Юрий Ганус: «Пусть на меня все подают в суд — я готов!»

20 сентября 2019, 16:15
Юрий Ганус. Фото Фото Наталья Пахаленко, ОКР
Генеральный директор РУСАДА Юрий Ганус провел зажигательную пресс-конференцию, во время которой объяснил свое скандальное интервью во французской газете L'Equipe.

Главный антидопинговый чиновник России снова взорвал российское спортивное сообщество, выступив в Москве по случаю года со дня возвращения РУСАДА статуса соответствия. «СЭ» приводит самые огненные его цитаты.

Об интервью L'Equipe, где Ганус выразил большие сомнения в том, что статус Всероссийской федерации легкой атлетики будет восстановлен в ближайшее время:

— В вопросе восстановления легкой атлетики я очень хочу, чтобы чистых спортсменов допустили до соревнований. Но давайте будем реалистами и не станем удивляться решениям, которые предсказуемы. Проблема прежнего РУСАДА заключалась в том, что оно по факту действовало в интересах третьих сторон. Но сейчас я вижу нашу миссию в том, чтобы биться за чистый спорт без учета чьих-то еще интересов, как бы высоко эти люди ни сидели. Мы подтверждаем свою независимость, проходя через определенные сложности. Я слышал про совещания по восстановлению ВФЛА, на которые представителей РУСАДА не приглашали. Позвольте, какие могут быть совещания по антидопингу без участия РУСАДА? Нас обвиняют в какой-то предвзятости. Но мне кажется, что если мы проявляем принципиальность и боремся за чистоту нашего спорта, то мы действуем как раз в национальных интересах.

Об иске девяти спортсменов в Савеловский суд Москвы лично против Гануса после обвинений в переливаниях крови, прозвучавших в L'Equipe:

— Я узнал об этом иске уже когда приехал на пресс-конференцию. Это удивительно, потому что как юрист никакого предмета для иска я там не вижу. В интервью была допущена неточность в определении нарушений, связанная, полагаю, с нюансами перевода с английского на французский. Об этом я направил в газету официальное письмо (показывает бумагу). Тем не менее, ни фамилий спортсменов, ни конкретных фактов там не прозвучало. Все остальное интервью по сути верно, вопрос только в терминологии. Если спортсмены хотят судиться — ну что ж, пусть судятся. Пусть на меня хоть все подадут в суд, я готов.

Про расследование РУСАДА в Чувашии, по результатам которого 69 спортсменов получили обвинения в незаконных манипуляциях с кровью:

— Я не завидую правительству Чувашии, эта история не fake news. Мы провели серьезную работу, инициировали возбуждение уголовного дела, которое, к сожалению, рассыпалось. Сейчас это несостоявшееся дело привело к пакету из 69 дел, которые инициированы отделом расследований РУСАДА. При этом правительство Чувашии создало комиссию по расследованию выявленных нами многочисленных нарушений антидопинговых правил в республике. Я очень хочу верить, эта комиссия создана не для того, чтобы разрушить заведенные нами дела. Но сам факт, что ее создал правительственный орган, вызывает беспокойство.

Про эффективность РУСАДА:

— Мы действительно сейчас являемся одним из лучших агентств мира. Объем целевого тестирования составляет 65 процентов. Это лучшая оценка эффективности нашей работы и расходования бюджетных средств: в 65 процентах случаев мы понимаем, к кому мы едем брать пробу. Когда мне говорят, что в 2014 и 2015 годах РУСАДА брало по 15-20 тысяч проб, а сейчас в разы меньше, хочется спросить: «А вы знаете, что объем целевого тестирования прежнего РУСАДА составляет меньше пяти процентов?» По международному стандарту, сейчас целевое тестирование не должно быть меньше 50 процентов от общего количества проб. Наши 65 процентов — это действительно высокий показатель. Мы берем пробы не для того, чтобы просто потратить деньги и поставить галочку, а чтобы реально выявить нарушение.

Про участие российских спортсменов в Олимпийских играх в Токио:

— Сейчас ощущается некий холодок, какой был перед Рио-2016. Но я вас уверяю, что хотя меня нельзя назвать доверчивым человеком, я не вижу у руководства ВАДА намерений не допустить Россию до Игр в Токио. Тем более, что мир спортивной политики сбалансирован, есть еще и Международный олимпийский комитет. Сейчас все как раз хотят сохранить этот баланс, а не взрывать ситуацию.

Про вероятность восстановления российских легкоатлетов:

— Если легкую атлетику все же восстановят, я не пожалею о своих словах. Я отнюдь не собирался участвовать в какой-то управленческой революции в федерации, у меня не было такого мотива. Я как раз за то, чтобы ВФЛА как можно скорее восстановили. В этом случае я буду искренне рад за наших спортсменов. Мы же реально боремся за них, из пула тестирования РУСАДА легкоатлеты составляют самый большой процент. Но я высказываю свою позицию, анализируя все мотивы, которые могут повлиять на принятие решения ИААФ. И к сожалению, мне не кажется, что восстановление особенно вероятно.

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
14
Офсайд




Загрузка...
Прямой эфир
Прямой эфир