10:50 16 октября 2009 | РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Сергей Хусаинов: "Я погибал три раза"

Сергей ХУСАИНОВ. Фото Сергея СОЛНЦЕВА, "СЭ" Фото "СЭ" Сергей ХУСАИНОВ. Фото Сергея СОЛНЦЕВА, "СЭ" Фото "СЭ"
Сергей ХУСАИНОВ. Фото Сергея СОЛНЦЕВА, "СЭ" Фото "СЭ"

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Хусаинов, некогда первый арбитр России, пропал. И только слухи летели - мол, весь в долгах. Скрывается - то ли от кредиторов, то ли от следствия. Номера заблокированы, следы заметены.

Мы его отыскали. Сидели около стадиона "Динамо", говорили обо всем. Услышали такое, что и поверить трудно.

А начали со сборной. В смутные времена начала девяностых менялись в ней и тренеры, и игроки, и врачи. Оставался лишь администратор - Сергей Хусаинов, с которым и приключилась одна невероятная история семнадцать лет назад…

- Вспоминаю старт отборочного цикла осенью 1992-го - и сам не верю, что такое могло происходить, - рассказал Хусаинов. - У сборной не было технического спонсора. С Adidas контракт закончился, новый не подписан. А в октябре - первый матч с Исландией. Играть не в чем. Решили, что молодежка и национальная сборная выйдут в адидасовских футболках, оставшихся от прежнего контракта. Эмблему заклеили вручную. Моя двоюродная сестра - швея-мотористка - нашила российские флажки, которые я велел купить на Белорусском вокзале Саше Гребневу. Он в те времена был в РФС завскладом и параллельно администратором молодежки.

- А потом стал тренером юношеской сборной?

- Это уже в середине 90-х... А тогда, в октябре 1992-го, подкачала погода. Холодно, снег выпал. Подогрева нигде нет. У нас для ребят - ни перчаток, ни подтрусников. Что делать? Но я нашел выход.

- Какой?

- Звоню приятелю в ГАИ, объясняю ситуацию. Он со склада привез парадные белые перчатки. Жене говорю: "Точно знаю, где-то в Перове есть трикотажная фабрика". Она по справочнику отыскала адрес. Выяснила, что там делают женские рейтузы. Заказали комплект на две команды. Готово все было в день матча молодежной сборной. Продираюсь по пробкам на своей машине из Лужников в Перово, оттуда - на "Динамо", где играет молодежка. Приезжаю за полчаса до начала матча! Рейтузы обрезали, - пошли как подтрусники.

- Футболисты сборной России на отборочный матч вышли в милицейских перчатках и женских рейтузах?!

- Такой был уровень обеспечения сборной. Но главная песня - с мячами. Поле в снегу, поэтому играли красными мячами, тоже оставшимися от Adidas. После матча молодежки говорю Гребневу: "Давай мне их - сразу отвезу в Лужники". Тот руками разводит: "Мячей нет. Мы их судьям подарили". - "А завтра чем играть?" - "На складе остались, утром принесу". Гребнев обещал быть часов в одиннадцать. Но ни в это время не появился, ни в два, ни в пять. А матч - в семь. Уже наши на разминку вышли, Гребнева нет. Судьи белым мячом играть отказываются - на снегу его почти не видно. Тукманов в панике: "Ломай дверь на складе!" "Как ее сломаешь, - говорю, - она ж бронированная".

- Чем закончилось?

- Стою у восьмого подъезда "Лужников" - где обычно заходят команды. Ровно в семь часов заявляется Гребнев. Бежит на склад за мячами. Матч начался с небольшим опозданием. К счастью, наши выиграли - 1:0. А меня за то, что мячи вовремя не обеспечил, оштрафовали на 500 долларов.

250 ТЫСЯЧ

- Давно о вас ничего не слышно. Чем занимаетесь?

- Охраняю кукурузу.

- ???

- Жду предложений. Создавал собственную академию, хотел помочь талантливым мальчишкам получить футбольное образование. Я же двенадцать лет преподавал на кафедре футбола в институте физкультуры.

- Только вот завершилась ваша работа в академии скверно.

- Получил по шее. Директора шести московских школ стали жаловаться, что Хусаинов занимается грабежом. Переманивает детей.

- Не переманивали?

- Конечно, нет. Я всего-навсего объявил набор. Родителям показывал, в каких условиях мальчишки будут жить. Но потом люди, которые давали деньги на академию, сказали: "Сергей Григорьевич, спасибо. Достаточно". - "Как же так? А дети, родители?" - "Хватит…"

- В какой момент начались проблемы?

- После покушения на меня в 2003-м. Инвесторы перепугались и быстро свернули финансирование. Но бросать все на полпути не хотелось. И я вкладывал свои деньги. Набирал кредиты в банке, занимал у друзей. Сейчас весь в долгах.

- Много?

- 250 тысяч долларов. Надеюсь, скоро смогу со всеми рассчитаться. Появились новые партнеры, которых заинтересовал мой проект. Да и другой бизнес вот-вот пойдет. Чувствую, все налаживается. Жизнь перевернулась в 2006-м. Я в третий раз женился, обвенчался. В тот же год родился сын Димка. У меня ведь еще два внука. Смотрю, как пацаны растут, - и радуюсь.

