Газета
29 октября 2010

29 октября 2010 | Футбол

ФУТБОЛ

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1957 год. Часть первая

ЦЕНТРФОРВАРД ПОД КОЛПАКОМ

Сложный путь прошли советские футболисты к золотому олимпийскому пьедесталу. Сложным и долгим было и возвращение с покоренного олимпа в столицу родимой отчизны: трехнедельное плавание на борту теплохода "Грузия" от австралийских берегов до Владивостока с последующим путешествием по самой длинной железнодорожной магистрали: Владивосток - Москва.

РАДОСТЬ - ОДНА НА ВСЕХ

На протяжении всего пути, на станциях и в городах, мимо которых мчался состав, люди приветственно машут руками. На стоянках подбегают к вагонам, жмут руки, обнимают, берут автографы.

Потрясающую историю рассказал Лев Яшин в книге "Счастье трудных побед": "На одном из полустанков у Байкала в наш вагон ввалился могучий старик, в тулупе, с окладистой бородой, в высоком треухе, весь заиндевевший на 30-градусном морозе. Его окающий бас прогудел на весь вагон:

- Где бы мне, сынки, Льва Яшина найти? Двести верст прошел, чтобы на него поглядеть, едва успел к поезду.

Когда я вышел из купе ему навстречу, он прижал мое лицо к колючей своей бороде, и мы трижды расцеловались... Он достал из торбы большого ароматного омуля с лоснящимися жиром боками.

- Вот, - говорит, - отведай с друзьями нашей байкальской рыбки".

Вратарь не упомянул об огромной бутыли с горячительным напитком - чтобы рыбку запивать. Может, цензор вымарал: книга готовилась к печати в начале антиалкогольной кампании. Другой олимпиец не так давно не об омуле журналисту рассказывал - о сосуде дедовом и о том, как быстро его ребята опустошили...

8 декабря 1956 года сборная СССР одержала в Мельбурне историческую победу. Ровно через месяц, 8 января 1957 года, Москва устроила олимпийцам торжественную встречу - многолюдный митинг на Комсомольской площади. Огромные транспаранты, исписанные белыми буквами на кумачовом фоне, цветы, улыбки, пламенные речи… Люди искренне восторгались героями, воспринимали их победу как личную. Радость была на всех одна.

На следующий день, 9 января, олимпийцам посвятили грандиозный вечер в Кремле. Дед Мороз в сопровождении ряженых провел гостей по мраморным ступеням в Георгиевский зал, в центре которого высилась огромная разукрашенная елка. Под звуки оркестра спортсмены закружились в танце. В разгар веселья в Большой кремлевский дворец прибыла партийная элита - Никита Хрущев, Николай Булганин, Анастас Микоян и гостивший в СССР премьер Госсовета КНР Чжоу Эньлай. Партия и правительство высоко оценили успех советских олимпийцев, обрушив на них град наград, а Всесоюзный комитет возвел победителей Мельбурна в сан заслуженных мастеров спорта.

Трудные, очень трудные задачи пришлось решать нашим спортсменам на Олимпиаде. С куда более трудными проблемами столкнулись они на родине: откуда взять силы, чтобы вовремя и, главное, на трезвую голову покинуть пьянящую атмосферу непрекращающегося праздника, как не поддаться чарующим звукам медных труб? Впереди новые, более ответственные турниры. Футболистам впервые предстояли отборочные матчи мирового первенства. К первому, с командой Польши, намеченному на июнь, надо было подойти в полной боевой готовности. Как это сделать, если по причинам, только что изложенным, подготовку к чемпионату пришлось начинать значительно позже обычного?

КОНТУРЫ СЕЗОНА

Открытие намечалось на 31 марта. За две недели, 16 марта, начальник Управления футбола Валентин Антипенок начертал корреспонденту "Вечерней Москвы" контуры сезона. Назвал даты отборочных матчей ЧМ-58 с поляками и финнами, рассказал о расширении географии советского футбола за счет класса "Б". Численность высшего класса осталась неизменной - 12. Циркуляция между "А" и "Б" сократится: туда и обратно проследуют по одной команде.

