00:00 19 октября | Футбол
Газета № 7764, 19.10.2018

Весеннее обострение

31 января 1975 года. Армянская ССР. Старший тренер "Арарата" Виктор Маслов, Аркадий Андреасян и Николай Казарян (слева направо). Фото Герберт Багдасарян/Фотохроника ТАСС
31 января 1975 года. Армянская ССР. Старший тренер "Арарата" Виктор Маслов, Аркадий Андреасян и Николай Казарян (слева направо). Фото Герберт Багдасарян/Фотохроника ТАСС

Летопись Акселя Вартаняна. 1975 год. Часть вторая

Едва придя в себя после зимней спячки и коротких новогодних застолий, команды ступили на ухабистую, извилистую, с обилием зигзагов и неожиданно возникающих преград тропу, именуемую весенним учебно-тренировочным сбором. Живые зарисовки с места событий частенько мелькали на страницах "Летописи".

Написанная некогда картина с преобладанием серо-темных тонов могла как памятник минувшей эпохи занять достойное место в музейных залах в ряду нетленных произведений искусства, кабы ежегодно кисть живописца не добавляла новых мазков. Сегодня я вновь выставлю известное "зрителям" полотно, чтобы сфокусировать внимание на свежих штрихах и нюансах. Но прежде в доступном моим перезрелым годам темпе посещу тренировки нескольких фигурантов грядущего сезона.

"Динамо" (Киев)

Перед завершением сезона тренеры дали игрокам индивидуальные домашние задания. 25 декабря на первой тренировке провели тщательную проверку в виде тестов. Обвешенные датчиками хлопцы бегали, прыгали, выполняли различные беговые и прочие упражнения. Результаты объявят после расшифровки приборов. У передовых тренеров все поставлено на научную основу, строгий контроль и учет, как учил основатель государства нового типа.

К чемпиону, он старательно готовится к евросезону, мы еще вернемся. И в 1975-м в силу ряда обстоятельств получит Киев главную роль и подмостки покидать будет редко.

"Спартак"

Начал неделей позже киевлян, 3 января. Явились не все. Причины разные: болезни, экзаменационная сессия. "Спартак" – команда студенческая. Больные скоро поправятся, студенты успешно завершат сессию, во всяком случае без "хвостов". У вас есть сомнения? У меня никаких. Занимались в спортзале имени братьев Знаменских. Трудовые будни, уже в полном составе, продолжились. Тренировки интенсивные, потогонные, шесть раз в неделю. Ассортимент обычный: футбол на снегу и в зале, легкая атлетика, плавание, баскетбол, гимнастика и акробатика… По субботам – лыжи и хоккей.

О составе. Успешно выполнив священный долг по защите отчизны в подразделении футбольного ЦСКА, демобилизовались и вернулись в родной клуб Папаев, Киселев и Дарвин. Есть и потери. О них тренер Николай Гуляев рассказал 9 января корреспонденту "Вечерней Москвы": "Спартак" силен движением. У того, кто легко двигается, появляется больше времени на обдумывание тактических ходов, на организацию острых комбинаций, – втолковывал Николай Александрович журналисту. – Короче, мы не мыслим футбол без атлетизма. С теми же, кто не разделяет нашу точку зрения, мы расстаемся. Вот почему из команды ушли Зенков, Рожков, Редин, Мирзоев". Круто.

Опередил "Вечерку" обозреватель "Московского комсомольца", встретившийся с Гуляевым еще 5 января. Последний вопрос звучал так: "На какое место в 1975 году рассчитываете?" Что должен сказать тренер вице-чемпионов? Мечтает попасть в пятерку? Народ не поймет. Пообещать сохранить завоеванные позиции или даже, обыграв киевлян, замахнуться на золото? Прослывет фантазером. Гуляев ответил дипломатично: "На собрании перед первой тренировкой пришли к единодушному мнению: подтвердить репутацию одной из сильнейших команд страны". Ничего конкретного, и не придерешься.

"Черноморец"

Взлет одесситов, дерзкий, неожиданный, поклонников ввел в состояние эйфории, сторонних наблюдателей удивил. А что дальше? Докажут моряки закономерность успеха, способность отстоять завоеванные высоты, а может, осмелятся штурмовать новые? Или, подобно многим однодневкам, сдуются? В попытке найти ответ тщательно следили за подготовкой "Черноморца" одесские газеты. Наиболее среди них активная, "Знамя коммунизма", держала руку на пульсе.