- Чему научили события последних лет?

- Начинать дело нужно, только если имеешь стопроцентные финансовые гарантии. Нельзя полагаться на дружбу и обещания.

- Как на вас напали?

- В полдвенадцатого вечера подъехал к дому. Машину оставил на парковке. Закрывая ворота, обратил внимание на двух парней. Возился с замком, и вдруг что-то заставило обернуться. Если б не это, бейсбольная бита попала бы точно в затылок. А так успел закрыться портфелем, набитым документами. Удары посыпались один за другим.

- Вам прежде угрожали?

- Были звонки от директоров футбольных школ, которым не понравилась конкуренция. Бывало, звонят: "Ты уже и из Орла берешь ребят?" - "А что?" - "Это наша территория". Потом привозят парня из Владивостока. Опять директор недоволен. Говорю: "Откуда хочу - оттуда беру". - "Ладно, мы тебя предупредили".

Есть у меня подозрения и насчет бывшей супруги. Дай бог, если ошибаюсь. Но совпадений достаточно. И она могла быть замешана. Например, как-то говорит: "Напиши генеральную доверенность на все имущество" - "Зачем?" - "Мало ли что может с тобой случиться". Ладно, написал. А к моменту окончания срока доверенности - то самое нападение. Потом в мою квартиру вписала свою дочь от предыдущего брака и внучку, - еще до того, как затеяли развод. Были и другие моменты…

- Вы тогда и в "Альфу-террор" обращались?

- Потому что милиция не пыталась ничего расследовать. Я назвал фамилии людей, которые мне угрожали по телефону. Принес распечатку звонков на мобильный. Остались у меня и бита, и даже клок волос, который сорвал вместе с шапкой у одного из нападавших. Но эти вещдоки следователей не заинтересовали. Тогда попросил о помощи "Альфу-террор". Они решили вопрос, - чтоб повторения не было.

- Сколько раз вы могли погибнуть?

- Кроме этого случая - дважды. Как-то ночью попал в аварию на Садовом кольце. Был подшофе, сморило за рулем. Когда открыл глаза, увидел, что лечу в лоб "Икарусу", до которого оставалось метров пятнадцать. Резко вывернул, снес остановку и врезался в угол дома. Выбрался через правую дверь своих "Жигулей". Приехали гаишники: "Неужели жив? Везучий какой. В рубашке родился". Следом история в Краснодаре…

- После матча "Колос" - "Зенит"?

- Да. За пару дней до этого наша сборная обыграла греков - 3:0. В Краснодаре инспектор матча Бубукин говорит: надо бы проставиться за победу. Спустился в кафе около гостиницы, купил пару бутылок шампанского. А на следующий вечер снова заглянул туда. Причем Бубукин предлагал кого-то из помощников отправить, но я решил пойти сам.

- Так что же произошло?

- Сгубила потеря концентрации. Все было так хорошо, что я расслабился. Накануне, когда расплачивался в этом кафе, засветил бумажник с долларами. У меня с собой была премия, полученная в сборной. Остальное - дело техники. Работали явно по наводке. Едва вышел из кафе с пакетами, как двое взяли под руки. Приставили что-то к спине: "Тихо! В машину!" Посадили в "жигуль". Врезали так, что потерял сознание. Когда очухался, почувствовал во рту какую-то острую дрянь.

- В смысле?

- Потом врачи сказали, что мне в рот вставили специальную звездочку - чтоб не задохнулся, пока был в отключке. Пришел в себя и слышу: "Что с ним будем делать?" - "Да выкинем на дороге. Не надо убивать". Обыскали напоследок еще раз. Кроме денег забрали паспорт. Сняли золотой браслет, который из Турции привез Ваня Вишневский, и цепочку с мусульманским полумесяцем. В районе новостройки автомобиль притормозил. Волоком оттащили к стене. Все это время я притворялся, будто без сознания. Когда открыл глаза, увидел отъезжающую машину.

- Номер запомнили?

- Откуда? Темно было, а фары выключены. Под утро доплелся до гостиницы. Руководство "Колоса" договорилось, чтобы в самолет пустили без паспорта. В Москве Толстых говорит: "Пиши бумагу". Отвечаю: "Зачем? Клуб ни при чем. Обычная бытовуха".

- Бандитов нашли?

- Нет, конечно. Время спустя судил я в Сочи. Вышли из гостиницы с администратором "Жемчужины". Тут его какой-то мужик окликнул. Потом меня подозвал: "Ты судья Хусаинов?" - "Да". - "Извини, брат, что в Краснодаре так получилось…"

- Вы вспомнили Вишневского. Внезапно умершего в 39 лет.

