Газета
23 января 2017

23 января 2017 | Футбол

ФУТБОЛ

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1972 год. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

СОВЕЩАНИЯ, ЗАСЕДАНИЯ, КОНФЕРЕНЦИИ…

Навалившиеся на нас праздники - рождество католическое и православное, новогодний дуэт (новый и старый), не сомневаюсь, встретили и проводили вы достойно. Сегодня предлагаю окунуться в прошлое, встретить в узком кругу и на трезвую голову год 1972-й, футбольный. Ни на один из 33 предшественников не похожий, с неожиданным финалом, успешный для одних и неудачный для других - в спорте победы и поражения неразлучны.

БИТВА ЗА УРОЖАЙ

Светлые, радостные лучи надежды озарили в преддверии 72-го советский футбольный небосклон. После непомерно затянувшейся шестнадцатилетней паузы забрезжили на горизонте олимпийские медали, после восьмилетней - европейского первенства. А московские динамовцы замахнулись на один из трех разыгрываемых в Европе кубков. Иными словами, предстояла нешуточная битва за урожай. Вызывала в стране советской неописуемую панику и требовала жертвоприношений. В ожесточенных боях за сбор и хранение даров природы приносили в жертву профессиональный труд и отдых военнослужащих, студентов, преподавателей, работников умственного труда…

В футболе ради успешного выступления в международных соревнованиях жертвовали внутренними. В 52-м, об этом мы рассказывали в шокирующих подробностях, ради предполагаемой победы в олимпийском турнире обкорнали собственный чемпионат, превратили в однокруговой и провели (за исключением двух игр) в Москве, ущемив интересы немосковских клубов. Господь жертву не принял. В 56-м и 59-м оставили наш футбол без кубковых турниров. Нечто подобное произошло и в 72-м. Формально Кубок разыграли, фактически второй по значимости турнир вплоть до полуфиналов превратили в один из этапов подготовки к чемпионату. О Кубке разговор впереди, как и об обесцененном по той же причине весеннем первенстве 1976 года.

НОВАЯ МЕТЛА

В начале 70-х в СССР возникла традиция (продолжается и в демократической России) - первые лица страны поздравляют подданных с Новым годом. В 72-м подхватил ее глава советского футбола Лев Зенченко. В предновогоднем выступлении он ознакомил общественность со структурой готовящегося Положения. Прозвучали в его словах и суровые нотки. Об этом позже.

Льва Кирилловича я вам представлял и, не будучи с ним знаком (нисколько об этом не сожалею), нелестно его охарактеризовал. Присовокуплю к сказанному отрывок из книги Льва Филатова “После матча” (издательство “Советская Россия”, 1997. Стр. 91), в коем автор вскользь упомянул об устроенном партаппаратом “дворцовом перевороте”, короткой и столь же бесславной деятельности Льва Кирилловича: “И грянул день, когда Гранаткина, не предупредив, отстранили от футбольных дел. Только что на большом заседании он сидел на председательском месте, а в конце заседания представили нового начальника Управления, которого никто не знал. О нем нам сказали: имеет большой опыт административной и спортивной работы в Ворошиловградской области. Имеет ли он отношение к футболу, осталось неизвестным…

Потом этого человека, “имеющего большой опыт”, сняли с должности. Он устроился начальником команды “Карпаты”, но не уцелел и там, уличенный в неблаговидных поступках. Дальнейшая его судьба ни у кого не вызывала любопытства”.

Получив немалую власть в огромном и важном для советского спорта (и государства) хозяйстве, о котором имел весьма поверхностное представление, Зенченко дал волю реформаторскому зуду, ничем полезным для нашего футбола не обернувшемуся. Вершина его “творчества” - уничтожение в 73-м ничьих как класса. Он поставил рискованный, не виданный дотоле в мировом футболе эксперимент над живыми людьми - тренерами и футболистами. Хотелось бы верить, что успею в подробностях, как только (если) встречу с вами еще один футбольный новый год, рассказать об эксперименте и его последствиях. Заодно и о поступках реформатора, названных Филатовым неблаговидными. Пока же новый хозяин советского футбола в силе, несет в себе планов громадье и готов поделиться ими с народом.