Первенство Союза разыграют: а) созданные при командах мастеров юношеские коллективы; б) футбольные школы молодежи (ФШМ); в) школьники всех союзных республик с Москвой и Ленинградом. И Кубков станет больше - два. Один - для мастеров, второй, массовый, разыграют коллективы физкультуры.

Упомянул он еще об одном новшестве: помимо вратаря разрешена замена полевого игрока. "Секция футбола СССР вышла с таким предложением в Международную футбольную федерацию, и оно принято", - не моргнув произнес Валентин Панфилович. Простим начальнику обычную (широко распространенную среди руководителей) человеческую слабость. Не мог он предположить, что через полвека кто-то раскопает в архивных недрах (ГАРФ. Фонд 7576, опись 2, дело 1134) переписку футбольных чиновников с ФИФА. Изобличают они функционера, мягко говоря и деликатно выражаясь, в уклонении от истины.

НЕ НА ТЕХ НАПАЛ

Советские деятели продолжали прессинговать ФИФА, добиваясь изменения правила № 3, касающегося замен. 14 - 15 августа 1956 года в отеле "Эксельсиор" югославского города Дубровник состоялось заседание судейского комитета ФИФА, где горячо дискутировался вопрос о заменах.

Англичан Стэнли Роуз предупредил собравшихся: ни исполком ФИФА, ни судейский комитет в правилах ничего менять не намерены. Уверенности в том, что большинство национальных федераций желают перемен, нет, так как многие страны (50 процентов) на вопросник об отношении к заменам не ответили. "К сожалению, несмотря на запрет, нарушения правила № 3 в последнее время в ряде стран возрастают", - вынужден был признать Роуз.

Многие делегаты предложили, чтобы не ставить ФИФА в неловкое положение, в кратчайшие сроки легализовать замены. "Большинство ассоциаций производят замены. Надо как можно быстрее решать этот вопрос. Речь идет об авторитете ФИФА", - заключил югославский представитель доктор Андрейевич.

Ситуация выходила из-под контроля. Консервативные англичане, заполонившие Комитет по правилам, продолжали упорствовать. ФИФА грозила санкциями, но реализовать их из-за массовых нарушений стало невозможно - не сокращать же наполовину свои ряды из-за пустяка.

Наши руководители воспользовались смутой, и 13 октября 1956 года Валентин Антипенок в письме генсеку ФИФА Курту Гассманну поставил того перед фактом: "Секция футбола СССР считает возможным разрешить в официальных соревнованиях замену двух игроков в любое время в ходе матча: вратаря и полевого игрока независимо от того, получил ли он травму или нет".

Решение Секции обосновал следующим образом:

"1. Вратарь - фигура специфическая. Выход его из строя снижает интерес к игре и не позволит объективно выявить победителя.

2. Поврежденный игрок, чтобы не дать преимущества сопернику, иногда в ущерб своему здоровью остается на поле, что часто приводит к усугублению полученной травмы и выводит его из строя на длительный срок.

3. Заменять только травмированного игрока нецелесообразно, так как в большинстве случаев невозможно прямо на поле определить - действительно ли игрок не может продолжать встречу или симулирует. Ни врач, ни тем более судья, разобраться в этом не в состоянии".

Гассманн - видимо, сознавая тщетность потуг надавить на Антипенка, - попытался образумить его, напомнив: "Международный комитет по правилам не внес никаких изменений в действующие правила. Прошу учесть, что в сезоне 1956/57 года они остаются в силе".

Не на тех напал. И это напоминание, и еще одно, прозвучавшее 21 июня 1957 года из резиденции ФИФА в Цюрихе с требованием подчиниться существующему закону, были проигнорированы.

ПРЕДСЕЗОННЫЕ СТРАДАНИЯ

О предсезонных страданиях команд на юге каждый год говорили в звуконепроницаемых помещениях. Я вас об этом постоянно с закулисных посиделок информировал. Ничего к сказанному добавить не могу: повторяться нет смысла, да и ценное газетное место транжирить почем зря ни к чему.

