Газета
7 ноября 2008

7 ноября 2008 | Футбол

ФУТБОЛ

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1947 год. Часть вторая

"НАДО, ТОВАРИЩИ, МЕНЯТЬ ТАКТИКУ"

Повествуя о делах футбольных, мы не зацикливаемся на отдельно взятом месяце. Главный критерий - значимость событий. Но сегодня вынужден сделать исключение: в фокусе нашего внимания - июль 1947-го. Нагрузка выпала на него немалая.

ПОДРАЖАНИЕ БЕНДЕРУ

Начну пожалуй, с Всесоюзного совещании по футболу: На повестке дня - два вопроса: 1. О ходе первенства СССР по футболу 1947 года. 2. Обсуждение предложений о развитии футбола в СССР. Докладчик - заместитель председателя Всесоюзного комитета физкультуры Никифоров.

Не буду утомлять читателя пересказом доклада физкультурного сановника, но и пренебречь его рекомендациями касательно тактики, техники, физической и волевой подготовки, должных, по мнению оратора, способствовать росту советского футбола, не могу. Такими, например:

"Что становится нетерпимым - это стандарт и примитивность тактики. Вы извините меня, самый маленький мальчик, интересующийся футболом, знает, какую тактику будет применять "Торпедо", знает, что будет на Пономоря ставить. Надо, товарищи, думать и менять тактику. Надо строить тактику не только на одного Пономарева, надо, чтобы он менял позиции, путал шансы. Нельзя строить тактику только на тарана, на столба. Минчане раскусили это дело, прикрепили Голицына, Голицын, как говорят, смял Пономоря в первом тайме. В результате минское "Динамо" сыграло с "Торпедо" 0:0. Мне кажется, торпедовцам нужно очень внимательно пересмотреть это дело...

Я думаю, что есть аксиома, о которой нужно сказать, что при всех прочих равных условиях выигрывает команда та, которая физически хорошо подготовлена. При хорошей физической подготовке тренировку надо строить специализированно. Скажем, нападающий должен обладать скоростью. Югославы в Ленинграде чуточку быстрее выбегали, и это все решило. На одну долю десятых нападение будет бегать лучше, и это все решит. Причем, повторяю, здесь надо подходить специализированно - нападающему обязательна скорость, защите и полузащите - выносливость. Это очень серьезный вопрос.

Вопрос техники. Опять здесь надо подходить специализированно. Одним надо особенно отработать удар головой, другому надо отвести удар, ну и, товарищи, волевые качества. Я думаю, что наши команды, выезжавшие за границу, продемонстрировали, что такое воля к победе. Это же игра. Причем в игре надо иметь немного нахальства, то есть волю, исключительную волю победить".

Невольно вспоминается лекция, в которой Остап Бендер объяснял васюкинцам разницу между дебютом и идеей. Вот только уровень теоретических познаний товарища Бендера в области шахмат намного уступал уровню его благодарных слушателей.

Каково же было ведущим нашим специалистам выслушивать на протяжении часа подобные поучения и нравоучения. Каково было деликатному, интеллигентному Борису Андреевичу Аркадьеву, обвиненному чуть ли не в провале тренировочного процесса, в отсутствии в команде дисциплины, в постоянном нарушении ведущими игроками режима (попросту пьянке) и в слабой функциональной готовности игроков. По словам Никифорова, армейские футболисты уже через пять минут после начала матча "бегали с открытыми ртами". И это говорилось о команде, которая в те годы значительно превосходила соперников прежде всего в физической подготовке!

Упомянул я о Всесоюзном совещании не из желания уязвить или унизить спортивного функционера, а всего лишь для воссоздания атмосферы, в какой приходилось работать нашим тренерам.

БРАК ПО РАСЧЕТУ

В прошлый раз я обещал рассказать еще об одном приятном сюрпризе Деда Мороза. Его поручение (в связи с пребыванием в длительном отпуске) выполнило советское правительство, учредившее в июле 47-го медали и денежные премии для лучших спортсменов страны. Цели и задачи благотворительной акции станут понятны после небольшого экскурса в прошлое.