- Мы подружились, когда он еще в "Днепре" играл. Затем подписал контракт с "Фенербахче". Когда я судил в Стамбуле, бывал у него в гостях. Весь город Ваню знал. В какую лавку с ним ни зайдешь, сразу: "Вишня! Вишня!" Закончив играть, он стал в "Днепре" помощником Бернда Штанге. Однажды приехал в Москву. Посидели в ресторане, с девушкой познакомились. Я тогда жил один. Рванули ко мне. Ваня с барышней уединился. Из комнаты выходит мрачный. "Что случилось?" Он лишь рукой махнул. Девушку выпроводили. Снова спрашиваю: "Ваня, что?" - "Беда. Был на обследовании в Германии, сказали - рак кожи. Оперировать поздно". Никакого секса у них не получилось - первый признак, что с организмом проблемы. А знаете, с чего все началось?

- С чего?

- Году в 88-м в бане обнаружил, что исчезла родинка в области паха. Ваня бегом к врачу. Тот спрашивает: "Болит?" - "Нет" - "Ну и забудь". Позже оказалось, что родинка рассосалась - и образовались раковые клетки. Месяц Ваня жил у меня. Каждый день возил его в онкоцентр на Каширке. Химия не помогла. Вернулся в Днепропетровск и вскоре умер.

ВОР В ЗАКОНЕ

- Был знаменитый скандал в Израиле, когда вашу судейскую бригаду отстранили от работы на матче Кубка УЕФА. Это стоило вам международной карьеры. Вы проводили частное расследование - кто вас подставил?

- Кто-то из своих. Если задним числом анализировать, было много знаков, чтоб насторожиться. Перед этой поездкой судил матч "Черноморец" - "Ротор". Со мной в Новороссийск летел вор в законе. В самолете говорит: "Серега, велено передать тебе деньги. "Черноморец" должен выиграть". "Это уж как получится", - отвечаю. Денег не беру. Сыграли 1:1. После игры ужин в ресторане, живая музыка. Кто-то из местных спрашивает: "Какая твоя любимая песня?" - "Миллион алых роз". На сцене объявляют: "Сейчас для нашего гостя из Москвы, уважаемого арбитра Сергея Хусаинова прозвучит песня Аллы Пугачевой". Спели и спели. Неожиданно слышу: "А эта песня - тоже для нашего гостя, арбитра из Москвы". И врубают: "Убили негра". Пока сидели, эту дурь прокрутили раз двадцать.

Этот же авторитет потом возвращался одним рейсом со мной в Москву. Снова уговаривал взять деньги. Я ни в какую. Отвел Господь. Я не соблазнился. А купюры, думаю, были меченые. В общем, люди поняли, что в России меня скомпрометировать не удастся. Вот и подстроили скандал в Израиле.

- Кому ж вы так насолили?

- Как руководитель Коллегии футбольных судей, я был неугоден многим. Например, тому же Толстых: я восстал против беспредела, который он учинил с Чеботаревым.

- Кстати, кто бил Чеботарева в динамовской раздевалке?

- Врач Багдасарян... Да и для Колоскова в какой-то момент я стал костью в горле. Я знал, что из денег, которые национальным федерациям ежегодно перечисляют ФИФА и УЕФА, определенный процент должен выделяться на содержание судейского корпуса. Но суммы эти до нас не доходили. Плюс Колосков считал, что именно я организовал "письмо четырнадцати" в сборной.

Обижен на меня был и Шкловский, который раньше возглавлял Ассоциацию футбольных арбитров. Колосков его на дух не переносил, просил не подпускать Шкловского к работе. А тот пытался окольными путями подобраться к судейской власти. Мог ли Эдуард Исаакович иметь отношение к израильской истории? Теоретически - да, тем более что в этой стране у него знакомых немало. В любом случае странно, что крайним оказался только я. Хусаинова сразу убрали, а вся моя бригада - Мартынов, Гинзбург и Эрзиманов - продолжала в России судить.

- Тогда же вы бросили пить?

- Да. Уже десять лет - ни капли. Хотя, честно говоря, завязал по другой причине. Из-за матери. Она плакала. Переживала, что много пью. Все это осталось в прошлой жизни. Как и судейство. Правда, летом снова взял свисток. Пригласили поработать на юбилейном матче Черенкова и Хидиятуллина. Романцев удивился: "Ты в таком порядке, что и сегодня высшую лигу можешь судить!" - "Олег, забыл, что мы ровесники?"

- Жизнь дарила вам чудесные встречи.

- Одну сразу вспоминаю. Как я продолжил дело Тофика Бахрамова.

- Который напорол в финале чемпионата-66 Англия - Германия?

- Тофик ошибся. Физически не мог разглядеть отскок мяча и - не угадал. Королева после матча вручала арбитрам золотые свистки. Бахрамов подошел к Латышеву, члену судейского комитета ФИФА: "Я правильно поступил?" - "Ты поступил в пользу королевы…"

А в 1991-м англичане организовали товарищеский матч с немцами. Пригласили советскую бригаду - Алексея Спирина, Вадика Жука и меня. В самолете мы увидели Сан Саныча Калягина и Евгения Евстигнеева. Они летели на съемки. В Ил-86 небольшой лифт для стюардов - мы встали в эту кабинку и накатили по 50 грамм. Уже в Лондоне говорим человеку из английской федерации футбола: дескать, два великих наших артиста приехали, нужны билеты.

