Хорен Оганесян: "Если ваши будут играть здесь,
как словаки, они не выиграют"

Вчера. Ереван. Хорен ОГАНЕСЯН и его авто. Фото Евгения ДЗИЧКОВСКОГО, "СЭ" Фото "СЭ"
Вчера. Ереван. Хорен ОГАНЕСЯН и его авто. Фото Евгения ДЗИЧКОВСКОГО, "СЭ" Фото "СЭ"

EURO-2012. Отборочный турнир. 26 марта. АРМЕНИЯ - РОССИЯ

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ
из Еревана

Для корреспондента, впервые оказавшегося в Армении вообще и по футбольным делам в частности, нет ничего естественнее, чем прямо из аэропорта заявиться к лучшему игроку страны за всю ее историю. Другого, честно говоря, и в голову прийти не могло. Потому что армянский футбол - это прежде всего он, Хорен Оганесян. "Восьмерка" "Арарата" и сборной СССР, лучший полузащитник Союза по версии журнала World Soccer, обнародованной в начале 80-х, член Клуба Григория Федотова, 56-летняя легенда спортивной Армении.

- Как вас найти, Хорен-джан? - позвонил я ему.

- Приезжай на улицу Ханджяна, иди вдоль Вернисажа (рынок искусств в центре Еревана. - Прим. Е.Д.). Увидишь мою машину - перезвони. Я выйду.

"Увидишь мою машину" - комментариев не требовало. Со времен первого красного "мерседеса" Оганесяна, будоражившего в советские времена весь Ереван, у его авто может быть только один номер - "00-08".

Тем удивительнее было оказаться в некотором тупике. Прогулка по Вернисажу поставила перед фактом: "восьмерки" на машинах во всевозможных сочетаниях - глубокий символ и нерушимая традиция здешних мест. "808", "088", "888" - номер за номером, авто за авто. Редкое исключение - пять семерок. Как выяснилось позже - особый случай: машина префекта одного из ереванских округов, к Оганесяну же в гости и пожаловавшего.

Спасло знание конъюнктуры рынка. Не может легенда ездить на "фабии", пусть даже с посольскими номерами, верно? И на китайский внедорожник Хорена Жораевича силой не усадишь. Значит, искать надо то, что соответствует масштабу фигуры.

Нашел. Не спутал бы и в темноте, уверен. "XOR 008" - разве такой номер может принадлежать кому-то другому? Пусть даже он и не армянский вовсе, а грузинский.

А затем - небольшой офис, приглашение войти.

- Чай, кофе?

- Спасибо, не хочется.

- Тогда коньяк. Мягкий, 30-летний.

Поймите правильно - шансов отказаться, находясь в гостях у Оганесяна, у меня было ровно ноль. Да и у вас бы их не было. Пришлось включать систему сдержек и противовесов, чувство долга и стремление к компромиссам.

- Как же так: у лучшего армянского футболиста XX века - и вдруг грузинский номер?

- Что тут особенного? В жизни всякое бывает.

- Неужели вам в Армении такой не достать?

- Раньше у меня одного был. Дарили. А теперь не знаю, честно говоря. Не интересовался.

- Чем вы сейчас занимаетесь?

- Отдыхаю уже полтора года. В Греции работал, тренером "Олимпиакоса". Теперь вернулся. Получил ряд предложений. Думаю пока.

- Даже бизнес не ведете?

- Я знаю только один бизнес - футбольный.

- Но вы не в нем. Получается, армянский футбол и Оганесян живут порознь?

- Времена такие, наверное. Жду, выбираю. Может, тренером стану, может, президентом. И тот и другой опыт уже имеется. Когда в 1992 году вернулся в Армению после работы в симферопольской "Таврии", ставшей чемпионом Украины, создал с нуля команду "Оменетмен". Потом ее в "Пюник" переименовали. Но меня в нем уже нет. Школу при клубе взял в аренду на 99 лет. И снова не знаю, как там дела - долго отсутствовал. Когда уезжал, со всем распрощался.

- Не жалеете?

- О чем жалеть, если жизнь такая? Знаете, за последние пять-шесть лет не дал ни одного интервью армянским журналистам. Не хочется. С российскими, украинскими, узбекскими общался. А свои до сих пор звонят, просят, чтобы я что-то им сказал.

- Вас обидели чем-то?

- (Смеется.) Как меня обидишь?! Кажется, у нас многие не понимают сейчас, что такое футбол. Слушаешь иной раз, читаешь - и делаешь такой вывод.

- Вы сказали на днях, что шансы России против Армении - 80 на 20. А наши матчи против Бельгии и Ирана видели?

- Это не имеет значения. В Армении меня уже упрекают за пессимизм, но я хорошо представляю расстановку сил. Дай бог, чтобы было наоборот, шансы есть у всех. Если ваши будут играть здесь, как словаки, они не выиграют (Армения победила Словакию - 3:1. - Прим. Е.Д.). И если бы наш защитник не схватил на ровном месте мяч рукой в Македонии, Армения и Россия сейчас делили бы лидерство в группе. Но насколько серьезно влияют эти "если" на настоящий игровой потенциал? У меня нет точного ответа.

