22:45 27 сентября 2016 | ТЕННИС — ATP

Александр Зверев: "Миша и Саша стали европейцами, но говорят по-русски"

Александр ЗВЕРЕВ (слева) со своим сыном, ставшим победителем St. Petersburg Open. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН Александр ЗВЕРЕВ стал победителем St. Petersburg Open. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН Александр ЗВЕРЕВ (слева) и Стэн ВАВРИНКА. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН Александр ЗВЕРЕВ. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН
Александр ЗВЕРЕВ (слева) со своим сыном, ставшим победителем St. Petersburg Open. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН
1

St.PETERSBURG OPEN

Отец и тренер победителя петербургского турнира Саши Зверева рассказал "СЭ" об огранке восходящей звезды мирового тенниса и вспомнил о собственных выступлениях за советскую сборную в Кубке Дэвиса.

Александр ЗВЕРЕВ, советский теннисист, заслуженный мастер спорта СССР.
Провел за сборную страны в Кубке Дэвиса 36 матчей, из которых выиграл 18 поединков.
Чемпион Европы в одиночном (1982) и мужском парном (1983) разряде. Победитель нескольких международных турниров. Чемпион игр "Дружба-84".
Трехкратный победитель чемпионатов СССР в одиночном и четырехкратный – в мужском парном разряде. Дважды возглавлял рейтинг сильнейших теннисистов СССР.
С 1991 года живет и работает в Германии.
Отец и тренер теннисистов Михаила и Александра.

Владимир РАУШ
Санкт-Петербург – Москва

Теннисный турнир St.Petersburg Open, завершившийся на берегах Невы в воскресенье, когда-нибудь может оказаться вписанным в историю. Дело в том, что именно здесь свою первую победу на турнирах серии АТР одержал 19-летний немец Саша Зверев, одолевший триумфатора недавнего US Open Стэна Вавринку из Швейцарии. Как можно догадаться по имени и фамилии, чемпион имеет непосредственное отношение к России. Его отец и тренер Александр Зверев-старший был известным советским теннисистом и в течение многих лет выступал за сборную страны в Кубке Дэвиса. Мама Ирина Фатеева известна значительно меньше, хотя и она в свое время играла в теннис на профессиональном уровне.

С тех пор утекло немало воды: Зверевы сейчас живут на два дома, в Германии и США, и на исторической родине давно уже не появлялись. Однако в Петербурге вся семья собралась в полном составе – помимо родителей и Саши, на турнир приехал еще и старший сын Михаил, который, правда, выбыл в первом же круге. Обозреватель "СЭ" не мог упустить такую возможность и встретился с главой теннисного клана для интервью.

Александр ЗВЕРЕВ стал победителем St. Petersburg Open. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН
Александр ЗВЕРЕВ стал победителем St. Petersburg Open. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН

РАНЬШЕ ТЕННИС БЫЛ БОЛЕЕ РАЗНООБРАЗНЫМ

– Многие бывшие спортсмены заявляют: они не хотели бы, чтобы дети шли по их стопам. Судя по всему, вы такую позицию не разделяете?

– Мои сыновья сами захотели играть в теннис, никто их к этому не принуждал. Это был добровольный выбор. Если у детей есть желание заниматься спортом, которому я посвятил всю свою жизнь, естественно, нужно их в этом поддерживать. Другое дело, надо разделять игру ради удовольствия и профессиональные занятия теннисом. Поначалу ребенок хочет просто перекидывать мяч через сетку, но потом наступает момент, когда нужно принять решение: готов ли он заниматься серьезно. Если все "just for fun" – только для развлечения, тогда это никому не нужно. Тут надо отдать должное ребятам: и Миша, и Саша с самого начала относились к теннису очень ответственно.

– В переходном возрасте дети часто начинают бунтовать и бросают занятия спортом. Сашу этот период счастливо миновал?

– Рано или поздно наступает момент, когда молодой человек хочет принимать решения в своей жизни сам. Естественно, мы даем сыну такую возможность. Но при этом внимательно контролируем, чтобы все было в пределах нормы. Честно говоря, особых проблем у нас с этим никогда не возникало. Саша с юных лет видел, как живет и тренируется его старший брат, и потом сам пошел по тому же пути.

– Саша говорит, что вы часто приводите ему в пример себя. Глядя на сына, улавливаете в нем собственные черты?

– Если говорить о его теннисной манере – с трудом. Современный теннис сильно отличается от того, в который в свое время играли мы. Он стал намного более быстрым, силовым и агрессивным. Скорость подачи нынешних игроков нам даже и не снилась. Соответственно изменился и стиль игры. Что у нас общего – так это характер, который мы демонстрируем на корте. Саша, как и я, старается бороться до конца, вне зависимости от счета и противника.

