11:22 7 ноября 2011 | ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ

Паскуале Камерленго:
"Не люблю обыкновенные программы"

Слева направо: Паскуале КАМЕРЛЕНГО, Кейтлин УИВЕР, Анжелика КРЫЛОВА и Эндрю ПОЖЕ. Фото "СЭ"
Слева направо: Паскуале КАМЕРЛЕНГО, Кейтлин УИВЕР, Анжелика КРЫЛОВА и Эндрю ПОЖЕ. Фото "СЭ"

Имена Паскуале Камерленго и его жены, двукратной чемпионки мира Анжелики Крыловой, с каждым сезоном все больше на слуху. Именно к этому тренерскому дуэту в прошлом сезоне ушли действующие чемпионы Европы французы Натали Пешала и Фабьен Бурза. В этом сезоне Камерленго ставил программы спортивным парам из Германии и Италии, работал с лучшими одиночниками мира Михалом Бжезиной, Дайсуке Такахаси, Акико Сузуки, Алисой Чизни, Адамом Риппоном.
О своих учениках и о работе в качестве хореографа Камерленго рассказал в интервью корреспонденту "СЭ".


- Ваши ученики, Мэдисон Хаббел и Захарий Донахью, заняли первое место на международном турнире в Оберстдорфе спустя всего несколько месяцев после того, как стали в пару. В чем секрет такого успеха?

- Думаю, мы все хорошо поработали. И под "мы" я подразумеваю всю нашу команду, я вообще верю в командную работу. Кроме того, Мэдисон и Зак - талантливые фигуристы, они совпали буквально с первого дня, как стали в пару. Ну и, конечно, мы с ними много работали. Верю, что из них получится сильная пара, которая сможет подняться еще выше.

- Другие ваши спортсмены, Кэйтлин Уивер и Эндрю Поже, удивили публику еще на чемпионате мира-2011 в Москве, заняв пятое место. Для вас этот результат был неожиданным?

- На самом деле самым сложным было убедить самих фигуристов, что они смогут это сделать, что могут выступить так, чтобы все заметили, как они хороши. Когда Кэйтлин и Эндрю пришли к нам с Анжеликой, они уже были сильными фигуристами, но не верили в то, что смогут оказаться среди самых лучших в мире. В то время у нас не было обязательств перед другими парами, и мы вложили в эту пару очень много времени и сил.

К сожалению Уивер/Поже никогда не были чемпионами своей страны, а когда тебя представляют в качестве первой пары, люди смотрят на тебя по-другому.

- Какие цели вы ставите перед этим дуэтом в новом сезоне? Быть опять в пятерке или, может, выше?

- Я всегда говорю своим ученикам: "Ребята, вам нужно бороться, как будто вы собираетесь победить, даже если вы знаете, что на это нет никаких шансов. Но вы все равно должны бороться и показывать все, на что способны. Все зависит только от вас, вы можете закончить соревнование счастливыми, даже проиграв, счастливыми от того, что вы чего-то добились".

- Несколько слов о Натали Пешала и Фабьене Бурза, которые перешли к вам этим летом. Каково было начинать работать с парой, которая столько лет катается вместе, у которой уже есть определенные привычки, свой сложившийся подход?

- Вы затронули очень важную тему. Я не верю, что люди, достигнувшие определенного возраста, не могут совершенствоваться. Но иногда эта идея прочно сидит в голове у фигуриста: "Мне уже 30, я уже ничему не смогу научиться, могу только исполнять то, что уже умею". Это в корне неверно! Сам я как фигурист научился гораздо большему, когда мне было 28, чем когда мне было 18. Особенно в танцах, где нужна зрелость, где важно показать, что ты понимаешь, что делаешь, что ты уверен в этом. Конечно, у каждого тренера свой подход, и, когда команда меняет тренера, переход нужно делать постепенно, не сразу с черного на белое. Постепенно я стараюсь внушить Натали и Фабьену, что они могут еще многое выучить, во многом стать лучше, попробовать что-то, что никогда не делали раньше.

- Например?

- Например, в последние годы их танцы были сделаны в более игровом ключе - и "Живаго", и "Чаплин", и "Цирк", ребята больше играли роль, чем танцевали. В этом году мы  обращаем внимание на танцевальную составляющую, на точность и аккуратность исполнения элементов.

Иногда Натали и Фабьен начинают убеждать меня в том, что не смогут сделать то, что я от них хочу. На что я им отвечаю: "Давайте вы попробуете, а потом обсудим". Поначалу я постоянно слышал: "Ничего не получится". Но они попробовали один раз, другой, и начали понимать, как мне кажется, что предел их возможностей еще далеко не достигнут.

- Расскажите о новых программах французской пары. Кто их ставил?

