10:00 23 апреля 2016 | Плавание

Григорий Тарасевич: новая надежда

20 апреля 2015. Москва. Чемпионат России. Отбор на чемпионат мира в Казани. 100 м на спине. Григорий ТАРАСЕВИЧ, Никита УЛЬЯНОВ, Евгений РЫЛОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"
20 апреля 2015. Москва. Чемпионат России. Отбор на чемпионат мира в Казани. 100 м на спине. Григорий ТАРАСЕВИЧ, Никита УЛЬЯНОВ, Евгений РЫЛОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"

Наша плавательная сборная, говоря откровенно, не выглядит командой, которая будет сметать в Рио все на своем пути. Однако в ней все же появляются молодые незаурядные атлеты, которые заслуживают отдельного упоминания. Один из них – 20-летний Григорий Тарасевич, показавший весьма солидный результат на спине.

Мы договаривались встретиться в микст-зоне и уже оттуда пойти на трибуны, где можно сесть и спокойно пообщаться. Однако бравый охранник зорким глазом заметил, что у моего собеседника нет аккредитации, и наотрез отказывался пропускать его. Какое-то время мы уговаривали стража порядка закрыть глаза на вопиющее с его точки зрения нарушение, но тот стоял стеной.

– Но ведь я прохожу здесь в одних плавках, когда участвую в заплывах, – не сдавался Тарасевич.

– Так это в плавках…

– Я могу раздеться, – не задумываясь парировал Григорий, который был в "гражданской одежде".

– Тогда пройдете.

Спортсмен тут же снял футболку и, к удивлению охранника, принялся за штаны.

– Ладно-ладно, но это в последний раз, – махнул рукой опешивший мужчина.

– Иногда неординарные вещи срабатывают лучше, чем обычные методы, – объяснил мне потом Тарасевич.

– Самый безумный поступок в вашей жизни?

– В 2014 году мы с другом устроили тур по Европе и заехали в Польшу на рок-фестиваль. Четыре дня музыки в исполнении любимых групп, минимум сна, ночевки в палатках, незнакомый язык – все это было несколько сумасшедшее. Друг разговаривал по-чешски и убедил меня, что поляки будут его понимать. На деле же они вообще ничего не поняли (смеется). Зато я получил там такой заряд энергии, что хватает до сих пор. Так произошло много всего драйвового и очень интересного. Даже в этой обстановке умудрился найти какой-то бассейн, ездил туда тренироваться.

И еще один показательный момент. После награждения за стометровку Гриша зашел в микст-зону и подарил цветы, которые ему вручили, одной из девушек-журналисток. Просто так.

АМЕРИКА

У Тарасевича спортивная семья. Мама и папа – тренеры. Сам он, как это часто бывает в таких случаях, даже не помнит, когда очутился в бассейне. Ему кажется, что он в нем с самого рождения. В 2011 году 14-летний Григорий впервые побывал в Америке – в летнем тренировочном лагере, где за ним присматривал друг семьи Алек Рукосуев. После этого юный спортсмен ездил туда каждое лето.

– Туда-то меня отпустили довольно легко, а вот с университетом было сложнее, – вспоминает Тарасевич.

Надо отметить, что Григорий поступил на очень престижный инженерный факультет.

– У меня всегда были склонности к физике и математике. Плюс в плане работы этот факультет очень перспективен. Трудоустраиваемость около 98 процентов. Так что после плавания я не потеряюсь.

УЧЕБА

– Как удается сочетать серьезную учебу со спортом высших достижений?

– Профессора не ставят перед нами жестких условий в плане посещения. Нам прямым текстом говорят: "Не важно, ходишь ты ко мне на занятия или нет. Если знаешь все темы, которые мы изучали, никаких проблем быть не может". И это логично. Время нужно использовать правильно. Важна ведь не зубрежка. Мне нравится решать задачи, находить какие-то рабочие варианты.

– Как вы закончили школу?

– Была "четверка". По обществознанию. Но мне на нем было так скучно, что я вообще ничего не мог с собой поделать. И, кажется, еще где-то поставили "четыре". Все остальное – на "отлично".

– Для вас золотая медаль не была целью?