Затронул он одну из тем, которой мы касаемся в “Летописи” с меняющейся периодичностью и с редким постоянством, - календарь. Пообещал, как и многие его предшественники, создать “стабильный календарь, учитывающий требования сборных команд и ставящий клубы в равные условия”. То есть взялся за решение неразрешимой задачи: надеялся, что и календарь будет цел, и клубы сыты. Чтобы как-то смягчить противоречия между сборной и клубами, предусмотрел два “окна”: с 5 по 20 июня для участия в финальном турнире чемпионата Европы (при условии победы в 1/4 финала над Югославией) и с 20 августа по 10 сентября - время проведения Олимпийских игр в Мюнхене.

Заверил журналиста, а при его посредстве и миллионы читателей спортивной газеты в том, что: а) от дальних поездок национальной команды отказались; б) сборы будут короткими; в) игроки сборной основную подготовку проведут в клубах.

ИСПУГАЛИСЬ ТОЛЬКО СУДЬИ

В целом основные разделы Положения остались неизменными: те же 16 участников встретятся друг с другом дома и в гостях, в случае равенства очков за первое место предусмотрен дополнительный матч (или однокруговой турнир), остальные места определяются по дополнительным показателям. Циркуляция между лигами прежняя: два аутсайдера покинут высшую лигу, их место займут два победителя первой…

О новых пунктах, внесенных по инициативе Зенченко, рассказал сам инициатор. Напустил страху на нарушителей закона, пригрозив дисквалифицировать их до конца сезона за четыре предупреждения или удаление и два предупреждения. Подействовало - никого с турнира не сняли. Неужто играть стали чище? Судя по тому, что видел (смотрел я в то время футбола много) и читал, - отнюдь. Вряд ли ребята перестали выполнять жесткие тренерские установки по “нейтрализации” наиболее опасных форвардов. “Костоломы” и злостные нарушители, каких было немало, продолжали “выключать” соперников теми же “надежными”, безотказными способами - по-другому не умели.

Если испугал кого Лев Кириллович, так это… арбитров. Отмечу не раз уже упоминаемые нами особенности советских судей: гуманизм, человеколюбие, сострадание, лояльность даже к самым отпетым костоломам. Занимались они на поле преимущественно разъяснительной, воспитательной работой, журили, уговаривали, предупреждали - если еще хоть раз, и в самом деле предупредят. Яркие иллюстрации покажу по ходу сезона.

Стоит ли удивляться резкому уменьшению красных и желтых карточек (размахивали ими наши судьи с лета 70-го, сразу после чемпионата мира) в сравнении с предыдущим годом? В 72-м служители Фемиды стали еще лояльнее, еще терпимее. Говорю об этом, исходя из фактов - отраженных в протоколах о правонарушениях. Кривая в сравнении с предыдущим годом резко пошла вниз. В 71-м в 240 играх чемпионата было предъявлено 126 желтых карточек и 10 красных. В 72-м перепуганные Львом Зенченко арбитры, руководствуясь христианским принципом “не навреди”, ограничились 78 предупреждениями и всего пятью удалениями.

В те далекие “вегетарианские” времена “Днепр” за весь турнир (30 матчей) получил 1 (ОДНО!) предупреждение. “Динамо” московское, киевское, тбилисское и ростовчане - по два… Наибольшее число желтых карточек собрал “Кайрат” - девять. Всего десять футболистов удостоились двух “горчичников”, и только двое, получив по три желтых, подошли к опасной черте: защитник “Карпат” Валерий Сыров и форвард “Кайрата” (ныне главный тренер “Локомотива”) Юрий Семин. Памятью арбитры обладали превосходной: ни одного из удаленных с поля не обременили двумя предупреждениями. Для сравнения приведу пример из наших турнирных будней. Один Понтус Вернблум в сезоне-2015/16 получил в 27 играх 15 желтых карточек - намного больше, чем вся команда “Кайрат” (рекордсмен страны чемпионата-72) в тридцати! Результат алмаатинцев превысили еще несколько наших крутых ребят.

