Газета
8 июня 2007

8 июня 2007 | Футбол

СПОРТ-ЭКСПРЕСС ФУТБОЛ

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1945 год. Часть пятая

НА БРИТАНСКИЕ ОСТРОВА - В МОСКВОШВЕЕВСКИХ ШЛЯПАХ

В перечне событий 1945 года мы подошли к главному, кульминационному, не во времени (случилось оно глубокой осенью), по значимости - турне советского чемпиона в Великобританию. Ситуация, скажу вам, незавидная: игнорировать тему центральную, на все времена, только потому, что за шесть десятков лет исколесили ее вдоль и поперек, не имею ни права, ни желания. При всем при том понимаю: как бы ни изощрялся, не удастся избежать повторов хотя бы в изложении фактов - перечне матчей, забитых голов... И все же.

ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ

Это будет не калька, не снятый под копирку материал. Постараюсь быть предельно объективным, насколько может быть беспристрастен родитель, рассказывая о собственном ребенке. Повествовать намереваюсь в несколько иной тональности, без экзальтации, эйфории, какая во все времена, включая нынешние, сопровождала разного качества и уровня победы наших спортсменов (особенно футболистов) в международных встречах и турнирах.

Представлю широкий спектр мнений противоположной стороны (британских игроков, специалистов, журналистов), опубликованных в английских газетах. Многочисленные из них фрагменты в оригинале, а также переводы на русский язык, предназначенные для узкого круга высокопоставленных особ, находятся в госархиве РФ. Процитирую выдержки из книги писателя Дэвида Даунинга "Пасовочка". Полный текст перевел с английского и любезно предоставил мне Владимир Солдаткин.

В неизмеримо большем объеме использую материалы советских СМИ за 1945 год, воспоминания участников по горячим следам, их интервью в последующие годы и мемуары. Наконец, документы из того же архива (ГАРФ), весьма и весьма любопытные, способные пролить свет на оставшиеся еще не освещенными аллейки.

Выслушав рассказы, оценки и мнения, порой противоречивые, непосредственных участников, специалистов, очевидцев вы вольны делать выводы. Такое же право сохраняю за собой. Обещаю держать себя в руках, говорить вполголоса, никому ничего не навязывая.

ВСТРЕЧИ С ЛЮБИТЕЛЯМИ

Мы должны быть по гроб обязаны англичанам за распространенную в России в конце позапрошлого столетия, не поддающуюся лечению заразу под названием "футбол". С тех пор на протяжении нескольких десятков лет, вплоть до середины 40-х, не имея возможности видеть лучшие образцы футбола в исполнении английских профессионалов, у нас свято верили (как и сами изобретатели) в их непобедимость.

В 30-е годы, когда товарищ Калинин поставил перед советскими футболистами так и не решенную до сих пор задачу - стать лучшими в мире, страницы спортивной (и не только) печати запестрели разнообразнейшими материалами об английском футболе. Говорили о "небожителях" с придыханием, с дрожью в голосе. Выдав дежурные фразы о бесчеловечной буржуазной сущности профессионального футбола (без чего невозможно было получить доступ к газетным полосам), авторы взахлеб рассказывали об игровом почерке отдельных футболистов и клубов, тактике, тренировках с мячом и без, образе жизни, рационе питания... Журналисты держали советского читателя в курсе внутренней футбольной жизни англичан, радовались успехам их клубов и сборной в международных встречах, как своим.

Встречаться с богами тет-а-тет власть не позволяла. Впрочем, однажды, в середине 30-х, рискнули. Хозяева британских клубов вступили было в переговоры с нами, но, испугавшись санкций ФИФА, нажали на тормоза. А так ограничивались немногочисленными контактами с любительскими и рабочими (что примерно одно и то же) командами. До революции - без шансов, после - успешнее. В конце 20-х - начале 30-х годов обошлись с английскими рабочими не очень гостеприимно. В войну, если не считать сюрреальный московский матч в 44-м усиленных "Крылышек" с сотрудниками английского посольства (19:1), играли в северных портах с британскими моряками.