- Достал?

- Англичане передали Евстигнееву конверт: "Это VIP-места. На стадионе вас будут кормить и поить бесплатно. Во сколько подать автомобиль к отелю?"

- На стадионе пересеклись?

- Идем к судейской, слышим: "Ребя-я-та, айда к нам!" Евстигнеев и Калягин немного навеселе, с английскими шарфами. А на пороге судейской еще одна встреча. Подошел переводчик, который помогал нашей сборной на чемпионате мира-66. Рядом какой-то мужик. Представился менеджером "Тоттенхэма", сказал, что интересуется Цвейбой. Я начал расписывать - мол, Ахрик техничный, тактически грамотный. Менеджер прервал: "У него нос разбит?" Оказывается, если у центрального защитника не сломан нос, всерьез в Англии его не воспринимают.

Или вот как-то судил юношеский чемпионат мира в Австралии. На улице у отеля встречаю пару - старичок в шортах под ручку с дамой. Видит на моем пиджаке эмблему FIFA, подходит: "Ты откуда?" - "Из Москвы". - "О, Россия, Москва… Хомич?" - "Да!" - "Бесков?" - "Да". - "Я в 1945-м судил матч "Арсенала" с вашим "Динамо". Думаю: откуда ты взялся, в Австралии-то? Почему именно в этот день проходил мимо "Хилтона"?

ВОДКА НЕ КОНЧАЕТСЯ

- Вы, кажется, организовывали тренерам стажировки за границей?

- Я в хороших отношениях с итальянцами, и в 1997-м повез 25 наших тренеров смотреть два клуба, "Ювентус" и "Милан". По приезде добавились еще три команды - "Парма", "Фиорентина" и "Аталанта".

- Что запомнилось?

- В "Фиорентине" потряс Малезани. Наши рты пооткрывали, когда тренера увидели - рваные джинсы, рубаха навыпуск. Он же дизайнер по профессии. А у "Аталанты" - лучшая футбольная академия в Италии. Помню, стоит на бровке дедуля. Нам шепнули - это, мол, лучший селекционер Италии. Видит насквозь. Даже миланские мальчишки мечтают попасть к нему в академию.

- Почему?

- Потому что в "Милане" или "Интере" они будут ждать, пока сдуется кто-то из великих. А в "Аталанте" сезон отыграл - и к тебе пойдут предложения.

- А кто-нибудь из наших тренеров вот так - насквозь - видел?

- Вот вам история, которую никто не знает. Про Горлуковича. Лобановский решил после Олимпиады-88 взять его в сборную. В Киеве играли с австрийцами. А Петрашевский, бывший селекционер Лобановского, работал в "Локомотиве". Звонит: "Васильич, не приглашайте Горлуковича". - "Почему?" - "Не в форме. Мы его после Олимпиады дней десять не могли найти". Лобановский отвечает: ничего страшного, молодой человек проходит медные трубы. Вы присылайте, а мы с ним поговорим.

- В курсе, что был за разговор?

- Сам Горлукович мне пересказал. Лобановский задал единственный вопрос: "Знаешь, где сейчас Элькьер играет?" - "Нет". - "Нигде. Все думают, что водка однажды закончится, а она никак не кончается. Уж сколько поколений ушло из-за нее. Она живет, а люди - уходят. Ты понял?" Горлукович после этого так играл, что его немцы купили.

- Но пить не бросил. В той же Германии язык учил в пивнушках, как сам говорил.

- Значит, дано ему было. Как Брайтнеру, знаменитому немецкому защитнику с бородищей. Всех подбивал на гульбу, сам пил, словно лошадь. Наутро свеженький, а остальные - еле ползают.

- Вы же тоже поддавали прилично.

- Первый раз прикоснулся к водке в армии. Командир приказал: "Пей!" Стакан до дна. А когда стал арбитром, тут уж приходилось выпивать. Иначе никак. "Я не пью". - "Надо. Обидимся". И понеслось - по чуть-чуть. До игры, после. Дальше по линии сборной начал встречать зарубежных судей - как их расположить? Организовывал хороший стол.

Могу рассказать про громкий скандал с шубами и судьей Ньето в Киеве. Ситуация щекотливая. Человек и рад бы взять - а вдруг сообщат в Женеву те, кто подносит? Ньето позвонил в УЕФА. Киевское "Динамо" дисквалифицировали. Через год проходил семинар УЕФА в Севилье. Собрались рефери топ-класса. Спрашиваем: "Ребята, как относитесь к тому, что произошло в Киеве?" Поднялся Мументалер: "Это исключительно проблема Ньето. Или вы думаете, что нам ничего не предлагают? Но мы выходим на поле и работаем. В УЕФА по любому поводу не "стучим".

- Отличная тема - что в ваши времена предлагали судьям.

- Давным-давно встречал в Москве шотландца Уортона, руководителя судейского комитета ФИФА. Сели в ресторанчике. Уортон рассказал, как приехал в Мадрид судить "Реал". Ему до матча вручили шикарные золотые часы. И добавили: "Это вам. Если в игре все сложится удачно, будет подарок и для вашей жены". Я раскрыл рот, а шотландец продолжил: "Трижды я судил "Реал", и трижды у меня были только мужские часы".