Предусматривались карательные меры и для проштрафившихся команд. Прошлогодняя история с “Нефтчи”, когда Федерация футбола СССР сняла бакинцев с чемпионата, а спустя несколько дней их амнистировала, осталась для непосвященных болельщиков загадкой (отгадка изложена в “СЭ” от 11 ноября 2016 года). Формально федерация не имела права за недисциплинированное поведение нескольких футболистов дисквалифицировать команду - не было такого пункта в Положении. Теперь он появился.

Об этом рассказал читателям “Советского спорта” (от 5 марта) заместитель Зинченко Г.Кофанов (строго между нами: скоро его лишат престижной должности. За ним, не сразу, последует и “шеф”). Кофанов процитировал новый пункт Положения: “Команда МОЖЕТ БЫТЬ (выделено мной. - Прим. А.В.) дисквалифицирована и снята с соревнований за грубое нарушение спортивной дисциплины - демонстративный уход команды с поля, хулиганское поведение футболистов и т. д.” Закон в нашей стране, что дышло - лазейку нарушителям оставляли: могут наказать, могут и простить. Читателей “СЭ” прошу не волноваться - никого не наказали.

МЕРОПРИЯТИЕ ПРОВЕЛИ, НАЧАЛЬНИКИ ДОВОЛЬНЫ

Еще одно новшество - сдача контрольных нормативов. Зачеты, по утверждению Зенченко, вводились “для объективной оценки степени физической, технической и тактической подготовленности игроков”. Подобные мероприятия проводились не впервой. Отличие - в подходе к нему. Если прежде зачеты принимали свои тренеры, причем вдали от посторонних глаз, и никакими неприятностями для “двоечников” не оборачивались, то теперь был привлечен солидный ОТК, состоявший из специалистов по легкой атлетике, гимнастике, представителей Спорткомитета и футбольной федерации. “Футболисты, не сдавшие контрольные нормативы, с 1 мая к соревнованиям на первенство и Кубок СССР допускаться не будут”, - пригрозил начальник.

Как удавалось выявить тактические познания испытуемых, оставалось загадкой, поскольку все 15 нормативов касались разделов “выше”, “дальше”, “быстрее”, “точнее”. Для получения заветного “уд” предлагалось пробежать 30 метров без мяча за 4,1 секунды, с мячом - за 4,2 секунды. При выполнении второго задания некоторые футболисты проявляли смекалку и изобретательность: на старте легким касанием пинали мяч на 2-3 метра, вторым - сильно били по мячу в направлении финиша и налегке на полной скорости преодолевали остальные 27-28 метров. Догнать мяч никому не удавалось, зато в контрольное время укладывались под дружные аплодисменты и здоровый смех зрителей (зачеты порой привлекали большую зрительскую аудиторию).

Все прошло гладко: из 349 экзаменуемых лишь 17 получили “неуд”. Но то были дублеры, и на второй год их оставлять не стали. Начальники проведением широкомасштабного мероприятия и его итогами остались довольны.

О решимости Льва Кирилловича навести порядок на вверенном ему участке свидетельствует и такой пункт Положения: “При отсутствии полного комплекта учебного оборудования на тренировочных базах команда может быть исключена из участников первенства СССР как не обеспечившая выполнение обязательств по участию в розыгрыше”. И здесь никого не наказали. Стало быть, или с дисциплиной, нормативами и учебным оборудованием в отечественном футболе был полный порядок, или закон, как у нас часто случается, не сработал. Лично я больше склоняюсь ко второй версии.

ЛАУРЕАТЫ-71: Евгений РУДАКОВ И СБОРНАЯ СССР

В нашем деле важно контролировать ситуацию, внимательно следить за тем, чтобы перо (как человек дремучий, до сих пор им орудую, вожу по бумаге) поспешало за мыслью. А не наоборот, чему вы стали свидетелями. Готовясь к сезону-72, я намеревался изложить намеченные темы в хронологической последовательности. Перо поначалу подчинялось воле автора, но в какой-то момент вышло из повиновения и опередило чинно стоявших в очереди. Вину за непотребное поведение орудия производства беру на себя. Впредь буду внимательнее.

