18:15 22 января 2017 | Легкая атлетика

Бегун Андрей Дмитриев:
"Не считаю Степановых предателями"

Андрей ДМИТРИЕВ. Фото ARD
Андрей ДМИТРИЕВ. Фото ARD

Сегодня немецкий телеканал ARD и Хайо Зеппельт представляют еще один фильм о русском допинге. Новым информатором, а заодно и главным героем ленты стал российский легкоатлет Андрей Дмитриев. Накануне показа картины обозреватель "СЭ" дозвонилась до него самого и узнала мотивы его действий.

НЕ СОБИРАЮСЬ УЕЗЖАТЬ ИЗ РОССИИ

– В последнее время вас называли даже "Юлией Степановой в брюках". Как вы относитесь к таким сравнениям?

– Не скрою, что некоторые негативные комментарии меня задевают. Но радует, что помимо них, я получаю и много поддержки. Да и сам по себе факт открытого диалога по допинговой теме – это же здорово. Что касается Степановых, я не считаю их предателями, поэтому такое сравнение для меня не обидно. Их поступок послужил спусковым крючком и должен вызвать огромные перемены. В конечном счете, считаю, в том числе, благодаря ним, спорт станет чище. Кстати, накануне мы даже пообщались с Виталием Степановым.

– Он же скрывается, где вы его нашли?

– Нас свел Хайо Зеппельт, и вот мы впервые поговорили. Виталий произвел впечатление очень уравновешенного человека. Понравилось его чувство юмора. Хотя глобальных проблем мы не обсуждали, в основном, в духе "привет – как дела".

– По примеру Степановых, вы тоже для фильма Зеппельта делали записи скрытой камерой, или ограничились простыми свидетельскими показаниями?

– Зеппельт действительно предложил поработать над фактами, потому что иначе обвинения получались голословными. И как минимум, одно нарушение мне удалось зафиксировать на камеру. Я снял, как тренер Владимир Казарин, который сейчас временно отстранен, продолжает работать со спортсменами. Что касается остальных съемок... Есть ребята, с которыми я много общался на протяжении 2015 и 2016 годов. Про них мне многое рассказывали. Но я никогда ничего про них не записывал. Это было бы для меня слишком, я не могу так поступить.

– Тренер Казарин видел, как вы его снимали?

– Нет, не думаю.

– Знаю, что помимо участия в фильме, вы также направили письмо в ВАДА…

– Это было примерно в то же время, когда я опубликовал запись в блоге о проблемах в нашей легкой атлетике. Тогда я отправил письма одновременно в ВАДА, Ричарду Макларену (автору двух докладов о допинге в российском спорте. – Прим. "СЭ") и Хайо Зеппельту. Макларен, правда, мне не ответил. Из ВАДА написали, что не хватает доказательной базы. А с Зеппельтом мы спустя некоторое время записали интервью.

– Я правильно понимаю, что в отличие от Степановых, вы не намерены скрываться и покидать пределы страны?

– Конечно. Я абсолютно открыт, и даже более того: веду личный блог, где можно посмотреть записи моих тренировок и понять, где я в конкретный момент нахожусь. Я не собираюсь никуда уезжать или просить политического убежища.

БЫЛИ ФОРМАЛЬНЫЕ ПЕРЕСТАНОВКИ, А СУТЬ НЕ ИЗМЕНИЛАСЬ

– По вашим ощущениям, после отстранения федерации допинга в российской легкой атлетике стало меньше?

– Люди, которые состоят в международном пуле, действительно сейчас оказались под пристальным наблюдением. На их месте было бы безумием продолжать участвовать в допинговых программах. Хотя, даже у некоторых спортсменов из этого пула, скажем так, не самая чистая репутация. Что касается всех остальных, там допинга стало даже больше, чем было. РУСАДА не работает, никто не контролирует...

