Газета
20 сентября 2005

20 сентября 2005 | Хоккей

ХОККЕЙ

БОББИ КЛАРК

"ДРАЧУН Я БЫЛ НУЛЕВОЙ..."

Слава МАЛАМУД
из Вурхиса

ДОСЬЕ "СЭ"

Роберт Эрл (Бобби) КЛАРК

Родился 13 августа 1949 г. во Флин-Флоне (провинция Манитоба).

Центральный нападающий.

Выступал за команду НХЛ "Филадельфия Флайерз" (1969 - 1984): 358 голов и 852 передачи (1210 очков) в регулярных чемпионатах, 42 гола и 77 передач (119 очков) в плей-офф.

Трехкратный обладатель приза "Харт-трофи" самому полезному игроку НХЛ (1973, 1975, 1976), двукратный член символической "Первой пятерки" НХЛ (1975, 1976), восьмикратный участник Матчей всех звезд. Двукратный обладатель Кубка Стэнли (1974, 1975).

В составе сборной Канады играл в серии Канада - СССР 1972 года, на Кубке Канады-76 и ЧМ-82. Участник Кубка вызова в составе сборной звезд НХЛ.

Член Зала хоккейной славы. Лауреат Ордена Канады 2-й степени.

Президент и генеральный менеджер "Филадельфия Флайерз".

В России его помнят как хоккейного хулигана, сломавшего ногу Харламову в 1972-м. В Северной Америке - как одного из величайших игроков в истории НХЛ. Кто же он на самом деле, Бобби Кларк, капитан "Бандитов с Брод-стрит", легенда и символ "Филадельфии"?

Истина, как всегда, лежит где-то посередине. Кларк был жестким, яростным, всецело преданным команде игроком. Он одинаково компетентно выбивал зубы и забивал голы. Он был суперзвездой в клубе, игравшем в антизвездный хоккей, но стал лидером, вдохновителем, душой этого страшного во всех отношениях коллектива. Он не стесняется своих деяний и не оправдывается за них. Так кто же он, Бобби Кларк? Судите сами. Бывший "бандит", а ныне генеральный менеджер "Флайерз" дал эксклюзивное интервью корреспонденту "СЭ".

ФЛИН-ФЛОН

Наверное, можно было бы найти и более подходящее время для встречи с президентом клуба НХЛ, чем первые месяцы после локаута. Выходных дней у клубных боссов сейчас просто нет. Но перспектива первого в жизни большого интервью для российского издания так понравилась Кларку, что он мгновенно согласился выделить мне час рабочего времени сразу после одной из первых тренировок "Флайерз".

Дело было на тренировочной арене оранжево-черных в городке Вурхис неподалеку от Филадельфии. Петер Форсберг и партнеры делили лед с игроками фарм-клуба. На соседнем катке занимались девочки из секции фигурного катания. Пресс-атташе клуба провел меня на второй этаж, в пустой офис, и уже через минуту в комнату вошел невысокий человек в бейсболке и шортах, присел на стул под портретом Линдроса (его портретами, как когда-то у нас изображениями Ленина, было увешано все помещение) и широко улыбнулся...

Факты его биографии широко известны североамериканскому болельщику. Все знают, что Бобби Кларк родился и вырос на дальнем севере, в крохотном канадском городишке со смешным названием Флин-Флон, откуда до провинциальной столицы - Виннипега - нужно было ехать десять часов на автобусе. Но сам Бобби от биографического колорита небрежно отмахнулся:

- Да ну, обычный шахтерский городок. Ничего особенного. Наверняка у вас в России где-нибудь на севере есть точно такие же. Вокруг было много озер, и все мальчишки играли в хоккей. В мое время оттуда вышло несколько игроков НХЛ. А сам я имел лишь смутное представление об этой лиге. Первые телевизоры у нас появились, когда я уже играл в юношеской команде. Вот и все, что можно сказать о Флин-Флоне.

При этом НХЛ о юном Бобби знала, но видеть его в своих рядах не спешила. Кларк с детства страдает диабетом, и скауты были уверены в том, что играть в профессиональный хоккей он не сможет.