- Ньето после киевской эпопеи стал изгоем среди судей?

- Вообще стал изгоем в обществе. Белая ворона.

- Принимая заграничных арбитров, золотые часы вручали?

- Было другое. Приезжает бригада судей. Встречаю их как положено. Главный говорит: "Сергей, я давно в разводе. Мне так хочется русскую женщину!" Вопросов нет, отвечаю. Но после игры. Тот машет руками: "Да не волнуйся, отсужу как надо! Я тебе гарантирую!"

- Вы просили помочь?

- Нет. Главное - чтоб не мешал играть.

- И отправились вы искать русскую женщину?

- В голове вертится: где ее взять-то?! Сказал водителю, тот посмеялся: "Григорьич, не волнуйся. Сгоняю на Тверскую, минутное дело".

- Как прошел матч?

- Нормально, хоть соперник был серьезный. После игры арбитр печально смотрит: "Ну, Сережа, что?" Отвечаю: не торопитесь выходить. Одевайтесь потихонечку. Тут дело вот в чем: по регламенту, едва матч заканчивается, соприкосновение делегата и судей завершается. Ужин необязательно проводить вместе, встречаются уже на завтраке.

- Бригада оставалась в Москве?

- Как правило. А в Лужниках тогда по-строили фантастическую сауну. Барная стоечка, бассейн неправильной формы с подсветкой… У судей глаза загорелись. Но возникла проблема: их четверо, а девочек привели трех. На резервного не хватило.

- Обиделся?

- Сказал ему: не грусти. Сейчас все исправим. Снова водителя отправил на Тверскую. Главный арбитр тем временем скрылся с девицей в комнате, потом выходят. Она шепчет: "Откуда его взял? Голодный, будто год до женщины не дотрагивался". Не год, отвечаю, - четыре! Концовка была, ребята, оригинальная.

В половине шестого утра - по коням. Потому что в девять завтрак - делегат выспался, ждет. Выруливаем через Саввинскую набережную - а там колонны заезжают в Лужники к торговым рядам! Автобусы, мешочники! Судья оторопел: "Сергей, что стряслось? Война?" Все, отвечаю, футбол закончился. Рынок начинается.

А через пару лет наша сборная играла в москве матч. Я на стадионе не был, смотрел по телевизору. На следующий день на работе встречаю Колоскова. Тяну руку: "Вячеслав Иваныч, с победой!" - "Ты что сделал с судьей?! С трапа сошел, первый вопрос - где Хусаинов?" Это с ним мы в шесть утра выезжали из Лужников…

- Со знаменитым шведом Фредрикссоном, засудившим сборную СССР на двух чемпионатах мира, вы по баням не ездили?

- Боже упаси. Видел его издалека - заторможенный какой-то. Не забыли момент на чемпионате мира-90 в матче с Аргентиной? Алейников бьет в пустые ворота. Марадона на ближней штанге выгребает мяч рукой. Фредрикссон молчит. В 1991 году приезжаю на судейский семинар в Рим, там этот эпизод крутили. Поднимаюсь с вопросом: "Как объяснить?! У арбитра - идеальная позиция!" - "No comment". Фредрикссон засудил нас в 1986-м и 1990-м, а в 1982-м нашей сборной досталось от испанца Ламо Кастильо. Годы спустя мы встретились, он был делегатом на моей игре.

- А что было в 1982-м?

- Кастильо судил матч Бразилия - СССР. Бразилец рукой перехватил мяч в штрафной - и ни отмашки бокового, ни свистка главного. Наши проиграли. И вот мы оказались с Кастильо за одним столиком. "Вас, - говорю, - в Союзе хорошо помнят". - "Знаю, на меня обижены. Но ты меня тоже пойми - Бразилия играет, Авеланж, президент ФИФА, на трибуне. Как назначать пенальти?!"

"ЧАЙКА" ЖИВКОВА

- Взятки вам предлагали?

- Я судил отборочный матч чемпионата мира-94 Швеция - Израиль. Выхожу на разминку. Подлетает человек из сборной Израиля, бывший наш из Кишинева: "Привет, Сергей. Ты же нас знаешь. Если что, полтинничек занесем…"

- 50 тысяч долларов?

- Да. Но я в судейство пришел не для того, чтоб продаваться. Путь не для меня. В итоге шведы выиграли - 5:0. Причем я уже в первом тайме удалил израильтянина. Левый защитник, имея желтую, помчался к чужим воротам - и там внаглую рубанул соперника. Зачем?

- Валерий Овчинников нам рассказывал: "Знаю лишь одного судью, который не брал, - Хусаинов".

- Я прочитал - и сразу ему отзвонился: "Валер, спасибо". Он мне, между прочим, однажды выкатил "газель". В Нижнем же их собирают.

- Не взяли?

- Нет. А Овчинникову сказал: отправь машину в Арзамас-16, в храм Серафима Саровского. Им нужнее. "Ты одурел? Какой еще храм?!" Но отдал.