Народ, защитивший себя и Европу от коричневой заразы, обязан был повторить ратные подвиги на спортивных ристалищах. Так полагали советские правители. В июле 1946 года, накануне Дня физкультурника, председатель Комитета физкультуры Николай Романов рапортовал партии о достижениях советских спортсменов: установлено 94 рекорда СССР, 11 из которых превышали мировые.

Иностранных господ мировые, а тем более союзные рекорды наших спортсменов не волновали, регистрировать их никто не собирался из-за отсутствия юридических отношений с международными федерациями. Крутили мы еще с 20-х годов любовь с КСИ - Красным спорт-интернационалом.

Сразу после окончания войны во имя побед на крупнейших континентальных и мировых соревнованиях и утверждения рекордных результатов планетарного масштаба необходимо было породниться с мировым спортивным сообществом. Иными словами - поступиться принципами и вступить с ним в неравный (с позиций социальных, классовых) брак - по расчету. А поскольку в развитых странах незыблемой оставалась моногамия, сердечный союз с интернационалом пришлось срочно расторгать. Амуры амурами, но карьера превыше всего.

Брак с КСИ распался в октябре 45-го в Париже в преддверии "серебряной свадьбы". Разошлись цивилизованно, без мордобоя, ссор, взаимных упреков и раздела имущества. Обещали друг другу оставаться добрыми друзьями.

Освободившись от прежних уз, советские спорторганизации одна за другой потянулись в международные федерации. К концу 40-х годов 12 секций по разным видам спорта породнились с западными. В отечественных справочниках точные даты альянсов отсутствуют. Много в этом вопросе путаницы, расхождений.

Обнаружил число, месяц и номера подписанных ЦК ВКП(б) приказов в одной из папок бывшего партархива, ныне РГАСПИ, что на Большой Дмитровке (Фонд 17, опись 132, дело 99).

Технология процесса такова: Николай Романов строчил челобитные в центральный комитет партии, лучшие люди страны по каждому отдельному случаю созывали Политбюро. Там и решали - быть или не быть. Положительное решение скреплялось приказом.

Так вот, сначала вопреки бытовавшему мнению партийцы разрешили породниться с иностранцами секции не футбола, а тяжелой атлетики. Приказ подписан 13 сентября 1946 года. Только через неполных два месяца (4 ноября того же года) приказом №55/178 дали добро футболистам. Затем потянулись гуськом и другие организации, в большинстве своем по тем видам спорта, где мы рассчитывали на самые высокие места.

ПРИКАЗ №2493 - ГЛАСНЫЙ

Коль скоро был взят курс на штурм мировых вершин, вновь стал актуальным не сходивший с повестки дня вопрос о материальном поощрении штурмующих. Почему вновь? Да потому что государство подкармливало ведущих спортсменов еще до массового слияния советских спорт-организации с международными. Чтобы не быть голословным, сошлюсь на хранимый в другом партархиве, РГАНИ, на Старой площади (Фонд 5, опись 76, дело 209), документ под грифом "Секретно" справку "Об изменении порядка поощрения спортсменов и тренеров за высокие спортивно-технические результаты за период с 1945 года..." Составлена она в 1979 году В ней, в частности, говорится: "До сентября 1945 г. материальное поощрение спортсменов за высокие результаты не носило организованного характера. Правительственные решения и нормативные акты отсутствовали…

Постановлением СНК СССР от 28 сентября 1945 г., Приказ №2493, было разрешено награждение за рекорды СССР и мира".

Самого приказа в справке нет. Ее составители ведать не ведали, что обнародовал его в мельчайших подробностях еще 34 года назад (16 октября 1945 года) на первой странице "Красный спорт". Преподносился он как постановление Совнаркома "Об оказании помощи комитетам по делам физкультуры и спорта и улучшении их работы" и был перенасыщен огромным перечнем благодеяний.

Длинные, нудные, исполненные в классическо-бюрократическом стиле документы ласкали слух спортсменов, звучали как песня. Из глубокого уважения к читателю озвучивать их в полном объеме не стану, спою в этих песнях о главном - ограничусь статьями, касающимися непосредственно спортсменов.