Первое сообщение получено 19 января. Команда приступила к занятиям в начале года. Тренировки втягивающие, одноразовые, с 6-го приступят к двухразовым. Нагрузки возрастут. До 18 января работали в зале, затем отправятся в Болгарию. Перед отъ­ездом Ахмед Алескеров отчитался перед корреспондентом газеты о проделанной работе. Первым этапом остался доволен, даже очень. Функциональные возможности возросли. Несмотря на увеличение объема работы, ребята относятся к тренировкам ответственно. Терпят, понимают – так надо.

Через три недели, 12 февраля, после возвращения из Болгарии, градус оптимизма несколько снизился. ОФП на уровне прошлого сезона, но форма игроков разная, заметно отстают новички. Нападение играет шаблонно, полузащита (исключая Устимчика) слаба в отборе мяча и в воздушных поединках, защитники не в лучшем состоянии.

Второй этап, с 15 февраля, провели в Сочи. А 12 апреля, в день открытия сезона, Алескеров заявил: "Команда постарается оправдать доверие своих почитателей. Понимаю, что это будет очень тяжело, но мы сделаем все, чтобы удержаться на завоеванных позициях". В словах, для праздничного дня обязательных, проскальзывала неуверенность.

"Арарат"

Чемпион-1973, как и прошлогодний, киевский, готовился к весенней международной сессии (начиналась в первых числах марта). Ереванцы – к самой ответственной, к Кубку чемпионов европейских стран. Новый тренер, Виктор Маслов, едва успев принять команду, пребывал в тревожном ожидании жеребьевки четвертьфиналов. На этом он акцентировал внимание корреспондента "Комсомольской правды" (от 7 января):

– С кем бы вы желали встретиться?

– Все боятся "Баварию", а по мне это очень подходящий соперник, сразились бы. – Если и пошутил Виктор Александрович, то неудачно. Неужели по весне с еще сырой командой готов сразиться с находившимся в оптимальном состоянии соперником, не простым, а нашпигованным чемпионами мира? Взбудоражил Маслов интригу. Как поведет себя, какой фортель, простите, фуэте или антраша, исполнит?

– ??? – Так ваш покорный слуга изобразил реакцию журналиста на слова тренера. А тот заполнил возникшую паузу:

– Я по-прежнему считаю, что по подбору игроков, индивидуально сильных, техничных, у нас есть сейчас только две ведущие команды – киевское "Динамо" и "Арарат".

– Следовательно... – едва выдавил из себя, приобретая дар речи, журналист.

– Следовательно, состав команды сохранится, должен, во всяком случае, сохраниться, и мы обязаны найти ту игру, которую "Арарат" показывал в позапрошлом сезоне. И идти дальше…

Куда пойдет "Арарат", как далеко продвинется, а главное, сумеет преодолеть еврокубковый барьер? Внимательно за шагами ереванцев проследим.

Рассказать о подготовке всех 16 клубов высшей лиги на одной газетной полосе нереально, да и необходимости в этом не вижу. Но обратить внимание на некоторых персонажей стоит. К примеру, на

"Зенит"

Возвращение в Ленинград Германа Зонина (некоторые посчитали бегством) после выигрыша золота с заурядной ворошиловградской "Зарей" восприняли в культурной столице с энтузиазмом и надеждой. Зонин позиционировал себя тренером прогрессивным (в переводе на современный русский – продвинутым). Основания веские: резкое увеличение нагрузок, частоты и интенсивности тренировок (ребята еле на ногах держались, произнести "мама" сил не хватало), заключил тесный союз с наукой, в общем, наряду с киевскими наставниками прослыл реформатором.

Контролеры из федерации высоко оценили смелые преобразования, ставили в пример. Не имея подбора высококлассных футболистов, как у киевского коллеги, Зонин составил ему серьезную конкуренцию. "Зенит" на протяжении едва ли не половины сезона-1974 вместе с фаворитом шел в авангарде. Вплоть до очной встречи. Получив в Киеве несколько чувствительных ударов под дых и джебов (0:5), обмяк, долго искал пятый угол на ринге. В итоге очутился в непосредственной от экватора близости, на седьмой позиции. В сравнении с предыдущей 11-й прогресс несомненный, но отступление от взятых в ходе военной кампании высот вызвало чувство неудовлетворенности.