КРАСНАЯ АРМИЯ ВСЕХ СИЛЬНЕЙ

В 1944 году судьба столкнула нас в Тегеране в полуфинале "Кубка шаха". Советская воинская часть с Хомичем в воротах обыграла английскую - 1:0.

После войны, осенью 45-го, состоялись еще две встречи армейских команд дружественных стран на нейтральной территории: 30 сентября в Берлине и 14 октября в Вене. Победа осталась за Красной армией - 2:0 и 5:1.

В немецкой столице наши ворота защищал физрук одной из воинских частей гвардии старшина Владислав Жмельков - сильнейший вратарь довоенных лет, лучший спортсмен СССР 1939 года. Отказавшись в 40-м после призыва в армию играть за ЦДКА, он был сослан для несения службы в Читинский военный округ. С начала войны - на фронте, в самых горячих точках. В Сталинграде отмечен первой боевой наградой. Оправившись от тяжелого ранения, продолжил путь на Запад, участвовал в штурме Берлина и оставил автограф на стенах полуразрушенного Рейхстага. Гимнастерку Владислава украшали два ордена - Славы и Красного Знамени.

Жмельков, как и Хомич, англичанам забить не позволил. "Родоначальники" болезненно восприняли полученный в Берлине от русских щелчок и настаивали на реванше. Перед игрой доукомплектовались известными профессионалами - Эди Хэпгудом, Бернардом Джоем и Лесли Комптоном. Советское командование, почуяв запах гари, несколько раз просило назначенную на 7 октября встречу перенести на более поздние сроки. Когда англичане поставили вопрос ребром, дипломатично от нее отказалось.

А в Вене с союзниками сыграли. Там состав был у нас посильнее. В воротах - Власенко (до войны играл в ЦДКА, после - оказался в ВВС), в поле - известный киевский футболист Гребер, чьи ратные подвиги родина вознаградила орденами Отечественной войны и Красной Звезды. И большая группа футболистов, перешедшая в 47-м в составе ВВС в высший класс: Чаплинский, Жирнов, Леонов, Голованов, Артемьев, Стриганов. Капитанил и тренировал лейтенант Анатолий Тарасов, чья слава нарушит священные границы СССР.

Во втором тайме (первый обошелся без голов) советские воины положили английских на лопатки. Французский судья Брюнель просвистел отбой при счете 5:1.

К слову о французах. С соотечественниками Брюнеля наши ребята обошлись еще круче - 5:1 в Берлине и 7:0 в Вене.

КТО? ГДЕ? КОГДА?

Примерно в то же время, осенью 45-го, замаячила встреча с английскими профессионалами. Когда возникла идея? От кого исходила? На эти и другие вопросы предстоит нам ответить. Для затравки изложу версию, довольно распространенную, в интерпретации представленного вам Дэвида Даунинга:

"На матче "Челси" - "Вест Хэм" 13 октября был один из посланников Страны Советов. Эмиссар министерства спорта по фамилии Ревенко наблюдал за ходом игры вместе с секретарем Футбольной ассоциации Англии Стэнли Роузом. Во время их беседы возникло предложение пригласить один из советских клубов в Британию. Судя по всему, инициатива исходила от Роуза.

Ревенко доложил об этом своему начальству в посольстве и, получив добро, послал телеграмму в Москву. Затем он сообщил Роузу, что в скором будущем можно ожидать приезда столичного "Динамо", только что ставшего чемпионом СССР... Все переговоры, связанные с приездом советских футболистов, хранились в тайне".

В небольшом, плотно нашпигованном фактами отрывке, правда мирно сосуществует с вымыслом. Самое безобидная неточность - терминология: советник посольства по делам спорта Комитета физкультуры назван эмиссаром министерства. Что же касается самой идеи, вроде бы спонтанно возникшей на матче 13 октября (ее поддерживают и авторы ряда публикаций в нашей стране), то она противоречит истине по сути и времени.