– Помнится, вы предпочитали долгие розыгрыши мяча на задней линии, в то время как сын активно действует по всему корту и часто выходит к сетке.

– Я строил свою игру в зависимости от противника. Вообще, в наше время тактика играла куда большую роль, чем сейчас. Некоторые теннисисты нынче занимают место в первой мировой двадцатке благодаря своей подаче. Есть те, кто в основном действует только на задней линии и те, кто старается чаще выходить к сетке. Раньше же теннис был более вариативным. Нужно было подобрать ключ к сопернику и использовать его слабые стороны. Для этого надо было уметь делать практически все.

– Несмотря на свой высокий рост, Саша очень хорошо передвигается по корту. Вы уделяете этому аспекту особое внимание?

– Без хорошего движения по корту в современном теннисе делать нечего. Нужно быть быстрым и в то же время – очень выносливым. Это требует соответствующей физической подготовки. Для нас важно, чтобы Саша был комплексным атлетом. Поэтому два года назад мы пригласили для сотрудничества известного тренера по фитнесу Джеза Грина, который в свое время готовил Энди Маррэя. Его работой мы довольны. Саша высокий и в то же время тонкий, нагружать его нужно очень аккуратно. Иначе могут пойти травмы.

– Я слышал, у него уже сейчас часто болит спина и плечо.

– Когда игрок набирает хорошую форму, он может на нескольких турнирах подряд пройти очень далеко – добраться до полуфинала или финала. Естественно, в таком случае он получает серьезную физическую нагрузку. Тут может что-то заболеть даже у самого сильного спортсмена. Это не связано с травмами; скорее, является признаком перенапряжения. Иногда к этому приводит игра тяжелыми мячами. После пары недель пользования ими теннисисты начинают чувствовать плечо, на которое ложится повышенная нагрузка во время удара и подачи. В таком случае нужна пауза и качественное восстановление – в частности, массаж. Если этот момент недооценить и продолжить выступления, ситуация может обостриться и привести к травме. К счастью, нам пока удается их избегать.

– Насколько я понимаю, карьеру вашего старшего сына подорвали именно травмы. После этого вы изменили методику тренировок?

– Травмы Миши отчасти стали делом случайности. На турнире в Шанхае он неудачно упал на руку и повредил себе кисть. Пришлось взять паузу, за это время его тело немного отвыкло от нагрузки. И когда Миша снова вернулся на корт, оно не выдержало. Нужно было время, чтобы втянуться в работу постепенно, но его не было. Старший сын обыгрывал одного теннисиста, и тут же выходил на еще более сильного соперника. Побеждал его – и нарывался на следующего. В итоге травма кисти потянула за собой другие медицинские проблемы. Начали болеть спина, колени… В том числе и поэтому мы к Саше относимся очень аккуратно. Если появляются неприятные симптомы, стараемся тут же сделать паузу.

Александр ЗВЕРЕВ (слева) и Стэн ВАВРИНКА. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН
Александр ЗВЕРЕВ (слева) и Стэн ВАВРИНКА. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН

ПРИЗОВЫЕ У СЫНА НЕ ОТБИРАЮ

– В нынешнем сезоне внимание к Саше резко увеличилось: его уже называют будущей первой ракеткой мира. В связи с этим давление на него и на вас увеличивается?

– Мы стараемся не обращать внимания на эти разговоры. Журналисты часто поднимают ажиотаж там, где он совершенно не нужен. То, что Саша принадлежит к "new generation" – новому поколению, спорить не приходится. Он уже выигрывал юниорский Australian Open, выступал в финале турниров АТР-250 в Ницце и АТР-500 в Халле, побеждал Роджера Федерера – этого у него не отнять. Но говорить о том, что он является потенциальной первой ракеткой мира, пока не стоит. Для этого нужно очень много работать и хорошо играть на протяжении всего сезона. Один, пусть даже выигранный турнир, не сделает тебя №1.

К ровным же выступлениям на протяжении длительного периода Саша еще не готов. Даже в этом сезоне он хорошо смотрелся только шесть месяцев, потом у него наступил спад. Сын еще очень молод и выдержать 10 месяцев подряд на хорошем уровне пока не может. Когда это произойдет, можно думать о каком-то скачке в рейтинге. Но и тогда говорить о первом месте будет рано – он ведь может стать и вторым, и пятым, и восьмым. Мне кажется, Саша сам это все прекрасно понимает.

– Вы тренируете сына лично. Это принципиальная позиция с учетом вашего богатого спортивного опыта или просто подходящий наставник еще не нашелся?