Следуя хронологии, должен был начать с результатов плебисцита двух еженедельников - советского (“Футбол-Хоккей”), определившего лучшего футболиста страны прошлого года, и французского (“Франс Футбол”), публиковавшего рейтинг-листы сборных команд Европы. Начну с отечественного.

Лучший футболист СССР был объявлен после голосования 122 журналистов из 65 печатных изданий, ТАСС, АПН, радио и телевидения. Напомню, “выборщики” называли три фамилии. За первое место начислялось три очка, за второе - два, за третье - одно. Победил с солидным отрывом от преследователя вратарь киевского “Динамо” и сборной СССР Евгений Рудаков - 298 очков (78 первых мест, 29 вторых и 6 третьих). Преследователь - одноклубник Виктор Колотов получил 200 очков (34 + 38 + 22). Третий - Эдуард Маркаров (“Арарат”): 61 (1 + 19 + 20). Пятерку замкнули защитники - тбилисец Муртаз Хурцилава (47 очков) и армеец Альберт Шестернев (34). В общей сложности было названо 26 футболистов.

Французы нам польстили, признали сборные СССР и Англии лучшими на континенте. Руководствовались не качеством игры, а исключительно арифметическими показателями. Смотрелись у нашей команды недурно: +5 =5 - 0, 13 - 4. У англичан цифры веселее: +7 =2 -0, 19 - 4. Но соперники у них оказались ниже рейтингом, нежели у наших. Потому и поставили их рядышком. Весной, в случае успеха в четвертьфинальных матчах с югославами, а летом - в финальном турнире в Бельгии, сборной СССР предстояло отработать выданный популярным французским изданием аванс. Перехожу к делам текущим.

“РЕБЯТА, ДАВАЙТЕ ЖИТЬ ДРУЖНО!”

С 17 по 19 января в Москве состоялось совещание тренеров и начальников команд высшей и первой лиг. Круг обсуждаемых вопросов - обширный: план подготовки сборной к чемпионату Европы и Олимпиаде (докладчики А.Пономарев и А.Парамонов), судейство (председатель ВКС Н.Латышев), проблемы юношеского футбола (завотделом футбола и хоккея Спорткомитета СССР В.Осипов) … Обсуждаемых тем - множество, выступающих в прениях - куда больше.

Приятно удивила атмосфера в зале заседаний - демократичная, допускавшая свободу слова (в определенных пределах, разумеется). Предложения поступали дельные, конструктивные, нелицеприятная критика звучала в адрес отдельных товарищей и целых организаций. Волнение в зале вызвало выступление Алексея Парамонова, в очередной раз напомнившего: “Наша сборная является, пожалуй, единственной в Европе, не имеющей собственной спортивной базы, она все еще строится”.

Получив слово, Николай Латышев признал справедливость критики, обращенной к его коллегам, но категорически отверг бытующее в среде руководителей и тренеров мнение, будто работа арбитров тормозит, а то и отрицательно влияет на развитие советского футбола. Николай Гаврилович призвал тренеров снисходительнее относиться к отдельным ошибкам судей, понять их и простить. Смысл заключительных слов председателя ВКС сводился к известной фразе кота Леопольда: “Ребята, давайте жить дружно!” Дружбы не получилось, да и в принципе между котами и мышами она невозможна.

Старший тренер ростовского СКА Йожеф Беца назвал ошибочной и даже вредной попытку судить о работе тренера и игре команды по итоговому результату. “Если клуб выступил в сезоне неудачно, это еще не значит, что футболисты тренировались меньше других, а тренер работал плохо”, - обратился он к аудитории, эмоционально отреагировавшей на, скажем так, довольно оригинальную и столь же непопулярную в футбольной среде точку зрения. Слова наставника, чья команда весь год балансировала над пропастью и только благодаря “волевым усилиям” (истинный смысл закавыченных слов читатель без труда расшифрует) зацепилась за спасительное четырнадцатое место, вызвали по меньшей мере удивление.