- Вы там бывали?

- Да. Ходил - и поражался. Там волшебный источник. У Николая II не было наследника. Обратился в Священный синод, патриарх ответил: "Матушке надо искупаться в источнике, где жил и молился Серафим Саровский". Николай все сделал. И у него родился сын. Я смотрю - там небольшие коттеджи по берегу реки. Мне рассказывают: "Вот домик Сахарова, вот - Курчатова…" Но я тех, кто меня сопровождал, тоже поразил.

- Чем?

- Попросил, чтобы Овчинников за мной прислал "чайку". Когда-то на сборах в Болгарии он купил автомобиль Тодора Живкова. Говорю ядерщикам: "Как полагаете, какая машина ждет рефери ФИФА?" Те "чайку" увидели - обомлели.

- Кроме израильтянина кто-нибудь еще вам деньги предлагал?

- Предлагали люди из ЦСКА перед матчем со "Спартаком". Во времена Дадаханова. Но у меня был горький опыт - вызывали на Петровку в специальный отдел. Товарищи из Череповца хулиганили - якобы проводили контрольные матчи на сборах. Составляли ведомости. А таких игр вообще не было. Администратора поймали на растратах - а тот возьми, да ляпни: дал деньги судьям. Начали раскручивать. И меня выдернули: "Судили эту команду?" - "Ни разу!"

- Как отказываться от денег?

- Вот и следователь об этом спрашивал. Знаете, я не бессребреник. Хотите отблагодарить? Не вопрос, после матча - пожалуйста. Нет - ну и не надо. Я работал по совести и всегда буду. А то были инциденты с коллегами.

- Расскажите.

- Матч "Нефтчи" - "Днепр". Хозяев просто убивают, скандал на уровне Политбюро. Проходит время - квартиру главного судьи того матча профессионально грабят. Никого, понятно, не поймали. Потом я приезжаю в Баку, полунамеками выясняю: не отсюда ли руки растут? "Что же ты хотел? - отвечают мне. - Не можешь - не бери. Взял - делай. Не сделал - верни. А разговоры: "Я вам еще пригожусь" никому не нужны".

- Тот судья взял от двух команд сразу?

- Естественно. Мы, судьи, тешим себя надеждой - никто не будет знать. Да все будут! За рюмкой администратор расскажет: "Этому столько дали, тому - то-то выкатили…"

Помню еще случай. Назначили меня на матч "Арарат" - тбилисское "Динамо". Инспектор из Днепропетровска говорит: "Должен так отсудить, чтобы у хозяев перед следующим туром было прекрасное настроение". А в следующем туре "Арарат" принимал спартаковцев - главного конкурента "Днепра" за чемпионство. Улавливаете схему? Впрочем, тбилисцы тоже грешили. Звонят домой: "Сергей, спуститесь. Жду вас у подъезда". - "Кто это?" - "Тенгиз". - "Какой Тенгиз?" - "Администратор тбилисского "Динамо". Ладно, спускаюсь. Действительно стоит грузин, протягивает конверт. Я через неделю буду их судить, а уже ведут работу. Говорю: "Ничего не надо". Тот настаивает: "Возьми! Меня специально к тебе в Москву послали. Как назад вернусь?" - "Извини, не мои проблемы".

- Так что же было в Ереване?

- После первого тайма "Динамо" ведет - 1:0. Причем когда в штрафной мяч от пятки Сулаквелидзе рикошетит в руку Чивадзе, назначаю угловой. Весь стадион требует пенальти. В перерыве инспектор надрывается: "Сережа, предупреждал же! Я здесь для чего? Обеспечь результат". Думаю: "Ага, делать мне больше нечего - с вами связываться. Сужу что есть". По дороге к полю встречаю Чивадзе. Подмигивает: "Молодец, хорошо судишь". Но во втором тайме он нарвался на пенальти - тут рука была уже очевидная. Хотя Саша усмехнулся: "Что, поговорили с тобой в перерыве?" А в конце матча Кеташвили срубил игрока - снова 11-метровый. "Арарат" выиграл - 2:1. Тбилисцы сначала возмущались, но когда посмотрели запись, претензии сняли.

- А вы, получается, своей линии как держались, так и продолжили.

- Мой дядя-татарин рассказал: "Знаешь, чем татары заслужили уважение в России? Добывали пушнину, привозили в Китай-город на продажу. Сдавали оптом. Так за татарином даже не пересчитывали. Если сказал, что 150 шкурок, столько и будет. Не обманет". Вот и я старался, чтоб комар носа не подточил. Сочли нужным после игры отблагодарить - ваше дело.

- Вас, татарина, ведь не Сергеем назвали?

- Я - Рашид Рахматуллович. Мне когда-то объяснили: чтобы преподавать на кафедре, нужно вступить в партию и желательно сменить имя. Пошел к отцу: так и так, не обижайся. "Сынок, тебе решать". - "Спасибо, папа". Родился я 18 июля - в день Сергия Радонежского. Того не зная, взял имя по Божьему закону.

