18 марта, 16:45

Железный занавес в легкой атлетике: стиснуть зубы или хватит это терпеть?

Ведущие легкоатлеты России предлагают не платить регулярный взнос в международную федерацию
Читать «СЭ» в
Стоит ли и дальше платить World Athletics, если россияне снова в изоляции.

Организаторы «Бриллиантовой лиги» объявили, что российские спортсмены не будут допущены к соревнованиям в следующем сезоне даже в нейтральном статусе. В ответ наши ведущие легкоатлеты предлагают не платить в международную федерацию регулярный взнос.

Положение дел в нашей легкой атлетике максимально тяжелое. Мы не выступаем на стартовавшем в Белграде чемпионате мира в помещениях ни в каком статусе. Нас не будет летом ни на чемпионате мира в США, ни на любых других турнирах, включая «Бриллиантовую лигу».

World Athletics отправила спортсменов РФ в бан еще семь лет назад, и с тех пор более 20 раз отказывала в восстановлении. Нынешние политические санкции — это не более чем продолжение процесса, который тянется бесконечно долго и не вызывает у наблюдателей ничего, кроме нервных спазмов. Разумеется, все ограничения раньше увязывались не с геополитикой, а с допинговыми скандалами, но результата это не меняет. Все наши попытки вернуться к нормальному состоянию наталкивались на скалу, просто гробившую «королеву спорта» в России.

Теперь группа ведущих спортсменов РФ, включая олимпийскую чемпионку Марию Ласицкене, обратилась к отечественной федерации с письмом. Спортсменов не устраивает, как борются за их права. А World Athletics продолжает брать взносы за процесс восстановления (только за один квартал прошлого года это более 200 тысяч долларов!), не давая при этом никаких гарантий, что восстановление вообще когда-либо случится.

— Моя позиция такова: договоренности нужно выполнять и по старым счетам нужно платить, — отметила в интервью «СЭ» и.о. президента Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) Ирина Привалова. — За прошлые месяцы мы долг закроем. Насколько я знаю, технически это нашли способ сделать даже в условиях ограничений. А вот что будет дальше начиная с марта — это вопрос открытый. Мы направили в World Athletics письмо, где попросили конкретно объяснить, какие условия восстановления мы не выполнили. Потому что «прогресс хороший, но недостаточный» — это не аргумент. Мы хотим конкретно, без учета политической составляющей, понимать, что происходит и когда мы конструктивно вернемся к вопросу о восстановлении. От реакции международной федерации зависят наши дальнейшие шаги.

Так, может, пора уже действительно перестать платить? Или это снова отбросит нашу легкую атлетику на десять шагов назад? Ниже — две альтернативные точки зрения журналистов «СЭ».

Сергей Шубенков. Фото Global Look Press
Сергей Шубенков.
Фото Global Look Press

Олег Шамонаев: Пора перестать ломиться в закрытую дверь

Глупо говорить, что в работе Всероссийской федерации легкой атлетики в последнее время все было безоблачно. Но семь лет — это колоссальный срок. В антидопинговом законодательстве подобную дисквалификацию дают только за супертяжкое или повторное нарушение. Семь лет — это пропасть времени, за которые можно урегулировать любые проблемы даже при самом бездарном ведении дел. Естественно, при наличии доброй воли участников переговорного процесса. Но проблема в том, что эта самая добрая воля у World Athletics отсутствовала напрочь. Есть полное ощущение, что целью начавшегося в 2015 году кошмара является не исправление недостатков ВФЛА с последующим восстановлением, а самое жесткое наказание России на протяжении максимально долгого времени.

Все начиналось с огромной дорожной карты, многие из пунктов которой никак не зависели от легкоатлетических властей страны (например, восстановление РУСАДА). Далее появилась «комиссия по восстановлению», работу которой должна была оплачивать российская сторона. Именно в World Athletics придумали «нейтральный статус» — выступление россиян без флага, который затем был принят на вооружение и в некоторых других видах спорта. Самый показательный момент реализации этого проекта — запрет Дарье Клишиной на одном из стартов выступать с бело-сине-красной резинкой для волос. Работа по присвоению «нейтральных статусов» также оплачивалась российской стороной и сопровождалась жуткой волокитой, необоснованными отказами и являлась абсолютно непрозрачной. Прыгун с шестом Тимур Моргунов пропустил Олимпиаду в Токио исключительно по вине бюрократов из WA.