Руководство СКА позицию тренера не разделяло. Продолжая считать критерием его работы спортивный результат, уволило Йожефа Йожефовича через 28 дней после начала чемпионата-72, сразу по окончании матчей пятого тура. СКА в это время почувствовал дно, расположившись на последнем месте с одним набранным очком и одним забитым мячом при восьми пропущенных. Так же судили о работе тренеров с неизбежными оргвыводами руководители еще четырех команд, занявших четыре последних места. Правда, тренерские перестановки ситуацию не изменили, а у аутсайдера, выбывшего в первую лигу (там дважды сменили наставников), усугубили.

ПЕРЕСТРОЙКА В КИЕВСКОМ “ДИНАМО”

С большим интересом были заслушаны выступления тренера чемпионов, динамовцев Киева, Александра Севидова и персонально на конференцию приглашенного итальянца Ферруччо Валькареджи, работавшего с несколькими итальянскими клубами и сборной. Оба доклада - высокопрофессиональные, всеобъемлющие, содержательные: подробный рассказ о дозировке нагрузок в предсезонный и соревновательный периоды, занятиях командных и индивидуальных, “физике”, технике, тактике, психологии, создании благоприятного климата в коллективе, взаимоотношениях тренера с футболистами…

Приняв команду в ходе подготовки к прошлому сезону, Севидову пришлось начинать с перестройки самого слабого звена - обороны. Внедренный в середине 60-х Виктором Масловым зонный принцип, весьма на протяжении нескольких лет эффективный, в проваленном чемпионате 1970 года стал давать сбои. Надо было что-то менять. Вместе с игроками решили принять комбинированный метод. “В нашей команде, - объяснял Севидов, - метод защиты выглядит так: у каждого защитника - своя зона действия и свой персональный соперник. Но по всему полю защитник за подопечным не бегает, а играет персонально только в пределах своей зоны”.

Внесены коррективы и при подключении оборонцев в атаку. Если прежде фланговые наскоки завершались навесами, в большинстве своем бесплодными, то теперь они чаще простреливали вдоль ворот, по ним же стреляли, участвовали в розыгрыше комбинаций, применяли финты и обводку, то есть до завершения эпизода действовали как заправские форварды.

Севидов назвал три основных принципа ведения игры:

1. “Мы отказались от физического давления, навала и стремились к острым комбинационным действиям, к созданию внезапных голевых ситуаций, причем в комбинациях участвовали буквально все игроки”.

2.Тренер приучил команду улавливать удобные моменты для перехода в атаку и возвращения в оборону.

3.Игровая аритмия - чередовали медленный розыгрыш мяча со взрывными действиями в районе штрафной площади.

“Я ВСЕГДА СОВЕТУЮСЬ С ВРАЧОМ”

Аплодисментами встретили и проводили итальянца Ферруччо Валькареджи, тренера в футбольном мире известного, авторитетного. Авторитет заработал конкретными делами: сборная Италии под его руководством в 68-м получила золото чемпионата Европы, а спустя два года - серебро мирового первенства. Многое из того, о чем говорил гость столицы, секретом для слушателей не являлось. Однако ряд положений из опыта работы (небезуспешной) с клубами был достоин тщательного изучения и использования в повседневной деятельности.

В планировании и дозировке тренировочных занятий Валькареджи исходил не только из периода времени (предсезонка, начало, середина и конец чемпионата), но и из других факторов, в частности влияния на футболистов климатических условий. Учитывая размеры нашей страны, различные часовые пояса, климат и т. д., к рекомендациям синьора Ферруччо следовало прислушаться, а то и взять на вооружение.

Наши начальники настоятельно, в приказном порядке, требовали (и неустанно контролировали) на протяжении всего сезона интенсивных двухразовых тренировок. Гость применял их только в подготовительный период. Причем советовал учитывать индивидуальные особенности игроков, их физическое и психологическое состояние перед занятием. В этом вопросе целиком и полностью доверял врачу, находился с ним в тесном контакте. Врач каждый день проверял состояние футболистов и с заключением знакомил тренера. Только после этого тот определял объем нагрузок для каждого игрока. “Врач всегда в курсе моих тактических планов, я всегда советуюсь с ним при определении состава”, - сказал Валькареджи.