- И веру сменили?

- Сменил. Уже в сознательном возрасте. Рядом с моим домом на Таганке храм Сергия Радонежского. Однажды зашел, а священник меня узнал. 1988 год. Я тогда принял православную веру и покрестился.

- До 23 лет вы отзывались на имя Рашид?

- Точно.

- А потом знакомым объявили, что отныне вы - Сергей?

- Да. Но не буду же всем рассказывать, как вам? Даже в этом году, когда исполнилось 55 лет, звонили бывшие студенты: "Рашид, поздравляем". И для родителей я навсегда остался Рашидом.

ОЛЬГА ДЛЯ СУДЬИ

- Была драма - как вас отцепили от чемпионата мира-94.

- Я входил в группу лучших европейских арбитров - поэтому моя работа в сборной не афишировалась. Совмещать-то нельзя. "Сдал" меня в УЕФА Левников, с которым мы конкурировали.

- Но и Левников не попал на чемпионат мира.

- А вдруг попал бы? Шанс-то сохранялся.

- Как вы узнали, что это был именно он?

- Проходила в Москве игра, дебютировал этот, стоматолог…

- Мерк?

- Он. Делегатом назначили Казарина. До этого он мне говорил: "Не представляешь, какое мучение - двигать русских арбитров. Про вас думают, что в голодный год своих детей кушаете, а по улицам медведи ходят". И вот на ужине я подбадриваю Мерка, советую судить смелее. А Казарин говорит: "Завтра встречаюсь с Колосковым. Будем говорить о тебе". После этого я отстать от него не мог, проводил до гостиницы: "Паоло, что случилось?" - "Есть информация, что ты работаешь в сборной". В конце концов Казарин раскололся, от кого информация.

- Как с Левниковым после этого общались?

- Нормально. У судей хуже, чем в Большом театре. Там, говорят, отлучаешься в туалет, потом бежишь на сцену, а в твоих балетках уже осколки стекла.

- С людьми из КГБ сталкивались?

- О, это смешная история. Году в 1986-м сборная Лобановского играла в Симферополе. Логофета пригласили переводчиком для судей. Игра в среду, бригада прилетела в понедельник. Во вторник утром вылет в Симферополь. Поехали все вместе в "Арбат", с нами кагэбэшник. Главный судья просится в туалет, мы с Логофетом провожаем. На обратном пути к судье подходит девочка, на хорошем английском просит закурить. Ну и слово за слово…

- Что дальше?

- Танцы. Представилась Ольгой. Комитетчик напрягся: "Ребята, мы несем ответственность. А вдруг ЧП?" Но и нам перед игрой надо судью расположить!

- Расположили?

- Двинул наш сопровождающий к Ольге - прямым текстом у нее берет адрес и телефон. Предупреждает: "Машина будет ждать его у подъезда. И имейте в виду…"

- Рассчитывался с девицей судья сам?

- Сам. Его отправили, я поехал провожать Логофета домой. Было около четырех утра. Поднимаемся, звоним. Ждем, что его жена откроет. Но появляется мужик в трусах. Олегыч сразу протрезвел, насупился: "Не понял". Тут и выяснилось, что Логофет дома перепутал - по ошибке в соседний корпус привел.

- И как арбитр провел встречу?

- Забавно. Смотрю по телевизору игру, навес на Беланова. Мяч летел так, что достать его Игорь никак не мог. Зато стоял в чужой штрафной. Судья находился далеко от игрового эпизода, но осмелился назначить пенальти. Ха-ха. Можете представить? На следующий день пересеклись в Москве. Отвел бригаду в ресторан. Судья спрашивает: "Видел матч? Пенальти понравился?" Логофет меня толкает ногой под столом: "Ты ему правду скажи. Как арбитр арбитру".

- Сказали?

- Ага. "Да, - говорю, - пенальти понравился. Только его не было". Судья сразу тему сменил: "А можно Ольгу найти?" Логофет поразился - что ж с ним эта Ольга делала, что забыть не может?!

- Потом встречались?

- Однажды "Зенит" играл в Кубке УЕФА. Вдруг звонит питерский администратор: выручай, бригада летела через Москву, и ее на таможне задержали. Виз не было. Помчался я к пограничникам, все объясняю. Хорошо, говорят, забирай своих судей. Гляжу, они на железном диванчике разложили вещи, уже часа четыре маются. Главного узнаю - он был линейным в той самой бригаде, которую я привечал. Подхожу, говорю, что через два часа рейс в Питер. "Нет, мы домой". Тогда пришлось напомнить: "Ты меня забыл? "Арбат", Симферополь, Ольга…" Тот расплылся в улыбке: "Пошли, ребята! Это наш парень, я его знаю!"

Еще запомнился отборочный матч чемпионата Европы-92. Важно было выиграть на выезде, мы тогда Италию в группе обходили. Обслуживал встречу тот же самый судья. Я для него в Москве купил фоторужье. Звоню в гостиницу: "Подарок тебе захватил. Увидишь - обомлеешь. Перед игрой отдам". Заинтриговал. Назавтра смотрю - к судейской представитель принимающей федерации никого не подпускает. Сторожит.