Спартаковский вратарь 40-х Алексей Леонтьев, не первый год уже сотрудничавший с "Советским спортом", вынес проблему на поверхность, написав картину яркими, сочными красками. Можете ознакомиться с фрагментами его статьи "В поисках полей...", опубликованную 23 марта:

"Утро. Футболисты готовятся к тренировке. Пора ехать!.. А между тренерами возникает горячий спор, повторяющийся изо дня в день.

- Поедем тренироваться на Золотой берег, - вносит предложение один из тренеров. - Там строили несколько полей.

- Ну, нет, - перебивает другой. - Строить строили, да не достроили. Поедем в Очамчире. До него хоть и 60 километров, но, говорят, поле ничего.

- Не знаю, кто тебе это сказал, - вмешивается третий. - Мне говорили, что оно из рук вон плохое. А вот в Ткварчели поле получше...

Только после длительного спора футболисты садятся в автобус и едут, наконец, на тренировку.

Но что представляет собой эта тренировка? Вот к мячу, застрявшему в грязи, устремляются два футболиста. Их единоборство, направленное на выбивание мяча из грязевой ловушки, не дает результатов. На помощь приходят товарищи. Футболисты изо всех сил пинают мяч, брызги летят во все стороны... К концу игры трудно бывает разобрать не только цвета футболок и трусов, но и лица футболистов - все становится черным...

В Сочи, Хосте, Сухуми, Гагре имеется по одному стадиону. Именно в эти города приезжает большинство команд. И начинаются споры между тренерами, когда и кому тренироваться, когда и кому играть. Составляются хитроумные графики тренировок... Наконец все урегулировано. Все довольны (хотя бы относительно). Но каким же образом поле может быть в хорошем состоянии, если на нем тренируются по пять-шесть команд и практически оно занято с раннего утра до темноты?..

И это повторяется из года в год, мешая командам мастеров качественно подготовиться к наступающему сезону".

Кто мог, тикал за рубеж. "Локомотив" часть февраля и март провел в еще дружественном, по крайней мере внешне, Китае. И готовился в более человеческих условиях, и баланс международных встреч улучшил - свой личный и советского футбола: в 8 встречах с китайскими командами 8 побед при разности мячей 31-3. Тбилисцы две мартовские недели провели в Бирме, а на обратном пути заглянули в Китай. Общий итог: +3=0-0, 15-5.

ЗАТО БЕСПЛАТНО

Весьма сожалею, но ничего обнадеживающего не могу сказать и о медицинском обслуживании лучших советских команд. Не повторять же бесконечную, бесперспективную историю о нежелании врачей работать в два раза больше за вдвое меньшую плату. Многие команды, оставшиеся без постоянных штатных докторов, пользовались дома и на выезде услугами ведомственных поликлиник: "Локомотив" - по линии МПС, динамовские коллективы - МВД...

Насколько квалифицированную помощь, не зная специфики спортивной медицины, оказывали футболистам эскулапы, говорить не берусь, зато знаю точно - бесплатную. Конституция СССР гарантировала.

О проблемах иного рода, нарушении техники безопасности игроков, говорила на пленуме Секции футбола Филиппова, член врачебной комиссии Всесоюзного тренерского совета: "Бич футболистов - повреждения голеностопного и коленного суставов. Мы неоднократно просили тренеров бинтовать эластичным бинтом, использовать голеностопники и наколенники, особенно тем, кто уже имел травмы. Один тренер ответил: "Я сам всю жизнь играл не только без наколенников, но и без щитков. Не позволю стеснять движения игроку и не позволю прививать телячьи нежности".

Правда, не все тренеры так поступали. Строго следили за здоровьем игроков тренеры сборных команд страны" (ГАРФ. Фонд 7576, опись 13, дело 147).

ПЕРВЫЙ МАТЧ, ПЕРВОЕ УДАЛЕНИЕ

С серьезными трудностями, помимо хронических, столкнулись при подготовке к сезону команды, отдавшие игроков в сборную. Особенно тяжело пришлось "Спартаку": весь основной состав (кроме вратаря) участвовал в олимпийском турнире. Чемпион приступил к плановым занятиям на следующий день после наступления Нового года, 2 января, а олимпионики присоединились к своим 15 февраля, всего за полтора месяца до начала первенства.