- Тогда люди мало что знали об этом заболевании, - объясняет Кларк. - Насколько мне известно, ни один клуб, кроме "Филадельфии", даже не обратился к врачам за разъяснениями. Все просто сами для себя решили, что если у парня что-то не так со здоровьем, то в НХЛ он не жилец. На первых сборах у меня и правда были приступы, но врач команды разработал специальный рацион питания, и с тех пор все было нормально.

-Чем же вас кормили?

- Приходилось поглощать большое количество глюкозы. Перед игрой я выпивал банку кока-колы или фруктового сока с пятью ложками сахара. В перерывах между периодами - то же самое. Везде таскал с собой шоколад - на всякий случай. Дело в том, что, вкалывая каждое утро инсулин, человек обязан питаться так, чтобы сбалансировать его содержание в крови. А занятия спортом сжигают калории, вот и приходилось импровизировать. В общем, нам удалось сделать так, чтобы на игре моя болезнь никак не отражалась.

Кроме того, мне повезло: всю свою карьеру отыграл без серьезных травм. Ведь восстанавливаться после них диабетикам гораздо сложнее. Палец ломал, ногу подворачивал, лицо все разворотили - это да, но такой уж я был игрок. Зато плечи-колени, слава богу, уберег.

-И все же из хоккея вы ушли в 34. По нынешним меркам, это еще молодой возраст.

- Но не по тогдашним. Двадцать лет назад, переваливая за 30, хоккеист считался уже стариком. Нас не натаскивали так, как сегодняшних хоккеистов. Межсезонных тренировок практически не было. Общефизической подготовки не существовало: нас учили только непосредственно хоккею, а забота о собственном теле была личным делом игрока. Я уже и не говорю о сегодняшних врачах, диетологах и всем прочем. А нагрузки в ходе сезона были те же, что и сейчас, если не больше. Неудивительно, что у моих современников к тридцати годам "кончался бензин".

"МЫ БЫЛИ ДО ЧЕРТИКОВ ПЕРЕПУГАНЫ"

За именем Бобби Кларка скрывается далеко не один только шестой матч Суперсерии-1972 Канада - СССР и удар по ноге Харламова. Великий советский форвард и сам неоднократно называл Кларка блестящим игроком. И все же та серия оказала такое огромное влияние на карьеру и репутацию Кларка, что большая часть разговора все равно была уделена именно ей. Да и разве не интересно посмотреть на это мегасобытие глазами одного из главных действующих лиц?

- Спору нет, советские игроки были физически подготовлены куда лучше нас, - вспоминает Кларк. - Но нам сильно повредило и зазнайство. В команде не было ни одного человека, который перед началом серии сомневался бы в легкой победе. И нам довольно быстро доказали, что мы заблуждались: соперник оказался одного с нами уровня.

Кстати, мне кажется, что это был главный урок 1972 года для обеих команд: между нами не было существенной разницы, мы все были хоккеисты, во многом похожие друг на друга. И, конечно, эта серия стала главным и величайшим событием в истории хоккея. Канада победила, но прославились обе команды.

-Опишите свое отношение к сопернику до начала серии.

- О сопернике вообще как-то не думал, были другие проблемы. Я оказался последним игроком, заявленным в сборную, и, чтобы выйти на лед, мне нужно было на сборах из кожи вон лезть. В итоге попал в четвертое звено с двумя такими же "счастливчиками" - Хендерсоном и Эллисом.

В той команде были игроки с такими именами, что им на сборах можно было вообще ничего не делать, но в основной состав они все равно попали бы. А нашей тройке нужно было умереть на льду, чтобы доказать свою пригодность для команды. В итоге звездам это и аукнулось: оказалось, что они были готовы хуже всех.

-Наверняка вы имеете в виду в первую очередь Фила Эспозито.

- Да, вы угадали, он был одним из таких. Но буду к нему справедлив: по ходу серии Фил играл лучше и лучше, пока не набрал оптимальную форму. Но многие так и отыграли в полсилы. А некоторые не успели восстановиться после предыдущего сезона и вообще сыграть не смогли, как, например, Бобби Орр.

-А что вы знали о сборной СССР?