Идея действительно принадлежала Стэнли Роузу (с 1961 по 1974 год - президент ФИФА). Поделился он ею в письме на имя Секции футбола СССР еще в 1943 году. Ответа не последовало ни на первое, ни на повторные предложения, сделанные на следующий год.

Наивный (скорее неосведомленный) мистер Роуз не догадывался даже, что вопрос не в состоянии решить не только бесправная общественная футбольная организация, но и "министерство спорта", то есть Комитет физкультуры, куда его приглашение и было отослано. Глава Комитета в годы войны Василий Снегов в течение двух лет неоднократно информировал советское правительство о предложении англичан, пытаясь использовать его в качестве главного аргумента для организации Кубка и первенства СССР: "Это поможет подготовиться футболистам к международным встречам, если в этих встречах будет необходимость (читай, если соизволите разрешить. - Прим. А.В.).В течение 1943 года советские футболисты имели несколько предложений от футбольных объединений Англии и Ирана", - писал Снегов 16 февраля 1944 года секретарям ЦК ВКП(б) Георгию Маленкову и Александру Щербакову. (ГАРФ. Фонд 7576, опись 1, дело 493).

РОУЗ НЕ СДАЕТСЯ

Роуз и в 44-м продолжал безответно бомбардировать спортивные инстанции, а Снегов - правительство. Не сумев взять неприступную крепость штурмом, Роуз совершает обходной маневр, прибегает к помощи влиятельного посредника - супруги премьер-министра Черчилля. Во время войны она создала благотворительное общество для оказания материальной помощи СССР. В середине апреля 1945 года, перед ее визитом в нашу страну, Роуз пишет ей письмо:

"От Футбольной ассоциации 22, Ланкастер-Гейт, Лондон

Многоуважаемая госпожа Черчилль. Вы, может быть, помните, что когда Вы были так добры приехать на заседание Спортивного комитета Красного Креста, я сказал Вам, что нами было послано письмо в СССР, приглашающее их национальную команду футболистов приехать в мае в Англию на матч.

Правление стадиона "Уэмбли" согласилось бесплатно предоставить пользование стадионом 26 мая, и я уверен, что матч привлечет огромное количество публики, которая охотно пожертвует от 20 до 25 тысяч фунтов стерлингов на достойную цель. Как Вы видите из прилагаемого письма, адресованного т.Караваеву, первому секретарю посольства СССР в Лондоне, предполагается, что сбор с матча предназначается для Вашего фонда помощи России или для какой-либо иной благотворительной цели.

Мне кажется излишним говорить о том, что если во время Вашего пребывания в СССР Вы будете иметь возможность содействовать осуществлению этого матча, мы все, заинтересованные в этом, будем Вам бесконечно благодарны.

С наилучшими пожеланиями благополучного путешествия и счастливой поездки.

Искренне Ваш С.Ф.Роуз". (ГАРФ. Фонд 7576, опись 1, дело 506).

18 апреля копия письма отправлена Николаю Романову. И эта попытка оказалась бесплодной. К назначенному на 26 мая матчу мы не были готовы. Открытие чемпионата намечалось на середину мая. Собрать наспех сборную СССР и послать ее на заклание лучшей команде мира (так у нас считали в футбольных и физкультверхах) - безрассудство.

По прошествии нескольких месяцев настроение на высших этажах власти изменилось. Собрав информацию через посольство в Лондоне об истинном положении футбола в послевоенной Англии, решили откликнуться на многократные предложения Роуза.