"Научно" объяснить можно что угодно, многое зависит от уровня грамотности и квалификации. Зонин подробно, в деталях, проанализировал причины спада игры и результатов. Упирал на снижение к себе требовательности игроков. Побывав на непривычной высоте, ребята испытали "кислородное голодание", как следствие сильное головокружение. История обычная, тривиальная.

Знание – сила. Выявив причину спада в игре "зенитчиков", тренер обещал народу извлечь уроки и сделать соответствующие выводы. Сказал то, что в таких случаях говорить принято. Потому-то и возникло у вашего покорного слуги желание соотнести слова с делами. И вам интересно взглянуть на подготовку "Зенита"? Вот и ладненько. Проведу вас (знаю ходы) в святая святых, тренерскую лабораторию, после чего отправимся на площадь имени обожаемого мною Льва Толстого. Неподалеку спортзал, где Зонин ребят беспощадно гонял, заодно и его послушаем.

Лаборатория помещалась в двухэтажном здании в парке имени Челюскинцев. В одном окне, как некогда в кремлевском кабинете товарища Сталина, допоздна горел свет (правда, у вождя он и ночью горел, хозяин сам не спал и соратникам не давал). Здесь главный, Герман Зонин, со товарищи, Владимиром Корнеевым и Станиславом Завидоновым, "шаманили". Трудились, не разгибая спины, словно в конструкторском бюро, над схемами, чертежами… Всякой всячины в них, полезной, необходимой в работе, полным-полно: уйма диаграмм с упражнениями, кривая выносливости, индивидуальная и командная, количество гемоглобина в крови, частота пульса, функциональное состояние и т.д. и т.п.

Все это добро переносили затем на базу. Тренировки плотные, интенсивные, футболисты в постоянном движении. Минутные (буквально) паузы возникали только при смене упражнений. В таком жестком, если не сказать жестоком, режиме работали два часа кряду. Мама родная! Это не все. Вечером впрыскивали в ребят такую же примерно дозу, уже на воздухе. Кроссы, скоростная подготовка, беговые упражнения со сменой ритма. А 12 января устроили еще одно испытание, чуть не сказал "пытку". Впрочем, в данном контексте оба понятия близки по смыслу, почти синонимы. Тестом Купера называется: нужно пробежать более трех километров и в контрольное время уложиться. Комментарий главного: "Все игроки пробежали дистанцию и время приличное показали. Год назад мы были хуже. Значит, мы выросли и не с нуля начали подготовку к новому сезону. Ведь работаем мы по 4-летнему плану, и если нам удается его выполнить, мы на верном пути".

Четырехлетний план. Не намек ли работодателям, чтобы все это время, до окончания эксперимента, держали его в обойме? Строго между нами. Удручающие результаты в грядущем 1975-м и весьма посредственные в двух следующих чемпионатах давно бы исчерпали терпение нынешних хозяев. Клубное руководство "Зенита", в отличие от Германа Семеновича, измеряло время, как было принято в стране, пятилетками. Потому, проявив долготерпение, продержало Зонина сверх его ожиданий не четыре года, а пять лет. Но это, не забудьте, только между нами.

Пока же до истечения обоих сроков времени вдоволь, и Зонин полон оптимизма: "Уже сейчас мы увеличили объем тренировок, их интенсивность, и если сравнить с прошлым годом, то такие, как сейчас, занятия мы раньше проводили в марте, накануне первенства", – поведал журналистам. Отметил помощь медицины и науки. Помощь медработники и научные группы оказывали огромную, повседневную. В коротких паузах между упражнениями измеряли пульс испытуемых. Отклонение от нормы тут же фиксировали и вносили коррективы в занятия в сторону уменьшения (или увеличения) нагрузок. На тренировках постоянно присутствовала научная бригада института физкультуры имени Лесгафта, проводившая ежедневное тестирование. Тесная дружба и сотрудничество спорта с медициной и наукой – веление времени. Не многие тогда ему следовали.