- Ничего. Ноль. Так и вышли на лед, не имея ни малейшего понятия о том, с кем будем играть. Несколько бумажек от скаутов и какие-то смутные воспоминания кого-то, кто видел русских в игре пару раз когда-то давно, - вот и вся информация, которой мы располагали. Это, конечно, звучит странно, но соперник абсолютно никого не интересовал. Пока мы не увидели его в деле, мы и представить себе не могли, насколько сильна эта команда.

-Итак, о сопернике вы ничего не знали, мысли о поражении не допускали... Как же вы настраивались на эту серию? Или тогда и не подозревали, насколько важным событием она станет?

- А она для нас была серией контрольных матчей. Четыре встречи в Канаде против русских, две в Швеции, еще четыре в России и еще одна в Чехословакии по пути домой. Так, предсезонное турне. Я лично и представить не мог, что это будет такая великая веха в истории хоккея. Это только после первого матча, когда мы получили по заднице, пришлось думать, как бы собраться и отнестись к делу серьезно. И как раз успели придумать.

-Опишите свои чувства в ходе этого первого матча.

- Думаю, большинство из нас были до чертиков перепуганы. После первого периода мы поняли, что угнаться за русскими не сможем. Игроки такие вещи чувствуют быстрее зрителей, на интуитивном уровне. Нам стало ясно, что в этом матче они гораздо лучше нас. А к середине второго периода поняли, что нам несдобровать. После окончания канадской части серии все ощущения переродились в чувство злости на самих себя. Мы играли не так, как могли, и лично меня это бесило.

-Вы помните знаменитое интервью Фила Эспозито после четвертого матча, в котором он проклял канадских болельщиков за их реакцию на поражения команды? Вы разделяли его точку зрения?

- Нет, не разделял. Он один из самых эмоциональных, несдержанных и разговорчивых людей, когда-либо игравших в НХЛ. Я держал свою злость внутри и злился на себя и команду. А у болельщиков было полное право улюлюкать. Мы это заслужили. То, что мы не представляли силы советской команды и были плохо готовы, - слабое оправдание. В поражениях никто, кроме нас, виноват не был.

-Что же случилось с вашей командой в Москве? Ведь даже и перерывом это преображение не объяснишь: вы и пятый матч проиграли.

- Просто в канадских матчах мы были в ужасной форме. Получив холодный душ в Монреале, в Торонто выиграли на голых эмоциях, в Виннипеге так же сумели удержать ничью. Но на одних эмоциях долго играть нельзя: в конце концов наступает опустошение. Именно это и произошло в Ванкувере. А слегка передохнув в Швеции, мы набрали форму, сыгрались, наладили катание и игру в пас. В Москве мы уже чувствовали себя командой, причем командой, способной поддерживать темп в течение 60 минут. Ну а что все московские матчи были упорными - заслуга русских.

"ЛИКВИДАЦИЯ" ХАРЛАМОВА

-Вот мы и подошли к эпизоду с Харламовым в шестой игре серии. Первое, о чем я хотел бы вас спросить: знали ли вы, что били его по больной ноге?

- Нет, не имел понятия. Понимаете, об этом было уже написано столько... всего. Это не было чем-то заранее обдуманным. Мое звено играло против Харламова в течение всей серии и неплохо играло. Он забивал в первых матчах, а потом мы с ним справлялись.

-Бобби, это не совсем так. К примеру, в пятом матче он ассистировал Викулову, забившему победный гол. Причем, если не ошибаюсь, Харламов перехватил именно ваш пас.

- Да? Может быть. Я уже плохо помню. Но в общем и целом мы держали его хорошо. Что же касается того эпизода, то мы шли параллельными курсами, и Харламов толкнул меня клюшкой, а потом развернулся и уехал. Я его догнал и тяпнул по ноге, совершенно не думая, куда и как бью.

-Вы говорите об этом так, будто это нормальный игровой эпизод.

- Для нас и впрямь в этом нет ничего ненормального. Дело в том, что канадцы привыкли к дракам как к неотделимой части хоккея. Споры и конфликты часто решаются кулаками. А вот в советском хоккее драк не было, и игроки использовали другие приемы. Например, они часто "наводили порядок" именно ударами клюшкой. Я ничего против этого не имею. Я игрок жесткий и уважаю жесткость в других. Но если меня "трогают" клюшкой, я делаю то же самое. В общем, пришлось приспособиться к новым приемам.