ЧТО ОБСУЖДАЛИ В ЛОНДОНСКОЙ ГОСТИНИЦЕ

С представителями Футбольной ассоциации Англии во главе с Роузом встретились сотрудники советского посольства Караваев и Ревенко. О содержании беседы Борис Караваев информировал секретаря ЦК ВЛКСМ Николая Михайлова и его тезку, председателя Комитета физкультуры Романова. К счастью, письмо сохранилось в архивных недрах. Прежде чем представить документ вашему вниманию, привел текст в соответствие с грамматическими нормами и подретушировал стиль. Не настолько, чтобы исказить особенности речи дипломата.

"Москва, ЦК ВЛКСМ

тов.Михайлову Н.А.

тов.Романову Н.Н.

13 октября 1945 года секретарь Футбольной ассоциации Англии г-н. Роуз пригласил нас на футбольный матч клубов "Челси" - "Вест Хэм Юнайтед", попросил перед матчем встретиться. Встреча, на которой присутствовали работники Футбольной ассоциации, состоялась в гостинице... Я посетил м-ра Роуза с переводчицей т.Кривощековой.

В беседе англичане поставили следующие вопросы:

1. "Когда же встретятся наши футбольные команды? Мы несколько раз вас приглашали, но результатов никаких".

На мой вопрос: "Когда же вы желаете?" он ответил: "В мае 1946 года".

2. "С кем будем играть? Мы желали бы встретиться с чемпионом вашей страны - командой "Динамо".

3. "Где будем играть? Мы желаем первую встречу организовать в Англии, так как к нам обратился Комитет англо-советской дружбы с просьбой собрать пожертвования на восстановление Сталинграда..."

Я высказал следующие соображения:

1. Встреча желательна, в конце октября или начале ноября. Зимой футболисты переходят на хоккей.

2. Лучше, чтобы играли не чемпион, а, например, "Арсенал" и наше "Торпедо" или кто-нибудь еще по усмотрению сторон.

Для оформления футбольной встречи следует написать письмо нашему послу и после получения ответа уточнить, кто будет играть, где и когда...

Кроме того, в беседе были поставлены следующие вопросы:

а) возможно усиление команд?

Нам ответили: "Переходы запрещаются, но игроки, находящиеся в армии, могут по приглашению любого клуба играть за него. "А вы?" - спросили они. Я ответил: "Переход возможен, но только после конца футбольного сезона";

б) возможны замены?

Мы ответили: "Да, только в случае травмы".

Они: "У нас замены запрещены. Исключение - дружеские встречи".

(ГАРФ. Фонд 7576, опись 2, дело 254).

Вопреки распространенному мнению рандеву состоялось не на стадионе - в гостинице, не только между Роузом и Ревенко, а в более широком кругу. Причем обсуждалась не сама идея встреч футболистов двух стран (этот вопрос уже был решен на высшем уровне), а детали.

КОНСЕНСУС

На переговорах консенсуса не достигли. Роуз желал видеть советского чемпиона в мае 1946 года. Наши рисковать не хотели: проигрыш лучшей команды СССР бросал тень на весь советский футбол. Потому и предложили встречу третьей команды ("Торпедо") с их "Арсеналом", который занимал в одной из лиг 16-е место среди 22 участников. И сроки нас не устраивали. В мае чемпионат только начинался, команды сырые. Другое дело - конец октября: после окончания первенства и Кубка футболисты еще в тонусе. Компромисса достигли в ходе дальнейших переговоров. Англичане согласились на осень 45-го, мы решились показать им своего чемпиона и не возражали против матча с "Челси" (к тому времени он находился в своей лиге на четвертой позиции).

Как только договорились, из советского посольства в Лондоне хлынули в Москву потоки ценной информации. Наши "эмиссары" рассказывали обо всем: о технике, тактике, физподготовке английских команд, номерах на футболках... Реляции о сопернике - весьма обнадеживающие: "Вест Хэм" считается командой слабой, но выиграл у "Челси" - 2:1"; "29 октября "Дэйли миррор" сообщил о проигрыше "Челси" "Вест Бромвичу" - 1:8", - успокаивали дипломаты. Что ж, тем лучше, значит, играть с ним можно.