1. Стимул моральный. По просьбе Комитета физкультуры Совнарком СССР учредил для мастеров спорта и передовых спортсменов нагрудные знаки первого, второго и третьего разрядов.

2. Стимул материальный. Родное правительство разрешило физкульткомитету выдавать спортсменам за высокие достижения денежные премии. Всесоюзный рекорд, превышающий мировой, оценивался от 15 до 25 тысяч рублей по курсу того времени. Сумма округлая, аппетитная, весьма и весьма привлекательная. Обычный всесоюзный рекорд стоил от 5 до 15 тысяч. Юношам и девушкам за всесоюзный рекорд в соответствующей возрастной категории выдавали ценный подарок стоимостью от тысячи до трех тысяч рублей. Предусматривались премии от двух до пяти тысяч целковых трем призерам по отдельным видам спорта. Обширный список прилагался.

Никак жизнь "Красному спорту" опротивела - государственную тайну разболтал! В стране, культивирующей любительский спорт, столь откровенные публичные признания исключались. На самом деле ничем газета не рисковала. У нас еще любовь-морковь с Красным спортинтерном крутилась, правда, на угасающих оборотах, и вступить к тому времени в международные спортивные федерации, где статус любительства блюли строго и за применение стимуляторов (деньги - самый сильный допинг) лишали титулов и медалей, мы не успели.

ПРИКАЗ СЕКРЕТНЫЙ

Следующая денежная инъекция вводится 2 июля 1947 года приказом Совета Министров СССР №2304-641. За 18 дней до Всесоюзного Дня физкультурника правительство пообещало лучшим спортсменам страны подарки - медали и денежные премии. Спортивная газета (теперь уже называвшаяся "Советским спортом") отреагировала с десятидневным опозданием, сосредоточившись исключительно на медалях: дала их изображение с обеих сторон с подробными характеристиками. Я буду краток.

Медаль I степени была изготовлена из золота 375-й пробы. Предназначалась чемпионам и рекордсменам СССР за результат, превышающий мировой рекорд.

Чемпионам и рекордсменам, не достигнувшим мировых высот, выдавали медаль II степени - меньших размеров и хуже качеством: серебро с позолотой.

Второму и третьему призеру полагались соответственно серебряные и бронзовые жетоны. О деньгах ни-ни. Дураков нет. Мы уже члены мирового спортивного сообщества и намеревались (кое-где уже успели) участвовать в международных турнирах разного ранга, включая Олимпийские игры, а туда допускались только любители, для которых спорт - развлечение в свободное от основной работы время.

Потому и могло создаться мнение, что с 1947 года в СССР государство запретило платить спортсменам деньги. Как бы не так! "Советский спорт" вынужден был в изменившихся условиях показать лишь видимую часть айсберга. Подводная таилась в партархивных глубинах. Негласно чемпионам и рекордсменам по шести видам спорта - футболу, борьбе, боксу, гимнастике, гребле и лыжам (беговые виды) - выдавались помимо медалей и денежные премии от 5 до 15 тысяч рублей.

До 1979 года было издано около десятка приказов о денежных вознаграждениях. С каждым разом увеличивались диапазон награжденных, виды спорта и размеры премиальных. Кроме разовых вливаний, члены сборной СССР с начала 50-х получали ежемесячные государственные стипендии, размер которых колебался от 1200 до 3000 дореформенных рублей. Об этом, если будет возможность, поговорим позже.

После обнародования постановления Совмина ситуация в турнирной таблице казалась настолько ясной, что вывод напрашивался однозначный - первыми "золотодобытчиками" в истории советского футбола станут московские динамовцы. Экс-чемпионы уверенно шагали к намеченной цели, крепко держал вожжи Михаил Якушин, все линии добротно выполняли свою работу: нападающие исправно забивали, защита и вратарь Хомич мало пропускали. После 14 туров у "Динамо" 26 очков из 28 возможных, 37 мячей забито (ни в одном матче не ушли с поля без гола), всего восемь пропущено. Отрыв от ЦДКА составлял пять очков, от тбилисцев - семь.