“НАШИ ВРАЧИ ВЫПОЛНЯЮТ РОЛЬ ФЕЛЬДШЕРА”

Ненадолго прерву Мэтра, чтобы по горячим следам, пока только что затронутая тема не остыла, в общих чертах обрисовать состояние дел в этой области в нашем футболе. В СССР ежегодно проводились совещания работающих в футбольных коллективах врачей. Очередное завершилось незадолго до начала тренерской конференции. Все как обычно. Наметили задачи и способы их решения, прослушали доклады приглашенных научных работников в области педагогики, биологии, медицины, ознакомивших эскулапов с методами исследования функционального состояния футболистов…

Врачи делились опытом работы в организации контроля за здоровьем спортсменов, профилактики и лечения травм, реабилитации, подготовки к играм… Мероприятие провели, перед стоящими выше инстанциями отчитались, галочку поставили. Но на практике не все было распрекрасно.

Известный журналист, в 40-е годы вратарь “Спартака” Алексей Леонтьев постоянно, особенно в предсезонный период, тесно общался с командами и был в курсе многих проблем, в том числе только что затронутой. Впечатленный докладом Валькареджи о роли врачей в итальянском футболе, он писал: “К сожалению, в большинстве наших команд врачи выполняют роль фельдшеров: кого-то смазать зеленкой, кому-то наложить временную повязку. Исследований в командах в большинстве своем наши врачи не ведут и потому не могут стать полноценными помощниками тренеров” (“Советский спорт” от 25 января).

Картина печальная. Бывала и хуже. В свое время мы эту проблему на страницах “Летописи” освещали. В 40 - 60-х годах не во всех командах высшего класса работали врачи (кое-где их функции выполняли… массажисты). Калачиком не заманишь. Забот много, ответственность большая, зарплата мизерная, работать за такие деньги, да еще мотаться весь год по стране в отрыве от дома и семьи (особенно женщинам) - поди найди охотников. К тому же специфика иная, необходимы специальные знания, а обученных кадров - дефицит. Постигали премудрости в процессе работы методом проб и ошибок, при полной или частичной нехватке врачебных кабинетов, необходимого оборудования, медикаментов… В 70-е сдвиг наметился, но очень медленный.

“МЫ ЗА ИГРОКАМИ НЕ СЛЕДИМ”

Вернемся в помещение и послушаем итальянца. Еще один совет, к которому следовало прислушаться. Он нередко проводил раздельные занятия с защитниками и нападающими. Это зависело от их загруженности в матче. Если форварды затратили много сил, тренировались в щадящем режиме, нежели защитники. А на следующий день трудились уже по полной программе.

Подробно, обстоятельно отвечал докладчик на вопросы советских коллег. Многих интересовала острая, болезненная, всегда актуальная у нас тема - дисциплина. Поняв, чем интересуются, Валькареджи ответил: “Что же касается нарушения режима - пьянство, посещение ночных заведений, то на протяжении последних нескольких лет у нас таких случаев не было. Вопросы дисциплины и режима не стоят у нас в повестке дня. Настолько выросло профессиональное отношение футболистов к делу, что за ними не надо следить”.

Какое счастье! Чему удивляться? При контрактной системе с многочисленными пунктами о правах и обязанностях, системе штрафов и поощрений, угрозой не быть включенным в основу нарушать режим не имело смысла со всех точек зрения - спортивной и материальной. У наших “любителей”-бесконтрактников сдерживающие механизмы отсутствовали. А воспитательные меры - словесные убеждения, комсомольские собрания, сколько бы об их целебном эффекте с высоких трибун ни говорили, фактически не работали. Крайняя мера - отчисление из команды. Уволенные тут же находили другую.

В МИНОРНЫХ ТОНАХ

С заключительной речью выступил самый большой из присутствующих в зале начальник - В.Ивонин, заместитель председателя Спорткомитета СССР (в современной терминологии - заместитель министра спорта), то есть второе лицо в советской физкультурно-спортивной иерархии. Первое в тот период, вы должны его помнить, потому как являлся персонажем нескольких глав “Летописи”, - экс-глава ВЛКСМ, с 1968-го брошенный на руководство физкультурой и спортом Сергей Павлов.