Недели за две до начала чемпионата Зонин радостно сообщил корреспонденту ленинградской "Смены" (от 30 марта): "Все занимаются в охотку, добросовестно". Сказанное здесь о Зонине и его команде слегка на интригу смахивает, посему придется держать "Зенит" в поле зрения. Периферического, ибо основное внимание привлекут к себе главные герои, коих принято восхвалять, восхищаться ими, рукоплескать, стихи и поэмы складывать. Автору этих строк ничто человеческое не чуждо. Как рядовой член общества (правда, с некоторыми отклонениями, граничащими с серьезным пороком: не всегда разделяю мнения большинства), и на страницах "Летописи" он, то есть я (странно писать о себе в третьем лице), не упускал случая восхвалять, слагать, рукоплескать, но без фанатизма, порой пренебрегая принципом – победителей не судят.

Если в прошлом сезоне к числу передовиков, в смысле объ­ема "нечеловеческих", на грани выживания тренировок, относили Лобановского и Зонина, в 1975-м серьезную конкуренцию составил им по объему нагрузок и даже превзошел в тоннаже поднятого металла и частоте дневных занятий тренер

ЦСКА

Анатолий Владимирович Тарасов. В прошлый раз я сделал несколько зарисовок с тренировок армейцев. Сегодня добавлю еще одну, запечатленную 7 января "Комсомольской правдой". Корреспондент появился в спорт­зале, едва выдержавшем наплыв любителей экзотических зрелищ, на втором в новом году занятии, в промежутке между возвращением из Сирии и назначенной на 19 января поездкой в Ирак. На "сцене" – главреж с ассистентами: Валентином Бубукиным и Владимиром Федотовым (привыкал к статусу играющего тренера). "Главное – создать хорошую атлетическую основу",– заявил Тарасов журналисту. И тут же приступил к исполнению прямых обязанностей. Крика в зале предостаточно, шума еще больше. Грохотало железо, тяжеленные "блины" от штанги и сама штанга с нанизанными на нее "блинами". Зычный голос Тарасова пробивался сквозь скрежет и лязг падающего железа:

– Пас! – азартно кричал он. – Удар! Обводочка… О мяче не забывайте.

Не поверите, мяча-то и в помине на площадке не было. Игроки исполняли пантомиму, имитировали розыгрыш комбинаций на большой скорости с завершающими "мощными и точными ударами".

Напоследок бросил мимоходом корреспонденту: "Занимаемся три раза в день. В основном общефизической подготовкой". О чем тот уже был наслышан, теперь и увидел. Работник умственного труда успел несколькими фразами и с футболистами перекинуться. Мне больше понравились слова призванного в армию рабочего парня, экс-торпедовца Анатолия Соловьева. Говорил он не от себя лично, а строго следовал принятому в стране обычаю – от имени народа: "Все мы верим в новых тренеров, гордимся богатыми армейскими традициями и мечтаем о победах". Мечтать, говорят, не вредно. На здоровье.

Сбудутся ли мечты, поможет их осуществлению внедрение хоккейных методов тренировок, чуть разбавленных футбольными? Если поживем, увидим.

Завершая обзор, несколько слов уделю младшему по званию, ростовскому

СКА

Вновь, во второй раз, перешли ростовчане в высший класс. Вместе с "Локомотивом". Тому по долгу службы, так сказать профессиональным обязанностям, приходилось бороздить бескрайние просторы отчизны. Пять раз наш паровоз стоял на запасном пути, столько же раз возвращался на главную магистраль, но остановку в коммуне сделать не успел. По причинам объективным, от паровоза не зависящим: страна не в ту степь свернула, с рельсов сошла. Я все же о Ростове.

Приступил к занятиям в конце декабря в спорткомплексе с вывеской, больше "Локомотиву" подходящей, – "Экспресс". Тренер Йожеф Беца счастлив: "Ребята работают в охотку, добросовестно, до седьмого пота", – нахваливал их корреспонденту местной газеты "Молот". 10 февраля из тесного зала вышли на волю, свежего морского воздуха давно обжитой Кудепсты глотнули. Полтора месяца глотали, не забывая и мяч пинать, контрольные игры проводить. Время пролетело быстро, настолько, что счастливое выражение лица старшего тренера не успело его покинуть, тот же оптимизм и чувство глубокого удовлетворения: "Команда живет дружно, не было ни одного случая нарушения дисциплины", – пытался разделить счастье с журналистом той же газеты.