Ответ на главный вопрос, казалось, был получен, участь остальных - решать локальные задачи. Будь моя воля, довел бы рассказ об исходе чемпионата прямо здесь и сейчас. Да вот какая закавыка. В первых числах июля состоялось три события: Всесоюзное совещание по футболу, приказ Совмина о медалях и деньгах, вступление в решающую фазу начавшегося в сравнении с предыдущими двумя годами необычайно рано кубкового турнира. О двух рассказать успел. На очереди Кубок. А чемпионат, он только в октябре завершится. Не нарушать ведь по его милости хронологическое течение событий. Подождет, никуда не денется.

ОЧЕРЕДНОЙ ЗАСКОК ЖРЕБИЯ

В кубковый турнир допустили 80 команд: 13 - из первой группы, 67 - из второй. На кастинг массовке выделили июнь. Победителям элита оказывала величайшую честь - полуторачасовую аудиенцию. 1 июля начался заключительный этап. Вновь, как и в 46-м, проводился он во избежание транспортных расходов, связанных с постоянными переездами, в одном месте - в Москве.

О чудачествах жребия, взбалмошном, непредсказуемом поведении, как и о том, что не все у него в порядке с головой, я рассказывал не раз. Составляя сетку 1947 года, он вновь выказал свою неадекватность и подтвердил подозрения относительно клубных пристрастий. Когда результаты его труда обнародовали, сомнений не осталось: жребий был ярым спартаковским фаном.

В 46-м он четверку сильнейших советских команд поместил в нижнюю часть таблицы, а "Спартак" с разношерстной компанией - в противоположную. Так красно-белые и добрались до финала - весело, с песней, сбрасывая в пропасть "приготовишек".

То же, пользуясь безнаказанностью, открыто, внаглую повторил жребий в 47-м. С той лишь разницей, что четыре лучшие команды по итогам предыдущего сезона - ЦДКА, московское "Динамо", тбилисцев и "Торпедо" - изолировал от "Спартака" в верхней части таблицы, а своего любимца поместил в нижнюю.

Над фаворитами измывался как хотел. Уже в восьмой части финала столкнул лбами главных конкурентов - ЦДКА и "Динамо". На той же стадии организовал встречу друг с другом ребят из глубинки - челябинцев с ворошиловградцами. В итоге одну из сильнейших команд вынудил покинуть турнир уже в 1/8 финала, а аутсайдера обеспечил пропуском в четвертьфинал. Это уже походило на беспредел. Но найдут и на него управу, не таких ломали. Вы уж поверьте мне. Время было другое.

А провинциалы зря кровь в тяжелых междоусобных боях проливали. У пятерки выживших перспективы нулевые. При первом же легком соприкосновении с мастерами посыпались они, как перезрелые яблоки с деревьев. В пяти встречах - пять поражений с общим счетом 1:22. Только куйбышевцы растянули удовольствие, съели Алма-Ату в овертайме.

"Спартак", понятное дело, воспользовался предоставленными привилегиями. Он лихо, с превышением скорости, не боясь последствий, промчался по расчищенному жребием пути и благополучно достиг финала, забив на пути к нему 11 мячей и пропустив лишь один.

На соседней территории рубка шла яростная. Правда, ЦДКА неожиданно легко (4:1) преодолел самый тяжелый для себя барьер - динамовский. Владимир Демин, левый фланговый армейцев, сыграл (таково мнение его однополчан) лучший матч в карьере. Со своим визави Радикорским он делал что хотел, проходил раз за разом, выводил на удар коллег, бил сам. И дважды пробил не очень удачно сыгравшего Хомича. Дублем отметился и Всеволод Бобров. Один мяч он забил с подачи Демина, набравшего в этом матче по системе "гол+пас" три очка.

Торпедовцы в отличие от "Спартака" взбирались по крутой, скалистой кубковой тропе без страховки. После легкой разминки с военными моряками (6:0) они, встретившись с тбилисцами на узенькой дорожке, где и одному протиснуться непросто, чуть было не сорвались.