-И все-таки, если честно, вы не мстили Харламову за концовку пятого матча?

- Я же говорю, что не помню, что там было в пятом матче (улыбается). Наверное, помнил тогда, а сейчас ничего сказать не могу.

-А как насчет того, что "убрать" Харламова вам якобы приказал второй тренер сборной Джон Фергюсон?

- Джон потом утверждал, что он что-то перед этим действительно сказал, но я, признаться, этого не помню. Зная Фергюсона, не сомневаюсь в том, что он мог отдать такой приказ. И я, между прочим, его послушался бы. Но мне кажется, что он вряд ли сказал это лично мне. Наверное, это было что-то вроде: "Кто-то должен разобраться с этим парнем".

-Принимая во внимание этот эпизод и некоторые другие из московских матчей, было бы справедливо сказать, что вы добились перелома в серии именно благодаря тому, что запугали соперника?

- Нет, у нашей победы были другие причины. В Москве мы играли гораздо лучше, чем в Канаде. Почти сравнялись с советской командой в физической подготовке, значительно лучше играли в пас, гораздо лучше бросали, наладили катание и игру в защите. Кроме того, когда нечего терять, играть всегда легче. А после пятого матча нам терять было нечего.

-Много было написано и сказано о судействе в Москве.

- Да, странных свистков хватало. Мне кажется, что слишком большое влияние на серию было оказано закулисной политической возней с обеих сторон. В спорте этого ни в коем случае нельзя допускать, но почему-то именно так всегда и происходит.

-Как вы прокомментировали бы эпизод в восьмом матче, когда Паризе после сомнительного удаления замахнулся на арбитра обломком клюшки?

- Не думаю, что Паризе мог бы его ударить. Жан-Поль всегда был хорошим, честным, спокойным парнем, он ни за что не смог бы умышленно нанести кому-нибудь травму. Но судейство в начале восьмого матча было невыносимым, и я уверен, что арбитр довел Жана чуть ли не до умопомрачения. Я рад, что он всего лишь замахнулся, а не ударил, но помню, что был страшно удивлен. От кого-нибудь вроде меня такого можно было ожидать, но только не от Жана.

"БЫЛО ОЧЕНЬ ЧИСТО"

-Какие впечатления у вас остались от Москвы в 1972 году?

- Мне очень понравилось. Помню, было очень чисто, спокойно, люди были доброжелательны.

-А не боялись, что за вами, скажем, будут следить?

- Знаю, что говорили некоторые из наших игроков (несомненно, Кларк имеет в виду Фила Эспозито. - Прим. С. М.), но если бы даже что-то такое и было, то меня это не беспокоило. Я приехал в Москву играть в хоккей, а политика и тому подобное дерьмо меня никогда не интересовали.

-Но ведь тогда и в Северной Америке, и в СССР эту серию рассматривали как важное политическое событие, войну миров. Неужели, это вас никак не коснулось?

- Отлично помню, как преподносилась эта серия. Все-таки, это был самый разгар холодной войны, так что про битву коммунизма с демократией послушать довелось. Но для меня это был поединок одних хоккеистов против других. Не знаю, чем мотивировали себя другие, но мне всегда хватало хоккея и желания победить.

-В чем, как вы думаете, было главное преимущество канадской сборной?

- Мне показалось, что сила советской команды была в сыгранности звеньев, русские прекрасно взаимодействовали друг с другом в рамках своей группы из пяти человек. Как только нам удалось нарушить эти связки, у них разладилась игра. А приспособиться и играть по-другому они не могли.

-Как же вы это сделали?

- Как-как, по-нашему: гоняли русских по площадке, как тараканов, и лупили у каждого борта. В первых матчах мы просто не могли за ними угнаться, но, как только набрали форму, получалось уже и пасы прерывать, и убирать соперников с излюбленных позиций. А это канадский стиль, в нем мы чувствуем себя комфортно.

Конечно же, после этой серии мы многому научились у русских, но мне кажется, что европейский хоккей вынес из нее больше уроков, чем мы.

-И в чем это выразилось?