Волей календаря спартаковцы вступили в чемпионат на неделю раньше остальных. Границы и без того куцего подготовительного периода еще более сузились.

31 марта "Спартак" открыл сезон в Тбилиси. Впервые в истории отечественного футбола в составе одной команды на поле вышли девять олимпийских чемпионов и столько же заслуженных мастеров спорта. Десятый, Анатолий Ильин, был нездоров.

По тому, как развивались события, трудно было определить, в каких футболках играет чемпион. На фоне темпераментной, динамичной игры хозяев москвичи, за исключением нескольких эпизодов, выглядели тяжеловатыми, инертными. Правда, они первыми забили, но тбилисцы вскоре дефицит ликвидировали и не использовали несколько благоприятнейших шансов, чтобы уйти на перерыв с солидным преимуществом. Не хватило хладнокровия.

"Спартак" все же победил: не по игре - по воле случая. Ближе к концу вратарь Маргания выронил мяч за линию ворот после несильного удара Паршина.

Обычно первые праздничные календарные дни проходят без эксцессов. А тут в течение месяца отмечено несколько ЧП. За пять минут до окончания только что описанного матча случился инцидент. Цитирую отрывок из отчета в "Советском спорте" (02.04.57), подписанного Гаруном Акоповым и Львом Филатовым: "Незадолго перед концом матча с поля был удален центральный защитник Дзяпшипа, ударивший одного из спартаковцев в момент, когда игра была приостановлена". Уточняю: удар в лицо получил Анатолий Исаев.

Нарушителя наказали "по всей строгости" - дисквалифицировали на одну игру. Тихо, мирно, в кабинетной тиши. К позорному столбу игрока не пригвоздили, общественного суда не устроили. Ударил и ударил - не он первый, не он последний. Ни к чему бурю в стакане возбуждать.

Через десять дней менее значительное правонарушение (удар ногой соперника в борьбе за мяч) вызвало девятый вал. Разразился грандиозный скандал, чрезмерно раздутый властями. Лет десять назад я о нем рассказывал. Повторюсь, ибо случай не частный, касается не только футболиста, ставшего вдруг неугодным начальству. Речь пойдет о вопиющей несправедливости властей предержащих, двойных стандартах при вынесении наказаний (или их отсутствии) за идентичные нарушения, бытовавших в советском футболе и не изжитых по сей день.

АТУ ЕГО!

11 апреля в Одессе торпедовцы играли с минским "Спартаком". На 10-й минуте нападающий москвичей Стрельцов увенчал стремительный марш-бросок на вражеские позиции мощным орудийным залпом. Через одиннадцать минут одесский судья Михаил Шляпин удалил центрфорварда с поля за опасную игру против соперника, успевшего за полтайма изрядно допечь торпедовца. Случай рядовой - привычная коммунальная склока, каких на футбольных полях немало. Пристального внимания начальства такие мелочи не привлекали, гласности не предавались, бузотеров никто особо не тревожил.

Мгновенная и необычайно бурная реакция на удаление в Одессе, последовавшая вслед за ней широкомасштабная антистрельцовская кампания с привлечением народных масс и неадекватные проступку карательные меры предполагают участие в акции невидимого режиссера.

Заказчики, как и ныне, оставались вне пределов досягаемости. С исполнителями проще - волей-неволей они оставляют на месте преступления вещественные улики.

Клич "Ату его!" исторгли средства массовой (в то время и в самом деле массовой - центральные газеты издавались миллионными тиражами) информации. В тщедушном отчете, озаглавленном "Это не герой матча", "Советский спорт" от 12 апреля самой игре посвятил семь строк, проступку футболиста - вдвое больше: "Гол, забитый Стрельцовым, решил исход встречи. Но можно ли назвать центрального нападающего торпедовцев, неоднократного участника сборной СССР, героем матча? Нет! Через двадцать минут заслуженный мастер спорта Эдуард Стрельцов позволил себе безобразный поступок - ударил спартаковца Артемова, нанеся ему серьезную травму. Хулиган был удален с поля. И этот возмутительный поступок испортил впечатление о матче".