СВЕРХУ ВНИЗ

Когда в страну проникла весть о поездке советской команды в Англию? Точную дату назвать невозможно. Доподлинно известно, что распространялась она поэтапно сверху вниз. Из партийно-правительственного аппарата, где после мучительных раздумий и опасений за последствия все же дали добро, информация транзитом через ЦК комсомола достигла председателя физкульткомитета Николая Романова. Он оповестил Центральный Совет "Динамо". Чуть позже узнали о загранпоездке сами футболисты и в последнюю очередь - народные массы. Причем очень скоро, 13 октября, в канун финала "Динамо" - ЦДКА. Разгласила тайну "Комсомольская правда". Лондонский корреспондент газеты С.Кузьмин, побывав на матче "Арсенал" - "Астон Вилла", рассказал об игровом стиле, технике и тактике английских команд...

В последних строках он оглушил читателей сенсационным известием: "Англичане... готовятся к встрече с советскими командами. Заключают пари. Мне трудно сравнивать игру советских и английских футболистов... Цель моего письма более скромная Я хотел бы только дать нашим спортсменам хотя бы беглое представление о стиле игры нескольких английских команд".

Вот вам еще один весомый аргумент, опровергающий распространенное мнение, будто только 13 октября мистер Роуз на стадионе "Стэмфорд Бридж" поделился идеей с советскими дипломатами. Информация, по всей вероятности, просочилась в "Комсомолку" и получила зеленый свет от первого секретаря ЦК ВЛКСМ Николая Михайлова.

Тем удивительнее неосведомленность радиокомментатора Вадима Синявского. 13 октября перед финалом Кубка он писал в "Московском комсомольце": "Завтра, очевидно, мой последний репортаж: в этом сезоне. Я говорю "очевидно", потому что матч может закончиться вничью, тогда футболистам придется сыграть еще раз, а мне еще раз подойти к микрофону".

В конце небольшой заметки он вновь с грустью, как при расставании с близкими родственниками, произнес: "Завтра я, очевидно, распрощаюсь с вами, дорогие болельщики, до весны". Не успел Вадим Святославович пролистать свежий номер "Комсомолки" или, будучи в курсе, не верил, что возьмут его на острова?

Остальные издания проявили сдержанность. Только к концу октября появились репортажи с тренировочной базы динамовцев о подготовке к встречам с английскими профессионалами. Осторожно благоразумная "Правда" подала голос 5 ноября, на следующий день после прибытия советской делегации в Лондон.

С "Правдой", не особо балующей своим партийным вниманием футбол, все ясно. Но что же "Красный спорт"? Держался стоически, до последнего и разродился, не поверите, только 13 ноября, в день первого матча!

О ТРЕНИРОВКАХ, КОСТЮМАХ И САМОЛЕТАХ

Готовилось "Динамо" на своей базе в Мытищах. Главная задача - сохранить игровую форму. Подбрасывал хворосту в еще не погасший костер Якушин. Он знал, как это делать. Большое внимание уделил "физике". Благо погода подсобила - Москва давно уже в снегу, поля успели обледенеть. Ребята, вооружившись лопатами, с раннего утра приводили в порядок рабочее место. Получив заряд бодрости, приступали к другим разделам "физики" - гимнастика, бег, прыжки... И о мяче не забывали, двусторонки проводили в полном боекомплекте, народу собралось много - 23 человека: основной состав (Хомич, Радикорский, Семичастный, Станкевич, Блинков, Л.Соловьев, Трофимов, Карцев, Бесков, Малявкин, С.Соловьев), запасные (Кочетов, Медведев, Никульцев, Петров, Назаров, Бехтенев, Дементьев, Савдунин, Ильин), персонально приглашенные одноклубники из Ленинграда (Лемешев, Орешкин, Архангельский). 24-й, вызванный из ЦДКА, Всеволод Бобров, присоединится к команде позже.