- Вы будете играть в матче ветеранов двух стран в пятницу?

- Не знаю. Меня пригласили, но пока нет представления, кто все это организует. Есть ассоциация ветеранов армянского футбола. Если она - одно дело. Если любой может прийти и попроситься на поле - другое. Вот сейчас позвоню, узнаю. (Набирает номер.) Ага, понятно. Сказали, кто будет играть за ветеранов, тому билет на матч дадут.

- Хотите сказать, что если не сыграете - не пойдете на стадион в субботу?

- А как я туда попаду без билета? Других вариантов у нас для ветеранов не предусмотрено.

 - Как вы относитесь к привлечению в сборную Армении натурализованных игроков с армянскими корнями?

- Нормально отношусь, если они из наших диаспор по всему миру. Армяне ведь - почему им не сыграть за свою сборную?

- В таком случае, не лучше ли иметь освобожденного тренера сборной? Вардан Минасян, совмещающий посты в национальной команде и в "Пюнике", лишен возможности отслеживать армянских игроков по всему миру.

- Согласен, тренеру лучше заниматься чем-то одним. Пользы будет больше.

- Чувствуется предрасположенность Минасяна к игрокам своего клуба?

- Это везде есть, потому что тренер своих игроков лучше знает. Он вольно или невольно стремится свести риск к минимуму, пойти знакомой дорогой.

- Почему армянская федерация не захотела принимать сборную Россию на "Раздане"? Поле совсем плохое?

- Не сказал бы, что совсем. С Турцией сыграли полтора года назад - и ничего. Правда, тогда было лето, и поле могло находиться в лучшем состоянии. Нет, причины мне неизвестны. Точно знаю, что на 55-тысячный "Раздан" могло прийти гораздо больше народа.

- Раньше, говорят, когда вы ехали по городу, люди из окон вам аплодировали. Сейчас так же?

- Популярностью не обижен. Но груз славы на меня никогда особо не давил. Времени не было на ответную любовь. В 9 утра - на тренировку. В 11 вечера - домой. После игры уставший, на следующий день все по новой. А в промежутках - сборная.

- С футбольной властью вы не близки. А с политиками дружите? Иногда это важно.

- У меня ни с кем проблем нет. Недавно дали медаль Мовсеса Хоренаци за заслуги перед страной. И с властью тепло общаюсь, и с оппозицией.

- Хорен, вы были игроком "штучным", элитным. Почему сейчас таких "не делают"?

- Работать правильно перестали. Начиная с детей. В России школы и академии потихоньку набирают силу, скоро все нормально станет, я думаю. И в Армении есть перемены к лучшему. Но каждый специалист должен быть на своем месте - вот, что важно. Тот, кто советскую школу прошел, знает больше многих нынешних, точно говорю.

- Сейчас молодым в 20 лет большие контракты предлагают. В ваше время вы знали в этом возрасте, что такое большие деньги?

- Какие деньги, о чем вы?! Квартиры, машины получали, чтобы жизнь была нормальная, это верно. Но играли на 99 процентов за буквы "СССР" на груди. Один-два человека, может, и думали о деньгах. Но не все.

- Государство армянским клубам и федерации помогает?

- Насколько я знаю, нет.

- Кто в таком случае содержит ФФА? Ее президент Рубен Айрапетян?

- Деньги поступают от ФИФА и УЕФА. Какие-то спонсоры есть, наверное.

- Как дела у вашего сына, 23-летнего Жоры Оганесяна?

- Он несколько лет играл за молодежный состав "Олимпиакоса", потом поехал в "Сатурн", но "Сатурна" тут же не стало. Агент работает, наиболее вероятный вариант - российский первый дивизион.

- Греция вам и ему много дала?

- Очень много. Это действительно футбольная страна. Но тренером там невозможно работать. Кто год продержался - уже герой. Болельщики безумствуют, чуть что - требуют крови. Я был в "Олимпиакосе" селекционером, кем-то вроде наблюдателя. Сколько главных тренеров при мне поменялось! Не уехал бы - наверное, и меня попробовали бы. Но люди там правильно работают. Посмотрите на Турцию, Африку, Прибалтику. 10-15 лет там не было серьезного футбола. А сейчас есть.

- В Армении болельщики на судьбу тренеров разве не влияют?

- У нас нет болельщиков. На самые главные матчи сезона человек 500-600 ходят. А на звезду армянской эстрады Тату Симоняна 100 тысяч в "Раздан" набилось, вот такие дела. В высшей лиге 8 команд, следующего дивизиона вовсе нет - только дубли. "Бананц-2", "Бананц-3"... Никто не вылетает по итогам сезона, как это может быть?

Материалы других СМИ