Турнир начали ужасно. Первые четыре матча проиграли и ни разу не забили. Не забили и в пятом, старшему брату, ЦСКА (0:0). В шестом закатили "Пахтакору" два, но в ответ получили четыре. Очко после шести игр омрачило не так давно улыбающийся облик тренера. Чем дальше, тем становилось сумрачнее. В начале апреля Йожеф Йожефович не знал того, о чем я в прошлый раз на ушко вам шепнул. Не доработает до конца сезона, снимут.

"О поле, поле, кто тебя?.."

Не я придумал подзаголовок, заимствовал, потому и закавычил. Так реагировали тренеры, игроки и журналисты при виде полей, на которых готовилась элита советского футбола в раннюю предсезонную пору. Вновь открываю кавычки, дабы процитировать отрывок из доклада чиновника на январском заседании, посвященном состоянию черноморских тренировочных баз: "Вопрос о полях на протяжении многих лет в центре внимания. И не только зимой и весной, когда команды готовятся к сезону. Его постоянно обсуждают поздней осенью при подведении итогов года. Как один из важнейших пунктов он всегда присутствует во всевозможных документах и постановлениях, направленных на развитие нашего футбола. Это – вопрос о количестве и качестве полей на южных спортивных базах, ибо всем ясно, что если полей не хватает, если их качество не удовлетворяет всем требованиям, то разговоры о полноценном учебно-тренировочном процессе команд мастеров так и останутся разговорами". Предсказание? Больше на диагноз похоже.

Созыв совещания – запоздалая реакция на энергичные тело­движения Спорткомитета СССР. Несмотря на печальный предшествующий опыт, он не терял веры во всесилие и эффективность вышедших из-под пера его указов, приказов, постановлений и прочих распоряжений, касаемо набившей оскомину проблемы. В сентябре 1974-го Спорткомитет, словно курочка яичко, высидел еще один приказ с требованием к январю 1975 года сделать все необходимое для подготовки южных баз к предстоящему сезону.

Если бы высший спортивный орган страны имел хоть малейшее представление о том, что входит в понятие "все необходимое", должен был осознать утопичность поставленной задачи, невозможность решить ее в столь короткий срок. Речь-то не об абстрактных полях. Во-первых, необходимо к имеющимся добавить новые, чтобы удовлетворить потребности хотя бы команд высшей лиги. Во-вторых, довести их до нормальных кондиций (стандартные размеры, зеленый травяной покров, без рытвин, колдобин и проплешин). В-третьих, обеспечить базы необходимым оборудованием (перечислять долго), подсобными помещениями, раздевалками, душевыми, из которых круглосуточно вода течет, желательно и горячая. Однако физкультначальники в детали не вникали, издав приказ, посчитали свою миссию выполненной. А контроль за исполнением возложили на Управление футбола СССР, резко в его головной части в начале наступившего года обновленного.

Прежний начальник, небезызвестный реформатор и прожектер, с бурной энергией (ее бы в мирных целях использовать) и инициативой, Лев Кириллович Зенченко, дров за время своего правления наломал кубометрами, на несколько зим хватало, и оставил заменившим его товарищам хозяйство в состоянии полураспада. Сменщикам во главе с Анатолием Дмитриевичем Ереминым (в прошлый раз вам его представил) пришлось авгиевы конюшни разгребать, порядок в большом футбольном доме наводить. А тут на тебе – велели проверить то, что проверке не подлежало. Деваться некуда: приказ начальства не обсуждается. Мобилизовав людей, послали их на объекты. Как только собрали материал, созвали совещание, о котором давеча упомянул. Картину изобразили в ярких красках. Соцреалистическую. В странах цивилизованных сочли бы ее модернистской, быть может, сюрреалистической. Не имея технических возможностей, изображу ее эскизно и в черно-белых тонах.

Сочи

Центральный стадион разжился двумя полями: с травкой и без оной, гаревым. Зеленое отдали на растерзание "Спартаку" и "Зениту". Какое из них лучше? Не торопитесь с ответом. Когда природа обильно зеленый газон орошала (дождем или снегом), он моментально терял товарный вид. Использовать его по прямому назначению небезопасно, врачи не рекомендовали. Гаревое травмоопасно по природе своей, независимо от капризов погоды. Зато, как фирменные швейцарские часы, водонепроницаемо, пригодно в ненастье. Футболисты ласково называли его мраморным.

