«В Голливуде много бомжей и наркоманов, грязно, грабят банки. Но начинаю восхищаться Америкой». Кармазин — откровенно о жизни в США

Илья Андреев
Шеф отдела единоборств
1 февраля 2021, 12:45
Роман Кармазин. Фото Instagram
Бывший чемпион мира живет в Голливуде, проводит тренировки по боксу и иногда подрабатывает грузчиком.

Ранее мы опубликовали первую часть большого интервью Кармазина — о слабости американских тренеров по боксу. Сегодня — о том, как Роману живется в США. Полную же версию интервью с Кармазиным можно посмотреть на YouTube-канале «Ушатайка».

— Вы сейчас живете в Америке на постоянной основе?

— Не то чтобы постоянно, гражданство получить хочу и, возможно, в Россию опять уеду, в Москву. Хочу в Москву. Надо все-таки наших поднимать. Тропу протоптал, надо оттуда [из России] ребят продвигать. Наши ребята едут сюда и попадают в не самые лучшие условия, в не самые лучшие руки. Многие здесь хиреют. Даже знаю моменты, когда бойцы специально проигрывали, чтобы уехать домой. Чтобы с ними разорвали контракт.

Просто поймите, это кажется: Америка, все вкусно, сладко, хорошо. А так — тюрьма с усиленным питанием. Сидишь в четырех стенах, особенно если ты спортсмен и ничем не занят. С утра просыпаешься — зарядка, покушал. Отдохнул — вторая тренировка. Спарринги там, все такое. Потом обед, потом опять сон. Вечерняя тренировка. Время между этим нужно чем-то занять, это очень важно. Многие себя не находят, с ума сходят. Заняться нечем, пообщаться не с кем. Люди реально сходят с ума от Америки, говорят: «Хочу домой, больше ничего не хочу». Я знаю все это, проходил сам. Ходил машины чинить, мне нравилось. Покупал одну битую, другую утопленную и перекидывал силы с одной на другую в свободное время. Тренировки никогда не пропускал, это на первом месте. Одно время просто катался на машине, ехал в одну сторону километров 300. Поэтому всю Калифорнию хорошо знаю. На север, на юг — в любую сторону. Тупо катался, смотрел. Мне нравилось. Так я убивал свое свободное время. Это очень важно. Конечно, надо было учить английский, а не кататься или машины собирать. Упор не на то сделал. Сейчас сложно, у меня нет хорошего английского, слабо разговариваю.

— Но вы же сейчас тренируете — в частности, тех, кто занимается боксом для физкультуры.

— Да, но языка тут много не надо. Хватает, но все равно лучше, чем по-русски, я никому ничего не объясню, поверьте. Иногда пару ласковых скажешь... Матом по-русски скажешь — все на свое место становится. По-английски очень сложно.

— У вас в основном занимаются американцы или иммигранты из стран СНГ?

— Есть и американцы, и неамериканцы. Основная масса — наши, русскоязычные. Мексиканцев нет, они только к мексам ходят, патриоты.

Когда вещи реально хорошие в зале даю, придут — спросят: «Почему это так, а не вот так?» — но никогда не останутся на тренировку. У них вот это: «Наше — самое лучшее. Мы, мексы, самые-самые».

— Сколько стоит одно занятие у вас в группе?

— Я же в зале арендую время. У меня получается 100 долларов в месяц с человека.

— На жизнь хватает?

— Есть персональные тренировки, стоят 100 долларов в час. На них я в основном и живу, ну, окромя группы. Просто если не будет групповых занятий — не будет и индивидуальных. Плюс я не сижу на месте, езжу, меня приглашает товарищ, пианино переносит, заносит кому-то на второй-третий этаж. Иногда просит помочь. Неплохие деньги. Подъезжаю, 10-15 минут — и положил в карман 60-80 долларов. Здоровье пока есть. На жизнь мне хватает. Понятно, что это не то, чем я хотел бы заниматься. Я мечтал быть чемпионом. Стал. Теперь задача — воспитать десяток чемпионов.

— Мощно.

— Один — это не показатель. У меня есть сейчас хороший боец, Энрико Гогохия, мальчишка-грузин из Украины.

— Он же кикбоксер?

— Да, он очень хороший кикбоксер. Теперь перешел в бокс, у него уже рекорд 12-0.

— А в каком он весе?

— Он начинал в 69 килограммов, потом перешел в 66,6. Я спустил его в 140 фунтов. 63,5 килограмма. С этим коронавирусом проблемы большие, никому ничего не дают. Мы на днях должны были боксировать, 30-го числа, но все отменили. Были готовы, было все офигенно. Но турнир отменили.

— Вы живете в районе Голливуда?

— Да, я живу в районе Голливуда. У меня, грубо говоря, из окна видна надпись Hollywood. Там больше всего русскоязычных живет. Но я там поселился не потому, что хотел жить именно там. Просто там удобное расположение, можно со всех сторон во все стороны заехать. Я живу там, где мне сейчас удобно. Не самое хорошее место, потому что много бомжей и наркоманов, грязно, но что делать.

— Почему так много бомжей в Америке?

— А не надо ни за что платить. Жилье, которое я снимаю, стоит 1600 долларов в месяц. Это недешево. Это однокомнатная квартира по-нашему. Люди не хотят платить. Человек прошел барьер, не все могут так жить. Они приспосабливаются, находят бесплатную еду. Есть много моментов — можно прийти в церковь, там бесплатно накормят без проблем в определенное время.