– По-другому и быть не может. Саша – не просто мой сын, но и ученик, с которым я работаю уже очень давно. У нас общая цель, к которой мы идем постепенно, шаг за шагом. Никто другой просто не знает наших идей. Что может сделать какой-нибудь тренер со стороны? Прийти и сказать: бей туда-то и туда-то? Но ведь это не самоцель. Даже великий в прошлом игрок, ставший наставником, никогда не сможет дать гарантию успеха. Смотрите, Горан Иванишевич работал с Чиличем, а потом они разошлись. Автоматический успех приглашение такого специалиста не принесет.

– Не боитесь, что работа с сыном повлияет на ваши личные отношения?

– Я знаю много случаев, когда совместные тренировки родителей с детьми приводили к плачевным результатам. Но каждая ситуация индивидуальна, универсального рецепта тут нет. Лично у меня никогда не возникало особых трудностей с сыновьями. Я считаю себя достаточно компетентным в теннисе человеком, который неплохо разбирается в этом деле. И при этом все время разделяю работу с личной жизнью.

– Правда ли, что вы получаете за сына все призовые, которые он выигрывает на турнирах?

– (смеется) Конечно, нет. Этого не может быть хотя бы потому, что Саша является членом Ассоциации теннисистов-профессионалов, и все призовые АТР переводит ему на счет. У него имеется кредитная карта, прикрепленная к этому счету, которой он распоряжается абсолютно свободно. Я к нему никакого отношения не имею.

Могу предположить, откуда взялся такой вопрос. Дело в том, что после вылета с турнира у Саши обычно нет настроения заниматься бюрократическими делами. Поэтому он просит меня сходить в оргкомитет соревнований и забирать там бумажку, на которой написана причитающаяся ему сумма призовых. Эту бумажку я отдаю ему, чтобы он знал, сколько денег должно прийти ему на счет.

– Говорят, что оба ваших сына совершенно не употребляют алкоголь.

– Да. Они профессиональные теннисисты, а алкоголю в спорте – не место.

– Даже бокалу вина в отпуске?

– Отпуск – дело относительное. В спорте он нужен для того, чтобы дать голове передышку и подготовить тело к работе в следующем сезоне. Отдых закончится через неделю-две, потом возобновятся тяжелые, интенсивные тренировки. Поэтому это время нельзя использовать для употребления алкоголя. Спортсменам он, также как и курение, совершенно противопоказан. В нашей семье и то, и другое абсолютно не принято.

– Саша много раз говорил, что помимо происхождения родителей его с Россией ничего не связывает. По своему менталитету он действительно больше является европейцем?

– Нас с супругой можно назвать россиянами, которые живут за границей. Пройдет еще много лет, но мы так и останемся русскими. А вот дети наши, думаю, стали европейцами. Саша появился на свет уже в Германии, Миша родился в Москве, но уехал за границу в четыре года. Впрочем, многие русские черты у них сохранились. Например, оба обожают нашу кухню. Супруга замечательно готовит, и мы часто едим российские блюда. Кроме того, дома мы говорим только по-русски. Я знаю много примеров, когда в семье пытались разговаривать на смеси двух языков. В конце концов, дети все равно русский забывали. Мы с женой не хотели, чтобы это произошло, и потому приняли такое решение. Сейчас сыновья свободно говорят на трех языках – русском, немецком и английском, и могут общаться в любой стране.

– Весной Саша дебютировал в составе сборной Германии в Кубке Дэвиса. Прилив национальной гордости у него почувствовали?

– Это был очень важный момент для него. Саша родился и вырос в Германии, и всю свою жизнь болеет именно за эту страну. В любом виде спорта – теннисе или футболе. Он сам с 12 лет играет за немецкие теннисные сборные различных возрастов. И вот теперь его пригласили в национальную команду! Естественно, мы были очень рады за сына.

– Правда ли, что вся Германия – включая влиятельных чиновников, спонсоров и звезд тенниса – стоит сейчас за Сашей, потому что других ярких игроков в стране нет?

– Немецкая теннисная федерация поддерживала сына по мере своих возможностей. В стране нет турнира "Большого шлема", который приносит теннису очень много денег. Поэтому основная часть вложений в Сашу шла со стороны старшего брата. Заработанные им деньги тратились на аренду кортов и оплату самых дорогих поездок на турниры. Поддержка публики – да, она имеет место. Немецкие болельщики относятся к нам очень позитивно, пишут теплые слова в социальных сетях. Это неудивительно: немецкий теннис находится на неплохом уровне, но яркими звездами помимо Филиппа Кольшрайбера не располагает. И тут вдруг появился сильный игрок, к тому же такой молодой. Естественно, к нему сейчас большой интерес как со стороны публики, так и со стороны специалистов.