"Комсомолка" и "Вечерка", опубликовавшие динамовский состав 31 октября (за четыре дня до отбытия), Боброва не упомянули. Вообще-то он вместе со своим ЦДКА готовился к поездке в Югославию. Включили его в динамовский состав в последнюю очередь. Судя по словам Якушина, произнесенным в разное время в разных изданиях, он брал лучшего бомбардира первенства в качестве... резервиста. Только желтуха, свалившая Малявкина в Англии, вынудила тренера включить армейского форварда в основу. О вкладе Боброва в динамовский котел поговорим позже.

Помимо футболистов в состав делегации, довольно многочисленной, в несколько десятков человек, вошли тренеры Якушин (старший), Фокин и государственный тренер Товаровский, судья Латышев, радиокомментатор Синявский, трио кинооператоров во главе с Яшуриным, врач, массажист, переводчица Елисеева и энное количество работников конторы. Возглавил делегацию заместитель председателя Комитета физкультуры Константин Андрианов.

Чемпионов приодели, как в 40-м "Спартак" (вернее, сборную под этой вывеской) накануне визита в Болгарию, и в 44-м тбилисцев, перед поездкой в Иран. В отличие от них динамовцам прикид шили не в ателье, купили в магазинах советский ширпотреб. Всем одного цвета и покроя, чтобы тщательно скрыть индивидуальные особенности и вкусы футболистов.

Константин Бесков в книге "Моя жизнь в футболе" иронизировал по этому поводу: "Повсюду нас узнавали (впрочем, было бы странно, если бы не узнавали: все мы были в одинаковых желтых ботинках, широких немодных брюках, в выглядевших анахронизмом москвошвеевских шляпах)". Не упомянул Константин Иванович о длиннополых темно-синих драповых пальто. Не всем пришлись они по размеру.

Перед расставанием команду принял в Кремле и тепло напутствовал маршал Ворошилов. Накачек вперемежку с пожеланиями успеха - множество. Выслушивать их в разных кабинетах приходилось Михаилу Якушину и футболистам. Уже в аэропорту один из высокопоставленных провожающих попросил не проигрывать крупно. Лукавил. С кем придется иметь дело - знал (предполагались две встречи. Уже по ходу турне программа расширилась), как и о проблемах английских команд. Об этом попрошу рассказать Дэвида Даунинга, когда динамовцы взлетят. Но только после того, как разберемся с количеством самолетов и их названием.

По одним источникам, летели на двух, по другим (более достоверным) - на четырех самолетах. С названием, хоть и здесь имелись варианты ("Дуглас" и ЛИ-2), проще. Оказалось, одно "лицо" с разными "паспортами". Урожденный в Штатах, "Дуглас" эмигрировал в СССР в годы войны по ленд-лизу. Здесь его нарекли ЛИ-2, словно создавали не американские мама с папой, а питался он сызмала молоком родины-матери. Мне этот случай напомнил известный в советское время анекдот, где Фидель Кастро назван Федором Костровым. Да бог с ним, с Фиделем. "Дугласы" уже в воздухе, до посадки в Берлине для дозаправки исполню обещанное.

ВАМ СЛОВО, МИСТЕР ДАУНИНГ

"Когда 3 сентября 1939 года было объявлено о начале войны, проведение сезона-39/40 было прервано по решению руководства футбольной лиги. Однако уже через несколько месяцев чемпионат возобновился, хотя уже в несколько иной, усеченной форме. Команды были поделены на региональные лиги, принимая во внимание приказ военного комитета, запрещавшего поездки, протяженность которых превышала 50 миль. На стадионы пускали не больше восьми тысяч зрителей... Многие футболисты были призваны в регулярную армию, флот и ВВС. Некоторые из них проходили службу в качестве спортивных инструкторов. В течение первого года войны множество спортсменов оказалось за рубежом, в основном в Азии и Африке. Тем же, кто остался в Великобритании, была существенно уменьшена зарплата, отменены премиальные и контрактная система. Однако положительной стороной таких из менений стало то, что теперь футболисты могли свободно переходить из клуба в клуб в различных лигах. Система "гостевых игроков", которая объяснялась тем, что многие футболисты служили в частях, расположенных далеко от их клуба, а потому у них не было возможности добираться до своего стадиона на переполненных и вечно опаздывающих поездах, действовала и во время приезда "Динамо"...