Срочно организуются письма возмущенных трудящихся. Скорость необыкновенная. Сразу после игры (по прочтении отчета в газете успеть невозможно, разве что телеграмму-молнию отправить) читатели-активисты дружно заскрипели перьями, и по истечении недели им дали возможность высказать многочисленным бездеятельным, инертным своим собратьям все, что они думают о поступке олимпийского чемпиона. "Зрители увидели на поле не футболиста высокого класса, а зазнавшегося барина, прогуливавшегося по полю в ожидании мяча, хулигана, попирающего нормы спортивного товарищества", - негодовал один из них. Оскорбительный для футболиста развязный тон автора отчета в "Советском спорте" и читателей походил на возмущенный хор, изрыгавший потоки брани в адрес подсудимых во время известных политических процессов 30-х годов.

Запущенная кем-то машина стремительно набирала обороты. В тот же день, сразу после игры, экстренно проводится собрание торпедовской команды. К чему такая спешка? Незапланированные собрания созывались обычно по поводу ЧП союзного масштаба, к коим проступок Стрельцова не отнесешь. На следующий день, 12 апреля, от судьи потребовали объяснительную записку, что тоже делалось в исключительных случаях (бесчинства зрителей, срыв матча, безобразное судейство, вызвавшее широкий общественный резонанс...).

Через несколько дней Секция футбола СССР, организация общественная, не столько решавшая, сколько послушно исполнявшая распоряжения многочисленных начальников, исполнила работу киллера: лишила Стрельцова звания заслуженного мастера спорта, объявила ему строгий выговор и дисквалифицировала на три игры. Но очень скоро, уже 20 апреля, свое (?) решение изменила: звание ЗМС вернула. Документ (ГАРФ. Фонд 7576, опись 13, дело 122) наводит на мысль, что где-то вверху - возможно, почувствовав, что перегнули палку, - решили чуть тормознуть и звания пока не лишать. Успеется. Причем велено было пересмотреть решение настолько срочно, что не успели собрать людей. Четырех членов Президиума, в том числе председателя Секции Валентина Гранаткина, к тому времени в Москве не было. Странно. Сначала единогласно вынесли санкции, через пару дней договорились собраться вновь, а сами разбежались кто куда. Потому и ограничились устным (телефонным) опросом и так же дружно, единогласно отреклись от принятого ими же пару дней тому назад постановления.

Впрочем, ничего странного. Кому придет в голову обвинять оркестр в том, что он послушно повинуется движению дирижерской палочки?

23 апреля "Советский спорт" радостно оповестил о решении Секции, выделив прописными буквами заголовок:

"Э.СТРЕЛЬЦОВ ДИСКВАЛИФИЦИРОВАН НА ТРИ ИГРЫ

Неспортивное поведение игрока московского "Торпедо" Э.Стрельцова вызвало единодушное осуждение любителей футбола и спортивной общественности. Редакция "Советского спорта" получила много писем читателей, обвиняющих Стрельцова в зазнайстве и высокомерии. Члены Всесоюзной секции футбола также осудили неспортивный поступок футболиста. Сам Стрельцов признал несовместимость его поступка с высоким званием советского спортсмена.

Всесоюзная секция футбола решила объявить Стрельцову строгий выговор и дисквалифицировать его на три игры".

"ЗА ТОВАРИЩА ЗАСТУПИЛСЯ"

Для определения соразмерности преступления и наказания необходимо воссоздать истинную картину произошедших на поле одесского стадиона событий: не по газетному же отчету или мнению читателей, подавляющее большинство которых и матча-то наверняка не видело, делать выводы.

Торпедовцы, вынужденные на собрании осудить товарища, больше говорили о работе минских костоломов. Тренер Виктор Маслов, завершая собрание, сказал: "После забитого гола Стрельцовым противник особенно сосредоточил свое внимание на игре Стрельцова, часто допуская недозволенные приемы".