В итоге за семь лет мы выплатили World Athletics миллионы долларов за «процесс восстановления и присвоения нейтральных статусов». А когда мы получили из-за «дела Лысенко» (якобы за участие чиновников ВФЛА в фальсификации медицинской справки) еще и колоссальный штраф в пять миллионов долларов, создалось полное ощущение, что международная федерация просто доит Россию, пользуясь ситуацией.

Кстати, те самые пять миллионов штрафа в 2020 году в условиях переноса Олимпиады, по сути, спасли World Athletics от банкротства. Но это обстоятельство не помешало международной федерации пойти на еще один циничный шаг — ограничить участие россиян в крупных стартах десятью спортсменами. Причем, откуда взялось число именно 10, никто внятно объяснить так и не смог — ни в одном регламенте такой санкции нет.

Анжелика Сидорова. Фото Global Look Press
Анжелика Сидорова.
Фото Global Look Press

Все эти семь лет наша сторона считала, что бесконечный процесс восстановления — лучше, чем бесповоротное исключение из World Athletics, что окончательно закрыло бы отечественным спортсменам дорогу на все международные старты. Ради того, чтобы остаться в мировой легкоатлетической семье, мы были готовы даже признать наличие в нашей стране «50-летней культуры применения допинга».

Но время шло, во главе ВФЛА сменились пять президентов, но заветная цель восстановления полноценного членства в WA ближе не стала. И ладно бы международные трудности сопровождались подъемом на внутренней арене. Но национальные старты стремительно деградировали, не допущенные на международный уровень звезды просто прозябали в ожидании своей участи, а некоторые из них (например, очень перспективный прыгун с шестом Матвей Волков) просто перебрались в другие сборные.

Говорили, что все мучения — ради нынешнего поколения наших чемпионов. Что неправильно лишать Марию Ласицкене, Сергея Шубенкова, Анжелику Сидорову и других лидеров лучших лет карьеры, пусть и в нейтральном статусе. Однако нынешняя ситуация аннулирует этот аргумент. В будущем послеолимпийском сезоне россиян точно не будет ни на одном крупном старте. И когда они там появятся — не знает никто. Проблемы сейчас даже у любителей, желающих стартовать в массовых марафонах за границей. Если в большинстве других федераций для возвращения в нормальное состояние достаточно одного решения, то в легкой атлетике это огромный бесконечный процесс. И есть большое подозрение, что до тех пор, пока World Athletics возглавляет британец Себастьян Коэ, никакого восстановления не будет, что бы мы ни делали. Стоит напомнить, что предыдущий глава этой организации — сенегалец Ламин Диак — занимал свой пост 16 лет.

Можно, получив сначала по одной щеке, а потом — по другой, подставить еще какую-нибудь часть тела. Но сейчас World Athletics, например, запрещает нам приглашать на свои соревнования даже белорусов. За «процесс восстановления» мы должны платить и в нынешней ситуации, а эти деньги явно есть куда потратить еще. Кроме того, организационные усилия очень нужны внутренним стартам — только они способны вывести нашу легкую атлетику из нынешней комы. Ну и очевидно, что в целом отношения России и WA находятся в абсолютном тупике и без какой-то перезагрузки вообще не имеют смысла. Мы являемся частью международной легкоатлетической семьи только на бумаге, а по факту семь лет ломимся в закрытую дверь, игнорируя тот факт, что нашу жажду «вернуть лучшие времена» просто используют в корыстных и политических целях.

Есть ли смысл продолжать ломиться и дальше? На мой взгляд — никакого. Чиновники World Athletics не могут помешать нам развивать детский, любительский и даже профессиональный спорт вне своей юрисдикции. Никто не может запретить человеку бегать на время или прыгать на дальность. Да, регламенты и стандарты WA придают соревнованиям некую дополнительную четкость, но это больше психологический эффект. Не исключено, что для нашего возвращения вообще потребуется новая международная структура — более прогрессивная и менее политически аффилированная. И в любом случае сотрудничество — это улица с двусторонним движением. А когда одно из направлений наглухо перекрыто многочисленными шлагбаумами, надо просто сворачивать на другую дорогу.

Нейтральный флаг, под которым выступают российские спортсмены. Фото Global Look Press
Нейтральный флаг, под которым выступают российские спортсмены.
Фото Global Look Press

Наталья Марьянчик: Мы боремся с допингом для себя, а не для World Athletics

Семь лет выступлений в нейтральном статусе (а иногда и вообще полной изоляции) — это действительно огромный срок. У нас выросло целое поколение легкоатлетов, которые вообще никогда под флагом своей страны не выступали. Ни разу в жизни не надевали форму национальной сборной, не слышали гимн, стоя на пьедестале.

