19:30 2 апреля 2016 | Фигурное катание

Михаил Коляда: "Даже мысли не допускал, что обыграю Чана"

Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото REUTERS Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото REUTERS
Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP

ЧЕМПИОНАТ МИРА

Автор сенсации мужского турнира на чемпионате мира – о том, как стал четвертым

Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ
из Бостона

Едва выйдя в пятницу вечером за пределы соревновательного катка, новоиспеченный триумфатор мужского турнира, занявший на своем дебютном чемпионате четвертое место, оказался в непривычной, но весьма приятной реальности – прямо у автобуса, отвозящего спортсменов в отель, в его сторону бросилась стайка девушек: "А-а-а!!! Миша! Я так за тебя болела! Ты такой классный! Ты вообще самый классный! Можно с тобой сфотографироваться? Ой, мамочки, ой, счастье-то какое!!!"

Минутой позже мы с Колядой уже сидели в автобусе и пожалуй впервые не приходилось жалеть, что дорога от катка в отель занимает так много времени.

– Что вы помните из своего финального выступления?

– Не так много на самом деле. Первую половину программы помню очень хорошо, в деталях. А вот вторую… После того, как сделал последний аксель, мысль осталась одна в голове: "Надо доезжать. Хоть как-то, но надо".

К счастью в тот момент уже все прыжки закончились. Оставались две дорожки и вращение, которые я делал уже на абсолютном автопилоте – сознание выключилось. Ехал и вообще не понимал, где нахожусь, что происходит.

– Такое раньше случалось, или это были совершенно новые для вас ощущения?

– Не сказать, чтобы совсем новые. Я и раньше замечал, что когда слишком сильно устаю, голова как бы блокирует все лишние мысли и чувства, и тело начинает работать автоматически. Но однозначно нынешний старт – это самое тяжелое, что мне доводилось переживать в этом сезоне. Да и в жизни, наверное, тоже.

Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP
Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP

– У вас было хоть какое-то предчувствие, что все сложится нормально?

– Скорее, да, чем нет. Утренняя тренировка прошла очень хорошо, как я и задумывал, хотелось, чтобы уже скорее начались соревнования. Чуть-чуть мандраж чувствовался, конечно, но совсем незначительный. Страха не было вообще.

– И на разминке сильнейшей группы?

– И на разминке тоже. Я там злой был. Специально так настраивался: успел уже понять, что когда я злой, это помогает кататься.

– Злили себя какими-то специальными приемчиками?

– Ну да. Но не скажу, какими, это секрет.

– Заранее вы как-то представляли себе, каким будет первый чемпионат мира?

– Ну как сказать – представлял? Приехал, осмотрелся, пригляделся к соперникам на тренировках, вне катка. У меня и задача-то была – сначала присмотреться, а потом уже соображать, как самому себя вести.

– Тогда делитесь соображениями. Вы допускали, что при удачном стечении обстоятельств сумеете бороться за столь высокое место, а возможно и за медаль?

– Нет. Точно знал, что никакой медали быть не может. После того, как у нас с тренером все получилось в короткой программе, где я стал шестым, все мысли были только о том, чтобы так же хорошо откатать произвольную. Я, разумеется, понимал, что Хавьер Фернандес, Юдзуру Ханю и Патрик Чан – это вообще другая лига, совершенно недостижимая. Что меня, как бы здорово я ни откатал свою программу, ни при каких условиях не поставят выше этих спортсменов. Точно так же не видел больших шансов на то, чтобы бороться с Бояном Цзинем и Шомой Уно. Я же видел, как они катались на чемпионате Четырех континентов – специально смотрел трансляцию и был сильно впечатлен увиденным. Как и тем, как здорово на том турнире катался еще один китаец – Хань Янь. То, что он не отобрался в Бостоне в произвольную программу, стало для меня большим сюрпризом, честно скажу.

Но это был скорее несчастный случай. В целом я хорошо понимал как свой собственный уровень, так и уровень тех, кто катается вместе со мной в сильнейшей разминке. Поэтому и не питал иллюзий: настраивался прежде всего на ту работу, которую должен сделать сам. Ну, чтобы потом локти не кусать, что где-то недоработал.

– Что вы чувствуете сейчас?

– Никак не могу осознать, до какой степени стремительно все пролетело. Вроде так долго ждал, так долго готовился, и вдруг – хоп! И все позади.

Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото REUTERS
Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото REUTERS

– Первую свою мысль после проката помните?