– Тогда вопрос: почему, если легкоатлеты второго эшелона, по вашим словам, массово употребляют допинг, у них не растут результаты? У нас как не было скамейки запасных, так и нет, и никаких новых ярких спортсменов почти не появляется...

– Так нет же прямой связи: принял допинг – получил результат мирового уровня. На мой взгляд, допинг не дает столь большого эффекта, как у нас принято считать и как надеются люди, которые его принимают. На самом деле, добиваться высоких результатов можно и без допинга.

– Вы остаетесь действующим спортсменом. Вы сдаете допинг-пробы?

– В пуле тестирования ИААФ у нас сейчас, к сожалению, состоит очень мало спортсменов. Тестируются только люди, которые претендуют на выезд на международные соревнования. Все остальные вообще не сдают пробы, так как у РУСАДА нет аккредитации, а денег, чтобы оплачивать работу Британского антидопингового агентства, на всех не хватает. Честно, последний раз я сдавал допинг-пробу еще несколько лет назад, пока жил в США...

- Кстати, сейчас тот факт, что вы жили в США, даже ставится вам в упрек. Что вы там делали?

– Я получил спортивную стипендию, которая полностью покрывала расходы на образование. Я поехал туда как спортсмен, и на протяжении пяти лет выступал за свой университет. Это был огромный опыт, но свою жизнь я связываю с Россией.

- Сейчас вы являетесь участником нового образования для российской легкой атлетики – Rocket Science Project. Что это за объединение и зачем оно нужно?

– Это отличный проект, который объединяет ребят, готовых добиваться результатов с применением последних научных разработок в области спорта. По моим прикидкам, в России методика тренировки отстает лет на тридцать. Наши тренеры привыкли рассчитывать на запрещенную фармакологию, а за новинками в методике не следят. В проекте у нас есть хороший тренер, специалист по науке, который раньше работал в Норвегии...

– Кто этот проект финансирует?

– Никто. Пока мы даже юридически никак это не оформили. Спортсмены ищут себе финансирование сами, специалисты где-то еще работают.

– У вас есть амбиции выступить на Олимпиаде, выиграть там медаль?

– Безусловно, я очень хочу соревноваться дальше. Сейчас мне 26 лет, и как минимум до 34 я намерен тренироваться и выступать на самом высоком уровне.

– Вы не думаете, что участием в фильме Зеппельта, письмами в ИААФ и ВАДА только откладываете тот момент, когда сами сможете выступать на соревнованиях, а ВФЛА получит признание?

– Понимаете, одно дело – участие в фильме, всякие интервью, и другое – реальные встречи. За последнее время я беседовал по этой теме с очень многими людьми. Во вторник я должен встретиться с рабочей группой ИААФ, которая приезжает в Москву. И в этом разговоре я постараюсь рассказать все, что знаю, и быть максимально объективным.

- Вы хотите быть объективным и готовы сидеть в отстранении еще сколько угодно лет – или хотите, чтобы ВФЛА поскорее вернулась в состав ИААФ?

– Это самый сложный для меня вопрос. Пока я даже сам себе не могу на него ответить. Конечно, я хочу, чтобы ВФЛА восстановили как можно скорее. Но в то же время, я понимаю, что по сути-то ничего не изменилось. Были формальные перестановки на верхнем уровне, не более. К сожалению, я не верю, что выборы президента ВФЛА были демократичными. Это печально, но это мое мнение.

Андрей ДМИТРИЕВ
Родился в 1990 году в Нефтеюганске.
Победитель командного чемпионата России в беге на 1500 м 2015).
Многократный чемпион России среди юниоров.
Участник первенства мира по кроссу (2009).

Результаты опроса

23019 чел.

Как вы считаете, меняется ли ситуация в российской легкой атлетике?
19.0%
Да, становится лучше
11.0%
Да, становится хуже
48.1%
Нет, все по-прежнему плохо
21.9%
Нет, но плохо не было
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...