Южане, ведомые своим капитаном, неистощимым на выдумки затейником Борисом Пайчадзе, с первым судейским свистком эстонца Эльмара Саара оккупировали торпедовскую территорию, взяли в плен наличный состав и в течение 20 минут могли снять все вопросы. Центрфорвард носился по всей ширине поля, от края до края. Свято место не пустовало. На самом опасном перед воротами участке оказывались поочередно тбилисские форварды. Чаще остальных - Гайоз Джеджелава. Он-то на 10-й минуте, стоя спиной к вратарю Акимову и совершил сверхсложный акробатический этюд, "ножницами" через себя положив мяч в торпедовские сети.

В последующие пять минут Акимов обезвреживает два пайчадзевских снаряда, затем в течение нескольких секунд тбилисцы из убойных позиций производят один за другим пять залпов. Два отразил голкипер, три - защитники. Левый бек Гомес дважды, когда Акимов был не у дел, выносил мяч с линии ворот...

ПЕРВЫЙ ЛЕГИОНЕР?

Агустин (в СССР звали его Августин) Пагола Гомес - необыкновенной судьбы человек. С небольшой натяжкой можно считать его одним из первых советских легионеров. Родился в 1922 году в провинциальном испанском городке Рентерия. Во время гражданской войны в Испании вместе с тысячами беженцев оказался в СССР. В Москве закончил школу, энергетический институт. Первые два послевоенных года провел в "Крыльях Советов" у тренера Абрама Дангулова, оттуда в 47-м пригласил его к себе в "Торпедо" Виктор Маслов. Повезло и команде, и футболисту. Счастливый их союз длился восемь лет. За это время Гомес выиграл бронзу дважды Кубок, пять раз значился на позиции левого защитника в списках 33 лучших в СССР, получил звание заслуженного мастера спорта, а в 1952 году в составе сборной СССР отправился на Олимпийские игры в Хельсинки.

В 56-м вернулся на родину предков и вскоре, заподозренный в шпионаже на СССР, был заключен в тюрьму, подвергался жестоким пыткам франкистских палачей. Умер в 1975 году на своей второй родине, в Москве, похоронен на Даниловском кладбище.

И.О. ВРАТАРЯ

Гомес - тот редкий случай, когда превосходные человеческие качества (дружелюбие, скромность, интеллигентность, высокий интеллект, внутренняя культура, эрудиция...) сочетались с необыкновенным футбольным дарованием. Небольшой рост (169 см) и невысокую скорость компенсировал тонким чувством позиции, безошибочным выбором места, высокой техникой. За счет этих качеств он редко проигрывал поединки на земле и в воздухе. С ЭВМ в голове Агустин в доли секунды просчитывал развитие событий, принимал единственно верное решение и, как правило, успевал к мячу раньше соперников.

Юрий Золотов, в 50-е нападающий, позже тренер и начальник автозаводской команды, вспоминал спустя годы: "... об Агустине Гомесе шла молва, согласно которой он считался чуть ли не вторым вратарем в команде. Частенько страхуя партнеров в обороне и вратаря, Гомес как бы выполнял и функции голкипера, оказываясь на последнем рубеже перед воротами. Сколько таким образом он вынес мячей из торпедовских ворот, трудно подсчитать, как, наверное, и слов благодарности Акимова".

Подсчитать, ссылаясь на куцые в большинстве своем газетные отчеты, не то что трудно - невозможно. Перечислю избирательно три игры сезона-47.

В матче с "Динамо" московским, по свидетельству журнала "Огонек" (№ 41): "... трижды выручал Акимова, выносил мячи из пустых ворот". В репортаже о календарной игре с тбилисцами "Комсомольская правда" (03.06.47) писала: "... весь стадион грохочет, аплодирует защитнику Агустину Гомесу. Он спас ворота от неминуемого гола, выбив головой мяч с линии ворот. Через несколько минут Гомес снова выбил мяч, летящий в пустые ворота".

Еще два - с тбилисцами в кубковом матче - я назвал. Получилось семь в трех встречах. Так сколько же их было?