– Я так радовался, что справился… Хотя нет, самой радости я в тот момент не чувствовал. Просто в голове крутилось: "Справился, справился, справился!" Сделал все, что мог. На данный момент это мой потолок – надо теперь его пробивать.

– В каком направлении?

– В направлении четверных прыжков, разумеется. Сальхов я делаю на тренировках, готов добавлять его в программу, четверной лутц – в стадии разработки.

– У каждого одиночника обычно складывается своя история отношений с четверными прыжками.

– Это действительно так. Четверной – своего рода психологический барьер. Для начала это просто страшно. Хотя тройные мне тоже было страшно прыгать в первый раз. Первый четверной поначалу очень сильно портил мне жизнь. Но потом мы с ним как-то подружились.

– Это было еще до вашего жуткого перелома ноги?

– Да. Я уже даже в программу четверной включил, и тут – травма. Самым страшным было снова выходить на лед. Я знал, разумеется, что кость после перелома становится только крепче, что она уже никогда больше не может сломаться в прежнем месте – это всегда все "поломанные" обсуждают, пока лечатся. Тем более что у меня подобный опыт был уже не первым. Чуть раньше я ломал руку – неудачно упал на мокрой лестнице после дождя.

Но в случае с ногой все было гораздо критичнее. Когда пришло время надевать коньки и идти кататься, я реально заставлял себя это сделать: мне казалось, что нога снова сломается как только я на нее наступлю. На каждой тренировке этот барьер перешагивал. Мучался месяца полтора, а потом все прошло. Сейчас нога вообще не доставляет никаких проблем – теперь-то знаю, что это самое прочное место в моем организме.

Почему-то был уверен, кстати, что в этом сезоне у меня все пойдет по нарастающей. Что этот момент пришел. И что все будет хорошо.

Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP
Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото AFP

– В каком возрасте вы стали воспринимать себя, как профессионального спортсмена?

– В пять лет точно не воспринимал, когда начал кататься. А вот лет в 15 наверное уже да. В этом возрасте мне вполне сознательно хотелось попасть и на чемпионат Европы, и на чемпионат мира. Хотелось показать, что я что-то умею, что тренер не зря со мной возилась столько лет. Тем более и мама всегда мечтала, чтобы я стал фигуристом.

– Протеста по этому поводу у вас не было?

– Ну какой может быть протест в пять лет? Лет в 13 было дело, хотел вообще бросить спорт. Мне казалось, что фигурное катание лишает меня нормальной человеческой жизни. Что вся моя жизнь – это один замкнутый круг: дом – школа – каток. И так изо дня в день, ни шага в сторону. Но этот период совпал с тем, что на тренировках у меня вдруг стало получаться все больше и больше. И я увлекся: то, что раньше дико раздражало, вдруг начало мне нравиться. С тех пор все наладилось. Даже когда сильно устаю, не могу сказать, что мне надоедает тренироваться. Справляюсь как-то.

– В целом вы считаете себя везучим человеком?

– В некоторых моментах – очень. Мне повезло, например, когда я сломал ногу.

– Интересная мысль.

– Ну, я имею в виду, повезло в том, что все очень быстро зажило. И сам не ожидал, и врачи не ожидали. Сначала речь шла о том, что вся эта история очень надолго: костыли, операция, с металлической пластиной полгода ходить, восстановление наверняка затянется и ни о каком большом спорте уже не будет речи. А на самом деле даже с пластиной в ноге я ходил уже не хромая. Когда пластину вытащили и сняли швы, я на второй день уже на каток пришел – тренироваться. С рукой та же история была: быстро кость срослась, быстро все разработали.

– Еще наверное вам здорово повезло в том, что от участия в московском этапе "Гран-при" отказался Артур Гачинский и на его место пригласили вас.

– Вот к таким вещам я отношусь спокойно: пригласили – хорошо. Не пригласили бы – тоже ничего страшного не случилось. Значит, были бы какие-то другие соревнования.

– И не расстроились бы даже?

– Я вообще стараюсь не расстраиваться из-за ерунды и не держать в голове неприятные вещи. Зачем?

Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото REUTERS
Вчера. Бостон. Михаил КОЛЯДА. Фото REUTERS

– А какую неприятность из тех, что случались в вашей жизни, считаете наиболее серьезной?

– Разве что совсем детскую. Меня папа однажды в детском саду забыл. Должен был после работы за мной в садик заехать и забыл.

– И?

– Пришлось воспитательнице меня домой везти. Опять же – повезло!

– Закончите фразу: "Фигурное катание это…"

– Это жизнь.

Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...