Хоста

Поле в отличном состоянии, потому что хозяин имелся: база принадлежала "Локомотиву". За ней ухаживали, заботились, любили, лелеяли.

Адлер

Как и Сочи, о двух полях: одно, все покрытое зеленью, для сухой погоды, другое, битумное, прописывали для употребления, вы уже догадались, в мокрую. Закреплено за "Торпедо".

Кудепста

На базе хозяйничала армия. Владелец – ростовский СКА. Постоянно гостил, пользовался ее услугами и ЦСКА. Все бы ничего, да вот незадача, оборудования никакого: ноль-нуль. Контролеры сей печальный факт никак не комментировали, ограничились констатацией факта, разве что долгожительницу надежду упомянули. Цитирую: "Оборудования пока нет, но есть надежда, что его доставят из Ростова". Развивая тему, не осудили нерадивых местных руководителей, а выразили сожаление: "Нигде, даже на более или менее оборудованных базах, не имеется специальных отражающих сеток, необходимых для полноценных тренировок". Дальше – хуже.

Очамчире

В наличии приличное поле, в сухую погоду пользоваться можно. Однако отсутствовали элементарные бытовые условия: нет душевых, раздевалки в аварийном состоянии, входить опасно, никакого вспомогательного оборудования.

Гагра

Спортивная база находилась в столь плачевном состоянии, что даже сердобольная, доброжелательная, снисходительная к отдельным (пусть и существенным) недостаткам комиссия составила акт с требованием закрыть ее. Только после наложения запрета дирекция приступила к ремонту. Конца ему не видно.

Единственное поле, его "курировало" московское "Динамо", вконец испортили прошедшие недавно соревнования юниоров, состоявшиеся в дождливую погоду. Капиталовложения динамовцев, рассчитанные на приведение стадиона в чувство, эффекта не дали. Есть еще одно поле без необходимого оборудования и помещений (удобства на природе), к тому же по вине дирекции не засеянное нужными семенами. Какими? Не знаю, не в теме. Махнув рукой, динамовцы начали строительство базы в Пицунде. Местные власти обещали завершить ее в 1976 году. Будем ждать.

Леселидзе

База тбилисцев. Гостеприимные грузины приглашали коллег, чаще киевских. Но вот незадача. В связи с ремонтом пропускная способность снизилась, теперь до окончания работ едва могли принять три команды.

Некоторые клубы в связи с дефицитом полей кочевали по всему побережью. Создавалась давка, возникали большие очереди, время для тренировок строго регламентировалось. Беспощадную эксплуатацию не выдерживали даже относительно приличные поля.

И хочется, и колется

Как там наши международники? У них в начале марта второй фронт открывался, еврокубковый. Киевляне как-то устроились, а "Арарат", оказавшись в сложной ситуации, вынужден тренироваться на совхозном поле-огороде. От малейшего контакта с влагой приходило в негодность. И вдруг случай представился. Московское "Динамо" пригласило на то единственное уцелевшее гагринское поле товарищеский матч провести. К концу первого тайма встречи дублеров повалил… снег. Матч не прервали. О состоянии поля умолчу.

Утром следующего дня, перед встречей основных составов, представители Москвы (Лев Яшин и Виктор Царев) и Еревана (Виктор Маслов) исследовали грунт на предмет пригодности к игре. Маслов категорически отказался играть на таком, с позволения сказать, поле. Аргумент привел не­отразимый:

"– Нам ведь в начале марта играть… (соперника в еврокубковом матче назову в следующий раз. – Прим. А.В.). Мы не можем допускать риска травмы кого-то из футболистов.

– Так, может, отменим? – вошли в положение динамовцы.

– Что вы! – возмутился Маслов. – Нам же скоро играть!"

И хочется, и колется. Играть нельзя, не играть тоже. Договорились с владельцами базы в Леселидзе. Сыграли. Вернее, побегали, голы не забили, зато разогрелись. После матча тренеры жаловались: "Из-за холодной погоды мышцы затвердели, ноги плохо слушались". Не беда, массажисты свою работу выполнят. Благо, без травм обошлось.