Тренеры, которые сами работали чуть ли не на общественных началах, никогда не знали, сколько футболистов они соберут на тот или иной матч. Приедет ли бригада арбитров... Нередко они выбирали игроков прямо из толпы зрителей...

Качество футбола на клубном уровне неизменно ухудшалось из-за постоянной перекройки и сокращения состава...

Были и другие трудности. Для того чтобы экипировать команду, нужно было иметь 158 карточек на одежду: пять - на бутсы, четыре - на футболку, три - на пару трусов, две - на пару гетр и восемь - на вратарский свитер. Большинство клубов с малым достатком не могли позволить себе подобной "роскоши". После падения Сингапура в 1942 году в страну прекратились поставки каучука, необходимого для производства камер для футбольных мячей. Когда в 1945 году в страну возобновился экспорт каучуконосов, возникли проблемы с дефицитом кожи. Еще в течение нескольких лет футболисты будут вынуждены играть в заштопанных носках старыми мячами... Зарплата все еще была предвоенного уровня... Самые лучшие профессиональные футболисты получали максимум восемь фунтов в неделю, однако зарплата большинства приближалась к минимальному уровню в четыре фунта".

Знали у нас об истинном положении вещей в английском футболе? 18 мая 1943 года "Красный спорт" опубликовал заметку лондонского журналиста Брюса Харриса о финале Кубка Англии "Арсенал" - "Шеффилд Юнайтед". Привожу небольшую из него выдержку : "Все игроки на военной службе. Обычно игрокам-военным не так-то легко получить отпуск для матча... По своему уровню игра отличалась от довоенной. Ни один из игроков не может соблюдать довоенный спортивный режим. Обычно команды, проложившие с таким трудом путь к финалу Кубка, отдыхали пару недель на взморье. Сейчас такой отдых, конечно, невозможен. Некоторые игроки прибыли на игру в день матча".

Кто помнил о заметке в "Красном спорте" через два с половиной года? Об истинном положении дел в английском футболе в годы войны у нас не писали ни в 45-м, ни в последующие годы.

Добавлю к сказанному: более 60 процентов наличного состава трех английских лиг призвали в армию, несколько сот человек погибли и были искалечены в боевых действиях.

Футболистов в Англии не берегли так заботливо, как в СССР. У нас негласным решением верхов игроков команд мастеров на фронт за небольшим исключением не отправляли. Московские клубы всю войну участвовали в чемпионате и Кубке города вместе с эвакуированными минчанами и присоединившимся к ним чуть позже ленинградским "Зенитом", который до этого с земляками-динамовцами несколько лет играл в футбол в Казани. Круглый год на не захваченных врагом территориях проводились товарищеские встречи. Тренировались, играли в городских соревнованиях, выезжали за пределы республики, принимали гостей из Москвы, Ленинграда, Сталинграда тбилисцы. В 44-м помимо традиционных московских турниров провели Кубок СССР, в 45-м - Кубок и первенство страны.

Московские "Динамо", ЦДКА, "Торпедо", тбилисцы не только сохранили боевые составы, но пополнились классными футболистами.

Пока вы слушали Даунинга и мои разглагольствования, самолеты после кратковременной остановки в Берлине взяли курс на Лондон. 4 ноября советских гостей встречали в Кройдонском аэропорту, что на юге Лондона, Стэнли Роуз, сотрудники советского посольства и группа вездесущих, назойливых журналистов. Очень скоро к встречающим присоединимся и мы с вами.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...