Выходит, били Стрельцова, он ответил, за что и был наказан. Может, руководители и футболисты "Торпедо" сгустили краски, чтобы смягчить товарищу наказание? Ничего подобного. Все так и было. Это подтвердил возникший нежданно-негаданно через тридцать лет очевидец одесского матча - минчанин Николай Угланов. О той игре он вспоминал летом 87-го на страницах "Советского спорта" в материале "Трудное счастье Эдуарда Стрельцова". "Что со Стрельцовым на поле вытворяли защитники! Толкали, цепляли, хватали за трусы, били по ногам... Проиграл тогда "Спартак". Единственный, но красивый гол ему забил все тот же Стрельцов: ох, как он обыграл двух защитников! А удар у него, сами знаете, был пушечный! Но спустя несколько минут допустил грубость - за товарища заступился, за Иванова. Того защитник "Спартака" Артемов локтем под дых ударил. Можно сказать, буквально нокаутировал. Ну а Стрельцов возьми да ответь Артемову..."

Ай да болельщик! Все видел, все помнил, все знал. Стрельцов в самом деле за товарища заступился. В 89-м Валентин Иванов в беседе с корреспондентом журнала "Спортивные игры" подтвердил рассказ минчанина почти в тех же выражениях: "Был там один защитник, фамилии даже не вспомню, который так меня допекал с первых же минут, что, как говорится, хоть стой, хоть падай - бил по ногам без всякого зазрения совести. Боролись за верховой мяч, и он буквально нокаутировал меня, ударил локтем в солнечное сплетение. Подходит Эдик, а я не то что привстать, воздуха глотнуть не могу. Он посмотрел на меня и отошел. А через минуту-другую Эдика судья удалил с поля. Стрельцов, который никогда не грубил на поле, по-своему расплатился с хулиганом его же способом... Он вступился за товарища, не за себя. Стрельцов, когда ему втыкали, как у нас говорят, по обеим, не отвечал. А тут - за товарища... Закон дружбы был для него свят".

ПОЛУПРАВДА

Свой взгляд на вещи изложил в объяснительной записке арбитр Шляпин: "На 14-й минуте первой половины игры между командами "Торпедо" Москва - "Спартак" Минск за нетактичное поведение, выразившееся в замахе на игрока №3 "Спартака" т.Иванова (однофамилец торпедовца Валентина Иванова. - Прим. А.В.), мной был предупрежден игрок №9 "Торпедо" т.Стрельцов.

На 21-й минуте этой половины игры Стрельцов был удален с поля, причиной удаления было следующее: Стрельцов, идя с мячом в центр поля и видя, что его пытается атаковать игрок №5 "Спартака" Артемов, пустил ногу поверх мяча на колено Артемова. В результате чего Артемов получил травму колена...

В перерыве я зашел в комнату врача, где Артемову оказывалась медицинская помощь, и выяснил, что у Артемова ушиб колена со ссадинами от шипов" (ГАРФ. Там же).

Правду Шляпин сказал не всю. Объективности ради судье следовало живописать и художества минских защитников Иванова и Артемова, но тогда пришлось бы объяснять причину своего бездействия. К чему головная боль? Так истинные насильники предстали жертвами. И наоборот.

Протокол собрания торпедовского коллектива, объяснительная записка Шляпина и заявление Стрельцова, в котором он, не отрицая своей вины, просил оградить себя в будущем от грубых и провокационных действий защитников, легли на стол футбольных руководителей. Об их вердикте вы знаете.

Так справедливо ли был наказан Стрельцов? Если рассматривать его проступок изолированно, вне контекста времени, гуманного, доброго, либерального к заплечных дел мастерам, профессионально делавшим свое черное дело, - вполне. Шляпин, каравший в тот день избирательно, если усмотрел в действиях Стрельцова в игровом единоборстве с Артемовым злой умысел, обязан был его изгнать. Вопросов нет. Не могло быть претензий и к властям, правильно отреагировавшим на объяснения арбитра. Если бы только руководители были последовательны и принципиальны всегда, во всех случаях. Увы и ах. Реальная картина слишком далека от идеальной.