Поля полями, но надо бы и о других проблемах рассказать, в курс читателей ввести.

Что для счастья нужно в весенний подготовительный период? 1. Нормальные поля. 2. Такая же погода. 3. Спарринг-партнеры. А для полного счастья? 1. Отличные травяные поля с необходимым оборудованием и бытовыми условиями. 2. Стойкая сухая солнечная погода. 3. Оптимальные для каждого этапа подготовки партнеры по возрастающей силе и сложности.

О полях мы посудачили вдоволь, о партнерах ввиду хаотичности и спонтанности многих встреч говорить нечего. Посему предлагаю обсудить пункт второй. Процитирую известного диктора советского телевидения Виктора Балашова. Выпуск новостей он завершал словами:

"А теперь о погоде"

Тема у москвичей самая, пожалуй, популярная. По несколько раз на дню ловят прогнозы метеорологических служб, нередко друг другу противоречащие. Разговоры о погоде заполняют неловкие паузы в общении малознакомых людей или в ситуациях, когда говорить не о чем, а во время весенних сборов не сходят с уст тренеров и футболистов, находившихся в тревожном ожидании кульбитов природы.

Сущность и норов весенней погоды идентичны характеру женщин, преимущественно стервозных: взбалмошных, капризных, своенравных, непредсказуемых. Наиболее популярные в их лексиконе фразы ("да", "не знаю", "может быть", "нет", "ни за что") произносятся в течение короткого времени в совершенно произвольном сочетании, последовательности и могут выражать смысл прямой и противоположный. Не случайно женский праздник, напомню, международный, отмечают в первый весенний месяц, отличающийся от двух собратьев ярко выраженными заскоками, экзальтацией и эпатажем.

Есть, однако, существенная разница. Мужчины (исключаю тех, кто под каблучками дамскими жизнь коротает), не желающие терпеть капризы подруг, легко способны сменить "климат" на мягкий и стабильный. Такой возможности лишены полчища кочующих по побережью самого синего в мире Черного моря футболистов. В наше время научились в случае необходимости (накануне санкционированных, поощренных и инициированных властью массовых мероприятий) разгонять тучи, дабы предотвратить осадки и прочие каверзы природы. Будь такие возможности у поколения 1970-х, канонада на местах дислокации команд громыхала бы в эпицентре событий и далеких от него окрестностях, возмущая аборигенов и первые тонкие струйки отдыхающих.

Впрочем, изъяны технического прогресса имели в данном случае и оборотную сторону. Как говорится, нет худа без добра. Ребята в течение недели (а то и дня, случалось, полуторачасового матча) все времена года пережили: зимние заморозки, снег, осенний дождь, весеннее солнце… Пара зарисовок.

Футболистов "Днепра", вышедших из сочинской гостиницы "Жемчужина" на утреннюю зарядку, встретил тщательно приготовленный ночью белый покров. Плановые упражнения заменили азартной, энергозатратной игрой в снежки. После тренировок и матчей – обязательный душ на стадионе (или в гостинице), ежели таковой имелся и, более того, функционировал. Заботливая природа обслужила их на месте. Вволю порезвившись, хлопцы приступили к водным процедурам "не отходя от кассы".

Перед намеченными на воскресенье играми московского "Динамо" с олимпийской сборной, а "Арарата" с национальной выпал обильный снег, заботливо укутав деревья и покрыв полуметровым слоем улицы, пляжи, газоны, включая футбольный. Ближе к началу матчей разверзлись хляби небесные: дождь хлестал вдоль всего побережья, от Адлера до Сочи. Прекратила хулиганство борющаяся за свои законные права весна. Солнце, преодолев плотные баррикады, жестоко, по-революционному, ликвидировало "пережитки прошлого". Во что в результате острого противостояния превратилось ристалище, знают только его участники. В таких условиях играли, тренировались, били по мячу, "совершенствовали" технику наши футболисты.

Промелькнувшие перед вами картинки далеки от реальности. Слышать и даже видеть, чтобы познать ее, реальность, – недостаточно. Надо бы в спортивную форму облачиться, на поля описанные только что ступить и испытать то, что испытывали бедолаги, лучшие советские команды, в течение полуторамесячных весенних сборов. И так из года в год.

Газета № 7764, 19.10.2018
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...