- А вы посмотрите на международные турниры сейчас. Раньше, когда на лед выходили две сборные, разница в стилях сразу же бросалась в глаза. А сейчас все играют в практически в один и тот же хоккей. Североамериканский. В наше время советские игроки никогда не вбрасывали шайбу в зону. Они скорее могли развернуться у синей линии соперника и бросить в свою, чтобы начать комбинацию заново. Теперь они чаще играют по-нашему. Мне кажется, русские после 1972 года поняли, что эффективнее доставлять шайбу в зону соперника и играть в тело. А мы научились лучше пасовать и работать над "физикой".

-Значит ли это, что канадский хоккей ограничивался тогда простейшей схемой "вброс - погоня"?

- Нет, дело не в простоте комбинаций. Канадская игра всегда шла по направлению "север - юг", то есть от одного лицевого борта к другому. Получая шайбу, мы всегда стремились найти кратчайшую дорогу к чужим воротам. Наш хоккей был намного более острым и атакующим. А в Европе больше играли по направлению "восток - запад", между боковыми бортами. Советские игроки старались дольше держать шайбу, передавать ее друг другу, возить между синими линиями. Это было не для нас. Мы брали синюю линюю приступом: если можно ее пройти обводкой или пасом отлично, а если нельзя - вбрасывай и беги. Разница тут не в сложности стиля, а в направлении игры и скоростях.

ЭЛЕГАНТНЫЙ ЯКУШЕВ

-Как вы считаете, это символично, что исход серии решила именно ваша тройка, составленная из сравнительно незвездных силовиков? Вы ведь к тому времени еще не успели стать суперзвездой.

- Не стоит нас выделять. Пол Хендерсон, конечно, забил победные голы в последних трех матчах, но выиграло не мое звено, а команда. Кому-то нужно было и не дать забить русским, и забивать другие голы, непобедные. Без них шайбы Хендерсона ничего бы не значили. Пол заслужил свой нынешний статус национального героя, но в хоккее побеждают команды.

-А в индивидуальном плане игроки сборной СССР были сильнее?

- Не сказал бы, хотя блестящих мастеров там было достаточно. Харламов был потрясающим игроком в единоборствах. То, что он вытворял с шайбой, было невыразимо красиво. Но выйдя против Мальцева, я решил для себя, что это лучший форвард, с которым мне доводилось встречаться на льду. Да и сейчас так считаю. Во всем, от ведения шайбы до вбрасываний и силовой игры, он был великолепен. А Якушев! Сказал бы, что он был лучшим игроком серии. В обеих командах. Под конец я смотрел на него и думал о великом Жане Беливо, до такой степени Александр мне его напоминал. В его игре была какая-то особенная элегантность. Он из тех, кому завидуешь белой завистью. Каждый хотел бы играть так, как он: чисто, красиво, безошибочно, авторитетно и всегда с этой вот неподражаемой грацией, которая доступна лишь немногим.

-По идее эта серия должна была что-то доказать. Либо то, что канадцы все еще сильнее остального мира, либо то, что советская сборная их обошла. Что, на ваш взгляд, она в итоге доказала?

- Что лучшие хоккеисты СССР не уступают лучшим хоккеистам НХЛ. Победа с разницей в один гол в последнем матче не так уж и много значит. С тех пор, как мне кажется, мы перестали считать себя на голову выше остального мира. Тем не менее мы и сейчас все еще на первом месте. Посмотрите сами. По сравнению с Россией население у Канады небольшое, и вы должны бы производить больше высококлассных игроков, чем мы, но этого не происходит. И в последние годы на международных соревнованиях почти всегда побеждает Канада. Я, как генеральный менеджер клуба, удивляюсь, как мало игроков можно найти в Швеции, Финляндии и России. Да, попадаются иной раз Овечкин или Малкин, но за ними обычно пропасть. Мне это непонятно.

-Можно ли сказать, что ваш статус суперзвезды НХЛ впервые утвердился именно в Суперсерии?

- Конечно. Я тогда играл в лиге всего три года, и участие в серии дало мощный толчок моему развитию. Наверное, как игрок я в 1972-м ушел на два-три года вперед.