В речи Ивонина, в отличие от отчетных докладов генеральных секретарей ЦК КПСС, в коих преобладали мажорные тона, превалировали минорные. Претензий много. К судейству, например. Недоволен оратор качеством работы арбитров: “Надо называть вещи своими именами, с судейством дело обстоит плохо, и незачем находить оправдание”. Слова эти обращены к главе судейского ведомства Николаю Латышеву. Ивонин, возмущенный грубыми ошибками арбитров, повлиявшими на исход матчей, обвинил Латышева в бездействии и игнорировании некоторых рекомендаций Спорткомитета.

Нелицеприятная критика из уст высокого полета чиновника не могла остаться без последствий для объекта критики, слова Ивонина были восприняты как руководство к действию. Хоть и сказаны были через несколько дней после совещания судей, на котором председатель ВКС Николай Латышев проанализировал работу арбитров в минувшем году и поставил задачи на год предстоящий. Однако через полтора месяца после выступления Ивонина Президиум Федерации футбола СССР (с подачи Спорткомитета) назначил председателем ВКС Валентина Липатова, его заместителем - П.Кузнецова. А Латышева перевели на работу в президиум ВКС “как простого инженера” (заимствовал выражение у персонажа миниатюры Аркадия Райкина) - председателем учебно-методической комиссии.

Раз уж прервал выступление зампреда, заодно проинформирую вас, дабы к этой теме не возвращаться: помимо совещания врачей и судей состоялась научная конференция тренеров. Вникать в содержание докладов, ввиду полной моей некомпетентности, себе не позволю. Даже темы из опасения утомить читателей не решусь перечислять. Достаточно одной, изложенной в выступлении Б.Беляева (“Надежность реагирования периферическим зрением на движение отбора мяча с выпадом с различных дистанций”), чтобы отбить желание ознакомиться с остальными четырнадцатью. Предлагаю дослушать речь Ивонина.

“ВСЕ НА БОРЬБУ С МЕЦЕНАТАМИ!”

Нажал он на неизлечимые болевые точки советского футбола: календарь (прости его господи) и инструкцию о переходах. Велел в короткий срок, к апрелю, разработать новую инструкцию, более совершенную. Совершенствовали ее, напомню, со времен сооружения Ноева ковчега. Новую создадут пренепременно, не сомневайтесь. Но на этом работа не закончится - совершенству нет предела.

Игра сборной, несмотря на выполненную ею задачу, не удовлетворила начальника. Медленный рост класса советского футбола объяснил низким уровнем научно-методической и учебно-тренировочной работы, а также малым объемом, низкой интенсивностью занятий и недостатками в воспитательной деятельности. Прошелся (по делу) и по Управлению футбола, “не проявившему в полной мере принципиальности и деловитости”. Завершил выступление призывом к тренерам бороться с нездоровыми явлениями в нашем футболе, особенно с меценатством.

Забавно. Бороться с облеченными высокой властью партийными вельможами, скрывавшимися под коллективным псевдонимом “меценат”, бессмысленно и небезопасно не только тренерам, но и самому Спорткомитету. Призыв абстрактный. Для начала потрудились бы, ежели были готовы освободить теплое насиженное кресло, расшифровать псевдонимов, поименно, каждого в отдельности, тогда бы и поднимали народ на борьбу.

Довольно о грустном. Концовка речи Ивонина прозвучала весьма обнадеживающе: “Спорткомитет СССР будет неуклонно соблюдать спортивный принцип при комплектовании лиг, наводить порядок в переходах игроков, требовать от Управления футбола и других спортивных организаций всестороннего выполнения принятых постановлений о мерах развития футбола”.

На этой оптимистичной ноте с неистребимой надеждой на светлое будущее (как показала жизнь - столь же бесперспективной) завершу затянувшийся рассказ о Всесоюзном совещании тренеров.

Январь - время собраний, совещаний, конференций работников всех отраслей большой футбольной индустрии. Я в общих чертах обрисовал интенсивную подготовку к сезону в кабинетах. В следующий раз проследим за тренировочными сборами команд высшей лиги.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...