– Я всегда понимал, что оценки сами по себе значат немного. В то же время получать хорошие отметки, если ты изучаешь то, что тебе нравится, никакого труда не составляет.

– В спортивных семьях родители, как правило, не обращают внимания на учебу…

– Это не мой случай. Спасибо маме, которая отправила меня не в школу, которая была рядом, а в одну из лучших гимназий Омска. До нее приходилось довольно долго добираться, но это не самое страшное. Ведь я понимаю, что спорт – это не навсегда.

– Далеко не каждый в 20 лет так рассуждает.

– А я понимал это уже в 16. Профессиональный спорт – это нечто очень хрупкое. Я хочу, чтобы у меня в нем все получилось, но иметь запасной план всегда полезно.

– После чемпионата России у вас сессия. Третий курс. Как будете сдавать?

– Привез с собой сюда килограммов шесть книг. В самолете из-за этого был перевес. Но на "Круглом" делал некоторые проекты, читал. Хотя к экзаменам еще предстоит подготовиться. Обратная дорога долгая…

– На каком языке предпочитаете читать?

– Больше нравится на русском. Бывает, читаешь ту же книгу на английском и чувствуешь – не то. К сожалению, сейчас читаю не так много, как в школе. Только что-нибудь простое, отдохнуть. Например, биографии. Того же Ричарда Фейнмана (одного из создателей квантовой электродинамики, входившего в число разработчиков атомной бомбы в Лос-Аламосе. – Прим. В. И.). Иногда тянет на классику. Но не на тяжелые книги. В 10 классе, помню, читал Роберта Пирсина (главным образом известен, как автор "Дзэн и искусство ухода за мотоциклом". – Прим.  В.И.), так у меня глаза округлились от такого расширения сознания (смеется).

ПЛАВАНИЕ

– Умение анализировать помогает вам в плавании? Высчитываете правильные углы, вымеряете идеальное положение тела в воде?

– Это все-таки задача тренера. Но умение анализировать пригождается, когда я делаю что-то неправильно и понимаю, что это нужно исправлять.

– У вас довольно необычный старт.

– Дело в том, что в Америке низкие стартовые щиты. И мы подобрали наиболее оптимальную позицию, при которой вектор скорости направлен максимально в нужную сторону.

– В учебе оценки не главное, а вот в спорте есть четкая конечная цель – медаль. Согласны?

– Все зависит от соревнований. Вот на чемпионате России я победил на 50 м, но это было не столь важно, поскольку дистанция неолимпийская. Все внимание было приковано к 100 м.

– Почему на сотне в полуфинале вы проплыли быстрее, чем в финале?

– Переволновался. Не попал в поворот в решающем заплыве. Из-за этого смазался толчок. Потерял на этом где-то 0,2.

– Со своим временем вы весьма высоко расположились в мировом рейтинге.

– Это ничего не решает. Все соревнования начинаются с нуля. Но с этими секундами можно работать, согласен. Тем более у меня есть резервы. Те же повороты и выходы в сравнении с лучшими спинистами мира у меня не очень хороши.

– На 200 м вы стали только третьим. Что не получилось?

– Попробовал поплыть чуть по-другому. Не вышло. Для этого нужно подобрать темп. Но это уже, наверное, вопрос следующего сезона.

– Как считаете, Евгению Рылову, установившему на этой дистанции рекорд Европы, по силам выиграть медаль в Рио?

– Говорить наверняка невозможно, не исключено, что появятся какие-то темные лошадки. Такое происходит постоянно. Но шансы занять призовое место у Жени есть совершенно точно.

– Во Флориде тренируется Аркадий Вятчанин. Пересекались с ним?

– Мы тренируемся в разных бассейнах. Но виделись с Аркадием на соревнованиях, так что знакомы. Он очень интересный человек. Делится со мной опытом, рассказывает интересные истории из жизни. У него можно многому поучиться.

– Он до сих пор рекордсмен России на стометровке на спине. Засматриваетесь на эти цифры?

– Не буду скрывать, мне это интересно.

– А какие задачи перед собой вы ставите на Олимпийские игры?

– Выиграть медаль. Ехать туда с другими мыслями было бы просто неправильно.

Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...