Что же до четвертьфинала, Гомес, с учетом результата, стал безусловным его героем. А мог стать Борис Пайчадзе, ни в чем не уступавший нашему герою ни в человеческих, ни в профессиональных качествах, не случись с ним в тот день не несчастье даже - трагедия. Никем из многочисленных журналистов не замеченная!

УЛЫБКИ ФОРТУНЫ

Вдохновителя и организатора многих тбилисских побед вывел из строя на 30-й минуте первого тайма, начисто выигранного гостями, Николай Морозов, впоследствии - тренер сборной СССР на ЧМ-66. Ссылаюсь на первоисточник, интервью с Борисом Соломоновичем (опубликовано в газете "Лело" в мае 1984 года), и находившегося недалеко от места событий Георгия Антадзе. Он в отличие от Пайчадзе обвинил в случившемся полузащитника "Торпедо".

Из московских журналистов о травме тбилисца обмолвился только Фепонов ("Советский спорт" 12.07.), стыдливо или по неведению назвав ее "ушибом ноги", из-за которого Пайчадзе "потерял активность". Да В. Шевцов из "Вечерки", не упомянув даже об "ушибе", упрекнул форварда в бездеятельности: "... в середине тайма перестал играть Пайчадзе, переместившийся на край, выполняя там скорее роль наблюдателя, чем участника матча".

Невдомек им было, что Пайчадзе получил тяжелейшую травму - разрыв связок. Испытывая нетерпимую боль, он остался на поле, приютился у левой бровки в надежде отвлечь на себя внимание кого-то из соперников. Так и случилось. До конца матча он находился под присмотром личного "телохранителя" - на всякий случай: мало ли что может выкинуть Пайчадзе, даже одноногий.

Такого класса игроков калечили часто. Ни Григорий Федотов, ни Всеволод Бобров, ни Борис Пайчадзе после тяжелых травм не смогли обрести прежнюю силу и удаль. Федотов вернулся в строй через полгода, Бобров - примерно через год, Пайчадзе - без малого через два. Армейцев сломали в 24 года, тбилисца - в 32. Тогда о возвращении в футбол он не думал.

Фактически получив численное преимущество, торпедовцы задышали полной грудью, игру выравняли и во втором тайме счет сравняли. В дополнительное время гостей вновь постигло несчастье: с поля унесли брата Гайоза - Спартака Джеджелаву. Но и против девяти тбилисцев хозяева ничего не могли поделать. И тут судьба в лице вратаря Сергея Шудры сделала им еще один подарок. Минут за шесть до конца динамовский страж почему-то бросился за мирно проходившим мимо ворот мячом и принял его так неловко, что тот отскочил к стоявшему перед настежь открытыми воротами Василию Жаркову - 2:1.

Если жребий открыто, не таясь, благоволил "Спартаку", то капризная, ветреная дамочка по имени Фортуна обворожительно улыбалась заводским футболистам - по крайней мере до финала.

В полуфинале с чемпионом "Торпедо" вновь получило численное преимущество уже на 20-й минуте, когда защитник ЦДКА Прохоров в жестком стыке стал временно нетрудоспособным. По ходу матча началась перестройка. Из-за отдаленности тренера Аркадьева от места событий занялся ею капитан команды правый крайний Алексей Гринин. Он занял место Прохорова в защите. Больной Федотов в игре не участвовал, Бобров был не в духе, в результате самое сильное звено армейцев, нападение, попросту развалилось. Гринин, ослабив атаку, оборону не укрепил. Нарушились связи между линиями. Соперник этим воспользовался. В середине первого тайма Пономарев с Василием Жарковым вышли вдвоем на вратаря Никанорова. Пономарев не пожадничал, отдал мяч товарищу и тот вновь, как с тбилисцами, попал в обнаженные ворота.