- Хореографией занимались несколько человек. Во-первых, так привыкли работать Натали и Фабьен, во-вторых, такой подход нравится нам с Анжеликой. Хоть сам я и хореограф, но есть люди, которые лучше меня разбираются в некоторых вещах, в каких-то деталях. Пешала/Бурза ездили во Францию для постановки произвольного танца к хореографу, который работал с ними на полу, ставил им руки, придумал какие-то особенные движения, в стиле, похожем на хип-хоп. На лед все это переносили мы с Анжеликой. Тема программы - Египет, но мы использовали для нее современную музыку: первая часть, с ближневосточными мотивами, взята из саундтрека фильма "Последнее искушение Христа", а потом музыка переходит практически в техно.

Для короткого танца мы специально ходили с Натали и Фабьеном в танцевальную студию - научиться основам латины. Сам танец ставили мы с Анжеликой.

- Помните свою самую первую работу на льду?

- Частично я начал ставить программы самому себе, когда еще соревновался. В 1993-м я ушел из спорта, и Карло Фасси пригласил меня поработать с его учениками. Два года я проработал в Милане, в основном с итальянскими спортсменами и с некоторыми не очень известными фигуристами из Европы. Это был очень важный опыт: я научился прислушиваться к фигуристам, приспосабливаться под них, находить то, что подходит каждому наиболее хорошо. Потом я опять вернулся в спорт, соревновался до 1998-го года. В то время я тренировался в Лионе у Мюриэль Буше-Зазуи, и, когда ушел во второй раз, она пригласила меня работать с ней.

На этот раз я уже работал с теми, кто впоследствии стоял на пьедестале чемпионатов мира. Именно там, кстати, я познакомился с Натали и Фабьеном. Мы с ними проработали три года, когда они тренировались в Лионе. Кроме того я работал с Мари-Франс Дюбрей и Патрисом Лозоном (двукратные вице-чемпионы мира в 2006 и 2007. - Прим. "СЭ"), с Изабель Делобель и Оливье Шонфельдером (чемпионы мира-2008. - Прим. "СЭ"). В основном я работал с танцорами, но иногда ставил хореографию и одиночникам тоже. Хотя первой серьезной работой с одиночниками считаю программу, поставленную для Дайсуке Такахаси. Уже после этого ко мне обратились за помощью и Джереми Эбботт, и Алиса Чизни, и Томаш Вернер, и Михал Бжезина.

- Многие из перечисленных вами спортсменов обращались к вам неоднократно.

- И я очень этому рад. Дайсуке, например, за последние четыре года постоянно менял хореографов для короткой программы. А в этом сезоне остался со мной, чем я даже немного горжусь. Мы уже думаем над тем, что будем ставить в олимпийский сезон. Я счастлив, что Такахаси нравится то, что я делаю и как я работаю.

- Возможно, все дело в том, что вы можете быть очень разным в ваших работах. Как у вас это получается?

- Я очень многому учился, когда соревновался сам. Всегда пробовал что-то новое, начиная от танго, заканчивая рок-н-роллом и джазом, пробовал учить фламенко, и, разумеется, много занимался классическим танцем. Мне легко переключаться со стиля на стиль, не составляет никаких проблем поставить что-то очень современное или игровую программу на музыку из фильма. И еще у меня есть чувство, которое сложно объяснить: я вижу музыку. Вижу движение, образ. Сразу представляю, какое чувство вызовет тот или иной жест. Кроме того, я очень люблю, когда в программе присутствует актерская игра.

- Каков ваш "идеальный фигурист"?

- Он, конечно, должен прежде всего очень хорошо владеть коньком. Должен кататься, не задумываясь над тем, что ему нужно делать со своими ногами. Только тогда с ним можно заниматься верхней частью тела, работать над линиями, выразительностью, красотой движения, характером того, что он показывает. Еще он должен любить и ценить искусство, стараться его понять. Если у фигуриста не будет этого умения, он никогда не сможет воспроизвести мою задумку так, как я ее представлял.

- Что вы чувствуете, когда видите на льду исполнение поставленных вами программ?

- Я всегда недоволен. Фигуристы часто склонны упрощать хореографию, чтобы сосредоточиться на элементах. Мне это всегда мешало, тем более что я убежден, что элементы можно вписать в рисунок программы, сделать их частью хореографии. Но это долгий процесс. В начале сезона приходится уделять больше времени обязательным элементам. И только потом приходит очередь хореографии, выразительности и всего остального. Тем не менее я всегда обвиняю фигуристов, если вижу, что они не выступают в полную силу, стараются отдохнуть там, где нужно играть, выражать эмоции. Такое исполнение делает программы обыкновенными. А я не люблю обыкновенные программы.

Реут ГОЛИНСКИ

Материалы других СМИ