"В ЦСКА ТРУСОВ НЕ БЫЛО"

Сейчас улыбка Бобби Кларка выглядит, как отличная реклама успехов американской стоматологии. В его ряду белых, идеально ровных передних верхних зубов нет ни одного настоящего. А когда-то оскал Бобби был его торговой маркой. Да, собственно, не только его одного, но и всей его великой и ужасной команды, "Филадельфии", "Бандитов с Брод-стрит". К этому полумифическому уже олицетворению всех худших стереотипов НХЛ, выкатившемуся прямиком из песни Высоцкого "Профессионалы", можно относиться как угодно. Но бесспорно то, что "Бандиты" были явлением выдающимся и уникальным. И лидером этого явления был сидящий передо мной степенный хоккейный функционер.

-"Бандитов с Брод-стрит" мы увидели только мельком, в 1976 году, в скандально известном матче с ЦСКА, но и этого оказалось достаточно. Советские болельщики, непривычные к такому, высказали возмущение вашим стилем игры, но мне известно, что и в Северной Америке мнение о той "Филадельфии" было далеко не однозначным.

- Это была команда, в которой не отказался бы играть ни один человек. Да, нас ненавидели болельщики из других городов, но это была зависть - и ничего больше. Может быть, мы дрались чаще, чем кому-то это нравилось, но это была правильная командная психология. Какой болельщик отказался бы от такой команды? Мы шли в бой вместе и готовы были пролить кровь друг за друга. К сожалению, в современном хоккее такие команды уже не встретишь.

-Значит, вы были бы не против увидеть Кувалду - Шульца или Цепного Пса - Келли в сегодняшней НХЛ?

- Считаю, такие игроки тоже нужны. И они до сих пор есть. В Канаде они производятся в изобилии, но приходится им теперь гораздо труднее.

-Вас, несмотря на впечатляющую статистику и три приза Харта, тоже помнят в основном как жесткого игрока, бойца.

- Я играл так, как считал правильным. Моим девизом было "Отдать все для команды". Так что индивидуальные трофеи - прямой результат того, что я играл в хорошем клубе. Для меня очень важно осознавать, что я был командным игроком, одним из парней. И на льду, и в драке, и когда после матча ребята шли пить пиво.

-Кстати, всем известно, как жестко вы действовали в игровых ситуациях. А в драках тоже преуспели?

- Нет, драчун я был нулевой. Старался, особенно в молодости, но быстро это забросил. Силовые приемы - другое дело.

-Или клюшкой...

- И клюшкой потрогать тоже. Такая уж это игра. Я как-то сказал журналисту, спросившему меня про эпизод с Харламовым, что если бы я не научился разок-другой тяпнуть наотмашь, то никогда не выбрался бы из Флин-Флона. Я мог дать по ногам сопернику, но не забывайте, что то же делали и они. Я не против справедливости: те игроки, которые играют жестко, должны быть готовы к тому, что так же будут играть против них. И я был готов не только раздавать, но и получать.

-Помните тот матч с ЦСКА в 1976-м, когда советская команда покинула лед?

- Это было очень плохо для советского хоккея. Получилось так, что русские будто бы нас испугались. А я-то точно знаю, что это неправда. Игроки ЦСКА не были трусами. Я играл против них и раньше, это были настоящие мужики, крутые сукины дети. И какие-то люди решили увести их со льда. Уверен, что против их же желания. Я, например, в такой ситуации перегрыз бы глотку любому, кто даже заикнулся бы об этом. Никто и никогда не имеет права выставлять меня трусом. Да и не было в том матче никакой особенно грязной игры. "Филадельфия" играла жестко, но это в хоккее разрешено.

-Инцидент произошел после того, как игрок "Филадельфии" ударил игрока ЦСКА кулаком в голову.

- По-моему, это неправда. Как мне показалось, Ван Имп провел силовой прием против Харламова - и не более. Да даже если бы и ударил кулаком - что тут такого? Харламов не боялся кулаков. Зачем уводить его со льда, как ребенка?

-Но согласитесь, что вы вышли на лед с целью запугать соперника.

- Запугать можно только тех, кто привык пугаться. Мы играли так, как мы привыкли играть, потому что этот стиль приносил нам победу. Другие команды пытались подстроиться под стиль ЦСКА и получили по заднице, а мы проигрывать не собирались.