ПРАВОСУДИЕ ПО-СОВЕТСКИ

Я проанализировал все удаления в классе "А" и реакцию на них компетентных футбольных органов за период с 1954 по 1958 год - пятилетие, совпавшее с первым периодом трудовой деятельности и творчества Эдуарда Стрельцова. За это время в классе "А" судьи изгнали 45 футболистов. Нарушений, превышавших по степени тяжести стрельцовское, насчитал 28. Что ни говори, формально Стрельцов фолил в борьбе за мяч. Подобных стыков лицом к лицу в каждом матче видимо-невидимо. Судьи относятся к ним с пониманием ("футбол - не балет"), порой штрафуют, реже прикладывают "горчичник", удаляют в исключительных случаях. Другое дело - руко- (ного-) прикладство вне игровой обстановки, или, как пишут арбитры в протоколах, "после остановки игры". Такие действия и футбольный, и уголовный кодексы квалифицируют как хулиганские. Их-то за пять лет набралось около трех десятков - 28 раз за это удаляли. Как часто прощали - знать не дано. Нарушения вопиющие, бесчеловечные, среди них и "удар в лицо головой", и "удар кулаком в лицо, пошла кровь", и "умышленная грубость, соперник потерял сознание", и многое другое в том же роде. Реакция СМИ и властей на все эти варварские действия такова:

1) В 11 случаях центральные газеты, включая "Советский спорт", об этих безобразиях даже не упоминали, будто их и вовсе не было.

2) В 15-ти - информация подавалась на уровне констатации факта: "С такой-то минуты из-за удаления Х команда осталась в меньшинстве". Или: "За грубость был удален с поля (вариант - судья вынужден был удалить с поля) имярек". Только двум потасовкам с участием игроков сборной СССР было уделено несколько строк.

3) Никого из хулиганов хулиганами не назвали.

4) Фемида, обрушившая свой гнев на торпедовского центрфорварда, в течение пяти лет пребывала в состоянии летаргического сна: 12 злостных нарушений из 28 остались безнаказанными - без дисквалификации! 11 футболистов дисквалифицировали на одну игру, четверых - на две, и только одного - на три матча.

Никого из них не лишили спортивных званий, не выводили из состава сборной.

Во всех случаях дела рассматривала дисциплинарная комиссия. Только Стрельцовым занималась Секция футбола. Можете представить, чтобы делом о скандале на бытовой почве, тянувшем на небольшой денежный штраф, максимум на 15 суток общественно-полезных работ, занимался бы Верховный суд СССР?

5) Экстренных собраний не созывали.

6) От судей объяснительных записок не требовали.

7) Общественность не будоражили, писем не писали, во всяком случае, их не публиковали.

ПАСЫНОК

Забавную историю рассказал на совещании тренеров и начальников команд, посвященном "мерам по улучшению воспитательной работы", известный в те годы тренер Олег Ошенков. Одного футболиста, разбившего в кровь лицо соперника, решили крепко наказать. Наказали, дисквалифицировав на... один матч. Через две недели его стали расхваливать в печати, затем наградили орденом и присвоили престижное спортивное звание. А летом 57-го, перед отборочным матчем чемпионата мира, включили в состав сборной.

Да что тут толковать. И в очерченный нами пятилетний период, и до него, и после, отцы советского футбола проявляли нежные родительские чувства к шаловливым своим чадам. Отчего же как с пасынком обошлись со Стрельцовым? Может, пострадал он от необузданного минутного гнева начальства или стал случайной жертвой объявленной 11 апреля краткосрочной кампании - "Неделя борьбы за чистоту советского футбола"? Ни то, ни другое.

Анализ и сопоставление перечисленных событий и фактов сомнений в предвзятом отношении к Стрельцову не оставляют. Центрфорвард "Торпедо" и сборной Союза оказался под колпаком.

О ходе первенства в первые два месяца и весенних обострениях в некоторых регионах страны расскажу в следующий раз.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...