НЕ ДО ФИНАЛА БЫЛО НА "ДИНАМО"

Торпедовцы показали неплохую реализацию численного преимущества, что в футболе случается не так часто, и достигли финала. Назначен он был на 20 июля - День физкультурника. Праздник на стадионе "Динамо" отмечали с невиданным размахом. Представители 16 союзных республик в национальных костюмах продемонстрировали членам Политбюро, в полном составе заселившим правительственную ложу главам дружественных стран, иностранным гостям и десяткам тысяч зрителей "сплоченность, могучую силу спайки многонациональных команд Советского Союза,.. Свою горячую любовь к товарищу Сталину, волю к упорному спортивному совершенствованию, смелому и решительному штурму рекордов, к новым спортивным победам, которые умножат спортивную славу нашей великой Отчизны", - писал 22 июля "Советский спорт".

Зрелище и в самом деле получилось красочным, что запечатлели цветные кадры кинохроники, не сходившие с экранов до конца года. В общем, не до финала было. Да и кто бы осмелился отвлекать на лишние два часа от важных государственных дел равнодушного к футболу товарища Сталина и его соратников, утомленных феерическим спектаклем?

Перенесли последний кубковый матч на следующий день - рабочий. А чтобы люди после полноценного трудового дня успели на стадион, назначили встречу на 18.00.

РЕКОРДЫ "СПАРТАКА" И Алексея СОКОЛОВА

С утра тучи заволокли небо и скрыли за собой поклонницу "Торпедо". Видимо, занятая будничными хлопотами, она в тот день и вовсе не улыбалась. Торпедовцы были обделены животворной улыбкой влиятельной особы, а их поклонники - билетами.

"Выдачабилетов на заводе производилась в последний момент, в день игры, - жаловалась автозаводская многотиражка "Сталинец". - С утра на заводе телефоны были заняты разго ворамио билетах. Моросивший дождь не мешал десяткам людей занять "исходные позиции" у помещения "Торпедо".

- Я сегодня выходной, - говорит один.

- Я приехал из дома отдыха, - говорит другой.

- Как достать билет? - спрашивает третий.

А сколько личных переговоров, упрашивания, просьб. Прошел слух - билетов привезли очень мало, 500 или 1000. Что это за издевательство над нашим заводом. Начались осуждения администрации стадиона "Динамо", системы распределения билетов на заводе. В порядке излияния своих обид и даже негодований досталось многим".

В какой форме или в каких выражениях изливал обиды рабочий класс, автор заметки товарищ А. Иванов рассказать не решился. Да и не было в этом нужды.

Что же до "Спартака", он имел преимущество и в численности группы поддержки, и игровое на поле и еще раз доказал, что не зря считается командой кубковой и "дождеустойчивой".

Небеса в тот день лили воду на спартаковскую мельницу Николай Дементьев и Олег Тимаков (в каком-то немыслимом прыжке, изогнувшись, вогнал головой в ворота Акимова опускавшийся на землю мяч) уже в первом тайме установили окончательный счет - 2:0.

21 июля 1947 года состоялось три рекорда: командные и личный. "Спартак" так и остался единственной в нашем футболе командой, дважды выигравшей Кубок два года подряд (1938/39, 1946/47), кроме того, его первые четыре выхода в финал оказались победными.

Нападающий Алексей Соколов выиграл Кубок со своими командами в пятый раз: четырежды - со "Спартаком", а еще в 36-м - с "Локомотивом".

СПАРТАК - ТОРПЕДО - 2:0 (2:0)

Голы: Дементьев, 22 (1:0). Тимаков, 40 (2:0).

"Спартак" (Москва): Леонтьев, Холодков, Сеглин, Вас. Соколов (к), Тимаков, Рязанцев, Конов, Глазков, А. Соколов, Дементьев, Рысцов.

"Торпедо" (Москва): Акимов, Ильин, Евсеев, Гомес, Яковлев, Морозов (к), Панфилов, Г. Жарков, Пономарев, Петров, В. Жарков.

Судья: Латышев (Москва).

21 июля. Москва. Стадион "Динамо". 70 000 зрителей.

В следующий раз прокручу остросюжетную ленту о союзном чемпионате работы лучших советских "режиссеров" - Бориса Аркадьева и Михаила Якушина.

КУБОК СССР-1947

СХЕМУ СМ. В PDF-формате

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...