-Перед игрой с ЦСКА вы сказали: "Они пытаются действовать нам на мозги, но с нами это не проходит. В нашей команде 20 человек - и все без мозгов".

- Честно говоря, не помню. Хотя я-то уж точно мог сказать что-то такое.

"Я НЕ РУСОФОБ"

-Кто из советских игроков, с которыми вы встречались, произвел на вас большее впечатление, и чего бы они, с вашей точки зрения, могли бы добиться в НХЛ?

- Третьяк, конечно же, был бы одним из лучших вратарей. Харламов и Якушев могли бы выиграть по "Харт-трофи", в этом не сомневаюсь. Петров и Мальцев стали бы в НХЛ звездами. Все остальные игроки из сборной 1972-го как минимум закрепились бы в основных составах. Конечно же, хоккей НХЛ был немного не такой, к которому они привыкли, но уверен, что они приспособились бы. Как я уже сказал, эти ребята ничего не боялись.

-Можно тогда напомню вам еще одну вашу фразу? "Я ненавижу этих сукиных детей. Им все не нравится, они всегда на что-то жалуются и о чем-то ноют".

- Да, это я сказал перед матчем с ЦСКА. Конечно же, это было глупо, и сейчас мне стыдно. У нас ведь не было никаких конфликтов с игроками ЦСКА вне льда, мы даже сдружились, насколько это было возможно в те годы. Я пригласил Третьяка к себе домой, познакомил с семьей. А почему так сказал? Я всегда лучше всего играл на нервах. Мне было очень сложно выходить на лед против кого-то, кто мне нравился. Необходимо было выработать в себе ненависть к сопернику. Так что за этими словами на самом деле не было никаких личных чувств к советским игрокам.

-В недалеком прошлом говорили, что генеральный менеджер "Филадельфии" Бобби Кларк не любит русских игроков и вообще европейцев. "Флайерз" долгое время был одним из самых "североамериканских" клубов лиги.

- Да? Но ведь мы оказались первым клубом НХЛ, взявшим в драфте русского хоккеиста. А братьев Штясны кто задрафтовал? Что до меня лично, то можете спросить любого русского игрока, игравшего в "Филадельфии", интересует ли Бобби Кларка, кто он по национальности.

-Что вы думаете о неподписании Россией договора между ИИХФ и НХЛ?

- Для игроков, особенно тех, кто хочет играть в НХЛ, это плохо. Но могу понять и чувства российской стороны. Я тоже не хотел бы, чтобы у меня забирали хоккеистов, согласно договору, который придумали где-то без меня.

Но не думаю, что НХЛ очень уж пострадает от этого решения российской стороны. На самом деле великих игроков в России не так уж и много. Есть несколько настоящих мастеров и множество кандидатов в третьи и четвертые звенья. Если нам удастся перетянуть сюда лучших, то все будет в порядке. А без середняков мы проживем: в Канаде их и больше, и играют они лучше. Так что я теперь несколько раз подумаю, прежде чем взять в драфте русского. Если, конечно, он не Овечкин или Малкин.

-Как вы относитесь к изменениям в правилах? К отмене красной линии, например?

- Чепуха все эти изменения. Мне хоккей нравится таким, какой он есть. А с красной линией вообще происходит цирк: это правило ведь как раз и ввели для того, чтобы увеличить счета. Теперь ее убирают по той же причине. И какой на этот раз будет результат? А никакой. Разве что больше команд будет использовать "капкан". А вот возвращение к старому правилу офсайда мне нравится. И уменьшение вратарских щитков.

-А как насчет борьбы с мелким фолом?

- Глупости. Я полностью в этом вопросе согласен со Скоттом Нидермайером. Он сказал, что никакого мелкого фола на самом деле и нет. Просто защитники в сегодняшней НХЛ так хорошо умеют выбирать позицию, что нападающим некуда от них деться. Да и вообще, зачем с чем-то бороться? Парни занимаются хорошим, силовым видом спорта. Пусть себе толкаются, пусть бьются о борта. Кто сказал, что матч, закончившийся со счетом 5:3, лучше, чем тот, где 3:1? Голы - лишь часть хоккея. Если в игре нет силовой борьбы, она неполноценна.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...