Уличная атлетика при поддержке Datsun
12:30 9 августа | ОСТАЛЬНЫЕ

Тень Рейгана, флаг на клюшке и штанга в 335 килограммов

Лос-Анджелес принимает Всемирные игры полицейских. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ" Кирилл САРЫЧЕВ. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ" Сбор делегаций разных стран. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ" Делегация из Монголии. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"
Лос-Анджелес принимает Всемирные игры полицейских. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"
В Лос-Анджелесе открылись Всемирные игры полицейских

Юрий ГОЛЫШАК
из Лос-Анджелеса

Можете не верить, но для меня прекраснее любых соревнований на свете Всемирные полицейский игры. Вы только подумайте, где их проводят – то Белфаст, то Аделаида, то Лос-Анджелес…

Мы кружим над Лос-Анджелесом четверть часа – пилот не в силах оторвать взгляд от океана. От стоянки яхт, от крошечных аэропортов для частных самолетов. Мы в воздухе почти тринадцать часов – но счастливы в эту секунду. Уже никуда не торопимся.

В этот город с оранжевым воздухом надо въезжать медленно – и видеть небоскребы на пригорке, Downtown. Вот и ты, Лос-Анджелес! Город О'Нила, Абдул-Джаббара и Уэйна Гретцки. Майкла Джексона, наконец. Я чувствую себя Незнайкой на Луне – видя картинки из той самой книжки. Только все вживую.

Когда-то, давным-давно, сочинял я письмо Николаю Носову: "Дорогой автор, я подрасту и тоже буду писать книжки. Стану писателем хорошим…" Тут перо мое замерло в воздухе – и вывернуло в неожиданную степь: "…как Алексей Толстой…"

Носов не отвечал и не отвечал. Ага, думаю я. Наверное, обиделся – надо было написать "как вы", а не приплетать какого-то Толстого, будь он неладен. Время спустя узнал – скончался автор "Незнайки" лет за восемь до этого.

А Лос-Анджелес – вот он.

Сбор делегаций разных стран. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"
Сбор делегаций разных стран. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"

***

Этот город, такой удивительный днем, внезапно становится еще милее ночью – небоскребы в 70 этажей светятся так и эдак. Машин все больше. Полицейские сирены вплетаются в сны – я вскакиваю, не веря ушам своим. Вижу: все окна в небоскребах напротив нашего светятся! За каждым какие-то силуэты – и двигаются! Что это? Может, как в "Шерлоке Холмсе" – кто-то подползает и шваброй тормошит восковые фигуры?

Между небоскребами снуют вертолеты в таком количестве, что странно становится – как не цепляют друг друга пропеллерами?

По этому городу растеклись полицейские всего мира – вот возрастные качки из Голландии с озорными спутницами. Слыша музыку из проезжающих машин, спутницы немедленно начинают подтанцовывать – словно Агнесса Ивановна из "Курьера". Крошечные мексиканцы с одинаковыми лицами, будто рождены одной мамой. Эти парни день спустя отличатся в соревнованиях по бегу. Знать бы, почему. Бразильцы приехали с детьми, но без жен. Вот норвежцы в рогатых шлемах и полисмены-турки, устроившие танцы прямо на футбольном поле. Старики-итальянцы, больше похожие на адвоката Теразини, чем на отважного комиссара из того же кино.

Американцы назвали эти соревнования просто – "Игры героев". Так оно и есть. Видели б вы, как схватился за сердце, пробежав 10 километров, кто-то из бельгийских пожарных – и был едва откачан в "неотложке". Герой!

Герои юные американские кадеты, дежурившие на церемонии открытия в черных костюмах. Еще и на каждом килограммов по двадцать лишнего веса. Все вокруг в майках-то задыхались от жары.

– Они тоже полицейские? – кивнул я в их сторону.

– Это суворовцы, – ответили мне. – Дети без детства…

Завидев камеру, дети без детства втягивают животы. Точно так же поступаю я при виде прекрасных дам.

Кирилл САРЫЧЕВ. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"
Кирилл САРЫЧЕВ. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"

***

Если б эту церемонию открытия видел весь мир – на следующих полицейских играх было бы в сорок раз больше зрителей. Умеют американцы сделать спектакль, что и говорить. На том самом Los Angeles Memorial Coliseum, где в 84-м Олимпиаду открывал Рональд Рейган, а символом был белоголовый орлан. Те игры обошлись без советских граждан – так хоть сейчас наверстаем.

Все это выглядело невероятным – не верилось, что эти хохочущие люди вокруг в самом деле полицейские. Вот китайцы щебечущей толпой берут в окружение двух шерифов на лошадях – фотографируются так и эдак. Кто-то расчувствовался настолько, что расцеловал лошадку в поганую морду. Та недоуменно косит глазом – вот он, первый поцелуй, первая печаль. Первое "прости", первое "прощай". Шерифы брезгливо хохочут.

Австралийцы держат на плечах деревянную кенгуру едва ль не в человеческий рост. Глаза мои расширились – что ж будут вытворять полисмены из Новой Каледонии? Вон, кто-то дожидается эту делегацию с табличкой – как дожидались однополчан фронтовики у Большого.

Австралийский кенгуру, впрочем, окажется надувным – и прояснят этот вопрос русские люди. Ткнувшие в игрушку ногтем.

А вон, чуть в сторонке, мексиканские девчата обыгрывают в футбол наших американских партнеров. Причем, мужчин. Те растерянно пропускают гол за голом и переглядываются: что за чудеса?