World Athletics стала, пожалуй, первой международной структурой, которая применила к россиянам принцип коллективной ответственности. Неважно, что Мария Ласицкене активно борется с допингом и яростно выступает против любых злоупотреблений. Неважно, что Тимур Моргунов во времена нарушений Григория Родченкова был еще ребенком и никакого отношения к ним иметь не мог даже теоретически. Абсолютно все без разбора подверглись беспрецедентным санкциям.

В такой ситуации действительно есть огромный соблазн пойти на принцип и разрыв всяческих отношений. Тем более что терять вроде бы нечего: мы точно пропустим ближайший чемпионат мира, и непонятно, когда вообще вернемся. Но если ВФЛА примет именно такое решение, это станет самой настоящей катастрофой.

Сначала — про деньги. Мы должны World Athletics сумму за работу международных экспертов и комиссии по допуску за третий и четвертый кварталы 2021 года. Подчеркну, речь идет не о нынешних или будущих затратах, а о компенсации издержек, которые уже случились. В тот период World Athletics свои обязательства выполнила полностью: например, та же Ласицкене выиграла Игры в Токио, а Сергей Шубенков, который сейчас предлагает не платить, туда приехал и не смог стартовать только из-за травмы.

О точной сумме издержек говорить сложно, но, судя по официальным цифрам за прошлый год, это примерно 200 тысяч долларов за квартал. Откуда такая огромная сумма и из чего она складывается? Хороший вопрос, но разбираться с ним в любом случае нужно было уже давно, а не сейчас. Если мы в ответ просто не заплатим, это будет расцениваться как бойкот и разрыв всяческих отношений. И в общем, если следовать букве подписанных нами же соглашений, это именно так и будет.

Мария Ласицкене. Фото Global Look Press
Мария Ласицкене.
Фото Global Look Press

Другое дело, что в будущем условия компенсации издержек вполне можно пересмотреть. Комиссия по допуску во главе с норвежцем Руне Андерсеном сама признает, что из-за санкций и транспортных ограничений работать нормально не может. Выдачу нейтральных статусов тоже приостановили. Остается только зарплата двух международных экспертов, которые работают с ВФЛА. Это — принципиально меньшие деньги, чем те, что мы платим сейчас. И вполне разумно было бы со стороны нашей федерации обратить на это внимание.

Откуда взялись семь лет отстранения?

Есть мнение, что гигантский срок в семь лет отстранения означает, что World Athletics в принципе никогда возвращать нас не собирается. Там удобно получать солидные долларовые компенсации и отчитываться, что «процесс идет, но сделано все равно недостаточно». И так будет тянуться годами и десятилетиями.

Но на самом деле что мы сделали за эти семь лет? В ВФЛА сменились целых пять (!) президентов, некоторые из них работали считаные месяцы. Федерация обвинялась в фальсификации медицинских документов, известной как «дело Лысенко». И это не единственный допинговый скандал с российскими атлетами с 2015 года, не говоря уже о проблемах РУСАДА.

Никак не получается, что все семь лет мы выполняли требования, а нас игнорировали. Процесс восстановления шел хаотично, с гигантскими скачками назад, и тут есть и некая доля нашей вины. Если мы сейчас откажемся от всех обязательств, это будет уже, наверное, финальная точка. И прощаться нужно будет не только с чемпионатами мира, но и с Олимпийскими играми в Париже.

А есть ведь еще и внутренние старты. Что будет с ними, если Россия по факту окажется вне международной системы допинг-контроля? Андерсен совершенно справедливо написал в отчете, что оставлять ВФЛА без внешнего контроля в нынешних обстоятельствах нельзя. У федерации просто нет самостоятельных рычагов, чтобы бороться с допинговыми нарушениями. А РУСАДА и так завалено работой.

На выходе мы рискуем получить ленивую неэффективную систему допинг-контроля против сверхмотивированных спортсменов из среднего эшелона, так как внутренние старты остаются для них единственным заработком. Обернуться все это грозит серьезным приростом употребления запрещенных препаратов. Разгребать все это мы потом будем даже не семь лет, а десятилетия. В конце концов, мы же боремся с допингом для себя, а не для World Athletics или ВАДА. Важно об этом помнить.

Реклама
Прогнозы на спорт
Канал Спорт-Экспресс на YouTube
Новости