Александр ЗВЕРЕВ. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН
Александр ЗВЕРЕВ. Фото Андрей ГОЛОВАНОВ/Сергей КИВРИН

МАТЧИ ЗА СБОРНУЮ СТАНОВИЛИСЬ СОБЫТИЕМ

– Вы сказали, что навсегда останетесь в Германии русским. Тяжело было приживаться в чужой стране?

– То, что мы уехали за границу всей семьей, значительно облегчил процесс ассимиляции. Приглашение поработать в Германии в качестве тренера поступало мне неоднократно, но я всякий раз отказывался. В 1991 году СССР уже развалился, экономическая ситуация в стране была не очень хорошей, и мы с женой решили попробовать. Естественно, поначалу бытовых проблем хватало. Мы оказались не только в новой стране, но и в совершенно другой системе. К тому же совсем не владели немецким, да и по-английски говорили не очень хорошо. Начали заниматься с частным преподавателем и довольно быстро выучили язык. Постепенно притерлись, освоились... Когда прожили в Германии десять лет, стало ясно – возвращаться в Россию нет смысла. И тогда мы просто поменяли гражданство.

– Неужели советская теннисная школа так высоко котировалась в мире, что вас пригласили тренером в Германию?

– В немецком теннисе вообще работает много выходцев с Востока – чехи, словаки, поляки, венгры. А что касается вашего вопроса... Знаете, советская школа тенниса всегда находилась на высоком уровне. Другое дело, политика накладывала очень много ограничений. СССР из-за апартеида объявил бойкот ЮАР, и потому мы не могли принимать участие в одних соревнованиях с южноафриканскими теннисистами. Если они приезжали на какой-нибудь турнир, мы были обязаны тут же сняться с него. Советским игрокам приходилось в основном выступать в социалистических странах, потому и громких успехов почти не было.

– Вы провели много матчей в составе сборной СССР в Кубке Дэвиса. Какой из них оказался самым памятным?

– Практически каждый матч за сборную становился событием из-за своей удивительной атмосферы. Теннис – индивидуальный вид спорта, ты привыкаешь ездить по миру в одиночку и выступать сам за себя. А тут собиралась команда, которая всю неделю находилась вместе. Да и со спортивной точки зрения матчи имели высокий уровень. Иногда даже удавалось преподнести настоящую сенсацию, обыгрывая очень сильных соперников.

Хорошо помню свой первый матч в Кубке Дэвиса. Мне было всего 19 лет, играть предстояло с греками. Это команда не ходила в лидерах мирового тенниса, но сам факт дебюта заставлял сильно волноваться. Выступил я тогда удачно, мы выиграли 5:0. Или стыковой матч за право выступления в Мировой лиге против сборной Австрии в Юрмале! Мы очень долго уступали, но потом смогли переломить ход поединка и вырвали победу.

Памятной оказалась встреча с Израилем, которая проходила в сентябре 1984 года в Донецке. Она была очень тяжелой прежде всего с психологической точки зрения. Вы понимаете, проклятый сионисткий режим и прочее… Нас мучили постоянными накачками, говорили прямо: уступить этот матч вы не можете! И мы его все-таки выиграли. Или поединок на выезде с очень сильной сборной Аргентины – из-за темноты он вместо трех дней растянулся на четыре. Решающее третье очко Андрей Чесноков вырвал у соперников уже в понедельник.

– Случались ли экзотические поездки?

– Одним из самых экстремальных оказалось выступление в Нигерии, где проходил какой-то пятидесятитысячник. Было очень жарко и душно, серьезные проблемы возникали с питанием. Кроме того, меня поразило количество машин на улицах. Это сейчас дорожными пробками в России никого не удивить, а раньше транспорта в нашей стране было немного. В Нигерии же все оказалось забито автомобилями, при этом никто никаким правилам не следовал. Каждый ехал, как хотел.

– Вы поддерживаете контакт с партнерами по сборной?

– Жизнь разметала нас по разным уголкам планеты. Раньше мы с женой каждый отпуск проводили в Сочи, поскольку сами оттуда. У меня там брат остался, у Ирины – родители. Но после того, как Миша стал играть профессионально, такая возможность исчезла – основные турниры проходят как раз летом. В России я не был уже очень давно. Но если вдруг встречаюсь с бывшими партнерами где-то за рубежом, то всегда с большим удовольствием вспоминаю прошлое.

1
Материалы других СМИ
Some Text
КОММЕНТАРИИ (1)

Andrewxyz

Спасибо за интервью, с удовольствием прочитал.

15:56 1 октября 2016