Громче всех хохочут канадцы – нацепившие флаг с кленовым листом на хоккейную клюшку. Ну и правильно. На что же еще.

Все обмениваются подарками. Китайцы дарят плюшевых панд с выводком – при условии, что ты сфотографируешься с ними в какой-то рамочке размером с плазменную панель. Американцы вручают пачку гематогена, грозу фаянсовых челюстей. Но строго – одну в руки. Или в рот.

Наши достают из карманов значки общества "Динамо". Получающие кивают уважительно: о, да, Russian police…

Российская делегация, наверное, самая большая. Уж точно – самая красивая. Какие у нас девчата пловчихи – закачаешься!

Но не на них заглядывались все-все-все. На другого человека. Вот представьте себе Илью Муромца в самой могучей версии. Представили? А теперь умножьте на три. Это и будет Кирилл Сарычев, наш знаменосец. Могучий человечище. Два метра ростом, борода, вес… Земля дрожит! Сколько ж иксов в размере его футболки? Какой у парня вес?

– 170, – подсказали мне.

– 181, – басом поправил откуда-то сверху Кирилл.

Я слышал про человека, выжимающего за раз 335 килограмм. Но не думал, что выглядит он вот так. После увижу, как переходит Кирилл улицу в центре Лос-Анджелеса – движение замирает со всех сторон. Стоят даже те, кому ехать можно. Сирены стихают. Разве что птицы не падают.

Я-то перед церемонией открытия стоял неподалеку – и натерпелся. На всех языках мира просили сфотографировать, пристраиваясь к Сарычеву под руку. Которая как бревно.

Взгляд упал на часы. Кажется, они с кукушкой. У меня на стене такого же размера.

Делегация из Монголии. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"
Делегация из Монголии. Фото Юрий ГОЛЫШАК, "СЭ"

***

Конкурировать в популярности с таким человеком было, казалось, некому. Не переплюнуть! Тем более, делегация Новой Каледонии так и не нашлась. Как и представители Сьерра-Леоне.

Зато нашлись монголы! Да какие! Всякий, сфотографировавшись с нашим богатырем, кидался в монгольскую сторону – не упустить бы еще один кадр. Два фельдмаршала при полном параде. Один из которых, извиняюсь, дама c прекрасными ногами. Да что там ноги – какая у нее кокарда, килограмма на четыре! А орденских планок у ее спутника на пяток. Это с кем же Монголия так удачно отвоевала?

– Монгол шуудан! – обрадовался я новым знакомым. Так же писали на монгольских марках?

Те переглянулись чуть недоуменно. Нет бы ответить – "шуудан монгол!", да и дело с концом.

Жаль, мой добрый знакомый Владимир Газизов не привел в Лос-Анджелес парадный генеральский мундир. Да и обычный тоже не привез, приехал в гражданском. Так что монголы конкуренции не чувствовали.

Кстати, генерал Газизов – не только большой динамовский начальник, но и знаменитый спортсмен. Дзюдо, самбо… В его кабинете на Лесной не только бюстик Дзержинского да полицейские фуражки со всего мира привлекают внимание, – еще и черные пояса. На одном написано – "великий учитель". А с великими учителями лучше не спорить.

Я задумался: а не первый ли он человек в России, получивший генеральское звание, работая только в спорте? Но нет, вспомнил генерала Сысоева, когда-то руководившего обществом "Динамо".

– Между прочим, Сысоев мне когда-то вручал погоны младшего лейтенанта, – рассмеялся Газизов. – Недавно книгу подарил, которую написал вместе с Еленой Вайцеховской. А я ему эту историю напомнил…

***

Я смотрел на популярность монгольских генералов чуть ревниво. Газизов равнодушно. Сарычев обрадовано – не так будут осаждать дальше всякими селфи.

Да куда там – с каждым новым шагом под ноги кидались ему под ноги новые и новые обожатели. Включая седой американский генералитет.

Церемония открытия затянется до темноты, до стужи с океана – и монголы сломаются на речи Оскара де ла Хойи. Уйдут, бряцая металлом на мундирах. Я ж Хойю дослушаю – не понимая ни слова.

– О чем он говорил? – переспрошу.

– Что давно испытывает тягу к полиции…

Как интересно!

Я шел в составе российский делегации – и понимал: вот она, слава. Тянутся руки со всех сторон, только успевай пожимать. Американочки, дамы с пробегом, свешиваются с трибун, голосят что-то. Внезапно переходят на русский с южными вкраплениями:

– Мальчики, победите!

Я киваю. Обещаю выложиться без остатка. Вот и мой миг славы – когда-нибудь привезу сюда внучка. Скажу:

– Я этот город 30 лет назад покорил. Меня здесь помнят.

Американцы смаковали каждый миг церемонии – выпуская то волынщиков, то негра преклонных годов. Исполнил он американский гимн а-капелло так, что оторопь взяла. Вот это голоса Боженька дарит. Казалось, тень президента Рейгана мелькнула одной секундой – даря привет из 84-го.

На сцену выходили новые и новые ветераны полиции. Лица заслуженных огнеборцев мелькали на табло – улыбаясь во всю ширь на фоне дымовой завесы. Что-то зловещее было в этих улыбках и этом фоне. Мурашки побежали было по коже – но я их усмирил.

Мэр брал микрофон – и силился перекричать салют. Залпы затихали, мэр простодушно радовался секунде тишины – и тут откуда-то из облаков вываливались полицейские вертолеты. Зависая над стадионом.

Все это было весело и живописно. А сколько интересного еще ждет…

Материалы других СМИ
Some Text
КОММЕНТАРИИ