- Но он-то вам не помеха?

- Вывернул из бутсы два винта, вставил острые шипы. С ней в руках иду к судейской - дескать, надо уточнить, можно ли играть в таких. Для меня главное было арбитра не подставить. А тут как раз бригада навстречу. "О, привет!" - "Заходи". - "Как тебе передать?" - "Да неси, чего там?!" И я прямо с коробкой - в судейскую.

- Помог?

- Идет игра. В центре поля ерундовый момент - свисток. Штрафной в нашу сторону. Бышовец повернулся: "Сергей Григорьевич, это что?" - "Сейчас, - говорю, - будет самое интересное. Когда мяч подлетит к нашей штрафной - арбитр тут же свистнет. Будем бить уже мы". И точно. Классика судейства: это называется работа на статистику. А зачем норвежцам этот штрафной?

50 ГРАММ С САДЫРИНЫМ

- Впервые конфликт игроков сборной и руководства вспыхнул на чемпионате мира-90 в Италии. Это было на ваших глазах?

- Да. Первая серьезная разборка из-за денег. Но ребят можно было понять. Сидим на последнем матче - Дасаев, Демьяненко, Бессонов, Хидиятуллин и я. Подходит представитель фирмы, выпускавшей компьютеры. С ней у сборной был спонсорский контракт. "Почему так плохо играете? Мы же вам солидные деньги за выход из группы обещали! По сто тысяч каждому!" - "Какие сто тысяч? - изумился Дасаев. - Впервые слышу". Представляете, у нас в федерации даже не удосужились донести эту информацию до игроков!

- Почему?

- Не догадываетесь? Чтоб самим по-тихому деньги поделить. Еще на команду давали десять компьютеров стоимостью 60 тысяч долларов. Вот ребята и взбунтовались. Отказывались уезжать из Чокко, пока не заплатят деньги.

- Как отреагировал Лобановский?

- Был на стороне футболистов. Предложил: "Давайте в Киев позвоню - там найдут деньги и рассчитаются. А федерация потом все вернет". Но поднялся Хидиятуллин: "При чем здесь Киев? Пусть федерация платит. Деньги у нее есть". Симонян, руководитель делегации, в панике звонит в Спорткомитет: "Что делать?" Оттуда единственный вопрос: "Если команда не улетит, сколько платить за простой самолета?" Оказалось, намного дороже, чем рассчитаться с футболистами. Только после этого заплатили.

- Говорят, "письмо четырнадцати" было написано вашей рукой…

- Глупости. Для меня оно стало такой же неожиданностью, как для всех.

- Знаете, кто был автором письма?

- Приятель Шалимова, один из помощников Тарпищева. Претензии ребят по форме Reebok понять можно. Когда Кирьяков получил майку, то радостно сообщил мне: "Григорьич, трусы не выдавай". Потому что майка была ему ниже колена. И вот в афинской раздевалке после поражения от греков Шалимов спрашивает Колоскова: "Откуда взялся Reebok?" Тот объясняет: "Это наш технический спонсор. Соглашение с Reebok подписал я, а от лица команды - Садырин". Пал Федорыч промолчал. Но в гостинице после ужина сказал Шалимову: "Клянусь, я ничего не подписывал!" На что Игорь ответил: "Пал Федорыч, это надо было при всех в раздевалке сказать, а не сейчас".

- От поездки со сборной на чемпионат мира-94 вас сразу отстранили?

- Я узнал обо всем последним! До этого занимался вопросами формы, виз и прочим. Но что-то меня насторожило. Решил у Симоняна все выяснить. Тот отослал к Колоскову, который сказал: "Вы никуда не едете. Есть мнение, что письмо отказников было организовано вами".

- Что ответили?

- "Я никогда такими вещами не занимался". А начальник отдела обеспечения сборных РФС Володя Сахаров вообще заявил: "Я с тобой, тварь, больше разговаривать не буду". Хотя до этого были прекрасные отношения. Говорю: "Володя, ты не прав". - "Да пошел ты…"

- Так и не общаетесь?

- Спустя три года по случаю дня рождения накрываю стол в РФС. Заходит народ, поздравляет. Когда в комнате остались лишь я да девчонки из международного отдела, появляется Сахаров. Падает на колени: "Серега, прости!" Я был растроган до слез. И с Садыриным позже был разговор на эту тему. Мы пересеклись в Тольятти. Он привез туда "Зенит" на матч с "Ладой". А я судил игру "Крыльев". Поле в Самаре было не готово, и матч перенесли в соседний Тольятти. На стадионе в ложе VIP столкнулись с Садыриным. Он предложил махнуть по 50 грамм и отвел в сторону: "Извини, был не прав". Я расчувствовался: "Пал Федорыч, спасибо вам большое".

Но об этом не знают ни Семин, ни Игнатьев, ни Симонян. Они-то до сих пор уверены, что все подстроил я.



Материалы других СМИ
КОММЕНТАРИИ
Войти, чтобы оставить комментарий
Материалы других СМИ

Материалы других СМИ