Был интересный случай. Репортаж показывали лет десять назад. Один бомж выиграл 9 или 12 миллионов долларов в лотерее. Проходит месяц — он выигрывает еще 80 с чем-то. Ему фартануло два раза подряд. Он живет в палатке. У него спросили: «Почему ты так живешь? Ты же можешь позволить себе шикарный дом, прислугу, что угодно». А он ответил: «Я не хочу, меня моя жизнь устраивает».

— Куда же он деньги дел?

— Он сказал, что положил деньги на счет. Говорит: «Хорошо питаюсь, кормлю друзей». Рядом с ним там стоят такие чумазенькие, улыбаются. Этот парень — черный, афроамериканец. Говорит: «Кормлю вкусной едой своих друзей и ничего не хочу менять». Этим все сказано. Это образ жизни, ему нравится.

— У вас высокий уровень преступности?

— Очень. До сих пор банки грабят, как у нас много-много лет назад. До сих пор реально опасно. Знакомый выпил немножко, обычный работяга. У него крест с жирной цепочкой на шее был. Шел домой. Видит — четверо черных выскочили. Он сразу понял, что что-то не так. Ударил одного — сзади напрыгнули, сняли цепочку и крест. Буквально в центре Голливуда, рядом с супермаркетом.

— У тех, кто нас прочитает, сложится образ «загнивающего Запада». А что там хорошего?

— Хорошего — много чего. До сих пор удивляюсь. Вот самый простой пример. Едешь на машине — на каждом перекрестке огромными буквами написаны пересечения твоей улицы. Не надо, как у нас, помнить, какая улица, смотреть на угол дома в поисках таблички, которая, как правило, оторвана. Замучаешься искать. А здесь все четко, все написано. Это настолько упрощает жизнь! Да, это мелочь, ни о чем, но все складывается из мелочей. Плюс сейчас коронавирус. Людей тут так поддерживают! Мне пришли какие-то деньги, 600 долларов, на счет. Не знал, что за деньги, а это государство мне послало в поддержку.

Еще я каждую неделю получаю 450 долларов просто так. Это всем платят, кто сейчас официально не работает. Мне доплачивают эти деньги, как и всем, кто подал на unemployment, программу для малоимущих в период коронавируса. Я подал поздно. Люди подали документы еще год назад, а я только месяц назад. Опоздал немножко.

Все сделано для людей. Почти каждый день, заметил, рядом с домом стоят ларьки, дают бесплатно сыр. Спрашивают: «Сколько людей с тобой живет?» Я отвечаю: «Трое». Мне дали 5 килограммов сыра. Да, не самого хорошего качества, но его можно потереть на терке, насыпать в макароны. Кушать можно, хотя он и не самый вкусный. Мяса мне дали, котлет каких-то, которые, правда, невозможно есть, но, если хочется, можно и сожрать. Просто так дали. Не спрашивали ни как зовут, ни чего-то еще. Просто дали два ящика. В одном — куриные котлеты, здоровенный ящик, килограммов на восемь. Второй — это сыр. Еду дальше — еще что-то дают. Постоянно людей подкармливают. Это грамотно. Многим и правда сейчас тяжело. Я раньше не очень Америку любил, но сейчас начинаю немного восхищаться такими моментами.

— В общем, там есть забота о людях.

— Да, намного больше, чем в России, к сожалению.

— К вам Олег Тактаров в гости не захаживает? Он этой зимой достаточно долгое время был в Америке.

— Я читал про это, но не общаюсь с ним. Тут свои моменты. Это его жизнь, дай Бог ему здоровья. Я не хочу с ним общаться.

— Помню, что вы раньше общались, он даже вспоминал вас хорошими словами.

— Был момент. Не знаю, хорошими ли словами он про меня вспоминал, слышал только, что он про меня всякое говно говорит. Ну, это его дела. Пусть это останется при нем.

— Вы с ним вместе тренировались?

— Мы с ним в одном зале просто тренировались. Был такой момент — я всегда своим боксерам говорил: «Если ты заведомо сильнее соперника, то не надо его избивать». Смысл бить чайника? Ты же ничему не научишься. Дай этому слабому побить себя. Ну, не побить, а просто защищайся. Вот я поставил слабого парня, не было хороших спарринг-партнеров на тот момент. Я его поставил, а он давай бить меня с обеих рук. Я ничего не делал, только защищался, не отвечал. Потом ко мне подошел Марио Лопес, мексиканская телезвезда, скажем так, он сейчас на радио работает, шоу ведет. Спросил у меня: «А можно я тоже тебя побью?» Он меня раунда два-три пытался ударить, но я отрабатывал защиту, причем активную защиту. Затем пришел Тактаров и тоже сказал: «Давай я тоже тебя побью!» Честно сказать, больше всего я пропустил от Тактарова. Хотя он неуклюжий, большой, медленный, Просто он не бьет как боксер. Но бьет непонятно откуда. У него рука стоит около живота — он оттуда и бьет. Нестандартно, боксеры так не делают. Боксеры более предсказуемые. И он такой потом: «О, да я по тебе больше всех попал!» Так что вот так мы тренировались вместе. Была пара таких тренировок.

Роман Кармазин.
Родился 2 января 1973 года в Кузнецке (Пензенская область). Бывший чемпион мира по версии IBF в первом среднем весе (2005-2006). В профессиональном боксе: 40 побед (26 КО), пять поражений, две ничьи.

Бокс/ММА: другие материалы, новости и обзоры читайте здесь

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
41
Офсайд




Загрузка...
Прямой эфир
Прямой эфир
Прямой эфир
Прямой эфир