеличивая парк автомобилей, вертолетов, самолетов и скупая недвижимость. Хотя это далеко не так. В Москве есть красивый уютный Зачатьевский женский монастырь – в его восстановлении участвовал Рыболовлев, отдавший очень крупную сумму. И он продолжает помогать настоятельнице матушке Иулиании. Он же воссоздавал другие храмы, участвовал в реконструкции красивейшего дворцового комплекса в Ораниенбауме. Совершенно случайно в подмосковном Покровском монастыре обнаружил табличку с благодарственной надписью в адрес "раба Божия Леонида Арнольдовича Федуна", отдавшего большие деньги на восстановление обители. Насколько я понимаю, вы человек воцерковленный. Помогали каким-то храмам?

– Разумеется. Помогал и помогаю, как могу. Делал это в Москве, в Белоруссии, в Америке – куда только судьба не забрасывала.

– У вас есть духовник?

– Да.

– Насколько это сложно – прислушиваться к мнению человека, который не является вашим родственником, не отец, не мать?

– Для духовного человека прислушиваться к духовнику несложно. Зачастую он заменяет отца. Но не всегда легко выполнять советы.

– Когда появилось предложение от "Монако", что сказал ваш духовник?

– Благословил. (улыбается)

– Если не секрет, кто он?

– Иеромонах Иоанн, он служит на московском подворье Оптиной пустыни. Знаю его много лет. Когда-то он служил в храме Живоначальной Троицы в Останкине. Этот храм раньше являлся подворьем монастыря. А настоятелем тогда был отец Феофилакт, который сейчас служит игуменом нашего гигантского Ново-Иерусалимского монастыря.

Вера была очень давно. Крестился я еще слушателем Военного института – на последнем курсе. Тогда еще был Советский Союз. Руководству ВКИМО, о своем крещении, конечно, рассказывать не стал. А церковной жизнью, стал жить, слава Богу, в течение перестройки. Пришлось проходить через сложные испытания, видеть самые разные вещи. Вера после этого еще больше окрепла. Потом познакомился со своей будущей женой, и тогда уже полностью воцерковился.

– Видел ваш снимок с православными наградами…

– У меня есть две российские награды. Орден Сергия Радонежского, второй степени. И медаль Даниила Московского. Есть белорусские – ордена Кирилла Туровского двух степеней и медаль Ефросиньи Полоцкой. Есть сербский орден Иоанна Шанхайского.

– Сербский?

– Был период, когда я часто летал в Америку. Как-то позвонила жена: "Обратился сербский батюшка. Отбирают храм. Американский приход маленький. Нужно заплатить 25 тысяч долларов". Фактически незнакомый человек. Говорю: "Тань, пожертвуем, конечно. Пару тысяч. Не вопрос". "Нет, ты меня не понял. Сегодня нужно отправить 25 тысяч". А у меня стыковка рейсов в Нью-Йорке. А у людей вот-вот отберут храм – аукцион, все вынесли. Заплатили… Батюшка позвонил – поблагодарил. Прошло время. Вдруг приходит коробка с наградой. (Александр Бобров)

Загрузка...
Материалы других СМИ